Литературное руководство для бездельников

КАК ЗАКОНЧИТЬ

Основу любой истории составляет фабула. Это происходящие события (или только одно, например, «она безответно влюбилась»). Фабула великих романов, изложенная без затей, часто вызывает комический эффект. Не в последнюю очередь потому, что роман может занимать 700 страниц, а фабула — три предложения. Как такое возможно? Это возможно потому, что всё, что не фабула (то есть не факт) — и есть литература. Скверная литература узнается по следующим финалам. Скверность № 1. Обрубил концы Завершение фабулы, совпадающее с окончанием текста — очень тревожный знак. Возможно, вы пишете дрянное порно. Герои увлеклись друг другом, поругались, переспали, оргазм — конец. Возможно, было бы лучше писать честное порно без разговоров и препирательств, но авторская душа редко удовлетворяется такой простотой. Поэтому рассказы указанного типа, которыми полнятся ресурсы самиздата, разнообразно и интригующе начинаются. А заканчиваются под копирку. Разумеется, есть короткие жанры — басни, анекдоты, притчи и весь цитатник баш.орга, где финальное событие, совпавшее с финальной же строкой, и несет основную смысловую нагрузку. «Все засмеялись, а Ваня заплакал». Но у «повествовательной прозы», которой посвящена данная статья, другие параметры. Спасение Завершение фабулы (герой достиг цели, аминь) и завершение текста (последние строки) совсем не обязаны совпадать. Основная фабула «Властелина Колец» кончается в жерле Роковой Горы, однако после этого мы читаем еще много страниц, пока история не закончится на Самом Деле (Фродо уплыл в Валинор, Сэм вернулся домой). Дурное изложение «Властелина Колец» поступит именно так, как сказано выше: остановит повествование на Победе Светлых Сил. Наши победили — больше ничего и не надо. Питер Джексон с его экранизацией велик уже тем, что не поддался упрощению. Иногда умение рассказывать — это способность оставить читателя в неопределенности или, напротив, дать надежду там, где ее нет. Иногда — вывести историю на более общий, универсальный план. На самом простом уровне это реализуется за счет окружающего героев мира. С ним тоже что-то происходило, пока герои были заняты своей историей. Если это совершенно замкнутое пространство: тюремная камера, локус ада или гостиничный номер — за его границами могла хотя бы испортиться погода. Или ничего не изменилось — и это важно. Скверность № 2. А вдалеке над лесом в звездное небо вплывала полная луна Правило «фабула — это не сюжет!» широко известно, так как в старые времена об этом говорили в средней школе. Еще там много читали Пришвина. В результате сложился пример незатейливой литературы, где автор формально соблюдает закон «после завершения фабулы надо еще что-то сказать». Чаще всего это красоты родного края. Герои переспали/разделили награбленное/убили чудовище/убили друг друга — а над лесом вставала далекая полная луна. Сюда же относятся первые лучики солнца, позолотившие верхушки деревьев, свежий ветерок, подувший с моря, и прочее в этом роде. Спасение Формально это все еще работающий прием, и претензии к нему могут быть только из-за банальности пейзажа (и уменьшительных суффиксов, призванных придать очарования). Пафосный, ходульный, явно пристегнутый пейзаж создает комический эффект. В ироническом тексте банальность и пафос могут работать в плюс. Если в тексте пейзаж несет значимую эмоциональную нагрузку — например, постоянно дует ветер или стоит удушливая жара — завершение текста «абзацем про природу» может оказаться развернутой метафорой. Герои умерли — буря утихла. Герои объяснились — плотину прорвало. И так далее. Резюмэ простое: да здравствует пространственное воображение. ✓ Вопиющий пример: «Ultimа ratio», «Дни гнева».

* * *

Фабула в повести или романе может закончиться где угодно, то есть там, где автор решил поставить точку в развитии событий. Завершение же текста — это серия литературных приемов, которые превращают историю в Произведение.

Сверность № 3. Размазать кашу по тарелке

Весьма печальна участь авторов, которые не смогли вовремя остановиться. Их фабула закончилась объяснением главных героев в любви, и читатель, наконец, получил свой катарсис. После этого автор описывает пышную свадьбу (которую читатель ему простит), потом роскошные брачные апартаменты, потом поездку за границу в медовый месяц, потом беременность молодой жены, потом всеобщий восторг от рождения здорового первенца… и где-то здесь делается ясно, что Первое Произведение кончилось — и теперь мы читаем Совсем Другое, возможно авторства Мэри Сью. На горизонте рисуется катастрофа — сумерки-2 и сумерки-3, на 50 оттенков темнее. И хотя все они оправданы с коммерческой точки зрения, говорить все еще хочется об искусстве. Спасение Авторы, которые останавливаются вовремя, часто используют смену темпа на финальной прямой. События, которые перечисляются после окончания основной фабулы (враг убит; загадка разгадана) — идут в другом темпе. Например, в более быстром. Автор информативно завершает все побочные сюжетные линии (хорошо, если он при этом не бежит бегом, чтобы поскорей разделаться со всеми). Сам темп скажет читателю, что это финальное подведение итогов. Хороший пример — «Три мушкетера». Другой пример смены темпа — события после завершения фабулы зависают, застывают, делая финал атмосферным — как долгое затухание или высветление кадра. Именно таково письмо от Овода, которое читает в конце одноименного романа Джемма. В классике такую главу с подведением итогов называют Эпилог.

ДРУГИЕ ВАРИАНТЫ ЗАВЕРШЕНИЯ

Прекрасны кольцевые композиции, когда финал возвращает нас к началу, и мы видим, сколько же прошло времени, как изменилось наше мнение о героях и об их истории, как, возможно, изменился сам мир. Как велика окружность, которую мы прошли, чтобы вернуться к исходной точке (слова Сэма в Трилогии колец: «Ну вот я и вернулся!»). Прекрасны открытые финалы. При правильной интонации они дают ощущение безграничности мира, где происходили события. Словно бы у героев есть еще какая-то жизнь за пределами рассказанной истории, они больше нее. Я могла бы привести пример из многих текстов, но лучше придумаю что-то иллюстративное прямо сейчас. «Поторопимся!» — крикнул Арамис, запрыгнув в седло. Впереди, в Руане, пели свадебные колокола. Но что-то подсказывало д’Артаньяну, что на собственной свадьбе Арамиса не будет. «Да, мой друг, поспешим», — отозвался гасконец. Пять бутылок бургундского приятно оттягивали седельные сумки. Если Господь действительно больше покровительствует пьяницам, чем влюбленным — он довезет Атосу хотя бы одну. Или, если так нужно, открытый финал — при другой интонации — дает ощущение полной неустойчивости и депрессивности (история даже закончиться четко не может, ей словно не хватило дыхания). Снейпу показалось, что он давно умер — еще тогда, в холодном апреле. Пар от дыхания невесомо шел сквозь пальцы. Мелкий дождь оседал на руках, затекал в манжеты. — Северус, пожа… Мокла налипшая на ограду ржавая листва. Всегда удачным является финал, объясняющий название текста. Особенно, если текст большой, и название его во время чтения казалось формальным. Отличный пример — «Маятник Фуко». Описание маятника дается в романе сразу, но пока текст не закончен — мы вправе думать, что это просто абстрактная метафора мироздания (ибо маятник описывает круг, доказывая вращение земли), времени (потому что он вечно колеблется), поиска истины (которая совпадает с неподвижной точкой крепления оси) и многого другого. Но когда в конце главного героя вешают на маятнике — все нити сходятся в единое полотно, и маятник становится Древом Творения и символом человеческой судьбы (а человек, выбравший смерть в противовес абсурду — хозяином этой судьбы). И, строго говоря, это не завершение романа. Завершением является чтение другим героем дневников погибшего. И в свете этих записей судьба погибшего действительно становится маятником, качающимся от юности к смерти (и обратно — в его записях). ░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░ Отдельной темой, более актуальной для читателей самиздата, чем для читателей «великой классики», является так называемое ожидание счастливой концовки. Отдельный текст об этом можно прочитать тут: https://ficbook.net/readfic/11326995

* * *

На самом деле, в рассуждениях о финалах всегда много лукавства. Последнее слово Текста должно быть таким же сильным и запоминающимся, как и первое. Потому что последнее слово — это финальный аккорд. «Шрам не болел 19 лет. Все было хорошо». Я бы закончила иначе: «Шрам не болел 19 лет. Но кто знает, что может случиться в жизни волшебника, если его зовут Гарри Поттер?..»

_____________________________________

Этот текст может стать бесконечным, потому что литература — это и поэзия, и драматургия, и анекдот, и множество разных видов наррации, от хорошо забытых до толком не освещенных. Даже о романе можно написать куда больше дельного. Так что посвящаю этот текст всем читателям и комментаторам, с которыми так приятно убивать время. …А за лесом, за рекой, над крышами небоскребов встает полная Луна.

FIN