Ч.т.д (Что и требовалось доказать)

Фудживара отдал длинный, через пол-площадки пас прямо в руки Джей-Джея. Тот довольно оскалился и тут же выпрыгнул вверх, выполняя свой коронный бросок: из-за дуги, по высокой траектории. Однако на сей раз удача отвернулась от него – мяч попал в щит и тут же отскочил. Гоша – красавчик! – выиграл подбор, нахально выскочив перед противниками, и тут же сделал передачу на Отабека. Тот уже в движении поймал мяч, стремительно направляясь в сторону противоположного кольца. Там его поджидал Лео де ла Иглесиа, которого обойти было как раз плюнуть. Он прошел его слева, но перед ним тут же вырос центровой – здоровый детина, который вперился в него круглыми от напряжения глазами. Отабек чертыхнулся про себя, но тут же сориентировался и отдал пас подоспевшему форварду сквозь образовавшееся между противниками «окно». Мяч отскочил от пола точно форварду в руки, тот ринулся было к кольцу, но его взял под плотную опеку форвард соперника. Пришлось снова пасовать, отдав мяч находящемуся сбоку Поповичу. Тот сделал обманный маневр вправо, затем резко сменил направление и обошел противника с другой стороны, подставил спину, когда тот, опомнившись, кинулся за ним. Гоша не без труда прошел под кольцом и уверенным движением забросил мяч в корзину. Еще 2 очка! Команда Отабека вырвалась вперед, но ликовать было рано – до конца матча было еще несколько секунд и Джей-Джей с товарищами ни за что не упустят шанса отыграться. Вот уже Лео с мячом застыл в нерешительности по центру зала, напротив него встал в защитную позу один из форвардов Отабека. Поколебавшись немного, Лео все же решил идти в атаку, сумел выйти из-под опеки и оказался в двухочковой зоне прямо перед центровым. Понимая, что тянуть дальше нельзя, он бросил со средней линии, но промазал. Мяч внезапно отскочил под ноги Отабека, тот подхватил его, развернулся и с быстротой молнии повел к кольцу противника: мимо защитника, мимо расслабившегося в последние секунды- словно все уже закончилось - центрового, навстречу Джей-Джею, который ждал его прямо перед дугой. Обыгрывать времени не было – Отабек сделал бросок по корзине, замечая, что Джей-Джей выпрыгнул вверх гораздо раньше и уже не сумеет блокировать мяч. Одновременно со свистком учителя мяч попал точно в цель. - Даааа! – послышался сбоку победный рев Поповича, следом он неловко навалился на Алтына всем своим весом. – Баззер-биттер*, мужик, баззер-биттер! Охереть! Отабек улыбнулся, чувствуя, как его обступили радостные товарищи по команде. Он и сам был доволен, не часто им выдавалась возможность обыграть команду Джей-Джея. - Молодцы! Прогресс на лицо! – раздался сбоку одобрительный голос учителя. – Жан-Жак, я тебя не узнаю, в следующий раз постарайтесь отыграться. Сейчас еще одну игру провести уже не успеем, поэтому я всех отпущу пораньше, встретимся на следующей неделе. Ребята оживленной толпой хлынули в раздевалку. На удивление молчаливый Джей-Джей вышагивал сбоку ото всех. - Он и правда последнее время сам не свой, - прошептал Гоша на ухо Отабеку. – Тихий какой-то, совсем на него не похоже. Интересно, что случилось у него… Отабек пожал плечами. Мало ли, что у человека в жизни происходит, сразу на каждом углу обсуждать, что ли. В раздевалке он с облегчением стянул противно липнущую к телу спортивную форму. Краем глаза заметил, как Леруа нервно бросил в сумку мобильный и принялся в спешке переодеваться. «Даже не помылся, - удивился Отабек, хватая полотенце и направляясь в сторону душевых. – Нифига его припекло». Он неторопливо принял душ и, чувствуя себя наконец свежим и бодрым, вернулся в раздевалку. Георгий вышел из душевой последним, в одном полотенце на талии и с крайне задумчивым видом. Отабек как раз переоделся и уже убирал кроссовки в сумку, когда Гоша замер прямо рядом с ним. - Отабек, - напряженным голосом позвал он, заставив Алтына оторваться от своего занятия и вопросительно посмотреть на друга. – Отабек, у тебя когда-нибудь были красные пятна на члене? - Чего? – в изумлении вылупился на Поповича Отабек. Гоша неловко переступил с ноги на ногу. - Да епт, мылся, глянул вниз, а там на головке какие-то красные пятна стремные, - жалобно проныл Гоша и внезапно рванул на себе полотенце, представая перед Алтыном в чем мать родила. - Блядь! – от неожиданности подпрыгнул казах, а Попович, ничуть не робея, уже оттягивал крайнюю плоть, оголяя головку полового члена. - Смотри! – сказал он, потрясая достоинством перед Отабеком, - видишь, вон там? Немногие оставшиеся в раздевалке одноклассники косились на них с неприкрытым удивлением, но сказать ничего не решались. Отабек покачал головой, не веря, что делает это, и посмотрел на Гошин пенис. На головке действительно краснело несколько пятен различного диаметра. - Вижу, - честно признался Алтын. – Понятия не имею, что это. Гоша тяжело вздохнул. - Бля, что за хуйня… Он замотался обратно в полотенце и прошлепал к своему шкафчику. Отабек вернулся к запихиванию обуви в сумку, при этом обдумывая, что могло приключиться с другом. - Без презика не трахался в последнее время? – на всякий случай уточнил он. - Смеешься что ли? – с обидой в голосе протянул Попович. – Я в последнее время вообще не трахался! Да и гондоны всегда при мне, я ими себе на карманные расходы зарабатываю, если что. Отабек хмыкнул, задумчиво следя, как Гоша быстро собирается. - И не зудит, не чешется? Не болит? Гоша отрицательно покачал головой и торопливо начал закидывать шмотки в сумку. Отабек рассуждал: если исключить заболевания, что еще могло стать причиной – ненадлежащая гигиена или аллергия? - А моешь там часто? - Нууу дааа, - немного поколебавшись, протянул Попович, - наверное. Часто – это как? - Каждый день, предположим, - Отабек накинул любимую косуху, подождал, пока Георгий поравняется с ним, и они вместе направились к выходу из корпуса. - Каждый день-то нет, - немного стыдливо пробормотал Гоша. – Не всегда. Но раз в два дня точно. Или в три. Как-то так. А ты что, каждый день что ли моешь? - Да, я всегда перед сном душ принимаю, - Отабек пожал плечами. – Но мне в этом плане легче, я обрезанный. Родители Отабека настояли на обрезании, когда тот был еще ребенком, да и сам Отабек с возрастом осознал плюсы данной процедуры, а вот Гошина культура таких обрядов не предусматривала, поэтому его член мог пострадать от банальной нечистоплотности. Георгий скорчил понимающую мину. «Вот оно что», - пробурчал. По заалевшим щекам было ясно, что он смутился. - Ты попробуй, а там видно будет, - спокойно ответил Алтын, не собираясь читать другу нотаций – тот и так все понимает. - А по-хорошему, ко врачу бы с такой проблемой, конечно. Обязательно обратись, если не пройдет. - Ага, - ответил Попович и пнул попавшийся по дороге кусок щебенки. Остаток пути от физкультурного корпуса до главного, где проходили другие уроки, провели в молчании. Уже на подходе к зданию нос Отабека начал улавливать ноты какого-то изумительного аромата, которому тот поначалу не придал особого значения. Но чем ближе они подходили, тем интенсивнее становился запах и тем большее волнение он вызывал у Алтына. - Гош, чувствуешь запах? Обалденный, - поделился Отабек, поводя носом из стороны в сторону и пытаясь определить источник. - А? – Вынырнул из своих мыслей Попович. – Ну да, ниче так. - Не просто ничего, а… - Отабек не договорил, ведомый запахом, он резко прибавил шагу. - Эй! – Гоша, не ожидавший от Алтына такой прыти, поспешил следом. Аромат-то появлялся, то ускользал, Отабек периодически останавливался, крутился волчком на месте, пытаясь определить направление, и, в конце концов, рванул в главный корпус. Едва он оказался в фойе, его накрыло волной тончайшего аромата, который Алтын даже не смог распознать сразу: смесь нежной, хрустальной чистоты и чего-то теплого, до одури уютного. Отабека мигом повело. В голове зашумело, перед глазами все помутнело, а колени ослабли. - Блядь, - прохрипел он, наваливаясь на подоконник, - блядь! Этот запах хотелось вдыхать вновь и вновь, им хотелось наполниться, пропитаться насквозь. Хотелось увидеть его обладателя, подмять под себя, пометить, сделать своим, чтобы сцеловывать с его губ этот божественный аромат, слизывать его с кожи и никогда-никогда не останавливаться… Это было выше его сил. Отабек почувствовал, как возбуждение больно упирается в ширинку, и слабо застонал. Если все, что он когда-либо знал об Истинности – правда, то он сейчас находится буквально в шаге от своей судьбы. Подоспевший Гоша подскочил к нему, в ужасе тараща глаза. - Отабек, что случилось? Тебе плохо? - Мне… очень хорошо, - сипло выдавил Отабек, до побеления сжимая пальцами пластмассовый край. – Чей это запах? Узнай, умоляю… Гоша замер на секунду, осмысливая, и, кажется, понял, в чем дело, потому что метнулся к группе стоящих неподалеку альф. Отабек видел, как те отрицательно покачали головами. Гоша двинулся в другую сторону, сам же Отабек неподалеку заметил троих омег, увлеченно трещащих о чем-то и тыкающих пальцем в экраны смартфонов. Он собрался с силами, выпрямился и, как можно ровнее, чтобы не напугать, подошел к ним. - Ребят, - вышло относительно спокойно, и три пары глаз уставились на него. – Чей это запах, вы не в курсе? Один из омег, черноволосый и темнокожий, словно уголек, кивнул в ответ. - В курсе, - остальные дружно закивали, - у Плисецкого Юрки течка началась внезапно, его Джей-Джей отсюда на руках вынес! Я зафоткал! Он горделиво сунул Отабеку под нос телефон. На фото был запечатлен Жан-Жак, который явно впопыхах двигался к выходу, под бедра удерживая на себе Плисецкого. Сам Юра сцепил руки у Леруа за спиной, а его раскрасневшееся лицо пряталось в изгибе шеи канадца. - Ах, это так романтично! Повезло Юрке, такой красавчик-альфа… Отабек замер, пораженный. Господи, Юрка, его Юрка, в которого он был влюблен уже столько лет и на которого сдрочил не одну пачку салфеток, прекрасный мальчик его мечты с глазами бойца – действительно омега, даже, кажется, его Истинный, и он в лапах мерзкого канадца, который только этого момента и ждал! Сейчас тот наверняка воспользуется беспомощностью Юры и развратит его... Нет, он не должен этого допустить! - Когда они ушли? – перебил он восторженные причитания омег. - Минут 10 назад, - ответил все тот же темный омега. Отабек тут же сорвался с места. Он не знал, куда бежать, на улице запах был едва ощутим. Самым вероятным местом казалась комната Леруа в общаге, поэтому туда Отабек и поспешил в первую очередь. Территория общежитий для альф была огромной, и пока он добрался до общежития корпуса F, прошло еще порядка 10 минут. Уже в подъезде он понял, что ошибся, тут не было и следа запаха Плисецкого. Алтын остановился на пару секунд, переводя дух. Где же, если не тут? В общаге у Юры? Он мысленно застонал - на территорию бет так просто не попасть. У него там не было ни подвязок в охране, ни знакомых, чтобы попросить пропуск. Твою мать! Но бездействовать он не мог, поэтому снова понесся вперед, проклиная себя за колоссальную потерю времени. Полчаса – это же целая вечность, за это время можно не только до общаг добраться, а уже приступить к процессу… Нет-нет-нет, Юра, не позволяй ему прикасаться к себе, не разрешай целовать себя, ведь есть я, твой Истинный, я сделаю тебя самым счастливым человеком на планете, только дождись! Но Отабеку снова не повезло – на проходной для бет его отшили. Сперва он просил, затем умолял, потом перешел на повышенные тона и начал угрожать, но охраннику было до фонаря, что где-то на территории отабекову судьбу собираются выебать, если уже не. Провалилась даже попытка подкупа блоком сигарет. Поняв, что тут ему ловить нечего, он отступил, демонстративно показав охраннику напоследок средний палец. Под аккомпанемент сочной ругани и обещаний снять баллы за поведение, Алтын бросился вдоль кованой решетки забора. Он сам не понимал, на что рассчитывает, но внутри теплилась дурацкая надежда: вдруг их что-то задержало в пути, а он сейчас окажется рядом, увидит, позовет Юрку, и богомерзкого Джей-Джея тут же отправят к черту. Но чуда не произошло, ни Плисецкого, ни Леруа нигде видно не было. Алтын, пробежавший уже порядочно, остановился, чтобы отдышаться, как внезапно снова почувствовал ноты вскружившего ему голову аромата. Значит, Юрочка где-то тут, совсем рядом! В этот момент его как переклинило, и он, словно сумасшедший, скакнул на нижнюю перекладину ограды, кое-как зацепившись пальцами за верхнюю балку. И только он собирался подтянуться, чтобы перемахнуть через забор, как услышал сзади истошные вопли: - Куда, блядь?! - Отабек, мать твою, слезай! Он обернулся, балансируя на самой кромке, и увидел Микеле с Гошкой, несущихся к нему на всех парах. Ну уж нет, хер угадали! Он вцепился крепче, сделал рывок, подтянулся и тут же почувствовал, как его ноги крепко обхватили и тащат вниз. - Пусти меня! - Бек, не дури, слезай давай, тут же везде камеры! - Пусти, кому сказал! Вторая пара рук присоединилась к первой, они дернули с такой силой, что пальцы Алтына, которому и так едва хватало роста, соскользнули с перекладины, и он, не удержавшись, смачно бахнулся на землю. Друзья тут же отпустили его и помогли подняться. - Какого черта ты творишь? - Криспино, казалось, даже не злился, только вздохнул тяжело. – Знаешь же прекрасно, что увидят на камерах и вышвырнут тебя из Академии. И что ты будешь делать тогда? Отабек неопределенно мотнул головой. Падение порядком отрезвило его. Если бы его нашли рыскающим по территории бет без пропуска (а его бы нашли, охранник на проходной своего не упустил бы), отчислили бы тут же. Все бы припомнили: драки его по малолетке, случай с тем альфой, что чуть отбитые кишки свои не выблевал, огульную жалобу на домогательства от омеги, которому он не захотел помочь подставить бывшего, торговлю сигаретами бы тоже приплели… И тогда прощай, университет, прощай, надежда на хорошую работу в будущем, а главное – прощай, Юрий Плисецкий. Если уж делать выбор, то пропустить первую течку не так страшно, чем потерять его на ближайшие 3 года минимум. Хотя нет, блядь, тоже тот еще пиздец! При одной только мысли о загорелых руках Жан-Жака на бледной юрочкиной коже становилось физически тошно. Отабек обреченно застонал и уронил лицо в ладони. - Бек? – раздался рядом обеспокоенный голос Поповича. - Я опоздал всего на 10 минут, - глухо пробормотал Алтын, - на каких-то 10 сраных минут… - Он – твой Истинный, да? – тихо уточнил Микеле. Разумеется, они уже догадались. Хорошо, что сложили два и два и кинулись искать его, чтобы не наломал дров. Отабек был им за это бесконечно благодарен и только кивнул в ответ. - Не зря, значит, тебя к нему все время так тянуло, - присвистнул Криспино. – Хуево, конечно, но, боюсь, тут уже ничем не поможешь. Полагаю, они там самозабвенно ебутся, а если уже сцепились, то даже твое появление ни на что не повлияет. Отабека дернуло так, что аж челюсть клацнула. Микеле и Гоша подпрыгнули, опасливо глядя на него. О том, что Юра с Джей-Джеем могут сцепиться, Отабек почему-то даже не подумал, а ведь если они не будут осторожны, то… Он не побоялся даже представить, что он сделает с Леруа, если Юра забеременеет. Убьет, разрубит на куски и скормит собакам в пригороде, все знают: нет трупа – нет преступления. Или закатает в бочку с кислотой и бросит в болото. Или присыплет труп негашеной известью и зальет бетоном. Он сам не заметил, как его затрясло от подобных мыслей, картинки в голове плясали, будто живые. Гоша, видя, как наливаются яростью глаза Алтына, торопливо забормотал, надеясь сгладить сказанное: - Да ну че ты, не будут они с узлом, это ж первый раз… - Может и не будут, - Криспино пожал плечами, - если у Джей-Джея совести хватит вытащить. Юрка сам не сообразит, стопудово. - Может он ему вообще не даст, – встал на защиту омеги Гоша, - так, до дома помог добраться и пиздуй на все четыре? - Ага, не даст, как же. Сандро говорит, в такие моменты ничего не соображаешь и кому угодно дашь, лишь бы в жопе не свербело, - продолжал безжалостно рассуждать Микеле, не обращая внимание на близкое к припадку состояние Отабека. - Блин, да что ты, в самом деле, - Гоша осуждающе посмотрел на Криспино. Тот пожал плечами и продолжил жестко: - Не хочу, чтобы у него, - он кивнул на Алтына, - появились ложные надежды. Пускай лучше сейчас поймет, как дела обстоят. Невероятно, но после этих слов почему-то стало легче. Отабек понял, чего добивался Микеле: если сейчас он мысленно переживет все самое страшное, что может случиться в этой ситуации, потом это уже не будет таким ударом. Отабек вновь ощутил острый прилив благодарности своим друзьям. - Спасибо, ребят, - сипло проговорил он и на автомате принялся отряхивать испачкавшиеся при падении джинсы, лишь бы занять себя чем-то. Потом помолчал какое-то время, глядя в одну точку, и добавил уныло: - Бухло есть? Криспино криво ухмыльнулся и кивнул, Гоша беспардонно закинул руку Алтыну на плечо, ободряюще приобнимая. Отабек под конвоем товарищей вернулся в свою общагу, заскочив заодно еще раз к комнате Леруа и убедившись, что его там нет. Теперь сомнений не оставалось. Пил Отабек в тот вечер много, что было ему не свойственно, не ощущал горечи алкоголя и толком не пьянел. Изредка он нет-нет, да предлагал различные варианты проникновения к Юре в общагу, но друзья неизменно останавливали его. Ты чего думаешь, заплетающимся языком говорил Микеле, придешь, и Юрка тебя как благословение свыше воспримет? Скажет, спасибо, Джей-Джей, что дал хуй погонять, я с Алтыном продолжу, так что ли? Отабек отрицательно качал головой, понимая абсурдность этого предположения, но ничего не мог с собой поделать. Попович тоже просил подождать, говорил, что первая течка обычно длится недолго и через пару дней уже можно будет поговорить с Плисецким, все ему объяснить. Однако даже спустя два дня Юра в школе не появился. Зато утром третьего дня едва Отабек зашел в класс, как сразу наткнулся на свеженького, улыбающегося Джей-Джея. Первым порывом Отабека было вмазать кулаком по лучащейся самодовольством канадской роже. Но ведь Леруа ни в чем не виноват, если разобраться, тоскливо подумал он, проходя к своему месту и с грохотом швыряя рюкзак на стул. Просто он пронырливее, и удачливее, и оказался в нужное время в нужном месте, пока сам Алтын разглядывал гошкин хер. Нет, он и Гошку не винил ни в чем, конечно, просто в тот день все звезды словно против него сошлись. Попович нарисовался под боком, стоило только о нем вспомнить. - Привет! Плисецкого не видел? – сразу поинтересовался он у Алтына. Тот отрицательно покачал головой. - Не видел. Зато этот вон, - он раздраженно мотнул головой в сторону Жан-Жака, - тут уже, как ни в чем не бывало. - Я думал, ты с ходу ему наваляешь, аж охерел, что ты мимо прошел. - Еле сдержался, ей-богу, - Алтын кисло улыбнулся. – Но ведь не за что ему, он же не знал. Он пожал плечами, краем глаза замечая, как в класс на всех парах влетел Фудживара и тут же подсел к Жан-Жаку. Даже не став готовиться к уроку, он с явным с нетерпением набросился на канадца с расспросами, при этом активно жестикулируя. Отабек нахмурился и весь обратился в слух, уже догадываясь, что будет темой беседы. - Для профилактики, - ухмыльнулся, словно не замечая смену настроения друга, Попович, – я б ввалил точно. Все-таки ты кремень, друг. Отабек затряс головой и сделал знак Гоше замолчать. Тот понятливо затих и тоже навострил уши, прислушиваясь к болтовне товарищей. Гомон класса заглушал добрую половину разговора, до Отабека с Гошей доносились только некоторые слова. - …Я его прям на руках вынес… Не думал, что он может быть таким покладистым… Ноги раздвигал и сам просил… Каждая фраза - словно иголка, с размаху загнанная под ноготь. Жалило завистью, сожалением, отвращением. Значит, и правда у них с Юркой было. Лицо Алтына становилось все пунцовее, ноздри опасно трепетали. К Джей-Джею с соседней парты любопытно потянулся Лео де ла Иглесиа и тоже присоединился к разговору. Джей-Джей охотно продолжил отвечать на вопросы. - Ну ты бля еще всей школе расскажи, еблан, - недовольно проворчал Гоша. -…Два дня с ним… Ага, первый раз… Я ему показал, как надо… Пожалуйста, Джей-Джей… - Жан-Жак произнес последнее тоненько, явно имитируя Юрин голос, и Отабеку едва крышу не сорвало от нот издевки, неприкрыто звучавших в голосе канадца. - Кажется, теперь пора ему ввалить, - не выдержал он, вскакивая так резко, что стул заскрежетал ножками по полу. Он угрюмо двинулся к ничего не подозревающему Леруа, выхватив еще один обрывок разговора, стоило только оказаться ближе. - С узлом? – спросил кто-то, Отабек не понял, кто именно, но он даже остановился на секунду, чтобы услышать ответ. Леруа отрицательно помотал головой. - Не. Юрка сразу сказал, если забуду про гондон или про узел, пиздюлей отхвачу знатных. Да я и не стремился особо… Отабек облегченно перевел дыхание. «Умничка, Юра, не сомневался в тебе,» - с некоторой гордостью подумал он. Одним поводом для волнения стало меньше. Сейчас он разберется с богомерзким любителем кленового сиропа, потом расскажет Плисецкому, что они Истинные, и все самое страшное окажется позади. Он обошел кружок друзей и встал напротив Жан-Жака, опасно прищурившись и заложив руки в карманы, но по привычке оставив большие пальцы снаружи. - Леруа, пойдем выйдем? Вопрос, казалось, застал Джей-Джея врасплох. Он перевел взгляд на казаха с таким изумлением, словно это не Отабек, а Курт Кобейн стоит и предлагает вмазать героинчика. Хотя подивиться было чему – за все время учебы Алтын едва ли заговаривал с Жан-Жаком больше пары раз. - Чего? – с недоверием переспросил он. – Ты мне? - Тебе-тебе, - Алтын с вызовом двинул подбородком. – Пойдем, говорю, разговор есть. Лицо Леруа картинно вытянулось, выражая нечто среднее между скептицизмом и крайней озадаченностью, мол, какие у тебя со мной могут быть разговоры. «Давай, повыебывайся тут еще», - Алтын нахмурился, его пробирало раздражением от манеры Джей-Джея рисоваться даже в мелочах. Он подождал, пока тот выберется из-за парты, и направился в почти пустой перед самым звонком коридор, чувствуя, как его спину прожигает любопытный взгляд. Попович, де ла Иглесиа и Фудживара потянулись было следом, но Отабек, пропустив Джей-Джея вперед, громыхнул перед ними дверью, давая понять, что свидетели им ни к чему. Жан-Жак нарочито небрежно привалился к подоконнику и вопросительно посматривал на Алтына, но его стопа отбивала по полу нервный такт. «Надо же, волнуется», - удовлетворенно хмыкнул про себя Отабек. Он с самого начала решил, что не будет говорить этому мудаку ничего об их с Плисецким истинности, тот ведь разболтает Юрке, как пить дать, а Отабек был уверен – о таком сообщают лично. Сейчас он просто сделает небольшое внушение на тему того, что негоже альфе иметь язык как помело. - Слышь, Джей-Джей, ты, кажется, слишком много распространяешься о своей личной жизни. - …Чего? – теперь удивление Джей-Джея было искренним – он вскинул брови и растерянно хлопал глазами, видок у него был исключительно глупый. Видимо, не о том он ждал беседы. - Я о том, как ты сейчас дружкам своим хвастался, - Отабек продолжал наступать, грозно приближаясь к канадцу. – Всем все распиздел, словно первый раз в жизни присунул. - А ты типа подслушивал? – Леруа быстро взял себя в руки и весь подобрался, готовый отражать атаки Отабека. - Даже подслушивать не пришлось, весь класс тебя слышал, - невольно сжал кулаки Алтын, когда в его памяти всплыли пренебрежительные фразы о Юре. – Нахера вообще о таком трепать направо и налево, Плисецкому сейчас и так, наверное, непросто. Жан-Жак моргнул. Затем еще раз. Проговорил медленно: - Алтын, а тебе-то какое дело, каково сейчас Плисецкому? По спине пробежала холодная волна оцепенения, Отабек замер. Вопрос был отвратительно провокационным, следовало тщательнее подбирать слова, чтобы не выдать своей заинтересованности раньше времени. Не сейчас, когда сам Юра ничего еще не знает, и все, что Алтын скажет, может и будет использоваться против него Джей-Джеем в борьбе за внимание омеги. Но сказать он ничего не успел, потому что Джей-Джей внезапно гаденько ухмыльнулся. - Ха, я понял! Ты сам хотел ему присунуть, да? Втюрился в Плисецкого? Да, Алтын? - Нет! – рявкнул Отабек слишком поспешно, чувствуя, как заливается краской лицо. - Так я и поверил, - Леруа почувствовал преимущество, тут же уверено расправил плечи и всем своим ростом навис над Отабеком. – Завидуешь мне, да, поэтому возникаешь? Только можешь о Юрке забыть, ты ему на хер не сдался! Джей-Джей на долю секунды отстранился, чтобы окинуть Отабека с ног до головы взглядом, полным презрения, и затем тут же продолжил: - На тебя же без слез взглянуть страшно, чурка ты татаро-монгольская, тем более, когда рядом есть такой красавчик, как я. - Все сказал? – холодно обронил Отабек, вклиниваясь в оскорбительный монолог Леруа. Он честно собирался стерпеть все насмешки Жан-Жака, потому что у него был козырь, о котором тот не знал – то, что они с Плисецким Истинные. Но чем дольше тот разорялся, тем сильнее у Алтына полыхало, тем туже сворачивалась пружина всеразрушающей ярости внутри. - Юрка все голову ломал, чего ты на него вечно пялишься, а оно вон, оказывается, что, - продолжал откровенно насмехаться Жан-Жак. – Но он теперь со мной, так что даже дышать в его сторону не смей. Мы встречаемся, понял? Это оказалось последней каплей - пружина в Отабеке словно лопнула, захлестнув волной дикого бешенства, взметнулась рука со сжатыми пальцами. Секунда – и кулак впечатался в скулу Джей-Джея. Послышался глухой удар, затем грохот – Леруа, который от неожиданности даже не попытался закрыться, отбросило на подоконник, он сильно приложился спиной и, как подкошенный, рухнул на пол. - Твою мать, уебок, ты что творишь?.. – прорычал он, одну руку прижимая к лицу, а другую инстинктивно выставляя вперед в защитном жесте. Ликование от мига быстрой победы тут же исчезло, оставляя за собой едкое послевкусие сожаления о содеянном. Леруа все Юрке расскажет, и к образу мрачного барыги добавится слава драчуна – вот уж Юрка обрадуется такому Истинному! Но сдавать назад уже поздно, оставалось только закрепить произведенный эффект, чтобы канадец раз и навсегда перехотел пиздеть о Плисецком. Алтын склонился над охающим Джей-Джеем, брови грозно сведены, глаза свирепо сверкают: - Слушай сюда, падаль ходячая, повторять не буду. Держи свой поганый рот на замке, иначе одним ударом уже не отделаешься, усек? Джей-Джей тряхнул головой и провел ладонью по лицу, размазывая кровь из разбитой губы. Приподнялся на одной руке, чертовски злой, и уже собирался было рвануть навстречу, но замер от внезапного оклика. - Алтын! Леруа! Что здесь происходит? Они повернули головы на голос – учитель возник словно из ниоткуда, бросая на них раздраженные взгляды. Оба поняли, что влипли. - Да так, - тут же ответил Отабек, поспешно делая шаг в сторону от Жан-Жака и пряча руки за спиной, словно орудие преступления от зоркого глаза следователя, - просто поговорили. - Ага, просто поговорили, - эхом откликнулся Джей-Джей, с кряхтением поднимаясь и потирая ушибленную поясницу. Отабек покосился на его вполне целое, но изгвазданное в крови лицо, и поджал губы, понимая, что учитель ни за что не поверит в их враки. Сам он сохранял привычную невозмутимость, только пальцы подрагивали от бушующего в крови адреналина. Джей-Джей рядом, наоборот, поднял бровки домиком, глядя самым невинным взглядом из своего арсенала. Прозвенел звонок. Вместе с ним открылась дверь класса, и наружу высыпали их приятели, заинтригованные подозрительными разборками. Учитель перевел взгляд с Леруа на Алтына и обратно, затем на толпившихся в проходе и создававших лишнюю суматоху Фудживару, Поповича и де ла Иглесиа, затем сердито цыкнул. - Минус сто балов поведения с каждого, - наконец бросил он, обращаясь к Отабеку и Джей-Джею. – Леруа, приведите себя в порядок и возвращайтесь в класс. - У меня салфетки есть в рюкзаке, - мгновенно отозвался Джей-Джей и первым ринулся внутрь. Отабек облегченно выдохнул, двигаясь за ним. Баллов поведения было, конечно, безумно жаль, но все лучше, чем тащиться сейчас на нравоучительную беседу к директору или к Никифору. Жан-Жак был с ним не согласен, проходя мимо, он задел Алтына плечом, и тот расслышал его негодующее бормотание: «Получил в морду, еще и баллы сняли, ебануться можно». «Есть за что», - мысленно ответил ему Отабек, но говорить вслух не стал, чтобы не спровоцировать новый виток драки. Он бухнулся за парту и недовольно раскрыл учебник, делая вид, что слушает учителя. Мысли в голове крутились совсем не радостные. Неужели и правда Джей-Джей с Юркой встречаются? Он-то ожидал, что Леруа будет кратковременной забавой и после течки они разбегутся в поисках других партнеров, но что, если Юрка, осознав свою природу, воспылал к своему другу вовсе не дружескими чувствами? Или, может, Леруа сам залил ему в уши романтичной ереси о том, что первый должен стать единственным или что-то в этом роде, с такого болтуна станется. Но если они действительно вместе, Юрке придется сделать выбор, когда Отабек ему все расскажет, и история еще не знает омеги, который бы отказал своему Истинному. Да, Джей-Джей с досады себе все локти сгрызет, но против природы не попрешь. Алтын бросил взгляд на своего соперника, тот даже и не подумал утереться, вместо этого он украдкой селфился, ища ракурсы, в которых лучше была бы видна кровь. Вот ведь пиздюк, на всем хайпанет. Отабек тихо выматерился себе под нос. Тут завибрировал его телефон. Сообщение было от Гоши. «Вижу, Джей-Джей все же схлопотал по еблу?» «Не смог сдержаться. Он сказал, они с Юркой встречаются». «А не врет??» «Не знаю, но я не говорил пока, что мы Истинные». «Вот он охереет, когда узнает». - Попович, если вам интереснее в телефоне, чем на уроке, может, стоит подождать за дверью? – раздался возмущенный голос преподавателя. - Извиняйте, - пробормотал Гоша и убрал телефон в карман. Отабек вздохнул и тоже отложил мобильный. Леруа уже не фоткался, но быстро-быстро что-то печатал. Показывает боевые ранения и жалуется небось, тряпка, дружкам своим или Юрке там. На хер, короче, встречу Плисецкого на перемене и поговорю с ним, решил Отабек. Сил моих больше нет. *Buzzer beater (рус. "бросок с сиреной") - бросок в баскетболе, совершённый непосредственно перед окончанием игровой четверти с сопутствующим звуком сирены.