Ч.т.д (Что и требовалось доказать)

Курилка в Академии стихийно образовалась на месте заброшенной душевой школьного спортзала, после того, как для уроков физкультуры был построен новый корпус. С окном, кафельными стенами, дырками слива в полу, где можно было экстренно прятать окурки, и многочисленными перегородками она стала идеальным местом для праздного времяпрепровождения старшеклассников. Однако место было известным, и, если случилось попасться на глаза кому-то из учителей, то баллы за поведение снимали безбожно. Юрка сидел на подоконнике, устроив ноги в леопардовых кедах на батарее, и курил. Ну как, курил – наполовину втягивал, наполовину глотал дым, не особенно понимая суть процесса и делая это исключительно ради ощущения крутости. Джей-Джей уже не обращал на эту его дурацкую привычку внимания, а вот остальные альфы посматривали со снисхождением. Но Юрке было плевать - сидя на подоконнике, он был выше их всех на голову, а тлеющая в пальцах сигарета придавала уверенности. К тому же, встречи в курилке были замечательным поводом для обсуждения насущных альфийских проблем и распускания сплетен о продажных омегах. - …И только я взял его за руку, как из ниоткуда вылетает Криспино со зверскими глазами, и кулаками перед мордой машет, - возмущался чех Эмиль Некола, убедительности ради сунув свой здоровый кулачище в лицо стоящего рядом Лео и заставив того ощутимо вздрогнуть. – Я не пойму даже, че я сделал-то, а там сзади Попович уже кулаки разминает. Альфы рассмеялись – о взрывном характере Георгия знали все. - Я его спрашиваю, какого хрена нужно. Тот быкует и ничего толком не объясняет, Сандро рядом орет и Криспино пытается оттолкнуть, там на фоне уже целая толпень собралась… - Как-как, говоришь, омегу зовут? – насторожился Джей-Джей, перехватив удивленный взгляд ФудживарыХикару. - Сандро. Да, я тоже уже знаю, что это брат Микеле, - перебил Эмиль открывшего было рот Джей-Джея и вяло махнул рукой. – Только не пойму, че там у них за непотребщина? Микель его защищает или, блин, ревнует? Херь какая-то… - Вообще-то ходят слухи, что Микеле влюблен в Сандро, - поднял брови Хикару. - Да нее, не может быть, - всплеснул руками Лео. – Чтобы а-брат был Истинным у своего о-брата – такого история по-моему еще не слышала! - А никто и не говорит про истинность, - невозмутимо парировал Джей-Джей. - Микеле просто извращенец, а Сандро — шалава, которая прыгает с хуя на хуй. - Как будто не все омеги такие, - ухмыльнулся Плисецкий. Хикару пристально посмотрел на него. - Так-то все, конечно, - медленно проговорил он и затушил окурок о стоящую тут специально для этих целей банку из-под кофе. - Но у Сандро выхода нет. Как говорится, не хочешь, чтоб тебя пялил твой брательник — ищи альфу покруче него. Лео де ла Иглесиа покачал головой. - Да кто тут покруче будет? Разве что Алтын, или вон Сынгиль... - Да не, - качнул головой Фудживара, - Алтын с Микеле столько лет дружат, если бы он хотел замутить с Сандро, он бы уже давно это сделал. - Да я в курсе, просто чисто теоретически... - Нужно Сынгилю будет идейку подбросить, - заржал Джей-Джей, - а то после Кацуки он как-то затих совсем. - А мне кажется, нихера он не затих, - фыркнул Юра. - Просто ходит, присматривается, принюхивается... Выбирает. Эмиль возмущенно воззрился на Джей-Джея. - Так! Я вам тут подброшу! – Его кулак теперь замаячил у лиц Плисецкого и Леруа. – Я, между прочим, все еще планирую с Сандро встречаться! - Ладно-ладно, ради Бога, - поднял руки в защитном жесте Джей-Джей. - Только потом не ной, когда он тебя кинет ради очередного альфы, - мстительно добавил Юрка. Плисецкий истово верил в то, что говорит. Хоть Сандро он не знал, но определенная предубежденность сыграла свою роль: все в его окружении только и говорили, что омеги - продажные шлюхи. В этом был уверен Джей-Джей, перенесший ряд болезненных разрывов, в этом был уверен и Хикару, омега которого изменил ему с лучшим другом. Тем более в этом был уверен Сынгиль, который, чтобы доказать свою теорию о распущенности омег, решил отбить партнера у завуча Академии. Воспитательная беседа у них тогда с Никифором вышла емкой и убедительной, да и Кацуки не повелся, но Сынгиль не унывал. С кислой улыбкой он продолжал утверждать, что не бывает правила без исключения и ему не повезло только потому, что они оказались Истинными. «В следующий раз мне повезет больше, - сказал он и почему-то подмигнул Юрке. - От меня так обалденно пахнет, ни один омега не может устоять». Юрка только пожимал плечами — никакого особенного запаха от Сынгиля он не чувствовал, да и рано ему еще, не дорос. Обычно альфы созревали чуть позже, так что у него в запасе был минимум год, прежде чем его коснутся проблемы гона и изменяющих омег. Иногда в голову Юры все же закрадывались мысли — а ну как он все же омега? Но он быстро отметал их за несостоятельностью, ну какой из него омега, ей-богу? А то, что мелкий и тощий, так это все возраст, совсем скоро он вытянется и раздастся в плечах, тогда и качаться можно будет начать активнее, и у него тоже отбоя от поклонников не будет, как у Джей-Джея. Тот правда, аж с начала года ни с кем не встречался, что было для него нетипично, но он только отшучивался, объясняя тем, что слишком устал от ветрености партнеров. Внезапно ребята услышали шум открывающейся двери. Они, не сговариваясь, мигом затушили свои сигареты и начали размахивать руками в надежде немного разогнать завесу дыма вокруг себя. Никто из преподов, конечно, не поверит в басню, что они только что зашли, чтобы обменяться мнениями о теореме Виета, но не пойман – не вор. Шаги приближались, и через десяток секунд из-за кафельной перегородки показался Кристоф Джакометти - учитель биологии. Ребята облегченно выдохнули. Кристоф был уникальным во всех смыслах. Во-первых, он был единственным курящим преподавателем из омег, во-вторых, он был совершенно свойский, свободно общался со старшеклассниками, как с приятелями. И самое главное, никогда не сдавал их, если палил за курением. Помимо этого, он единственный из учителей жил за чертой Академии. Каждый вечер после уроков к воротам подъезжала дорогущая иномарка с шикарным альфой за рулем и увозила Джакометти в город. Поэтому и сигареты у него были дорогие, на территории Академии таких не найти даже Фельцману. - О, мистер Джакометти! - раздались приветственные возгласы. - Привет-привет, - в своей манере томно ответил он, закуривая тонкую сигарку и с прищуром разглядывая Плисецкого, который весь напрягся, потому что много слышал о диковинном учителе биологии, но лицом к лицу ни разу не встречал. – Что, растлеваете юное поколение? Юрка фыркнул и горделиво вскинул голову, чтобы ответить что-то едкое, но Кристоф смотрел спокойно и доброжелательно. Юра мигом стушевался. - Никто меня не растлевает, - пробубнил он и глянул исподлобья. Тот рассмеялся. - Ну не мне вам читать нотации на эту тему. А вот то, что вы прогуливаете… - Его тон стал наигранно грозным. - Нееее, - замотал башкой Плисецкий. – Я все на сегодня. - А у нас физику отменили, - развел Джей-Джей руками, Лео согласно мотнул головой. - Ах, физику, - многозначительно протянул Джакометти и кивнул словно сам себе. - Неудивительно. Хикару мигом заметил странный тон преподавателя. - Мистер Кацуки заболел что ли? – с подозрением уточнил он. - Типа того… - Джакометти усмехнулся, выдыхая сладковатый дым, и по нему было видно, что он борется с искушением раскрыть чей-то секрет. – Ладно, так и быть, поделюсь с вами сплетенкой из учительской. Со следующего семестра у вас будет новый физик. Ребята уставились на Джакометти в немом изумлении. - Как это – новый? А Кацуки куда? – удивлению в голосе Лео не было предела. - Неужели так серьезно болен? – нахмурился Эмиль. - Парни, да вы чего? – Джакометти театрально хлопнул себя ладонью по лбу. – Неужели правда не поняли? Совсем что ли обонянием пользоваться не умеете? А еще альфы называется… Эх, молодо-зелено! Ребята растерянно переглядывались, не понимая, о чем речь. Спустя несколько секунд неловкого молчания Кристоф наконец потерял терпение. - Да залетел Кацуки! Ребенок будет у них с Никифоровым! Юрка едва не свалился со своего подоконника – вот это новости! Промелькнула мысль, что завуч оперативно подсуетился, затем – а знает ли Сынгиль. Товарищи рядом тоже были явно ошеломлены. Джакометти возвышался над ними, необыкновенно довольный произведенным эффектом. - Вау! Круто, - наконец изрек Некола. - Коварным планам Сынгиля не суждено было сбыться, - хихикнул Плисецкий. - Так это из-за него все и случилось, - хмыкнул учитель. – Ох, я еще никогда не видел Виктора таким злым. Он, после того, как с Ли отношения выяснил, прямым ходом к Юри и пометил его, чтоб неповадно было всяким. А в ближайшую течку взял и засадил ему с узлом... - Не ожидал от Никифора, - пробормотал Джей-Джей. Юрка был с ним солидарен. В конце концов, завуч производил впечатление интеллигентного альфы, не способного на такие пылкие поступки, но видимо ситуация вывела его из равновесия. - …Кацуки рассказывал, что это был пиздец. Часа полтора разлипнуться не могли, он никифоровской спермой был под завязку накачан, как уж тут не залететь, - Джакометти покачал головой. Кое-что в этой фразе неприятно зацепило Юру, и он нахмурился. - Погодите, - Джакометти вопросительно посмотрел на него, - а если Кацуки не хотел? Ну… Всего этого… Ребенка там? Джей-Джей обеспокоенно повернулся к нему. Кристоф же посмотрел на Юру со снисхождением. - Да кто ж его спросит, - гаденько протянул он, проникновенно смотря Юрке прямо в глаза, - он же омега. Пиздец, подумал Плисецкий. Хуево быть омегой. Учишься столько лет, строишь карьеру, а потом альфа приревновал, и – бац! – ты уже погряз в пеленках и присыпках. А сам Джакометти, главное, так спокойно об этом рассуждает, словно его это не касается… Странный он. - Почему Вы так говорите? – недоуменно вырвалось у Юры. - Так - это как? – вскинул бровь Кристоф. - Вы ведь тоже… ну…Омега. Кристоф натянуто улыбнулся, но видимо понял, что имел в виду Юрка. Он подвинул ближе банку из-под кофе, затушил окурок и только после ответил: - Возможно, меня тоже когда-нибудь к чему-то принудят. Но пока мне везет. - А Ваш альфа, он же крутой, чем он занимается? – заметив повисшее напряжение, перевел тему Лео. – У него свой бизнес, да? - Ага, - кивнул Кристоф, но продолжить не успел, так как дверь в курилку снова распахнулась. Судя по тому, что вошедший даже не думал скрывать свое присутствие, это был не преподаватель – те всегда приближались осторожно, боясь спугнуть. Новоприбывшим оказался Ли Сынгиль. - Ооо, - расплылся в улыбке Жан-Жак, едва увидев новенького, - а мы как раз тебя вспоминали. Сынгиль вопросительно поднял кустистую бровь, доставая пачку «Парламента». - Опять небось трещали про Кацуки? – невнятно пробормотал он, сжимая незажженную сигарету губами. – Заебали. Фудживара фыркнул, подтверждая его догадку. Юрка заерзал, снедаемый любопытством, и даже не стал приличия ради дожидаться, пока Ли найдет в своей спортивной сумке зажигалку. - Ты знаешь, что он залетел? – выпалил он, внимательно следя за реакцией Сынгиля. – От Никифора. Кореец криво усмехнулся. - Да, столкнулся с ним в коридоре на днях и сразу понял, - невозмутимо ответил он, делая наконец первую затяжку. – Его запах поменялся, мускусом пиздец тащит. - Во, – назидательно поднял палец Джакометти, а затем одобрительно хлопнул Сынгиля по плечу, обводя взглядом остальных альф, - учитесь, как надо! Затем он посмотрел на Ли. - Виктор сказал, Юри закончит этот семестр, а там вам нового физика найдут, - повторил он информацию еще раз. - М, - поджал губы Сынгиль, всем своим видом давая понять, как ему насрать, - ясно. Телефон Джакометти внезапно разразился чувственной мелодией, и он предпочел удалиться, едва кинув взгляд на экран. - Привет, дорогой, я так соскучился по твоему голосу, - промурлыкал он в трубку и помахал на прощание ребятам рукой, пропадая за поворотом. - Во заливает, - с завистью в голосе произнес Некола. - Я понимаю его альфу, - оценивающе покивал вслед учителю Хикару. - Жопа классная, - вставил Плисецкий, хотя не то, чтобы он сильно разбирался в жопах. Эмиль улыбнулся, Хикару прыснул, Джей-Джей рядом откровенно заржал и шлепнул Юру по коленке. - Пошли что ли, ценитель классных жоп. - А че, не так, что ли? – мигом ощетинился Юра, не понимая, чем вызвана реакция товарищей, но все же слезая с подоконника. - Так-так, - продолжал посмеиваться Леруа, чем выбесил Юрку окончательно. - Да ну тебя, - рыкнул он, подхватил свой ранец и направился к выходу. - Юр, подожди! – кинулся за ним Жан-Жак и схватил его за руку. Альфы потянулись следом. Сынгиль затушил сигарету уже на ходу и метко отправил ее в дыру слива. Юрка скосил глаза на товарищей, уже идущих рядом, но в беседу встревать не хотелось. Эмиль тем временем кивнул в сторону исчезнувшего в полу окурка. - У Алтына брал или свои? - У Алтына, - ответил Сынгиль, – Вообще по факту у Поповича, но он же алтыновский прихвостень, как я понимаю? - Ну да. Алтын, Попович, да Криспино – одна шайка, а больше никто не рискует. - Мне вот интересно, как они все это проносят на территорию, - покачал головой Сынгиль. – Чисто из любопытства. - Да кто б знал, - развел руками Хикару. – Думаю, подкупают охранников на входе, а как иначе? - А я слышал, что у них под забором прорыт лаз, - пробормотал Лео. - Так камеры же по всему периметру стоят, - возразил ему Сынгиль. Лео пожал плечами. - Знали бы, как они это проворачивают, так все бы повалили банчить. Навар там ого-го должен быть, - вмешался Джей-Джей. - Уж это точно, - проворчал Некола и остановился. – Ну до завтра, я в общагу. - Я с тобой, - вызвался Хикару. - А мне в библиотеку надо, - поморщился Лео. – Доклад этот дебильный готовить – японская модель развития экономики, слыхали о таком? - Не смотри на меня, - возмутился Фудживара, - я вообще не в курсах. - Я в качалку, - провожая взглядом переругивающихся друзей, сказал Сынгиль оставшимся Леруа и Плисецкому. - Го провожу, - предложил Юрка, который все еще дулся на Жан-Жака. - Пошли, - кивнул Сынгиль. Жан-Жак от нечего делать поплелся за ними. - А ты знаешь, что курение и тренировки несовместимы? – бросил он в спину Ли, в надежде привлечь внимание. Но тот даже не обернулся. - Да мне похуй. - А зря! Никотин быстрее всасывается в кровь, а это в свою очередь огромный удар по сердечно-сосудистой системе… Джей-Джей продолжил трещать о вреде курения всю недолгую дорогу до тренажерного зала. Явно раздраженный его бессмысленной болтовней Сынгиль нырнул в раздевалку для альф, резко хлопнув дверью прямо перед носом Леруа. - Нет, вот же гондон! - досадливо крякнул Джей-Джей, и, кивнув Юрке, который тоже оказался за бортом, толкнул дверь в раздевалку, заходя за Сынгилем. Плисецкий просочился следом, но тут же пожалел об этом – неподалеку от Ли переодевался после душа Отабек Алтын. Алтына Юрка недолюбливал. Он помнил казаха еще с занятий каратэ – другие ребята подолгу танцевали друг напротив друга, этот же мог уложить на лопатки с пары ударов. «Никакого изящества, - качал головой сенсэй, Юра как сейчас помнил. – Тебе бы в бокс, Отабек». Тот раздувал ноздри, как норовистый жеребенок, и послушно кивал, но на следующих спаррингах все повторялось вновь. Уже тогда Юра мысленно сделал себе пометку – постараться не переходить дорогу Отабеку Алтыну. Позже, когда Алтын достиг зрелости, его загадочная персона начала обрастать слухами, окончательно закрепившими за альфой имидж плохого парня. Говорили, например, что он состоит в городской банде, которая промышляет разбоем, говорили, что однажды в драке Алтын так ушатал противника, что медики едва откачали, говорили, что трахается он по-жесткому и омег бьет… Отабек ничего не подтверждал и не опровергал, но у Плисецкого не было оснований не верить. Ведь когда-то считавшиеся ересью слухи о том, что казах толкает сигареты на территории Академии, оказались в итоге чистой правдой. - …А кроме того никотин уничтожает витамин C и тестостерон. А это значит, что прироста мышечной массы можно не ожидать, - закончил Джей-Джей, торжествующе сложив руки на груди, и обратился к Алтыну в надежде, что тот подыграет: – да, Отабек? Тот лениво повернулся на зов и дернул бровями. - Ты серьезно думаешь, что я поддержу тему о вреде курения? – смерив Джей-Джея насмешливым взглядом, ответил Алтын, затем перевел взгляд на Плисецкого – тяжелый, плотный, пристальный. У Юрки аж под ложечкой нехорошо засосало. Он, бывало, замечал, как Отабек на него смотрит – пытливо, изучающе, словно энтомолог на новую бабочку в коллекции или, того хуже, словно волк на ягненка. Ни тот, ни другой вариант Юру не прельщал. Он покосился на оголенный торс альфы: под смуглой кожей перекатывались крепкие мышцы – вот уж кому точно курение никак не вредило, – вкупе с навыками каратэ сочетание складывалось и вовсе опасное. Пожалуй, Юрка его и впрямь побаивался, хоть никогда бы и не признался в этом. Плисецкий повел плечами, словно сбрасывая с себя замешательство. Он не помнил, чтобы успел насолить Отабеку, значит бояться ему нечего. А если у этого узкоглазого есть какие-то претензии, то пусть подойдет и предъявит ему, как альфа альфе! - Кажется, общение с Джакометти плохо на тебя влияет, Джей-Джей, - хмыкнул меж тем Сынгиль, доставая спортивную форму из сумки и стягивая с себя футболку. Юрка мельком скользнул по нему взглядом – кореец был более сухощавым, и жилистым, и не таким широким в плечах, как Алтын. И кожа более светлая, зато с каким-то нездоровым желтым оттенком. - Да нет, я просто сам по себе умный, - не упустил возможности покрасоваться Джей-Джей. Юрка с Сынгилем синхронно фыркнули в ответ на это заявление. Отабек, уже одетый, даже не улыбнулся, только закинул сумку на плечо и, как был с мокрыми растрепанными волосами, направился к выходу из раздевалки. Поравнявшись с Плисецким, он снова задержал на нем взгляд, словно хотел что-то сказать, но ограничился лишь прощанием: - До встречи! – И ушел. Юра поежился. Бр-р-р, ну наконец-то! И никаких новых встреч не надо, в пизду такие встречи, мрачно подумал он. Если этот подозрительный типчик не прекратит пялиться в ближайшее время, он сам к нему пойдет и выведает, в чем дело, ибо ну сколько можно, пиздец какой-то. А еще круче будет, если Алтын заболеет и свалит на подольше в свой Чуркистан, ходит ведь с мокрой башкой, так и до воспаления легких не далеко. Но, по иронии судьбы, заболел сам Юрка. На следующий день он проснулся от звонка будильника, с трудом разлепил глаза и сразу понял, что ему херово. - Вот говно, - сипло пробормотал он, дотягиваясь до мобильного и проверяя время. 7.30. Пора бы вставать, если он не планирует опоздать на учебу. Он, превозмогая слабость, сел на кровати и приложил руку ко лбу. Ото лба жарило, и тело все пылало, словно батарея зимой. - Жесть какая... О походе в школу не могло быть и речи. Юра попытался вспомнить расписание на сегодня. Мысли в голове переваливались нехотя и тягуче. Так… Геометрия, химия и что же еще… А, точно, всеобщий язык. Ничего важного, так что на хер все, сказал он сам себе. Лучше отлежаться сегодня, а завтра выйти на контрольную по сраной алгебре, иначе переделывать ее придется в гордом одиночестве, и даже списать будет не у кого. Юрка встал и по стенке дополз до аптечки. Градусника у него и в помине не было, зато пакетик быстрорастворимого аспирина нашелся, остался с прошлой весны, когда он болел последний раз. «Знал же, что не фиг кеды в такой холод носить, ну не дебил ли, а», - мрачно думал Плисецкий, кутаясь в толстовку в ожидании, пока закипит чайник – трясло его знатно. Он быстро выпил отдающий химозным лимоном напиток и спрятался обратно под одеяло. Уже оттуда отстучал Джей-Джею в Вотс Ап: «Не приду сегодня, заболел. Пидорасит пздц. Позвони плиз попозже, проверь, не подох ли я тут часом». Друг отозвался через пару минут, о чем свидетельствовал короткий звук сообщения, но Юрку так придавило болезнью и начинающим действовать лекарством, что он не нашел в себе силы ответить. Проснулся он от звонка Жан-Жака. - Але? - Юр, ты как? – послышался обеспокоенный голос канадца, на заднем фоне кто-то громко смеялся и гомонил, явно перемена. - Хмпффф, - Юрка откинулся обратно на подушку. – А сколько времени? - Почти час дня, третий урок вот закончился. Юрка издал какой-то нечленораздельный звук, нечто среднее между вздохом облегчения и сожаления. Он прислушался к себе – жар как будто бы уже спал, да и не знобило, хотя слабость еще давала о себе знать. Хорошее лекарство, действенное. - Юр? - Да, я тут, - отозвался тот. - Утром было так ебано, я правда думал, что сдохну. Щас вроде бы отпустило. - Насморк, температура? - Температура, слабость, озноб – все при мне. Хотя насморка вот нету, - Юрка пошмыгал носом, чтобы убедиться. – Да и температуру сбил, аспирину с утра выпил. - Может, вызвать тебе врача? Юрка недовольно зафырчал. - Врачи для слабаков! – гордо проговорил он. – Да и мне уже нормально, правда. - Ладно, отдыхай сегодня, никуда не выходи. Я заскочу к тебе вечером, принесу чего-нибудь лечебного, - голос Джей-Джея звучал воодушевленно. - Да не, не надо, - помотал головой Плисецкий. – Еще заражу тебя, ну нафиг. - Юрочка, ты себя явно переоцениваешь, - нарочито приторно произнес Джей-Джей, делая акцент на ненавистном Юре сочетании «т-ч-к». – Еще поискать нужно такую заразу, которая бы ко мне прилипла. - Ой все, - закатил глаза Плисецкий. – Я предупредил. Делай, как хочешь. Он отключился, услышав напоследок звонкий смех Леруа в трубке. Отбросил мобильный, встал с постели, на сей раз удачнее. Из стороны в сторону уже не штормило, в голове не стучало, словно бешеные монахи бьют в бубен, на ногах получалось стоять твердо. Кожа прохладная и липкая на ощупь, фу. Юрка быстро принял душ и постоял с пару минут у холодильника, обдумывая, чем бы перекусить. Но есть не хотелось совершенно, поэтому он залил в себя лишь стакан чая. И только после он осознал, что весь день еще впереди и можно заняться, чем угодно. Выдайся ему свободный день в обычной ситуации, он бы уже умотал куда-нибудь в парк гулять или тусить со старшими альфами, но сегодня не стоило испытывать судьбу. Он потратил пару часов, поигрывая в онлайн РПГ. Потом вспомнил о завтрашней контроше по алгебре и с неохотой уселся за домашку. Когда все уравнения были с грехом пополам решены, а знания более-менее утрамбованы в голову, Плисецкий решил, что хватит с него учебы на сегодня. Руки сами потянулись к альбому для рисования. В альбоме его ждал недорисованный Готрамм. Выглядел воин внушительно – накачанные руки в костяной броне, широкая, покрытая костяными же наростами грудь, мясистые бедра, перевитые ремнями поверх брюк, развевающийся алый плащ. Осталось доработать лицо, но у Юры все никак не выходило сделать его более грозным, то скулы выходили чересчур хрупкими, то брови придавали ему вид деревенского простачка. А ведь по легенде, которую Юра сам же и сочинил, Готрамм был единственным существом, способным остановить межвидовые войны на планете. Тут нужно было постараться. Плисецкий вздохнул и, вооружившись карандашом и ластиком, принялся работать. Рисование и правда было для него не просто хобби, он мечтал сделать это занятие своей профессией. Он начал рисовать, едва научился держать в руках карандаш. В его памяти сохранились отрывки из раннего детства, когда он еще жил с родителями, – мама с легкостью могла успокоить не на шутку разыгравшегося Юру, просто усадив его за лист бумаги. Его бурная фантазия взрывалась тысячами ярких образов в минуту, а рука торопилась запечатлеть все. Окружающие прочили ему карьеру какого-нибудь дизайнера, а сам Плисецкий видел себя исключительно в игровой индустрии. Ему нравилось продумывать концепции персонажей, а затем создавать будущего героя из безликого описания. Нравилось разрабатывать локации и прорисовывать детали, на которые другой бы плюнул – типа криво склеенных встык обоев или кошачьей шерсти на подлокотнике дивана. Он даже начал понемногу осваивать программы для создания 3D моделей и анимации, но дело пока шло туго. Юрка так увлекся, что очнулся только от звука сообщения в Вотс Апе. «Я иду, закажи мне пропуск на проходной». «Все-таки тащишься?» «Ага. Несу тебе лимон и себя». Юра закатил глаза, но послушно набрал номер телефона проходной общежития для бет и попросил допустить на территорию Жан-Жака Леруа, корпус F, класс 3/1. Минут через 10 в дверь забарабанили. За ней маячил как всегда жизнерадостно скалящийся Джей-Джей. - О, моя занемогшая принцесса, принц Леруа прибыл к тебе с лекарством из стран заморских, - нараспев произнес он и нагнулся в поклоне, протягивая Юре лимон. - Надо же, не соврал, и правда лимон, - Юрка заржал, взял из рук парня фрукт и понес его в угол комнаты к импровизированной кухоньке – чайник ставить. – Тебе чай или кофе? Джей-Джей не ответил, поэтому Юра повторил вопрос громче. - Джей-Джей, ты чай или кофе будешь? Тот внезапно возник за его спиной, абсолютно бесшумно, чем испугал Юрку до одури – любимая чашка с котом чуть не выпала из рук. - Твою мать, хуль подкрадываешься! – пытаясь скрыть испуг за привычным раздражением бросил он, оборачиваясь к другу. Тот смотрел на Юру пронзительно и чересчур взволнованно и не улыбался. Аж непривычно. - Юр, ты как себя чувствуешь? – спросил он. - Да нормально, температуры нет, все пучком, - проворчал тот, возвращаясь к завариванию чая. - Кофе делаю тебе? - Давай. Юра услышал за спиной шаги и шум пододвигаемого стула и обернулся через плечо. Леруа сидел у стола, сверлил его спину нечитаемым взглядом и молчал. Самое нетипичное для него поведение. Плисецкий нахмурился и вопросительно качнул головой. - Значит, все хорошо, как обычно? – осторожно задал еще один странный вопрос Джей-Джей. - Слабость небольшая, но это ожидаемо, не думаю, что я прямо до конца выздоровел уже, - Юра щедро сыпанул кофейных гранул в кружку и залил кипятком. – Держи. Он опустил кофе рядом с Джей-Джеем, поставил тарелку с нарезанным неровными ломтями лимоном и уселся напротив. Что-то в друге неуловимо изменилось, но он никак не мог понять, что. Отсутствие улыбки в расчет не шло. - Юр, - в голосе Джей-Джея звучала несвойственная ему серьезность, – неужели ты и правда ничего не чувствуешь? - Че? – Юра настороженно поднял взгляд от чашки с чаем, в котором только что утопил дольку лимона. – Ты о чем? - Правда? Ничего особенного? - Да что я должен чувствовать, еб твою мать? Что за хуйня с тобой творится? Раздуплись уже давай, – взорвался Юра, не вытерпев исходящего от друга напряжения, и так швырнул ложку в стакан, что добрая треть чая расплескалась по поверхности стола. - Да это не со мной творится, а с тобой! – Джей-Джей вскочил на ноги, и Юра внезапно заметил, как подрагивают его руки. – Твой запах усиливается! Еще пара дней, и у тебя течка начнется, как ты не понимаешь. И ломает тебя сейчас поэтому. Убеждение Джея-Джея в том, что он вступает в период половой зрелости, пошатнуло устоявшийся Юркин мир, а затем словно ударило наотмашь причисление к стану ненавистных омег. - Чт… Какая течка, ты ебнулся? Я альфа! – заорал Юрка и тоже вскочил, готовясь бить Леруа морду за столь нелестные сравнения. Если этот идиот решил так над ним пошутить, то это ни хера не смешно. - Ты что, серьезно? – на секунду на лице Джей-Джей промелькнуло глумливое выражение. - Юра, очнись, какой из тебя альфа? Прекрати выдумывать, ты же правда на принцесску похож, и запах твой… Издалека еще не так чувствуется, но когда ближе подходишь, крышу реально рвет! Юра вздрогнул, чувствуя, как рушится его доверие к Леруа. Эта усмешка на его лице… Получается, что он никогда, ни секунды раньше не верил в то, что Юрка может быть альфой? И все это совместное альфийское времяпрепровождение типа поединков, кто собьет больше окурков струей мочи, и эти грубые шуточки в сторону омег, эти рассуждения о том, как они будут нагибать лошар, когда Юрка созреет, - это все было притворством? Выходит, Джей-Джей просто снисходительно терпел заскоки Плисецкого? Зачем? С какой, мать его, целью? Юру затрясло от злости и обиды. - Леруа, выметайся, - сквозь сжатые зубы прорычал он, едва сдерживая в себе порывы наброситься на Жан-Жака с кулаками, - пока я тебе ебало не раскроил. Жан-Жак вместо того, чтобы благоразумно отойти, наоборот, сделал шаг вперед, ближе к нему. - Юр, блин, я не то хотел… - Он обеспокоенно протянул было руки, чтобы дотронуться до Плисецкого, но тот отмахнулся от него так яростно, что он передумал. – Прости, наверное, я выразился слишком грубо. Я просто хотел помочь. Если течка внезапно начнется, лучше, чтобы ты был готов к этому. - Пошел. Отсюда. На хер, - прошипел Юрка и весь подобрался, точно дикая кошка, готовящаяся к броску. Джей-Джей поднял руки в защитном жесте и попятился. - Юр, я уйду если ты хочешь, - на сей раз он, видимо, оценил масштабы юркиной ярости, потому что говорил тихо и взволнованно, на французский манер проглатывая окончания слов так, что Юра едва понимал его. – Но правда, будь осторожнее, пожалуйста. И… мне неважно, кто ты – альфа или омега. Просто знай, я всегда рядом, и ты всегда можешь позвать меня, если что. Джей-Джей замер на пороге, надеясь, что после такого искреннего признания Плисецкий передумает его выгонять, но тот был по-прежнему настроен воинственно. Джей-Джей вздохнул и исчез за дверью. Юрка тут же трясущимися руками закрыл замок. Потом медленно осел вниз по стене и уронил лицо в ладони. Нет, это все неправда. Джей-Джей заблуждается. Или врет, неважно. Он просто не может быть омегой, он дерзкий, агрессивный и хамит направо и налево, ненавидит детей и презирает то романтичное дерьмо, по которому обычно прутся эти гормонозависимые. И ко всякой хрени типа готовки у него душа не лежит, хоть вон на уродски накромсанный лимон можно глянуть. В нем – ни капли склонности к подчинению или желания быть ведомым кем-то, да он сам кого хочешь может порвать! И он еще вырастет, вытянется, станет большим и грозным, он уверен. И то, что его запах Леруа с ума сводит – так это ничего не значит. Альфы тоже могут ошибаться. Юра посидел так еще некоторое время, пытаясь успокоить себя. И когда у него это уже практически получилось, он внезапно понял, что помимо прочего показалось ему сегодня странным в Джей-Джее. От того остро и пряно пахло какими-то специями и хвоей.