Будь моим

      В воздухе висела угнетающая тишина. — Внебрачный? — несмотря на то, что ответ на этот вопрос не очень интересовал Энджи, он все же спросил. — Не совсем так, но по сути правильно, — не колеблясь ответил Всемогущий. — Я и мать Изуку хотели обвенчаться, но после того, как я получил звание сильнейшего, возникла опасность для моей семьи. Инко — его мать, сама настояла на том, чтобы мы не женились, тогда она уже была на второй неделе. У номера один не должно быть слабостей, поэтому она ушла. Когда Изуку появился на свет, я попросил своего друга сделать его своим «сыном». Я не хотел его обрекать на участь сына первого героя. Год назад я встретился с ним случайно на улице. Когда я узнал, что он хочет поступить на геройской курс, я понял что могу открыться ему. После личной встречи с Инко и её согласия, я представился ему уже как отец. Несмотря на неожиданность, он принял всё и не стал винить нас. — Ясно… — хоть Старатель и догадывался о их связи, но не мог предположить такого. Его удивила откровенность Первого и, в какой-то степени, он сочувствовал ему. — Твой интерес к Изуку был вызван из-за юного Тодороки, я прав? — если откровенничать, то до конца. Яги рассказал Энджи правду, значит и он должен поделиться с ним. — Откуда?.. — Изуку говорил, что юный Тодороки чувствует его запах, который он тщательно маскировал подавителями, — спокойно ответил Тошинори, прикрыв глаза. — Да, ты прав, Шото сказал, что он и твой сын истинные. Вроде как он чувствует между ними связь. Также он сказал, что он поставил ему метку, — выдохнул Старатель. — Вот значит как… — вокруг Тошинори возникла угнетающая аура, похоже он злится. — Первый?.. — Тодороки тоже был зол, когда узнал, что его сын связался с омегой, так что он понимал, из-за чего злится Всемогущий. Осознавать, что собственный сын был оттрахан и помечен, не очень то и радует. — Прости. Этого я не знал, хотя предполагал их истинность. Как бы то ни было, что нам делать, как их родителям? Будут предложения? — Я хотел задать тот же вопрос, — рвано выдохнул Старатель, глядя куда-то в пустоту. — Я не против того, чтобы твой сын вышел замуж за Шото, он, как истинный альфа, должен нести ответственность за свои поступки. — Само собой, я поговорю насчёт их женитьбы с Изуку. Раз он дал себя пометить, значит проблем быть не должно. — А если.? — хотел спросить Энджи, но Яги перебил его, не давая закончить предложение. — Если и возникнут, я их решу. Они оба должны нести ответственность за свой поступок…

***

      С тех пор прошло около трех недель.       Все это время ничего не происходило, все было как обычно. Шото никак не контактировал с Изуку, постоянно динамил его, при случайной встрече просто молча проходил мимо. Мидорию, в какой-то степени, это радовало, это означало, что он в безопасности ближайшую течку, по крайней мере, ему так казалось. Дела с Бакуго обстояли хуже, он перестал разговаривать с Мидорией. Совсем. После того случая, Изуку извинился перед Кацуки, сказав, что он не понимает, что на него нашло. На что тот ответил ему, что в его поступке нет ничего дурного и, в каком-то смысле, он правильно сделал, но больше Кацуки его не желает видеть. Ему не хочется больше играть в друзей, так что он посоветовал Изуку больше не появляться ему на глаза. Мидория ничего не мог на это ответить, Бакуго был прав… Так будет лучше. Изуку и так разбил ему сердце, больше он не хочет ранить Кацуки, вскрывая эти раны. С тех пор они не общались. Даже взглядами не пересекались, стараясь держаться друг от друга на расстоянии. Их тянуло к друг другу, хотелось поговорить о чем-нибудь, о чем угодно, хотя бы чуть-чуть. Но они прекрасно понимают, что они делают друг другу больно, заставляя одного чувствовать, как разрывается сердце от осознания неизбежности, а другого от чувства вины и сожаления, что не может быть иначе, чем есть на самом деле…       Дни шли и ничего не менялось. Жизнь протекала спокойно и размеренно. И вроде бы все шло как по нотам, с каждым днем у Мидории появлялось странное ощущение чего-то нехорошего. Он чувствовал, что что-то произойдёт, и оно не будет ничем хорошем для него.       И вот одним «прекрасным» днем, сидя за партой, Деку обдумывал сложившиеся обстоятельства, вновь и вновь убеждая себя, что он был прав и так будет лучше. — Юный Мидория.       Изуку услышал, как его кто-то зовет, а именно никто иной, как сам Всемогущий. Встав с места, он прошёл до двери, встав перед Яги. — Вы меня звали, Всемогущий? — Да, звал, пойдём со мной, нам нужно поговорить.       Они вместе проследовали до кабинета Тошинори, заранее предупредив Айзаву-сенсея о том, что Мидория немного задержится. Как только они зашли в помещение, Изуку почувствовал невероятное давление со стороны альфы. Его феромоны распространились по всему кабинету, заставляя вздрогнуть от их силы. Яги невероятный альфа, бесспорно. — Изуку, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Всемогущий развернулся лицом к Мидории, оперевшись телом на стол. От этого вопроса омежка сглотнул. И как ему рассказать о связи с Шото, черт возьми? — Отец… Вы ведь уже все знаете, я прав? — тихо произнес Изуку, поняв о чем будет идти речь. Он не хочет об этом говорить.       Подойдя к сыну вплотную, Яги одним резким движением руки оголил шею Мидории, давая себе полностью разглядеть аккуратную метку. Его злило её присутствие, он любит Изуку, как единственное свое счастье, но знать что кто-то осквернил его милое дитя, вызывает в Тошинори неисповедимый гнев. — Почему ты мне не рассказал? Я бы предпочёл услышать об этом от тебя, нежели от Второго, — безэмоционально, еле сдерживая злость, произнес Всемогущий, убирая свою руку, стараясь смотреть в глаза сыну. — Старатель тоже знает?.. — не на шутку удивился Мидория, из-за чего по спине пробежали мурашки.       «Значит Шото рассказал своему отцу… Это явно ничем хорошим не закончится».       Сглатывая слюну, Изуку старается избежать взгляда отца, ему ещё никогда не было так стыдно перед ним. Повелся на уговоры и отдался альфе, что может быть ещё хуже? Отец доверил ему настоящее сокровище. Силу, о которой Мидория так мечтал, и ради чего он бросил все, чем он гордился, что должен был использовать ради спасения других?.. Его целью всегда было стать достойной заменой Всемогущему, стать достойным преемником его силы… А в итоге он стал подстилкой для циничной альфы, что видела в нем только его запах. Не личность, а просто милую игрушку с приятным запахом, одурманивающим сознание. Этого он никогда не простит Шото, а тот факт, что они истинные — просто случайность. Истинные могут быть отдельно друг от друга, для этого нужно только небольшой укол*, и они будут свободны друг от друга. — Да, юный Тодороки рассказал Старателю о серьёзных происшествиях в своей жизни. В отличие от тебя. — Прости, отец… Я боялся. Я не хотел подводить тебя, хотел, чтобы ты гордился мною. Я жалел о своём поступке, думай я тогда головой, то, может быть, и не лёг бы под него… — Изуку чувствовал как на глазах начали выступать слезы. — Даже сейчас, я не хочу бросать все то, что я добивался таким трудом. Я хочу продолжить обучение и стать номером один, чего бы мне это не стоило. — Этому не бывать, — этих слов, Мидория боялся больше всего, а Всемогущий все же произнес их. Сердце омеги как будто проткнули копьем, оставляя после себя сквозную рану. Оно сжалось от боли, из-за чего из глаз полились слезы. — Я не могу позволить моему единственному сыну вредить себе в попытках сделать из себя героя. Этого не произойдёт ни за что. Ты ведь помнишь условия, при которых я дал тебе возможность стать героем? Первое — ты будешь выполнять все мои команды, не делая ничего без моего ведома, не делая хуже себе. Второе — ты будешь рассказывать о всех происшествиях в твоей жизни, чтобы у тебя не было психологических заслонов. И третье… — Третье — никаких связей с альфами, если у меня появиться альфа, то моё тело изменится и станет хрупким, из-за чего я не смогу быть героем и мне придётся стать жено… — закончив за отцом, в ум пришло осознание ситуации, кровь отлила от головы, заставляя вздрогнуть всем телом от ужаса. Да быть этого не может! —  Отец, только не говори, что… — Ты правильно понял, я собираюсь выдать тебя за Тодороки Шото, как только вам обоим исполнится по восемнадцать лет, — безэмоционально произнес Тошинори поставив после своих слов жирную точку, давая понять, что его решение неоспоримо, от чего Изуку прикрыл свой рот ладонями, дрожа как жалкая сучка от страха.       Это не то, чего он хотел!!! — Но, отец!.. — попытался вразумить Всемогущего Мидория, но сразу же понял, что у него это не получится. Яги его не станет слушать, да и к тому же Изуку сам согласился на эти условия. — Мне жаль, Изуку, — тяжело вздохнул Тошинори. — Так будет лучше. Шото не плохая кандидатура для тебя, я думаю ты поймёшь это со временем.       «Как же ты не прав отец… Шото — псих, который добьётся всего, что пожелает, а значит…».       Сердце Изуку сжалось от боли и осознания, что это не конец его страданиям, а только начало. Если он правильно понял, то поведение Тодороки сейчас сравнимо с затишьем перед бурей, и дальше будет хуже, намного хуже… Теперь он не просто навязанная альфа, теперь он ещё и жених…       «Это не та ответственность, которую я желал.»