Последний шанс Детройта

Шум сигнала от рации резким звоном отдаётся среди пустых стен маркета, возвращая выпавшего из реальности агента ФБР в сознание. Мужчина, стоящий чуть позади, по голосу это вроде Грэгор или Тобиас, передаёт что-то по рации, и, кажется говорит что-то про скорую. Сероглазый не двигается и не вслушивается в переговоры Грэгора-или-Тобиаса-в-маске-никого-не-разберёшь, он просто стоит. Руки в перчатках уже в третий раз ощупывают собственные плечи, поясницу и ноги на наличие ран. То ли удача, то ли ещё что, но, как ни странно, никаких порезов так и не обнаружилось, пара синяков да и только. По сравнению с остальными легко отделался. Вон, к примеру, в паре метров от него сидел, привалившись к стене, какой-то парень, ни его голос ни жесты знакомыми не были, может перевели недавно. Пара колотых ран в ключице ближе к плечу. Жить будет, рядом с ним, на коленях, сидела, судя по очертаниям тела, девушка, осторожно осматривая рану, проверяя, не повреждены ли артерии. Собственные руки неприятно коченеют, словно залиты свинцом. Он помнил как выискивали эту группу девиантов уже который месяц (как бы ни было прискорбно признавать, эта дрянь добралась и сюда, даже после частичного подавления революции в Детройте, всё это безумие видимо не хотело просто так сбавлять обороты). Как долго и скрупулезно он перечитывал каждый файл с этим делом, пересматривал фотографии дел и отчёты, всё, что могло быть хоть как-то связано с лидерами Иерихона. Он помнил как нашёл их. Небольшую группу тех, кто ушёл из Иерихона. Как нашел Джоша, одного из лидеров девиантов Детройта. Как, буквально часов шесть назад, не больше, докладывал об этом Аманде, как он, получив добро на операцию захвата, ещё какое-то время обсуждал его подробности с Грэгором. Как просил выслать с ними ещё один отряд SWАТа* (что оказалось безрезультатно), просто для безопасности. То, как он, и ещё шесть военных, подъезжали к небольшому заброшенному маркету в таком себе районе гетто. Помнил даже то, как Грэгор, чтоб его, словно всё это было какой-то мелкой шалостью, легко кивнул ему, за секунду до того, как они начали вышибать дверь. Всё помнил, но то, как всё пошло на перекосяк он не помнил. Пальцы опять начали проглаживать форму, на этот раз бронежилет. Живот цел, рёбра тоже. Неожиданно пальцы огладили трещину на ткани чуть ниже ключицы. С левой стороны. Парень резко сдёрнул с себя неудобный шлем и перетащил противооскольные очки на лоб, приглаживая темные волосы вместе с постоянно лезущий на глаза прядкой. Прогнувшись в спине, он стал осматривать рану. Порез грубый, можно было бы с уверенностью сказать, что ещё от пары ударов такой же силы, он бы наверняка прошёл на сквозь. Нож, который держал девиант, вообще не был даже элементарно заточен, значит такой сильный порез получился из-за вложенной в него силы. Это пугало. Брюнет вновь провёл по трещине пальцами, а после, развернув их внутренней стороной к себе, попытался рассмотреть на них кровь. До кожи нож не дошёл, хорошо. Взгляд расфокусировался, а глаза пытались выискать среди трупов того, кто и полез на него с ножом, пытаясь убедить себя в том, что опасность миновала. Он не нашел его сразу, лица он не рассмотрел, а одежда, кажется, была серой. Брюнет не сразу нашёл его. Привалившись к плитке боком, тот лежал сгорбившись, глаза девианта были открыты, но не выражали ровным счётом ничего. Обе его руки, крепким замком держали рукоять ножа, в то время как само лезвие было вогнано в его шею и залито багровой кровью, как и его серая толстовка и он сам. Это и был Джош, один из лидеров Иерихона и причина, почему они вообще здесь. Под ногами валялись несколько трупов. Судя по записям камер, их должно было быть восемь, но тут явно было больше. Их наверняка уже кто-то да пересчитал. Все примерно одного возраста: тридцать лет, плюс минус, тут не было детей или стариков, хоть какой-то плюс. Если припомнить ноябрьскую революцию, девианты не брезговали привести на марш свободы своих детей. В очередной раз пригладив место удара пальцами, он негромко кашлянул и, предварительно зачесав вечно спадающую на лоб прядь, обратно нацепил шлем и очки и, прихватив автомат с ещё работающим фонариком, прошел осмотреться дальше по коридору. В здании кроме них больше никого. Естественно, такая шумиха и глухого разбудит, а инстинкты самосохранения выволокут за локоть как можно дальше от этого квартала, но перестраховаться стоило, как-никак не хотелось что-бы по приезду криминалистов и скорой из подсобки выбежал очередной псих и перерезал половину к чертям. Из местных декораций было явно видно, что девианты, пусть и не ошивались тут месяцами, но даже в какой-то мере обустроились. То, что они пренебрегают вещами вроде гигиены, личного пространства да и той же самой еды, было известно ещё с первых попавших ему на руки дел. К примеру один из них преспокойным образом жил практически месяц рядом с валяющемся и перегнивающем трупом бывшего работодателя в соседней комнате, ну после того как нож в него раз тридцать вогнал. Ещё какой-то псих, если верить полицейским отчётам, жил в какой-то заброшенной квартире с кучей голубей. Да чего уж говорить, весь Иерихон находился на борту заброшенного корабля, где, очевидно были и крысы, и огромнейший слой грязи буквально на всём что можно увидеть, и, вероятно, отсутствовала какая-либо уборная. Омерзительно. В одной из комнат, вероятно это была кладовая, стояла неаккуратно вырезанная статуэтка человека. Такие пару раз находились на местах преступлений или жительства девиантов. Вероятно это и было Ра9, но конкретного ответа от самих девиантов ни полиция не ФБР так и не получили. Все статуэтки, найденные на местах, всегда выглядели практически идентично: человек всегда стоял прямо, не имел каких-либо конкретных черт лица, выглядел неаккуратно и, в какой-то степени минималистично. Хотя что-то в них таки отторгало. Парень, окинув взглядом кладовую, вышел, не двигая статуэтку с места, возможно, криминалисты что-то на ней найдут. Просмотрев оставшиеся комнаты и не найдя там ничего кроме, опять же, исписанных стен и небольших кучек сажи на плитке, где, вероятно, они разводили костёр (из чего?), парень вышел в главных холл, где всё так же, прислонившись к стене сидели несколько раненых, рядом с которыми было ещё двое напарников, негромко спрашивавших у них что-то. Брюнет прошел ближе по коридору, останавливаясь на том же месте, где стоял пару минут назад, и развернувшись на пятах, опять окинул залитое кровью помещение поверхностным взглядом. Он старался найти в себе хоть каплю человечности, может мысль о том, а правильно ли правительство поступает, заставляя его и десятки тысяч таких же как он, отлавливать как скот других людей? Может Маркус действительно поступает правильно? Возможно, идеи, которые он привносит, действительно помогут обществу? Но на каждую мысль гулким звоном в голове отзывалось десятки новостей о том, сколько людей погибло из-за революции в начале ноября скольких убили ещё раньше из-за какой-то нестабильности? Они не заслуживают на сопереживание, жалость или понимание, потому как сами приносят только раздор, и это надо остановить. — Хэй, ты как? — Его легонько задели тонким локтем, обращая внимание на подошедшую сзади девушку, по голосу Джаннет. Он не мог точно сказать, сколько лет она уже работает в SWAT и когда они познакомились, но мог с уверенностью заявить, что она была превосходным напарником, во время заданий была серьёзна и рациональна, никогда не лезла под огонь. Чего не скажешь про досуг (если таковым можно назвать совместный перерыв между работой), во время которого она заливалась хриплым смехом даже с самой глупой шутки и сама периодически что-то рассказывала. — Ну что ж, могло быть и хуже, — фраза пролетело куда-то в нос. Действительно, могло. Но ведь могло быть и лучше, так? — Я сильно подставил вас. — Да ладно, не убивайся так, — брюнет не видел её лица, но был уверен что она ухмыльнулась. — С ребятами всё хорошо будет. Я посмотрела. — Они ранены из-за меня.- низкий хрипловатый голос на сей раз прозвучал немного злее, ни в коем случае не на Джаннетт или Райана, так неловко схватившего ножевое прямо в брюхо, нет, только на себя. — Слушай, — она сначала восприняла это как некое раскаяние, но, вновь глянув на оппонента, поняла, что тот больше жалеет о потраченных неделях жизни в офисе, а не о жизнях купки каких-то фанатиков-психов. Оно и понятно. — Тут Грэгор сказал, скоро тут скоровики будут, там и Райан пару порезов через жилет получил, хотя ты, наверно, видел, давай с нами, тебе вижу тоже…- она немного качнула головой в сторону сероглазого.- досталось. — Я в порядке, спасибо. — Джаннетт лишь пожала плечами, поворачиваясь к коридору лицом, сейчас они оба смотрели в пустоту, не на трупы, приваленные к стене или надписи на стенах, просто в никуда. Они простояли так не больше полуминуты, лишь спустя какое-то время парень тяжело вздохнул. Рядом послышалось тихое "Да…", которое как бы говорило: "Знаю. Это пиздец." И хотя Джаннетт редко материлась, брюнет уверен, что она имела ввиду именно это. — Мне, вероятно, следует немедленно вернуться в штаб. — проговорил сероглазый, поворачиваясь в сторону двери. Они выехали брать девиантов в 5:20 ( он помнил это скорее благодаря ощущениям, глаза тогда слипались словно не спал пару дней), сейчас, должно быть, уже половина шестого, если не больше. Тусклый свет, проникающий через крупные стёкла в двери, с каждой минутой светлел переливая с розового в более желтоватые цвета. — Осторожней на пути. Джаннет лишь кратко кивнула ему вслед. Мерными шагами он медленно прошёл к входу. Тёмное, с их приезда, небо заметно посветлело освещая неухоженную улицу. По кварталу слышится трение шин об асфальт. К месту уже подъезжают три кареты скорой и полицейская машина. После скрипа дверей слышится топот врачей сопровождающийся эхом.

***

— Здравствуйте, агент. — голос, размеренный, немного хриплый и низкий, наконец-то прервал затянувшуюся в кабинете тишину. Стоявшая слева от него женщина аккуратно проводила пальцами по листкам какого-то экзотического растения, стоявшего рядом с окном, и даже не думала поворачиваться к агенту лицом. Она словно и видеть его не хотела, поэтому концентрировала внимание на всяких мелочах в кабинете. Свет от прямых лучей, падающий на смуглое лицо и тёмную классическую форму, выделял её силуэт среди бардовых стен кабинета. Каждый раз, заходя в кабинет, брюнета брало странное ощущение тревоги и нервозности. И толи это случалось из-за странного и неестественного перехода из стеклянно-пластикового, вечно начищенного до скрипа и блеска коридора в классического вида кабинет с кучей цветов, расставленных то тут, то там. Толи из-за неприятных ассоциаций, так как поводов сюда зайти было только два: первый — тебе на руки выдают нечто важное, настолько важное, что об этом точно сделают ремарку при первой возможности (а потом ещё пару раз, чтоб наверняка запомнил), а второе — ты чертовски облажался. — Думаю мы оба понимаем, из-за чего вы тут. — Из её слов буквально сочилось осуждение и недовольство, пролезая, словно червь в голову оппонента, и оседая там неприятной тяжестью. И не то, что бы подобное поведение было редкостью, стажёры вообще считали её либо конченой стервой, либо какой-нибудь отмороженной на голову социопаткой (а может и тем и другим), но подобные разговоры дальше пары тройки бездельников в кофетерии, никуда не уходили. Оно и понятно, сплетни о начальстве премию уж точно не приблизят. Казалось, ей и говорить было не обязательно, её мысли о сложившейся ситуации она смогла уложить в два предложения, а складывалось впечатление, словно ему пару раз зарядили под дых. Относительно обычного человека, кто-то бы сказал, что она немного раздражена, но агент знал, Аманда на взводе. Из-за того, что он сделал. Точнее не сделал. — Добрый день, мисс Стерн. — Парень постарался сделать голос более уверенным. Но, вероятно, серые глаза, нервно бегающие по кабинету взглядом, выдавали его с корнями. — Да, я проявил себя не лучшим образом.- Брюнет немого склонил голову, опуская взгляд с пустого рабочего слота на пол или рядом стоящие растения или букеты. — Далеко не лучшим, — Её голос в момент погрубел, и от прежнего спокойствия не осталось и следа. Брюнет готов поклясться что она нахмурилась, и ситуацию эта мысль только ухудшала. Она медленно убрала смуглые руки за спину и подняла голову вверх, всматриваясь в даль горизонта. Она опять замолчала. В горле завязался противный ком, хотелось просто побыстрее её выслушать, и, получив новое задание, просто убраться из этого проклятого кабинета. Нет, Аманда не была излишне грубой или, более того, непрофессиональной, наоборот, она являлась превосходным работником, да, довольно строгой даже по меркам начальства отделов ФБР, но грань строгости и беспричинного докопательства она никогда не переходила. Просто давить эмоционально она умела, и очень, чёрт возьми, хорошо. — Захватить двенадцать психологически неуравновешенных фанатиков, — проговорила она, расправляя плечи шире, не разнимая заведённых за спину рук, — не так уж много требовалось, так ведь? — Извиняюсь, я недооценил ситуацию, и посчитал что они не будут иметь при себе холодного оружия. — Периферическим зрением он заметил какое-то передвижение слева, но решив проигнорировать, продолжил. — Они напали на нескольких сотрудников, когда мы попытались задержать их на месте, они оказали сопротивление, большая часть покончили с собой на месте. — Прошедшая мимо него глава управления CID**, беззвучно присела на кресло, и, уперевшись локтями в стол, сложила руки в замок.- Это мой просчет. — Он поднял взгляд на женщину, карие глаза всё ещё с недовольством смотрели на парня, но теперь она, по крайней мере, выглядела менее озлобленно. Словно воспитатель в детском саду смотревший на раскаявшегося перед ней ребёнка. Да только, максимум что может сотворить ребёнок — разукрасить обои, сказать слово на «б» или подставить подножку. Сейчас же дело было в вещах более масштабных — на кону стояла потенциально важная информация, которая могла помочь ФБР завершить наконец это треклятое безумие с психами по всему Дэтройту. И то, что он эту миссию так безбожно провалил, давало полное право Аманде на него злиться. Женщина ещё немного времени продолжила всматриваться в серые, «бегающие» из угла в угол кабинета глаза. Тяжело вздохнув, она выпрямила спину, и, убрав локти со стола положила их на подлокотники. — Кто-то пострадал? — Среди наших трое из шести получили до трёх ударов колющими и режущими предметами. Райан Брукс, насколько я знаю, был доставлен в госпиталь из-за сильного кровоизлияния, но его жизни на данный момент ничего не угрожает, как и остальным двум. Ева Престон и Дэн Адам отделались небольшими ранами, как я и сказал, они в порядке настолько, насколько это возможно в их состоянии. — Хоть это радует. И кого же вы там нашли? — она немного выпрямилась и наклонила голову, словно стараясь как можно громче расслышать брюнета. — Среди тел, я имею ввиду. Твои старания окупились? — Нами был найден Джошуа Роупберн. Как вы знаете, ранее он был одним из основателей «Иерихона». С ним были ещё некоторые… — парень запнулся, — люди. Как мы предполагаем на Иерихоне были и те, кому агрессивные протесты казались неверным решением, поэтому они, вероятно, встали в оппозицию ещё до прямой атаки девиантов в ноябре. И, приняв предложение одного из основателей, перебрались в этот город. Он убил себя когда мы пытались их арестовать. — Хочешь сказать, что нападать они были не намерены? — Вероятно, но это лишь моё предположение, мисс.- Брюнет легко кивнул, смотря серыми глазами в лицо начальницы. Услышав металлические нотки в голосе главы управления CID он постарался переменить тему, — Так же в самом помещении нами были обнаружены некие религиозные атрибуты и надписи, ничего нового, относительно того, что мы находили раньше в подобных местах. — Серые глаза метнулись к стоящей на столе орхидее и обратно, — Всё об этом есть в отчёте, начиная от фотографий стен исписанных «Ра9», заканчивая опознанными нами людьми. Не понимаю зачем об этом уточнять. — Потому что именно под твоим командованием, девятисотый, были убиты люди, которых можно было задержать, работай вы оперативнее. — Девианты непредсказуемы, и даже если они хотели действовать мирно они напали на нас с оружием, под влиянием стресса в данной ситуацию. Более того их оказалось больше чем мы предполагали. Мисс Стерн, я просил вас отправить с нами ещё один отряд, но вы отказали. — По причине того, что мы не догадывались о том, что их количество возросло. В остальном я не намерена терять своих людей и подставлять государство под удар, только из-за того, что агент, ведущий дело, не достаточно хорошо просчитал ситуацию. Раз уж ты не внимателен к заданиям гос. важности я имею полное право тебя от них отстранить либо понизить в звании. Надеюсь это понятно, агент900? — Женщина, всё так же удерживая кисти на подлокотниках кресла, слегка откинулась на его спинку, всё так же продолжая неотрывно смотреть на брюнета. Когда кто-то так долго и неотрывно смотрит тебе в глаза, складывается впечатление словно этот человек видит твою душу насквозь, видит твои мысли, твои эмоции, твои страхи. А ведь несмотря на это, Аманда действительно хорошо разбиралась и в мимике, и в жестах, могла понять когда ей врут или пытаются подлизаться. И в купе с этим, мысль о том, что его мысли, для некоторых явны, словно черный шрифт на белой бумаге, проносило по телу неприятную волну еле заметной дрожжи. — Да, мисс Стерн. — проглотив грубый ком в горле, ответил сероглазый и, прикрыв глаза в очередной раз кивнул. Он действительно понимал. Он оплошал по крупному, уже второй раз четверть года. — А теперь послушай, — Аманда немного сгорбилась. Правой рукой она медленно потянулась за чашкой чая, стоявшей на столе. — Я прекрасно понимаю, у тебя отличная раскрываемость, способности и физические данные. — жилистые пальцы, с морщинками на сгибах фаланг и розоватые на внутренней стороне ладони, обхватили ручку чашки, осторожно поднося её ближе. — Но это уже второй серьёзный случай за… — она медленно отпила чай, стараясь вспомнить точную дату одного из предыдущих заданий агента, — последние три месяца. — Она вновь бросила взгляд на серые глаза, — А ситуация с каждым днём всё ухудшается. И будет ухудшаться, до тех пор, пока мы не поймаем Маркуса. И, раз уж ты не можешь руководить захватом небольших групп, я отправлю тебя в полицейский участок Детройта. — Она отставила кружку на место и, предложив к панели указательный палец, включила монитор. — Полицейский участок, простите? Но вы же не- — Аманда выставила перед ним ладонь, прерывая речь брюнета. Детройтский полицейский участок был довольно хорошо обустроен, да и нескольких работников он ещё припоминал, работа, как никак, обязывает иногда выезжать в соседние штаты. Как-то пришлось работать с тамошним капитаном SVATа, они тогда наркопритон штурмовали, хорошо сработались и в принципе человек он интересный (Аллен его вроде звали). Но идея эта, как минимум непонятна. Если этим Стерн хотела отправить его на такой себе «исправительный срок», то могла просто отправить на неделю-другую в разведку SVAT. Пристрелили? Ну и ладно. Не пристрелили? Ещё лучше. Хотя возможно ей просто нужен свой человек там? Тогда уж лучше отправить кого-то не завалившего пару крупных заданий за… сколько там? Три месяца? — Да, полицейский участок, более того я настоятельно попрошу поставить тебя кому-то в напарники. — она дважды кликнула на что-то на мониторе и, вписав пару букв, возможно в поисковую строку, повторила действие. — Раскрываешь дела, помогаешь в захватах и штурмах, без причин под пули не лезть. Если в делах явно фигурируют девианты, оповещаешь ФБР. Всё понял? — Да, мисс Стерн.- спорить было бесполезно, как в плане того, что если Стерн давала кому-то миссию лично, отказаться от неё или, упаси господь, провалить, ты не мог (ну, почти), так и в плане того, что в свете последних «успехов» в карьере перечить кому-либо вообще, или воротить нос на попавшее в руки дело, было сродни самоубийству. — Где можно получить более подробные материалы? — На счёт твоей части работы, я переслала всё, что нужно знать, включая временные данные и место проживания. Сегодня тебе день на дописывание отчётов, завтра выезд, послезавтра приступаешь. Там на месте всё выдадут и объяснят. — она едва слышно постукивала пальцами по тёмной древесине стола, — Я не намерена получать от тебя провалы в дальнейшем. Надеюсь ты тоже.- голос её теперь звучал спокойнее,— Это всё. Можешь уходить. — Хорошего дня, мисс Стерн. — Кивнув, сероглазый, развернувшись на пятах, вышел из кабинета, бесшумно прикрывая двери. Пластиково-стеклянный коридор вновь объял брюнета. Порой он сам удивлялся, как его ещё не трясёт от всей это прилизанности и стерильности, словно ничего живого тут и подавно нет. АгентРК прошёл в сторону прозрачного лифта, кинув взгляд на наручные электронные часы, немного проглядывающие из-под рукавов тёмной рубашки. 11:47. День начался не очень удачно.