Эффект искажения

Приглушенный свет, богато украшенный стол с изысканными блюдами. Все это выдавало роскошь и богатство людей, решивших устроить трапезу в этот час. Лекс Лютор невпечатленно смотрел на Викторию, ту самую которая была дочкой конкурента его отца. Девицу он эту знал. Была она не то чтобы особо тупой, но звёзд с неба не хватала и умом особым не блистала. Как светская бабочка да, была полезна и то постольку-поскольку. От языкастых стерв она бы отбилась, а вот от серьезных людей, которые на её бизнес нацелились – нет. Что, собственно, и сделала, пытаясь приворожить миллионера, демонстрируя все свои прелести через декольте. Что она хотела добиться было понятно и слону. В конце концов его отец был занозой для многих бизнесменов главным образом потому, что не брезговал устраивать несчастные случаи конкурентам. А ведь вечер так хорошо начинался… Но в итоге ему пришлось отправить Клару с Ланой домой, а самому переться в ресторан, чтобы обсудить дела по бизнесу. Слово «бизнес» тут надо выделить в кавычки. Самое обидное, что Брюс с-скотина такая, сразу понял, чем дело пахнет и сдриснул раньше, чем Лекс заметил эту мегеру. Вот и сидел сейчас Лютор младший разбрасывая мягкие улыбки, и прикрывая холодные как лёд глаза. Его терпение с каждой минутой истощалось. То что предлагала эта дамочка было крайне заманчиво. Можно было бы развить тему помощи и выйти на разговор о том, чтобы подсидеть обоих отцов. Однако же… Лексу понравилось в Смоллвиле. Но эта территория принадлежала его отцу. И стоило тому, обнаружить, что наказание превратилось для сына в удовольствие… как Лайнел Лютор сразу же сделает все, чтобы сделать его, Лекса несчастным. Давать отцу преимущества не хотелось. – Подумай об этом, ты можешь быть больше чем твой отец, Лекс! — протянула одну руку к нему Виктория, нежно сжимая ладонь, поверх его пальцев лежащих на бокале с вином. Миллионер выдал ей слабую улыбку, отчего девушка тут же закусила удила, приняв ту за признак слабости. На самом же деле молодой человек прикидывал варианты. – Допустим, только допустим, что я соглашусь, — отпустив бокал, и поймав тонкие пальцы в свою ладонь, произнес Лекс, прикрывая глаза, и тем самым скрывая гнев от чужой попытки манипуляции. Тем более такой топорной. – Откуда мне знать, что после этого я не окажусь на обочине? Ты не хуже меня знаешь, бизнес есть бизнес… – Гарантом с нашей стороны буду я, — обаятельно улыбнулась ему. Лекс вскинул брови, побуждая продолжить. Не может же быть эта женщина быть так глупа? – Не буду скрывать, ты мне нравишься Лекс. И я, как бы не хотел отец, вовсе не заинтересована в ведении бизнеса. Мне больше по вкусу светские мероприятия. – Ты предлагаешь мне брак, — мягкая вежливая улыбка грозила перерасти в насмешливую ухмылку. Он не думал, что мисс Хардвик зайдет с козырей. Лекс не скрывал в детстве, что хотел семью. Точнее все окружающие люди думали, что он её хочет. С точки зрения стратегии, его лысости и давления на него Лайнола, он создавал впечатление недолюбленного ребёнка. Не то чтобы оно было неверное. Однако…. Это было только впечатление. Лекс Лютор вполне понимал, почему у отца к нему такое отношение. Он бы тоже не знал, как относится к собственному ребенку, если бы тот убил своего новорожденного брата. Отец его любил и ненавидел одновременно. Как и Лекс отца. У них не было такой любви, зато было взаимопонимание. Хоть и не жили они душа в душу, делая друг другу пакости… Однако были не только плохие моменты. Но и хорошие. Эту часть их отношений оба Лютора скрывали. Редко, но и на них находили приступы сентиментальности, или как выражался отец: человечности. – Я рада, что мы с тобой на одной волне, — улыбнулась ему женщина. Однако улыбка быстро сошла с ее лица. А виной всему была исчезнувшая с губ безволосого мужчины, улыбка. – Что будет, если ты влюбишься, находясь в браке? — спросил Лекс, и спрятал взгляд в бокале. О, этот вопрос нисколько не был праздным. Его фамилия была Лютор и как бы мужчина не старался быть лучше, его расчетливая собственнические натура всегда, ну или почти всегда брала верх. Природа или воспитание? Тут вопрос не стоял. Его отец тщательно культивировал его природную цепкость или скорее жадность. Лекс не потерпел бы конкуренции. И неверности. Он был единственным. Точка. – Ты всегда был романтичен, Лекс, — мягко улыбнулась Виктория, скрывая дрожь, от слишком пристального ледяного взгляда. – Но ты сам знаешь, что романтика быстро увядает под гнётом реальности. Я предлагаю тебе реальный выход из ситуации, где все находятся в выигрыше. – Мне надо это обдумать, — сделав глоток вина, произнес Лютор младший, сдерживая усмешку оттого, как эта глупая женщина даже не попыталась удержать лицо, показывая свое разочарование. Вечер закончился на неприятной ноте для них обоих. Садясь в машину, которую ему отправил Энрике, Лексу внезапно вспомнилась фраза, которую как-то сказала Клара: начали за здравие, закончили за упокой. Очень точное высказывание. – Все в порядке, шеф? — молодой мужчина вздрогнул и перевел взгляд на Барни, спокойно взирающего на него с места водителя. – Ты то что здесь делаешь? — хмуро осведомился Лекс, не горя желанием обнажать душу. – Я просил прислать водителя. – У меня разрешения на вождения транспорта тоже имеется, — достаточно нагло отмахнулся от него начальник службы безопасности. – А Винс поехал отвозить мисс Лэнг и мисс Кент. Поэтому я решил немного подышать свежим воздухом, заодно и вас забрать. Лютор младший фыркнул на такую постановку фразы. Однако логичность действий признал. – Ну так чё, шеф? Почему вы отправили Кент одну, а не поехали вместе с ней? — взглянул в зеркальце, чтобы оценить выражения лица Лекса, Барни. – Или это такой хитрый план, чтобы заставить ее ревновать? Жужжащие как рой в одной лысой голове мысли –замерли. На губах миллионера растекалась медленная хищная улыбка. Хотевший было что-то ещё сказать безопасник, проглотил слова, застрявшие в горле и решил за лучшее помолчать оставшуюся часть дороги. Уж слишком хищной была улыбка Лекса Лютора.

***

Знаете выражение: ты видишь суслика? Не видишь, а он есть! Так вот я сейчас чувствую себя тем человеком, который не может найти суслика. И з-зараза! Ощущение это длилось уже неделю. Меня начинало откровенно параноить от этого. Постоянно следившие за мной глаза не давали не то, что способности использовать, жить нормально! Дошло до того, что я начала замирать посреди разговора, чтобы понять, откуда ощущается чужой взгляд. Нет, можно конечно было бы воспользоваться рентгеновским зрением! НО! Как я выяснила после его появления, если я использую эту способность, то обычные люди видят, как цвет моих глаз меняется. П-палево. На фоне этого, объявление о том, что Лана Ленг стала главой школьной газеты, прошло почти мимо меня. Почему почти? Потому что меня вернули в газету. А подруга, пользуясь своим положением, надавила на мистера Кана, и таким образом в добровольно принудительном порядке, я стала ведущей своей собственной страницы. И барабанная дробь я теперь тот человек, который поднимает социальные вопросы посредством комикса. Недовольных не было, как оказалось почти полшколы, читало газету исключительно из-за моих комиксов. Хотя нет, недовольные были. Точнее одна недовольная особа, которой не нравилось, что газету у нее отобрали. И судя по пересудам в школе, от становления школьным изгоем ее останавливало как раз таки членство в этой самой газете. – Как ты ее терпела все это время? — наблюдая, как Салливан уходит, хлопнув дверью, обратилась ко мне Лана. – Сама себе поражаюсь, — вяло отреагировала я, все это время, делая вид, что попыток, да что попыток, даже саму блондинку я не замечаю. – Что с тобой? — нахмурилась Лэнг, и даже руку приложила ко лбу, беспокоясь о моей температуре. – Ты какая-то слишком вялая. – У тебя когда-нибудь было чувство, что за тобой следят? — улегшись на стол, невнятно пробурчала я. Либо паранойя входила в комплект инопланетного чудища, либо за мной реально следили. – Было пару раз, — тут же сморщилась Лана, видимо вспомнив, нескольких придурков из школы. От внезапно пришедшей в голову мысли брюнетка улыбнулась, понимающе лукаво и склонилась ко мне: – А что, Мистер Лютор решил за тобой понаблюдать? И знаете, сделала такое мерзкое движение бровями, что сразу тошнить потянуло. Хотя осознала, на что Ленг намекает я только через минуту. – Фу, Лана! — сморщилась я, да и вряд Лекс бы до такого опустился. Нет, если бы я была его врагом тогда да, ну или на худой конец бизнес-партнером. Так нет же, я была всего лишь знакомой. О чем я и сообщила Лане, та лишь насмешливо фыркнула, показывая, что ни капельки не верит в это. Во что конкретно не уточнила. А я была слишком задерганной, чтобы как-то обращать на это внимание. Домой я вернулась после сорокаминутной тряски на автобусе. Как вы понимаете, к хорошему привыкаешь быстро, поэтому необходимость терпеть эту пытку, вместо того чтобы бежать на своих двоих, бесила неимоверно! Поприветствовав родительницу, кивнув в сторону хлева. Захватив по пути газетку недельной давности. Как я пропустила такие интересные новости по прежнему остается загадкой. Хотя благодаря переработки этих самых газет в подстил для курей, мне предоставилась возможность узнать о недельных новостях, хотя бы сейчас. Газетёнка между прочим оказалась интересная… На первой полосе была крайне занимательная статья о происшествии рядом с музеем, где мы были в прошлые выходные. Но вот странность, улицы к тому времени были пусты, и никаких автобусов, и аварий с ними там не было. А в статейке прямо таки жирным шрифтом указывается, что авария – была. И даже не просто авария, а с таким персонажем как Бэтмен! Об этом товарище я еще по прошлой жизни помнила. Фильмы в глубоком детстве смотрела. Однако чё там было кроме того, что шибанутый на голову клоун терроризировал город, а не менее шизанутый буржуй с биополяркой, иначе разделение дневных и ночных занятий я объяснить не могу, с ним дрался. К сожалению это всё что я помню из смутных детских воспоминаний. Тем удивительнее видеть такого ряженого в реальности. Да и заголовок то, заголовок:

Бетмен спасает автобус в Метрополисе!

За размышлениями о том, на что только не пойдут люди, чтобы привлечь внимание зашла в сарай с целью снять стресс и как следует порисовать. Как вдруг услышала шум. Паранойя объединилась с интуицией и прямо-таки в один голос кричали, что это тот суслик, которого я найти никак не могла! – Кто здесь? Выходите! Я сейчас закричу, — пятясь к двери проговорила. Стыдно признаваться, но с постоянным непрекращающимся вниманием, и диким страхом, что меня в этой с виду благополучной Америке, препарировать на лабораторном столе, труда не составит. Я боялась. Дико, до дрожи в коленях. В условиях постоянной слежки я не могла использовать способности. Вместе с тревожным ощущением чьего-то взгляда, появилось чёткое понимание, что все это взаимосвязано и ведёт меня в одну большую, подготовленную для меня ловушку. И самое главное, несмотря на рентгеновское зрение, я не могла найти источник постоянного внимания. Либо он перемещался, либо мои способности просто не работали с того расстояния, с которого велось наблюдение. А теперь видимо этот источник решил проявить себя в виде не сильно умного и даже на вид мерзкого мужика, выходящего из темного угла в хлеву. – Что-то ты слишком труслива, для той, что встречается с Лютером, — сально улыбнулся мужик. И начал медленно спускаться со второго этажа. Обычно это только в голливудских фильмах главная героиня начинает вступать в диалог со злодеями. Однако… Данные дамы плохо заканчивали. Скажите, что я другая из-за инопланетного происхождения? А вот чёрта с два! Тут дело явно не чисто. Слишком долго велось наблюдение. Возможно даже, что выяснили мою слабость перед метеоритными камнями! Рискнуть и вступить в бой? Да я в жизни, что в той, что в этой ни разу не дралась! К тому же, если у этого типчика есть метеоритный камень? Что тогда? Будет избиение котенка, в смысле ребенка! То есть меня! Именно поэтому я не стала терять времени и выбежав из хлева, не слушая последовавших криков, забежала в кухню и позвонила 911. Находящаяся в доме мама с тревогой подошла ко мне. Я только кивнула на вышедшего из сарая стрёмного мужика. – Девять один один, я вас слушаю. Какая у вас проблема? — приятный голос с той стороны провода, раздался после пары гудков. Оперативно работают, надеюсь, и наряд полиции так же быстро явится. Иначе маме придётся доставать топор. Тот что для мяса, но и он почему-то внушает в руках этой рыжеволосой женщины. – Меня зовут Клара Кент, я сегодня пришла из школы и пошла в амбар, чтобы порисовать. Там меня встретил, какой-то странный мужчина, он сделал непонятные предположения и начал интересоваться Лексом Лютором, моя мама рядом, и она этого мужчину тоже впервые видит! Я не знаю, где папа, но очень боюсь, что этот мужчина мог что-то с ним сделать! — глотая, путаясь в словах, проговорила я. Меня била крупная дрожь. Почти бессонная неделя с ощущением чужого взгляда в спину дали о себе знать. – Ждите, сейчас будем! — отозвалась оператор. Как-то слишком быстро они отреагировали. Я посмотрела на маму, та держала в руках нож, и внимательно наблюдала за стоящим перед домом мужиком. Не топорик, но не менее страшно. Тот явно раздумывал что делать. Я б тоже, увидев Марту Кент с колющим-режущим сдала назад. Хорошо, что я ее ребенок. Долго думать этому товарищу не дали, во-первых, с поля пыхтя трактором выехал папаня. Во-вторых, неподалеку раздался сигнал полицейской машины. Мужик, зло, покосившись на нас, взглянул на настороженно приближающегося фермера, и бросился в кукурузу. Несмотря на оклики удивленного таким поворотом отца. Спустя минуту после этого на подъездную дорожку въехала машина полиции. Шериф Уэйд, а это был именно он, вышел из машины и, перекинувшись парой фраз с Джонатаном, хмуро посмотрел на кукурузное поле. После чего отдал команду по рации прислать служебную собаку. Однако поиски не дали результатов. Родителей и меня тщательно допросили, меня тоже, не забывай похвалить за оперативную реакцию. Я же, сделала себе зарубку в уме всегда сканировать свое окружение и больше полагаться на органы чувств, в том числе и на интуицию. Повторения данного инцидента не хотелось.

***

Лекс Лютор был не в настроении. Точнее настроение у него было - убийственное. Поэтому он вдвое сильнее старался его скрыть за мягкими улыбками. К его несчастью, именно сегодня в поместье опять закончилось кофе и Лексу пришлось ехать в кафетерий. И самое страшное, здороваться там с людьми! Нет, это конечно очень приятно, что Смолвиль стал более дружелюбен к нему, но не тогда, когда он две ночи почти не спал, занимаясь как ЛютерКорп, так и планами для Виктории. Если первое он уже сделал, то с последним был затык. Можно было, конечно, взять уже знакомые продукты и поставщиков, уведя их из-под носа отца…но… В последнее время Лайонел почти не связывался с ним. И будь Лекс еще тем же бунтующим подростком, которым был полгода назад, он бы непременно переманил людей отца, просто чтобы, привлечь внимание. Однако в последнее время молодой человек с удивлением понял, что больше у него нет желание подёргать папеньку за бороду и космы. Ему просто это не надо. Повзрослел видимо. Миллионер усмехнулся своим мыслям. – Планируешь поездку к своей нынешней пассии? Как ее там? Кара? А...вспомнил Клара, Клара Кент кажется! — мерзкий голос привлек внимание молодого Лютора к себе. Этого кадра он знал. Хотя лучше бы не знал. От досады мужчина чуть не цокнул. Вот дерьмо, и откуда всплыло? И ведь гад, уже давно в Смолвиле видимо. Иначе откуда бы он узнал о Кларе? Опять денег захотел. – Я, собственно, так и думал, что ты молчать будешь. Она ведь н-е-с-о-в-е-р-ш-е-н-н-о-л-е-т-н-я-я! Последнее слово этот мерзавец растянул, не забывая сально улыбаться и многозначительно смотря на миллионера. Точно денег захотел. И ведь скотина такая, наверняка если воспротивится, начнет много лишнего говорить. В принципе ничего криминального. Точнее криминал там есть, но сам Александр не виноват, и дело бы разрешилось по другому будь на тот момент Лекс совершеннолетним, он бы даже не посмотрел в сторону этого индивидуума, однако 21 молодому человеку стукнуло в сентябре.* И к тому времени Лайонел уж разрулил ситуацию – по-своему. – И? Это должно что-то менять в нашем знакомстве? Она спасла меня, я ее. Мы квиты. Дальше то что? — нейтрально произнес Лютор, внутренне напрягаясь. Таких паразитов он знал, и они были полезны, иногда. Когда не наглели. А то, что этот товарищ в наглую пришел в кафе, где прилюдно чуть ли не обвинил его в растлении несовершеннолетних, показало, что доказательств кроме слухов у него нет. А значит мужик зарвался. – А то, что вы там не только уроки учите, — мерзко ухмыльнулся этот тип. А вот Лекс наоборот развеселился. – Ну учитывая, что ее родители присутствуют в это время то да, уроки мы не делаем, — весело заявил Лютор, прекрасно понимая, что этот дегенерат специально голос не понижал и подловил его в общественном месте. Провокация, плюс подмоченная репутация. Но… в этот раз он сильно просчитался. Ведь Лекс действительно почти не оставался наедине с Кларой. Только когда она болела. И то, несмотря на весь свой сволочизм молодой человек ещё не опустился до того, чтобы насиловать беспомощных девушек. Упырь спал с лица, поняв, что шанс развести толстосума на деньги стремительно уплывает. К тому же Фелон сам себя загнал в ловушку. Все посетители кафе прекрасно слышали весь разговор. И учитывая, что Кентов знали неплохо, то устное подтверждение того факта, что миллионер вхож в дом фермеров перевесил недоверие и провокационные высказывание по отношению к Лексу Лютору. Да и был один немаловажный факт, о котором все забыли - сегодня в Тэлоне была смена Зои Галфрид. Женщина не забыла того, кто ее спас. И увидев, что у миллионера неприятности, а потом услышав не очень приятные намеки, пришла на помощь. Хотя она не первый месяц наблюдала за подчеркнутой дистанцией между дочерью фермеров и сыном Лютора, где не было ни намека на то, что молодой человек пытается соблазнить девочку подростка. Скорее это были деловые отношения. Конечно, особо скучающие кумушки не раз проходились по колоритной парочке. Однако никто из них не видел никаких провокационных действий, да даже объятий или рукопожатий, которыми бы обменивались эти двое. В конце концов появилась даже версия, что такая простушка как Клара, ничем не может заинтересовать мажора из Метрополиса. В общем, Зои решила действовать. Пока мужчины беседовали, женщина согнулась за стойкой, осторожно набирая полицию и тихо сообщая о ситуации. Услышав имя одного из участников конфликта, оператор сообщила, что патруль прибудет в течение пяти минут. – Признавайся Лютор, чем ты их подкупил? Обещанием денег? Или же шантажом? — видимо этот альтернативно одарённый решил зайти с другого бока. – Я и предложил денег мистеру Кенту? — неподдельно изумился миллионер, мысль была до того абсурдна, что вызывала смех. Да и многие посетители не сдержали смешка. Джонатан Кент был человеком гордым, со своим кодексом чести. Деньги в долг он не брал. Хотя кредит на них висел и не маленький. Но ничего, как-то перебивались. «Да небогато, зато достойно», — так всегда говорила его жена. – Видимо я переоценил твои способности. А насчет шантажа. Даже если б я его нашел, какая мне с него выгода? Что мне может дать фермер? Землю? Зачем? Сейчас корпорация Лютор развивается стабильно и не испытывает потребности в земле. Продукты? Ну допустим я заключил контракт на поставку органических продуктов в замок. И? Это теперь запрещено? – Что тут происходит? — Полиция наконец прибыла, открыв дверь в кофейню вошел помощник шерифа Итан Миллер. – Э-э ничего, просто разговор двух друзей… — тут же заюлил пришлый. Эту рожу Итан раньше не видел. К тому же… называть другом Лютора, который не просто был одет с иголочки, а буквально кричал, что все его шмотки стоят не меньше 5 тысяч долларов, при этом одеваясь в Волмаркете… Как вы понимаете это довольно спорное заявление. – Да? Но я вас раньше не видел, ни одного, ни в компании мистера Лютора. Будьте любезны, предъявите документы, — произнес сотрудник правоохранительных органов распушив усы. Лекс был приятно удивлен, что местные власти встали на его защиту добровольно, их даже подкупать не пришлось! – Хорошо, помощник шерифа, — натянуто улыбнулся прохиндей, и полез во внутренний карман куртки. Миллер невзначай положил руку на служебное оружие, готовый в случае чего защищаться и защищать гражданских. – Вот пожалуйста. Фелон вытащил водительское удостоверение из кармана. Но был неосторожен, и нечто небольшое, и легкое, выскользнуло из куртки, когда мужчина доставал права. Лютор прищурился и пользуясь тем, что надоедливый комар отвлекся на Итана Миллера, неслышно приблизился и поднял фотокарточку. Секунда ушла на осознание того, что он держит в руках. После чего ярость Александра Лютора вспыхнула. – По какому делу прибыли в Смолвиль? — тем временем проверив документы, поинтересовался офицер полиции. Открывший было рот Сэм Фелон, был совершенно некультурно перебит кипящим от гнева Александром Лютором. – Целью визита данного индивидуума, видимо является подглядывание за девочками подростками! — цедя слова, протянул находку заместителю шерифа местный миллионер. На фотографии был кусок знакомого желтого здания с окном. А в нем можно было увидеть не менее знаменитую дочь фермеров, переодевающую футболку. Понять кто на фотографии труда не составило. А уж соединить точки дело двух секунд. Миллер вытащил служебное оружие и направил его на педофила. – Вы задержаны мистер Фелон, — произнес заученную фразу помощник шерифа. Мужик застыл, после чего его глаза судорожно забегали. Правда момент этот длился не долго. – Это не мое! Мне подкинули!!!! — тут же сориентировался этот тип, и сразу же нашел виновного, ткнув пальцев в Лютора – вот он! – Да и магией сумел тебе это подложить во внутренней карман, - не скрывая сарказма фыркнул лысый гений. – И хватило же наглости при целом кафе свидетелей, заявить, что карточка не твоя, когда из твоего же кармана она и упала! Миллер был человеком не первый год, проработавшим в полиции. И как все люди, слишком долго работающих в одной сфере у него тоже была профессиональная деформация. И эта особенность помогала ему понимать, кто перед ним, мерзкий человек или добропорядочный гражданин. Так вот, теперь его профдеформация просто вопила, что перед ним самый мерзкий тип из всех возможных, появившихся в Смолвиле. К слову сказать, эта особенность никогда еще не подводила помощника шерифа. Хотя усатому мужчине только один раз не удалось определить, какой именно человек перед ним, и осечку она, эта особенность, дала именно на Люторе младшем. Но учитывая как мажор относился к Кларе, подозревать его – не уважать многочисленные случаи спасения этих двоих друг друга. – Вы задержаны мистер Фелон по подозрению в сталкерстве, преследовании несовершеннолетних и педофилии! — пропыхтел Миллер, воспользовавшись моментом, когда этот гад отвлекся на лысого молодого человека, скручивая опешившего преступника и ловко надевая на него наручники. – Мистер Лютор, прошу вас подъехать для дачи показаний в полицейский участок. И если вас не затруднит, оповестите чету Кент, что задержан подозреваемый, который ворвался в их собственность. – Хорошо, — медленно кивнул Лекс, нахмурившись и сжав кулак до кровавых царапин. Ему очень-очень не понравилось, что этот паразит вышел на контакт с Кларой. При этом, парень волновался только о ее здравии, а не о том, что она могла узнать о его не слишком чистой биографии. – Я передам… * (Прим. А: Кто б знал, как я офигела, когда узнала, что Лекс Лютор дева… Но теперь многое в его поведении становилось понятно).