Lovers unite

— Дурак — буркнул младший и уткнулся в тарелку — Знает ведь, что я хулиган, и так спокойно отдает мне свои ключи от квартиры? Совсем что-ли мозги посеял на своей работе? А если я что-то украду? Хотя, я бы такого не сделал… — доев свою порцию, парень вымыл тарелку и заглянул в холодильник, в поисках воды, но его взгляду предстала пустота. — Он мне свои последние продукты приготовил? Слишком беспечный — вздохнул Ким и одевшись, вышел из квартиры, не забыв закрыть ее на ключ. Парень зашел в кабинет к полицейскому, который сидел на кресле без задних ног, похоже переработал. Громко кашлянув, фиолетововолосый с хлопком поставил пакет разных продуктов ему на стол. — Вот еще — он кинул мужчине ключи от квартиры — Надеюсь ты не думал, что я буду обкрадывать твою квартиру? И да, не нужно было мне готовить поесть, если самому есть нечего — он указал взглядом на пакет и развернулся чтобы уйти. Чонгук замешкался и сунув ключи в карман, встал с кресла, но не стал подходить к младшему. — Не нужно было, но спасибо, — брюнет почесал затылок, — Я отдам тебе деньги с зарплаты. Сказал Чонгук, но на самом деле не знал как. Они явно больше не повстречаются и как же он тогда собирается отдавать ему деньги? «Ну ничего, земля круглая, встретимся» — думал полицейский. Поставив пакет куда-то на пол рядом со столом, Гук посмотрел на Тэхена, что уже стоял у выхода. — И не хулигань больше, — предупредил он и пригрозил пальцем. Тэхен усмехнулся и саркастично посмотрел на мужчину. — Не нужны мне ваши деньги, это благодарность за то, что разрешили у вас переночевать, и возвращать мне ничего не надо — он почесал за ухом — И если я вам вдруг понадоблюсь, то вы знаете, где меня искать. Хорошо, что здание не сносят, а то мне не где было бы жить — Ким иронично посмеялся над собой и отвернулся к двери. — И вот еще — сказал он выходя — Я не перестану рисовать, как бы вы меня не заставляли, вы не сможете отнять это у меня — парень в последний раз посмотрел на брюнета грустными глазами и вышел из комнаты. — Деньги у него значит на жрачку мне есть, а жить ему негде? — вновь вслух спросил сам себя полицейский и сел в кресло, откидываясь на спинку. И все же мужчина удивлялся каким разным может быть этот человек. Ещё с утра он нелепо смотрел в пол, боясь поесть в доме старшего, а уже сейчас он все такой же. И взгляд у него такой несчастный, аж до мурашек пробирает. От мыслей брюнета отвлёк начальник, с просьбой о заполнении каких-то бумажек. *** Закончив свой рабочий день, Гук уставший отправился домой. По дороге он увидел ещё одно «художество», что безусловно принадлежало Тэхену. Брюнет устало вздохнул и отправился домой. Взяв из дома какое-то средство и тряпку, старший отправился в то место, где он увидел рисунок и придя на место стал оттирать от стен краску. Зачем? Если кто-то из команды увидит очередной рисунок, то все вновь спохватятся караулить Тэхена у разных стен, где он рисует чаще всего. А парень и так несчастный, так ещё и в полицию его заберут. Старший ещё никогда не чувствовал себя на столько униженным. Радовало лишь то, что был уже поздний вечер и в этом квартале никто не ходил. *** Он провел кистью по стене, но рука соскользнула, оставляя за собой резкий след, что уходил вниз. В порыве гнева Ким сломал кисточку и выкинул её в окно. Очередная картина не удалась, впрочем как и другие за последние 4 часа. После того, как он вышел из полицейского участка, он направился в заброшку, все этажи были разукрашены чем попало. От цветных карандашей, до баллончиков с краской, парень рисовал чем приходилось, вернее то, что у него получилось достать. — Блять — он осел на пол и схватился рукой за голову, что-то мешало ему, от чего он не может нарисовать картину? Все же раньше получилось, а теперь провал за провалом. Потратив еще пару часов на рисование, он устало лег на пол, бетон был до жути ледяным, впрочем как и все здесь, ведь в здании все окна давным давно повыбивали, да и кто тут будет ставить батареи? Укутавшись в свою кожанку посильнее, он облокотился спиной об стену, изредка передергивая плечами от холода. Сейчас ведь только середина осени, что же он будет делать зимой? Отбросив детали на второй план, фиолетововолосый прикрыл глаза и зарыл нос в куртке. Чонгук более менее стёр рисунок со стены, что казался ему бредом. Старший слегка вздрогнул от холода и поспешил вернуться домой. Придя в квартиру, брюнет не удостоверившись даже переодеться, залез под плед, превращаясь в кокон. Старший прикрыл глаза и погрузился в свои мысли. «Он же на улице по идее, замёрзнет» — подумал Гук и резко открыв глаза, чуть не свалился с дивана. Такая мысль была очень внезапной до самого Чонгука. С чего бы ему думать о хулигане, что дальше своих рисунков ничего не видит? Но после Чонгук всерьёз задумался. Как он там? На улице холодно до безумия, а он сидит почти на улице. *** Через пару минут, Чонгук стоял перед заброшенным зданием. Он даже сам не понял, как попал сюда, списывая все на какие-то высшие силы, что заставили его придти сюда. Отчётливо помнив, что он нашёл младшего на втором этаже, он поднялся наверх. И вправду, на полу, что даже визуально излучал холод сидел Тэхен. Сложно не заметить фиолетовую макушку. Парень мелко дрожал, что Чонгук с его идеальным зрением отчётливо видел. Подумав, что младший уже наверное спит Гук сел перед ним и тихо укрыл его тёплым покрывалом, что прихватит из дома. Услышав какую-то возню и почувствовав, что что-то посторонние легло на его тело, парень приоткрыл глаза, которые через пару секунд стали как два блюдца. Перед ним сидел полицейский и укрывал его толстым пледом. — Что вы тут делаете? И зачем это? — спросил Ким, стягивая ткань с себя и протягивая ее обратно мужчине — Не надо. Из окна подул ледяной ветер, что пронизывал до костей. Губы младшего давно посинели, лицо было белым, да и тело тоже давным давно замерзло. Почувствовав слабость в теле, он прикрыл веки. — Идите домой — парень стал съезжать по стенке, а холодный ветер все также трепал его волосы. Чонгук как-то жалко посмотрел на это зрелище и завернув Тэхена в одеяло, поднял на руки. У того кажется и сил уже не было, чтобы возражать это, поэтому полицейский с легкостью донёс его до своего дома. Не глядя сняв с себя обувь, а затем и с парня, Чонгук занёс его в свою комнату и завернул его в ещё одно одеяло, что было потолще. Приложив ладонь тыльной стороной ко лбу младшего, Гук проверил его температуру, но пока вроде ничего не обнаружил, возможно потому что, тот ещё не согрелся. Проверив, что окно плотно закрыто, Гук сел на край кровати, осмотрев внешний вид парня. Вопрос в его голове крутился уже давно: «Почему он не живет с родителями?» Хотя стоило догадаться, он ведь сам рассказывал о своих нелёгких отношениях с ними. Парень мелко дрожал, что заставляло Чонгука чувствовать мурашки на своём теле. Говорить Чонгук будет с ним завтра, тем более, что ему дали выходной. Тэхену было очень холодно, даже два слоя одеяла не согревали, может быть от них и был какой-то эффект, но он был незаметен. Он приподнял веки, и увидел полицейского, что сидел рядом с ним и озабочено смотрел. — Хе-хе, недавно вы меня считали каким-то отбросом, а сейчас так заботитесь, кхе кхе — парень через силу улыбнулся, а потом закашлялся, горло очень сильно саднило. Слабость взяла вверх, и младший медленно погрузился в сон, несомненно он заболел, о чем свидетельствовало его изменение температуры тела, от ледяного состояния до горячего, что все его лицо стало пунцовым от жара. Чонгук поправил одеяло, что свалилось с плеча Тэхена и ещё немного посидев с младшим, ушел в гостиную. Быстро уснуть ему однако не удалось, все мысли ушли на то, куда с утра ему девать парня. И останется ли он у него жить хотя бы до своего выздоровления. Ответов к сожалению пока что не было, поэтому Чонгук накрылся пледом, что лежал на диване и заснул крепким сном. *** Проснулся брюнет так же рано на удивление. Сегодня был его единственный выходной. Старший встал с дивана, поправив складки, что образовались за ночь и подошёл к плите, чтобы что-то приготовить. Парень проснулся от приятного запаха жареной еды, что доносился из кухни. Жар так и не спал, он все еще чувства себя ужасно. С кашлем, Ким поднялся с кровати. Пройдя пару метров, он с грохотом упал на пол, ударяясь поясницей об пол. — Неужели все настолько плохо — протянул фиолетововолосый и потер место ушиба. Из-за болезни, он чувствовал слабость во всем теле, что мешало нормально передвигаться. Чонгук отставил сковороду, отключая плиту. Он услышал грохот и вспомнив про Тэхена, ринулся к тему. Увидев лежащего на полу парня, Гук ужаснулся. — Аккуратней быть надо, — брюнет поднял младшего на руки и отнёс в гостиную, уложив Тэхена на диван. Присев на край, дивана, Гук жалко посмотрел на младшего и спросил: — Есть будешь? Полицейский потрогал лоб младшего и мысленно поругал его за глупость. — Да все со мной нормально, не надо вокруг меня бегать, я же не при смерти… Обычная простуда — отмахнулся Ви и присел на диване. Каждый вход и выдох давался с трудом, хотя ничего удивительного, ведь после такого ветра, как вчера, как могло не продуть горло? — Я полежу тут, пока голова не перестанет болеть и уйду, так что не обращай на меня внимания — он схватился рукой за голову и глубоко вздохнул, перед глазами все плыло. Чонгук нахмурился. — Ты полежишь тут и останешься у меня, пока не выздоровеешь, а потом решим, — сказал Гук, решив не спрашивать этого и решить все за Тэхена, — Сейчас поесть принесу. Чонгук скрылся на кухне и вернулся с подносом, на котором стояла тарелка с мясом и кружка чая. Брюнет поставил поднос на живот парня. — Уйдёшь ты и что? На улице холодно, примерзнешь к полу заброшки и так умрешь, — предвидя возмущения парня сказал старший и сел на кресло рядом с диваном. — Пф, какой же ты упертый — протянул Ким и наконец-то улыбнулся, это была его первая улыбка за последние 5 лет, ведь именно пять лет назад он сбежал от родителей. Было больно, но он научился жить самостоятельно и в одиночестве. Да и этот вечно вертящийся вокруг него полицейский, давал ему возможность вспомнить давно угасшие чувства. Сделав выражение лица Чону, а-ля ничего с тобой не поделаешь, он присел поудобнее. — Ааа — парень открыл рот, в ожидании кусочка мяса, ведь сам он вряд ли бы смог, слабость очень сильно мешала. — Ну уж поесть и сам мог, — возразил полицейский, но все же наколол на вилку кусочек мяса, что он ещё заранее порезал и протянул Тэхену. — Чувствую себя твоей мамой, — сказал брюнет и коротко усмехнулся себе под нос. *** Скормив младшему весь завтрак, Чонгук помыл посуду и вернулся в гостиную, плюхнувшись в кресло. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался старший, разворачивая голову в его сторону. — Фигово, ноги будто ватные, ходить нормально не могу, сразу налетаю на что-нибудь. Голова трещит, как после похмелья, в горле сверлит, дышать больно…но благодаря тебе, мне уже лучше — парень почесал щеку и отвернулся, сейчас его лицо стало пунцовым не из-за жара, а из-за стеснения. — Обо мне никто никогда так не заботился, даже мои родители не бегали так вокруг меня, давали таблетки и все, а дальше я сам боролся с вирусом. Но ты, другой, неужели тебе не все равно? Стал бы нормальный полицейский так обхаживать хулигана? — Ким засмеялся, но в смехе была заметна грусть, пускай он и пытался ее скрыть, но это чувствовалось. Не только Тэхен в это время покраснел, но и Чонгук тоже. Он вообще не из стеснительных, но в этот раз скрыть стеснение не удалось. — Каким бы ты человеком не был, ты остаёшься человеком, — Чонгук засмеялся, — Даже убийцы заслуживают внимания. Черноглазый замялся, а после продолжил, продолжая глядеть на парня. — А ты уж тем более нуждаешься во внимании, — подняв голову в потолок, старший продолжил, — Мне приятно, что ты ценишь мою заботу. Неопределенное тепло разлилось по телу мужчины, отчего он выпучил глаза. Чувство было знакомое, но какое-то непонятное и неразборчивое. Такое уже будто было, но очень давно и брюнет все не мог вспомнить, что же это такое. «Что со мной такое? Разнежничался тут с этим придурком, это все определенно болезнь!» — подумал младший и резко встав с кровати, пошел пошатываясь в ванную комнату. Он никогда себе не позволял раскрепощаться, говорить с кем-то по душам или что-то в этом роде. Он замкнулся в себе и перестал доверять людям, даже если мужчина искренен, Ким не должен забывать про свои принципы. Фиолетововолосый поплескал холодной водой на свое красное лицо. «Соберись тряпка, нельзя показывать ему свою слабую сторону» — парень вздохнул и присел на ванную плитку и задумался, неужели он что-то чувствует к брюнету? Да на вряд ли, это просто болезнь туманит его разум. Чонгук пошёл за младшим и заглянул в ванную. — Ты чего на полу сидишь? Он холодный. Ты выздороветь хочешь или наоборот? — полицейский подошёл к парню и поднял его за руку. Старшему сейчас почему-то очень хотелось потрогать парня, поэтому он как-бы невзначай потрогал его лоб, проверяя температуру. — Ты вообще-то ещё не вылечился, — напомнил старший и повёл парня обратно. — Не надо, все в порядке, сам дойду, не ребенок — пробурчал Тэхен и выдернул свою руку из хватки старшего, но должно быть это было слишком резко, Ви заметил, как у Гука погрустнело в глазах. На короткий момент младший замешкался, но тут же взял себя в руки и прошел в комнату, падая на кровать. «Нельзя, нельзя, нельзя показывать слабость» — парень уткнулся головой в подушку и начал снова что-то бубнеть. Чонгук решил настоять на своём не смотря на слегка грубое обращение, все же болеет, перепады настроения бывают. Вообще брюнет не любил спать на диване, слишком узкий. Но почему-то уже второй день он спит именно на этом неудобном диване. Ну не выгонять же больного человека на столь неудобное ложе. Зайдя в комнату, Чонгук остановился в проходе. — Что-то случилось? — конечно Чонгук задал себе вопрос, что же могло случиться? Но мало ли. — Какой же ты все-таки дотошный, докапываешься до всего, что не так, что не так, да в тебе всё не так! Мне конечно приятна твоя забота и все такое, но не надо так ко мне липнуть, я же не ребенок, от обычной простуды не помру — младший стал кидать язвительные претензии в сторону полицейского, уж слишком правильно вел себя мужчина, аж становилось неловко. Увидев расстроенное лицо Чона, парень вздохнул и встал с кровати. — Я буду спать на диване, я видел как вы спите и вижу, что вам неудобно, не надо ломать из-за меня спину — буркнул фиолетововолосый и прошел в гостинную. Чонгук все равно пошёл за младшим. — Ты уж разберись, ты со мной на «вы» или на «ты», — было первое, что сказал полицейский, -По сравнению со мной, ты ребёнок, так что не возражай. Гук сел на край дивана, куда несколько секунд назад лег парень. — Я удивлён, как быстро меняется твоё настроение, — сказал брюнет, пропуская все колкости мимо ушей, хотя на самом деле от слов младшего ему стало очень обидно. — А про диван, я могу и потерпеть. В этом доме ты больной, а не я. — Слушай «ты» меня — сказал Ким через зубы и взял мужчину за ворот рубашки — Я уже сказал, что мне до фени твоя забота, я сам справлюсь. Так что прекрати строить «доброго» копа и вали спать на кровать, и это мое последнее слово, давай вали — парень отпустил его и легонько пнул в бок, как же он ему надоел, и зачем вообще Ви согласился придти к нему домой. Младший положил руку на лоб и откинулся на спинку дивана, закрывая глаза. Чонгук посмотрел на Тэхена и закусил нижнюю губу, не замечая, как на ней начинает образовываться ранка из которой сочится кровь. Грудную клетку пробил удар, распространяясь по всему телу. Брюнету хотелось ещё ему что-то сказать, но он лишь открыл рот и тут же закрыл, выдыхая. Полицейский молча ушел в комнату, заперевшись на защёлку. «Почему я ничего не сказал ему?» — Чонгуку самому не было понятно, почему он даже пальцем не повёл. Было очень обидно, старший старался помочь ему, но оказалось Тэхену это не нужно. Вскоре Чонгук уснул, наверняка из-за большого количества мыслей. С ним такое частенько бывает. — Вот и вали…придурок — сказал Ви уже шепотом, возможно все эти его колкости могли и взаправду обидеть брюнета. Да и пусть, сам знал, с кем связывался. Младший снова вздохнул и нелепо став с кровати, поплелся на кухню, в горле давным давно пересохло, будто бы пустыня, где никогда не было дождей. Сделав пару глотков, он закашлялся, вода попала не в то горло, и он подавившись, начал биться в припадке из-за жидкости в легких. — Бля…ять — ругнулся парень и выронил стакан из рук роняя на пол, тот естественно разбился в дребезги. Снова ругнувшись, фиолетововолосый прямо голой рукой стал собирать осколки, наплевав на все правила безопасности. — Ай! — крикнул Ви и закусил губу, осколок глубоко врезался в ладонь, рассекая ее поперек и давая крови стечь по ней. Чонгук проснулся от крика младшего, толком так и не успев поспать. Старший зажмурился. После хоть и короткого, но сна разум стал к нему возвращаться и осознав, что это был крик фиолетововолосого, он вскочил с кровати, подбегая к двери. Провозившись с замком, как ему показалось достаточно долго, старший выбежал из комнаты отправляясь на поиски парня. Обнаружив Ви на полу с окровавленной рукой, брюнет ужаснулся, а уж после увидел осколки стакана. Старший обхватил парня поперёк живота, садясь на диван и усаживая его на свои колени. Чонгук увидел огромную, глубокую царапину в руке и поспешил зажать рану прямо рукавом рубашки, чтобы остановить кровь. Другой рукой он потянулся к аптечке, что не убрал ещё с первого визита Тэхена. С трудом достав из коробочки бинт, старший стал перематывать рану, несколькими слоями. Закончив с этим, он завязал узел. — Ты знаешь, что тебя нельзя оставлять одного? — глаза черноглазого выражали испуг за младшего. Ещё бы, рана у него очень жестокая. — Но ты же ушел — парень пожал плечами, как будто его уже не волновало состояние своей руки. Рана и что такого? Заживет, пускай на это уйдет много времени, но это пройдет. Но шрам останется, как напоминание. Шрам на животе ведь остался, воспоминание приносящее боль. А ведь по началу это казалось детским сном, таким невинным… Стал бы родной отец резать своего сына ножом, из-за того, что парнишка получил двойку? Стал бы он бить малыша каждый день, когда мать уходила на работу? Стал бы он его трахать при первой возможности?! Да, именно таким и был его папаша, жестоким, отвратительным мерзавцем. Именно из-за него, Ви убежал и стал жить в заброшенном здании, из-за него он не может заснуть ночью, из-за него он стал рисовать эти картины. От нахлынувших воспоминаний по щеке пробежала слеза, и капнула на черную рубашку брюнета, оставляя на ней мокрый след. — Ненавижу…как же я его ненавижу — прошептал парень и уткнулся лицом в плечо полицейского, закрывая челкой выступившие слезы — Я так ненавижу своего отца… Чонгук крепко обхватил спину Тэхена и прижал к себе, заключая его в объятия. Старший стал успокаивающе гладить парня по макушке. — Ну вот, а ты меня выгонял. Кого бы ты сейчас обнимал? — Гук постарался разрядить обстановку, но решил, что ситуация не та, поэтому замолк. Спрашивать сейчас о том, что случилось было бы вообще неуместно, поэтому старший продолжал гладить парня на голове. Ви забыл, а вот полицейский нет. Он усердно гладил пораненную руку младшего, чтобы якобы боль быстрей прошла. — Не плачь, — все же сказал брюнет спустя несколько минут молчания и тихих всхлипов Тэхена. — И правда, что это я тут расклеился, словно дитя малое реву почем зря, еще и рубашку тебе замарал — Ким отстранился от плеча мужчины и отряхнул рубашку. Виновато улыбнувшись, он встал слез с его колен на пол. Все так же глупо улыбаясь, но улыбка не могла скрыть ту боль, которую он сейчас испытывал. Она словно оса, нещадно жалила в сердце, оставляя за собой невыносимые ощущения. — Не обращай внимания, это просто всплеск эмоций, они пройдут, просто забей — неловко хохотнул Ким и провел рукой по лицу, но слезы не хотели останавливаться, все так же стекая ручьем по щекам. — Как же стыдно — младший отвернулся и побежал в ванную, закрывая дверь и садясь к ней спиной. Ви уткнулся лицом в колени, продолжая плакать и все так же усердно убирая слезы, тем самым растирая глаза и делая их красными. Чонгук конечно же пошёл за Тэхеном. Подойдя к двери, он стал усердно стучать в неё. — Тэхен, открой дверь, — просил Гук, продолжая все так же стучаться. С каждым разом стуки становились все громче и требовательнее, пока и вовсе не стали надоедающими. — Бегом открывай дверь! -уже приказным и грубым тоном сказал старший. В один момент в голове что-то щелкнуло и брюнет ударил себя по лбу, удаляясь в строну своей комнаты. Вернулся он с маленьким ключиком и этим же ключом открыл дверь ванной. Когда дверь открылась, младший чуть не упал, ведь сидел, облокотившись на дверь. Но полицейский вовремя подхватил его. — Почему ты скрываешь свои эмоции? — скорее утвердил, чем спросил Чонгук, прижав Тэхена к себе, — Ты можешь не бегать от меня и просто обнять? Сердце заколотилось чаще, когда Гук обнимал парня. И брюнет безусловно понял наконец самого себя. — Не хочу, чтобы кто-то видел меня таким… уязвимым, это больно — всхлипнул Ви и сжал рубашку полицейского — Ты вообще не должен меня обнимать, я тебе никто, лишь еще одно дело в документах, так прекрати нежиться со мной и отпусти уже — крикнул младший и тихо всхлипнул, мужчина все так же прижимал его к себе. Это смущало, очень сильно. Но не в этой ситуации, это просто был жест вежливости и ничего более. Надо просто его принять и забыть этот неловкий случай. Как парень забыл и другие моменты из своей жизни. — Хватит надо мной издеваться, я же знаю, что тебе все равно — прошептал фиолетововолосый и ударил Чона забинтованной рукой по плечу, оставляя на ней кровавый след, ведь бинт уже давным давно промок из-за крови. — Я действительно похож на такого человека? — спросил Гук, но улыбнулся. Старший отвёл Тэхена в гостиную и поменял ему бинт. — Если тебя это как-то успокоит, ты мне не безразличен, -Чонгук сглотнул ком и поспешил удалиться в ванную. Брюнет снял с себя рубашку и замочил её в воде. После он постирал её, оставляя в ванной сушится. Чонгук зашёл в комнату за кофтой, а после вернулся в гостиную, усаживаясь на кресло. Он боялся оставить младшего одного, ну вдруг случится что-то. Чонгук уткнулся в свой мобильник, стараясь не смотреть на парня. «Ну и зачем я это сказал?» — думал брюнет, рассматривая фотографии, находящиеся на его телефоне. Хлюпнув носом, младший вздохнул и вытер оставшиеся слезы, которые наконец-то прекратились. Но повернув голову, он замер. В телефоне полицейского была фотография его картины, которую он нарисовал пару дней назад. Подсев поближе к мужчине, он удивился. — Зачем ты это хранишь? Сам же говорил, что я рисую всякое фуфло — Ви нахмурился, он совсем ничего не понимал. Чонгук вздрогнул от такого внезапного появления младшего. Брюнет отключил телефон и положил его на ручку кресла. — Просто так, -ответил старший и прикрыл глаза, — Не бери в голову. Полицейский встал со своего места и зашёл на кухню. Он убрал остатки осколков и подтер пол. Мужчина вернулся в гостиную, наблюдая за Ви. Кто его знает? Вдруг опять что-то случится, а так брюнет будет рядом и сможет сразу помочь. Волна жара снова окатила парня с ног до головы, заставляя впадать в полусонное состояние и чувствовать себя плохо. Ким глубоко вздохнул и откинулся на диване, удобно устраивааясь. Но увидев стоящего брюнета, который за ним наблюдал, младший усмехнулся. — Со мной все в порядке, можешь идти спать в комнату — он помахал рукой в сторону спальни и сладко засопел. Теперь же паренек был похож на маленького котенка, который мило дремал на коленках. Чонгук конечно же не послушался его и подошёл к дивану. Полицейский взял парня на руки и отнёс в комнату, накрывая одеялом. Нежно потрепав младшего по голове, старший улыбнулся: — Спокойной ночи. Чонгук удалился в гостиную, устраиваясь на нелюбимом диване. Чон стянул с себя верхнюю одежду и укутался в плед, что как всегда лежал на диванчике.