Эффект искажения

Одним из самых удивительных городов по праву считается Готем. Он славится не только уникальным архитектурным стилем, сочетающим в себе готическую современность и промышленную повседневность. Также в этом городе в отличие от штата, к которому он относится, действует ряд законов распространённых только в этом месте. Одним из них является выбор мэра города, проводящийся вместо 1 раза в 4 года, 1 раз в полгода. Сделано это специально из-за высокой смертности лиц, занимающих данную должность. Да риск больше, чем в других городах, но и зарплата не малая… Пожалуй самым удивительным в этом городе можно назвать людей, тут проживающих. В отличие от других городов Готемцы очень гордятся своей родиной. И несмотря на все трудности: такие, как стихийные бедствия, происходящие на регулярной основе и постоянно меняющиеся банды, люди остаются в этом городе добровольно. А по последней статистике более 90% всех жителей не планирует уезжать из города.* * (Прим. Автора: вы тоже прочли это голосом Николая Дроздова? :D) – Джеееей! «Я принесла почту!» — весело хихикая произнесла весьма откровенно одетая девушка, с ноги открывая дверь квартиры в многоэтажном доме, неблагополучного района. Хотя если учитывать, что это Готэм, то выходило, что все районы здесь неблагополучные. Ее крашеные хвостики задорно подскакивали вверх при каждом движении. Подпрыгнувший от испуга небезызвестный кровавый клоун инстинктивно начал пальбу. Раздался истерический смех Харли Квинн, весело скачущей под градом пуль. – Хватит палить! 12 час ночи! Я спать пытаюсь! — через тонкие картонные стены, раздался недовольный голос соседа снизу. Джокер дернул бровью и перевел свой пистолет-пулемет в сторону откуда слышался звук. К сожалению, запас патронов был не бесконечен и уже израсходован к тому времени, когда удачливый сукин сын снизу, подал голос. Вставать с удобного кресла было откровенно лень, поэтому Джокер, сплюнув с досады на пол, обиженно сложил руки на груди и надулся. Некоторое время в квартире слышался только шорох бумаги. В понимании помощницы неадекватного клоуна, почта — это целый почтовый фургон. Само собой разумеющееся, что притащить все награбленное добро блондинка не смогла. Впрочем, ей хватило и тех пары мешков, что удалось принести. – Джей! Тут даже есть почта для мистера Б. Уэйна! — радостно шурша бумагой возвестила Харли. Клоун резко повернул к ней голову. – Интересно от кого? Новая тайная воздыхательница? Или какие-нибудь скучные рауты? Задумчиво высказала предположения блондинка, вскрывая послание и доставая оттуда содержимое. –Джей! — надув губы произнесла бывшая доктор психиатрических наук. – А милашку Брюси шантажируют! – Кто? – сузил глаза Джокер. У кровавого клоуна, как и у всех людей с потекшей крышей был свой взгляд на реальность. У преступного гения Готэма он был не банальный «его и неправильный». Нет, это конечно тоже было, но не тогда, когда дело касалось миллиардера Готэма. Тут скорее был взгляд ревнивого ребенка, у которого хотели отобрать любимое, но строптивое домашнее животное. Причем отдаленной частью мозга Джокер прекрасно понимал, что, как и любому домашнему животному, его мышке следует разнообразить рацион, поэтому иногда просто не отсвечивал перед альтер эго питомца. – Некто Сэм Фелан, настоятельно советует с ним связаться дабы эти фотографии не попали в прессу. Понятия не имею почему он так на этом настаивает! Фотографии не лучшего качества. Тут еле видно Брюси! В последний раз ты сделал фотографию намного лучшего качества! Тем более заставив одеть тот черный костюмчик! — манерно надув губки возвестила блондинка. Подняв глаза от записки Харли, пискнула – над ней навис ее любимый Джей, расширенными неподвижными глазами взирающий на нее. – Кто такой? Знаешь? — не моргая и не отрывая взгляда от помощницы, уточнил Джокер. Блондинка замотала головой тряся хвостиками. – Залетный значит. Ты ведь знаешь, что это значит? – Мы идем грабить тюрьму? — доставая из уголка огромный молот, с восторгом воскликнула Харли, прижимая кувалду к груди. – Я уже говорил, что я тебя люблю? — обнажил все 32 закованных в коронки зуба Джокер, отчего стал казаться еще безумнее, чем был. – Да заткнетесь вы сегодня или нет?!! Мне завтра на работу вставать! — прервал трогательную сцену страдающий бессонницей сосед снизу. Джокер потерявший настрой, но слишком занятый планированием будущего ограбления, отошел от Квин. Обиженная злодейка весьма справедливо рассудила, что виноват в этом раздражающий таракан с нижнего этажа. И взвалив на плечо кувалду демонстративно потопала вниз. Проводить последнюю лекцию в жизни незадачливого горожанина, на тему: «почему нельзя вставать между возлюбленными».

***

Три утра — это не то время, когда нормальные люди встают. Но увы детектива Гордона это не касалось. Не потому, что он был ненормальным. Хотя многие с этим бы не согласились, какой нормальный человек будет жить в городе с безумными психами, когда у него есть все средства, чтобы свалить оттуда. Но как мы все уже с вами поняли - в Готэме нормальных нет, есть только недообследованные. Да и то только потому, что единственное здание, служившее для восстановления психического здоровья, ежегодно принимало у себя Джокера, решавшего отдохнуть в условиях, приближенных к санаторным. А такое соседство никому в относительно здравом уме не понравится. Так вот. Детектива Гордона это не касалось просто потому, что его вызвали в тюрьму, как только появилось сообщение, что здание ограбили. – Простите, что? — стоя в панталонах рядом с аппаратом связи, переспросил Джеймс, подозревая, что все это ему ещё снится. Ну сами посудите, кто додумается грабить тюрьму? Это же не банк какой-нибудь! – Нет, вы не ослышались. Да ограбили тюрьму, похитив одного из заключенных! — Мистер Гордон отнял трубку телефона от уха и посмотрел на нее, с выражением «а не блажен ли часом тот человек, который сидит на противоположном конце аппарата». – Это сделала эта безумная парочка Джокер и Харли Квинн! – А! — коротко отозвался детектив, выдохнув. Тогда это вполне возможно. — и сколько они украли? – Одного, — после короткой паузы ответил оператор. Мужчина почесал одной ногой другую, и решил уточнить: – В смысле одного? Может один? Один доллар? Один миллион долларов? Кстати, откуда такие деньги в тюрьме? — детектив Гордон ничего не понял, и зевнул. – Вы не поняли, они украли одного человека! — мученически произнес голос на другой стороне провода. Видимо не в первый раз уже объясняя. – А, — коротко отозвался Джеймс, моргнул, проследил взглядом за убегающим куда-то в вентиляцию тараканом, и задал простой в своей гениальности вопрос. – А зачем? – Я-то откуда знаю?!!! Это ваша работа выяснять что и зачем делают эти психи!!! А я-а-а-а-а вообще в отпуск хочуууууу! — на том конце провода послышались сдавленные рыдания, после чего последовали короткие гудки. Мужчина еще некоторое время подержал в руках трубку, после чего, положив ее, растеряно произнес – а кого хоть похитили то? После трех стаканов черной густой жижи, по недоразумению названой кофе, высокий, импозантный мужчина, поправил галстук и накинул плащ. Вот теперь он был готов к работе. Правда был нюанс… Надо всё же перезвонить диспетчеру и уточнить куда ехать то? Тюрем в округе целых три и с завидной периодичностью они все перестраиваются, после таких вот неадекватных действий местных психов.

***

Джонни по кличке Маджонг родом из мелкого городишки, который из достопримечательностей может похвастаться только навозным заводом. Он рано понял, что в таком захолустье ему не светит ничего больше роли фермера или наемного рабочего на заводе дерьма. И то и то Джонни считал работой ниже своего достоинства. И поэтому по достижению 18 лет сбежал в Готэм. Не самая умная его мысль, хотя логичная с точки зрения достижения легких денег. А уж как Джонни гордился, что стал информатором! Ну он раньше так думал. Однако… Теперь он не только повязан общими тайнами, но и в тюрьме сидит за то, чего не делал. Ну хорошо хоть срок практически отмотал. Осталось всего два месяца… Джонни, тихо мурлыча себе под нос незамысловатую песенку, перевернул страницу не очень интересной книги. Вечер обещал быть тихим. Однако это было только затишье перед бурей. Повседневные размышления торговца информацией о том, что подадут сегодня на ужин – пюре с котлетками или гамбургер, были прерваны взрывом, сотрясшим тюрьму до основания. Крупные рыбы преступного мира приникли к решёткам, надеясь получить шанс выйти досрочно. Мелкие попрятались по углам, вставать между кулаками банд, маньяками и шансом на свободу у них желания не было. Впрочем, очень быстро к мелким сошкам присоединились и все остальные преступники. При этом «мясо» они выкинули вперед, а сами за их спинами прикинулись ветошью, никому не хотелось стать ИХ жертвами. – Раз, два, три, четыре, пять, Джей в лечебницу пришел играть! Шесть, семь, восемь, девять, десять! Джонни Маджонга скоро мы повесим! – Если он нам не будет полезен, то да! — важно кивнул жуткий клоун и с улюлюканьем стукнул стыренной у охранника дубинкой по прутьям ближайшей камеры. Запертые внутри уголовники дружно прижались к противоположной стене. – Эй ты, поди сюда! Не бойся, я тебя не убью…пока! Ты знаешь где Джони Маджонг?! – Н-нет? — тонко пискнул уголовник, Джокер недовольно поднял пистолет, криминальный элемент зажмурился и обосрался. – Фу бл@! Ты прям живое дерьмо!!! Настроение у грозы Готэма менялось не предсказуемо, а безумие делало его опасным как для врагов, так и для возможных союзников. Ничего удивительного, что недавно расстроенный клоун совершенно внезапно расхохатался. – Ну а ты что скажешь? — смех резко оборвался, а его обладатель наставил отобранный у той же охраны пистолет, на другого заключенного. – Слышал, что его держат на третьем этаже в левом крыле. Где не знаю. Не пересекались, — осторожно отозвался другой заключенный. Джокер замер, рассматривая лицо своего собеседника, а потом серьезно так, спросил: – Не врешь? – Нет, — покачал головой безымянный заключённый, имя которого никто не соизволил уточнить. – Живи тогда! — хмыкнул Злобный клоун, и подхватив под ручку заскучавшую подругу, насвистывая двинулся к левому крылу. Пару взрывов спустя, вторженцы наконец добрались до заветной камеры, и с пинка отварив дверь, хором пропели, глядя на белого как мел Джонни. – Приве-е-ет! Хрупкая девушка огрела замершего памятником самому себе арестанта по голове, и бодро затолкала его бессознательную тушку в мешок. Деловито взвалив все тот же почтовый мешок на плечи, Харли преданно уставилась на хихикающего Джокера. Тот мысленно представил такой диссонанс у несведущих туристов, когда увидят его и его спутницу без особого труда тащившей мешок больше нее. На секунду в голове клоуна мелькнула мысль, что девочкам таскать тяжести нельзя. Почему-то от этой мысли пахнуло теплотой, уютом и чем-то давно забытым. Впрочем, наваждение быстро прошло, однако поклажу он у Квинн забрал. На удивление никто и не подумал им препятствовать. С другой стороны, вряд ли кто-то ожидал, что они решат ограбить тюрьму. Безумный клоун расхохотался и в припрыжку под весёлую частушку Харли, двинулся на выход.

***

Джонни по прозвищу Маджонг открыл глаза и моментально понял, что не в тюрьме! В том заведении, где он провел последние несколько лет точно не было ни такого слоя пыли, ни проломов в потолке, откуда капал типичный для этих краев дождь. Поверить в то, что Джокер и его подельница действительно выкрали его из тюрьмы, было сложно, но не невозможно. Тем более учитывая общую отбитость данной парочки. – Пудинг! Он проснулся! — раздался радостный женский голос и в поле зрения информатора появилась одетая в короткие шорты и топик блондинка с разноцветными хвостиками. Джонни настороженно смотрел, как Джокер спрыгнул откуда-то с крыши. Что он там делал Маджонг знать не знал и не хотел. За все время своей работы мужчина уяснил одну вещь – меньше знаешь о таких вот психопатах, дольше проживешь! – Джонни, Джонни, Джонни! — на манер акулы двигаясь вокруг стула, произнес кровавый клоун. Когда и в какой момент у этого психопата появился пистолет в руках, Маджонг не понял, однако и пугаться не спешил. –Ты ведь не хочешь, чтобы этот вечер стал для тебя последним? – Вы правы, мистер Джокер, — медленно кивнул ему информатор. Харли зашлась смехом как гиена. Такое обращение к ее Джею почему-то ее насмешило. Да и чего уж там сам клоун тоже хохотнул. – Какой он воспитанный Пудинг! Давай его оставим! — умилительно потрепала Джонни за щечку блондинка. Мужчина стойко перенес покушение на свою тушку, не отрывая взгляда и смотря только на главного психопата. О любви расправляться с неугодными используя Квинн как причину. Безумная улыбка Джокера растянула его губы от уха до уха. То ли он понял, почему на девушку информатор взгляд так и не поднял, то ли одобрил действия Маджонга. – Это зависит оттого, знает ли Джонни некого Сэма Фелона. – несмотря на пришедшее в благодушное настроение клоуна, Джон не расслаблялся. Имя царапнуло что-то в памяти и он задумался, судорожно припоминая все, что он знает об этом человеке. В конце концов мужчина хотел жить и жить долго! – Лично не встречался, но слухи ходят, — осторожно отозвался информатор и вздрогнул оттого, что Харли пальнула в крышу. И захихикала, когда мужчины обратили на нее внимание. Джонни быстро перевел взгляд обратно на злого клоуна и нервно облизав губы продолжил. – Один из грязных копов в Метрополисе, шантаж, убийства, фальсификация улик. Если ты хорошо заплатишь он поможет тебе избежать наказания. Поговаривают, что он отмазывал огромных шишек. Даже Люторы отметились. – Знаешь где он сейчас? — Джокер наплевал на личное пространство, буквально сталкиваясь с Маджонгом лбом. Мужчина сглотнул, и неуверенно произнес. – Я знаю только слухи. Клоун, скалясь смотрел в его глаза, не отрываясь и не моргая. От закручивающегося в его глазах безумия становилось жутко: – Говорят, что он попался на преследовании и подозрении на педофилию в Смолвилле. Но подробностей не знаю. – Где он сейчас? — шепотом спросил кровавая угроза Готэма. Отодвигаться от бедного информатора он даже не думал. – Скорее всего в тюрьме Метрополиса. В Смолвилле ее нет, — торопливо объяснил Маджонг и наконец выдохнул, когда преступник от него отодвинулся. – Дорогая! Мы едем в Метрополис! — хихикнул Джокер, Харли радостно захлопала в ладошки. Парочка безумцев хохоча и переговариваясь покинули один из заброшенных складов у доков Готэма. Оставшись, один Джонни выдохнул и подергал путы. Те не поддавались. Философски пожав плечами, мужчина устроился поудобнее и прикрыл глаза. В конце концов полиции уже сообщили о его похищении. И учитывая, что, где полиция, там и Бэтмен, за свою жизнь можно не волноваться. Сутки он вполне потерпит, хотя было у него предчувствие, что найдут его раньше.

***

Детектив Гордон, не обращая внимания на хмурые тучи, стоял на крыше полицейского участка и курил. Или пытался. Из-за редких, но метких капель дождя его сигарета в пятый раз потухла, однако мужчина не обратил на нее никакого внимание. В глубокой задумчивости он стоял и думал о вечном. В его случае вечной была работа по поиску преступников. Для этого надо было знать их мотивы. Но какие могут быть мотивы у сумасшедшей парочки психов? Зачем вообще Джокеру потребовалась маленькая сошка по имени Джон Девидсон по прозвищу Маджонг? – Без понятия, — раздавшийся ответ на не озвученный вопрос, заставил мужчину вздрогнуть и мысленно выругаться. Появившийся в темноте, как всегда, незамеченный, Бэтмен, пугал не меньше, чем известный псих города. – Связи нет. Логичнее всего предположить, что ему потребовался информатор. Но чем таким владел сидящий несколько лет в тюрьме уголовник, являющейся не самой большой рыбкой в озере, непонятно. – Он хоть жив? — попытался затянуться уже потухшей сигаретой Гордон, и поняв, что она давно потухла, досадливо выкинул ту в пустую банку из-под кошачьих консервов. – Жив, здоров, несколько потрепан… Но думаю тебе как отцу девочек страшно не будет, — в голосе местного пугала преступников не было ни намека на ухмылку, но детектив готов был дать руку на отсечение, что она там была! Это заставило его насторожиться, воображаемая Джеймсом ухмылка стала шире, – Не беспокойся. Всё с ним в порядке, просто Квинн решила потренироваться на нём в искусстве визажа и парикмахерского искусства. –... — машинально детектив потянулся к карману и вытащил оттуда упаковку сигарет. Засунув одну в рот, он так же машинально ее зажег и затянувшись несколько растерянно произнес – но ей же не пять лет? – Так она и не с ним играла, а в него, — невозмутимо отозвался Большой Мышь, припоминая ошалевшего от счастья Маджонга, слёзно просившего забрать его обратно, но перед этим умолявшего принять душ, а то братки его такой вид не поймут. – Мда…. Дела… — протянул детектив, задумчиво почесав нос. Под оный орган ему тут же сунули распечатку бумажной карты, на которой было обведено место, где сейчас находился информатор. Карту Гордон взял и пока рассматривал, щурясь в темноте, его таинственный собеседник успел исчезнуть. Джеймс раздраженно вздохнул, понимая, что все что хотел Большой Бэт, сказал. – Понятно все, что игра в ожидание, пока очередная ж… очередное ЧП не случится. Так бурча себе под нос, служитель закона покинул крышу, не замечая ухмыляющегося Бэтмена, застывшего в углу. Было что-то забавное – каждый раз шокировать серьезного мужчину.

***

Поместье Уэйнов, огромный старинный особняк, поражал своим великолепием и роскошью. Правда единственный его обитатель давно уже не замечал всей этой мишуры, пользуясь от силы всего тремя, ну четырьмя если учитывать подвал, комнатами в доме. Неизменный слуга дома – Альфред, подал своему хозяину кофе и незаметно пододвинул газету. Однако сонный после очередного вечернего загула мужчина, ещё до конца не проснулся, хотя сразу же присосался к кружке с чаем. Кофе ему пока был противопоказан. Раздавшийся звонок телефона, заставил бдительного дворецкого отлучиться из помещения. Но вскоре он вернулся, выглядя немного озадаченным. На старинном серебряном подносе, он нёс обыкновенный мобильный телефон. – Вас просит мистер Александр Лютор, сэр. – Из телефона донеслась достаточно вялая вспышка возмущения, чтобы Лекса так не называли. Брюс моргнул, и взяв трубку, произнес: – Брюс Уэйн у аппарата! — на том конце немедленно фыркнули на такое старомодное приветствие и обрубили: – Завязывай! Можно было просто сказать алло! Губы миллиардера дрогнули в улыбке, когда он услышал такое почти панибратское к себе отношение. Мало кто сейчас смел так с ним разговаривать. – Лучше скажи, что у меня в городе забыл твой клоун? Или цирк уехал, а его забыли? Вся весёлость тут же схлынула с Уэйна, сонные глаза в миг стали острыми, мужчина незаметно нажал на кнопку динамика, переводя разговор в громкий режим. Пеннироут подобрался, понимая, что просто так воспитанник — это делать явно не будет. – О чем это ты? К вам приехал цирк? И ты на него ходил? — наигранно весёлым тоном уточнил Брюс. На том конце раздраженно примолкли. – Ладно, — медленно произнесли на том конце. Голос Лютора приобрёл ту шелковистую гладкость, которая всегда возникала у него при серьезных переговорах. Уэйн прищурился, он неплохо изучил старого друга /возможного врага, чтобы понимать, один не верный шаг и хрупкие весы перемирия перевесит второй вариант, это было бы… не желательно. Лекс был бы куда большей проблемой, чем его отец. – Если тебе интересно так вести беседу, давай. Я действительно знаю, что за представление устроил твоя звезда Готэмского цирка, которым заведовал еще твой дедушка по бабушкиной линии.** Сам лично не присутствовал, зато газету получил раньше тебя. — Альфред торопливо подошёл к тележке и вытащил Дейли Плэнет из стопки утренней корреспонденции, разворачивая ее на столе. – Как видишь выходка твоего обожаемого артиста, пришлась аккурат на сегодняшнюю ночь. Мне аж интересно стало, что такого безумного сделал Фелон, чтобы обозлить клоуна? Не подскажешь? – Я знаю лишь то, что этот эксцентричный человек на днях похитил из такой же гостиницы очень говорливого и эрудированного парня из твоего любимого маленького городка. Зачем он ему понадобился я не имею не малейшего представления. Но если узнаю первым, так и быть утолю твое любопытство, — пообещал, Брюс. На том конце недоверчиво хмыкнули, но вежливо отозвались, что будут следить за дальнейшими выступлениями, после чего попрощались. – Что думаете, сэр? — наливая ещё чашку чая и подавая ее хозяину, поинтересовался Альфред. Брюс отпил из чашки и нахмурился. Логическая цепочка не вязалась. Джокер несмотря на то, что был психом, был еще и гениальным психом. Обычно в его действиях присутствовала своя, альтернативно одаренная логика. Даже простой расстрел жителей мог быть либо от скуки, либо чем-то спровоцирован. Что такого сделал Фелтон, чтобы его показательно распотрошили, написав на лбу большими буквами: «Здесь был Джокер». Кинув взгляд на фото головы Сэма Фелона, с застывшей в ужасе гримасе, Уэйн потер висок. Взгляд зацепился и за кривую надпись, на этот раз сделанную помадой, где значилось: «И Х.Квинн». Больше фото в газете не было. Хотя, учитывая, в каком виде нашли тело… Зрелище наверняка не для слабонервных. – Я не понимаю, что заставило Джокера внезапно сорваться с места, — тихо признался мужчина, поднявшись с места, прихрамывая от полученного растяжения, принялся ходить по комнате. – Обычно он никогда не покидал город. Что внезапно заставило его покинуть Готэм? Из-за чего он побежал в… Побежал… Он побежал тут же как узнал нужную ему информацию! – Сэр? — вздёрнул бровь дворецкий, побуждая поделиться информацией, или предположением. – Альфред, он не просто покинул город, он покинул его в спешке! Понимаешь?!! Что-то произошло, из-за чего он посреди ночи вломился в тюрьму и выкрал оттуда информатора! Того, кто был из мест, где пасся этот Фэлон…. – А так как данный индивидуум охоч до денег, то он попадает в Смолвилль... —подхватил мысль дворецкий Уэйна, начиная понимать куда ветер дует. – Где прямо сейчас базируется младший Лютор, у которого были проблемы с законом и до этого! И пытается найти что-то, что скомпрометирует Лекса… — усевшись обратно в кресло, и отпив уже успевшего остыть напитка, из-за чего на холёной морде лица миллиардера появилась недовольная гримаса, продолжил – И… – Видимо находит, — кивнул в понимании головой Пеннироут, однако его господин не был в этом столь уверен, о чем и сообщил: – Как бы не была логична эта версия, вероятнее всего, что в этот раз Лекс оказался чист, а этого грязного полицейского поймали на горячем и тут же упекли в тюрьму. Больно быстро сделали они это, но такой вариант вполне укладывается в действие обозлившегося Лютора. Либо так, либо местные сами не захотели идти на конфликт с представителем этого семейства. Ставлю на второй вариант. – задумчиво потер подбородок миллиардер, и наткнувшись взглядом на поджаренную сосиску, не иначе как его побаловать сегодня решили, с аппетитом наколол ее на вилку и откусил сразу половину. И жуя, некультурно продолжил, развивая мысль – Учитывая, что Фелон не гнушался шантажа, то вероятнее всего он попытался и тут проделать тот же трюк… – Сэр, прожуйте сначала! — чопорно произнес Альфред, однако глаза у него были лукавые, наполненные смехом. Брюс специально спровоцировал своего опекуна, а тот с удовольствием поддержал его игру. – И кто как вы думаете, был целью покойного мистера Фелона? – Если рассуждать логически… То это должен быть богатый человек, с которого можно срубить много денег, и который не сможет отказать из-за компромата, — все медленнее и медленнее произносил тот, кто по ночам одевается в костюм Большой Мыши. А сам он становился все белее. Дворецкий подобрался, готовый хоть сейчас устраивать филиал реанимации для своего воспитанника. – Альфред… А ведь он вполне мог шантажировать меня. Мог заметить, как я кинул Бэторанг. – Вы были в тот момент в костюме? — не показывая беспокойство, поинтересовался Пеннироут, молодой мужчина отрицательно дёрнул головой и нахмурился. — Мне нужно было отследить кое-кого в Метрополисе, Брюс Уэйн должен был перебрать и остаться ночевать в машине, поэтому… – Вы зашли в ближайший тупик, отключили все камеры и решили переодеться? — неодобрительно нахмурился дворецкий. Брюс оскорбился, недоверчиво посмотрев на своего бывшего опекуна. – Нет конечно! Камеры я отключил еще раньше! К тому же переодевался в машине, заметить не должны были, если не ищешь неприятностей. Там тёмное место, света не было, машина практически слилась с тенями. – Но вас увидели и более того сфотографировали… И если с газетой мы разобрались, то про Фелона не знали…. А он послал фотографии вам, но они не дошли. – резюмировал новости бывший спецагент, а ныне дворецкий семьи Уэйн. – На днях были новости об угоне почтового вагона, — вздохнул Брюс, мужчины переглянулись, понимая, что логическая цепочка сошлась. Оставался всего один момент. – Только вот в толк не возьму, если фотографии попали в руки к Джокеру, почему он еще не растрезвонил об этом на весь мир? Повисла тишина, нарушаемая лишь стрёкотом птиц из открытого окна. – Что ж, сэр, последний человек, который попытался понять Джокера, теперь бегает вместе с ним и признаётся ему в любви, при каждом удобном случае. Так что не советую! – с достоинством произнес Альфред Пеннироут, складывая посуду и удаляясь на кухню. Внутренне ухмыляясь от того, как перекосило его воспитанника при данном замечании. Скрытым троллем Большой Мышь стал отнюдь не из-за семейных генов! ** (Прим.А: Поправьте меня, если ошибаюсь, но вроде Аркхем построил действительно двоюродный дед Большой Мыши).