Будь моим

      Звучит очередной звонок чёртового будильника, желания вставать не было и вовсе. Тёплая кроватка так и умоляла не расставаться с ней, Мидория бы и остался, но только есть одно «но»… — Изуку… Пора вставать. Ты долго ещё собираешься валяться? Пора в школу. Ты уже третьи сутки что и делаешь то только спишь, вставай, — Шото будит его уже четвёртый раз, попутно надевая на себя школьную форму. — Я хочу спааааать, — зевая, говорит Изуку, ещё сильнее растекаясь по шикарной кровати. — Да и какой смысл, все равно я героем не стану, за что тебе отдельное «спасибо». Теперь вали в школу и получай знания, а я пас. — Я не виноват, что мы с тобой истинные, и я, кажется, попросил тебя проснуться, ты так или иначе пойдёшь со мной в школу. Тебя ещё никто не отчислял, так что проведи оставшееся время с друзьями. — Шото, ты всегда такой зануда? — все же поднявшись с уже любимой кровати, пробубнил Мидория, получая в ответ строгий и холодный взгляд. — Это с тобой что-то не так. Раньше ты без школы и дня прожить не мог, а сейчас ведёшь себя как Каминари, — произнёс Тодороки, после чего продолжил собираться. — Что с тобой последнее время? — Да я и сам не знаю… — почесав затылок, ответил крольчонок уже в сидящем положении, не сильно улыбаясь, после чего вновь, раскинув руки, лёг спиной на кровать. — Как-будто камень с души упал, когда я узнал от отца, что больше не буду нести бремя первого героя, хотя и сложно было это принять. Я уже давно такого не чувствовал, но… Сейчас я чувствую опустошение, как будто у меня что-то отняли. Мне хочется это вернуть, но я больше не в силах это сделать. Будто я свободная птица, но меня лишили крыльев… — Так и думал… — Тодороки тяжело вздохнул и, подойдя к кровати, сел, начав медленно гладить лицо омежки костяшками пальцев. — Ты боишься стать бесполезным, снова стать обычным, хотя всегда мечтал о другом. Мечтал стать, как твой отец, таким же великим героем, но тебе это было в тягость, ты был слишком слаб для этой роли. Старался стать сильнее, хотя понимал, что это невозможно. Эта пустота, она появилась из-за несбывшейся мечты, которую ты так хотел исполнить, совсем позабыв о том, что она губит тебя. Отчасти я виноват в том, что ты не сможешь её исполнить. Но разве ты не думаешь, что, став обычным, тебе будет легче? Я сделаю все что угодно, чтобы ты был счастлив, я хочу заполнить эту пустоту собой. — Шото… — Изуку не мог сдержать той самой нежной улыбки, которая заставляла сердце альфы таять, а вся суровость и брутальность исчезала на глазах. Омежка нежно взял руку Тодороки и прислонил его ладонь к своей щечке, начав тереться об неё, прикрыв глаза. — И все же ты чудовищно милый, боюсь, что не сдержусь, и мы с тобой пропадём ещё на неделю, так что давай уже вставать, — Шото начал расцеловывать лицо Изуку, но когда он начал отдаляться, его голову обхватили руками и утянули в сладкий и нежный поцелуй. Омега начал ёрзать на кровати, приподнимаясь и вставая на четвереньки, он превращался в хищника на глазах. В порыве Изуку повалил альфу, оседлав его сверху, начал тереться задницей о пах Шото. — Заманчивая идея~ — хмыкнул Мидория, облизывая верхнюю губу, он начал забираться под рубашку альфы, проводя по каждому мускул. — К черту школу.       Омежка впился в шею Тодороки, нежно покусывая и оставляя маленькие засосы. — Изу, прекрати сейчас же, — скомандовал Шото, но в его голосе не было уверенности. Мидория смотрел на него с удивлением, Тодороки отводил взгляд и явно сдерживался. Это и вправду было забавно. — Ты уверен? — Изуку был похож на зверя, провоцирующего свою жертву. В нем было что-то от черта. — Всё в тебе говорит об обратном. — Уверен, — все же взяв себя в руки, Шото смог ему ответить, но вдруг альфа сменил положение себя и омеги, так что Изуку уперся мордочкой в кровать, оттопырив зад, а Шото до сих пор терся об него пахом, заломив одну из рук омеги у него за спиной и зависая над Мидорией. — Но если тебе так не хватает меня, то у меня есть предложение.       Тодороки резко изменился в лице, став тем доминантом, каковым он себя и считает, но редко пускает в ход. Он выглядел радостным и возбужденным, когда омега начал смотреть на него с желанием и подчинением. — Давай заключим сделку, — Шото склонился над ухом омеги, начав шептать ему томным голосом. — Если ты пойдёшь со мной в школу, то я подарю тебе самые незабываемые воспоминания следующей ночи, оттрахаю твою задницу так, что ты не сможешь сесть на неё, как минимум, неделю. Ну что, согласен? — Неплохое предложение, — Изуку тяжело дышал явно из-за возбуждения, что скручивало низ живота. — Я согласен~ — Ах да, и ещё кое-что… — Шото отстранился, встав с кровати на ноги и начиная приводить себя в порядок. — У меня есть одно небольшое условие…

***

— Деку-кун!!! — Урарака буйствовала и откинула всех, кого только могла, естественно кроме Тодороки, чтобы обнять любимого друга. — Я так рада тебя видеть!!! — Задушишь ведь… — Мидория был уже синюшным, Очако и вправду была сильной. — Я тоже рад тебя видеть. — Урарака, отпусти, пожалуйста, Изуку на пол, — Шото не нравилась близость его омеги с этой бетой, он не знает причины, просто бесит. Хотя, скорее всего, причиной этому была её наивная любовь к Изуку, бедняжка до последнего верила, что Мидория бета, хотя он и никогда и не врал, что он не омега, а отсутствие запаха увеличивало её веру. — Да ну тебя… — Очако надула щечки, опустила Мидорию на пол и начала пристально рассматривать, впрочем, как и все вокруг, кроме Бакуго. Он старался не смотреть на парочку, но все равно не мог оторвать удивленный взгляд от омеги. — Может вы прекратите так смотреть на меня? — Изуку до сих пор смущался своего внешнего вида, поэтому спрятался за спиной альфы.       «Такой милашка~»— пронеслось в головах окружающих. Да, таким они своего доброго друга редко могли увидеть, смущённого до алого цвета. Его внешний облик их весьма озадачивал. — Я спрошу главный вопрос, который волнует всех… Это правда, что вы вместе? — Очако смотрела так, словно это и правда было важно, хотя может так оно и есть.       Шото, как будто ждал этого вопроса, положил руку на плечо Изуку, ожидая ответного жеста, который последовал всего через секунду. Мидория обнял Тодороки за талию в ответ, после чего Шото, поцеловав в лоб омежку, сказал то, от чего глаза окружающих округлились настолько, что они чуть не вылетели из орбит. — Да, и я думаю нас ждет счастливый конец…