After 3 (Larry Stylinson)

POV Гарри. — Еще? — Бармен, имя которого я запомнил, как Бетси, спросила меня. Мой неприятный партнер в пьянке, Ричард, сбежал в туалет в четвертый раз с тех пор, как мы пришли. У меня такое ощущение, что Бетси, возможно, немного нравится Ричард, что заставляет меня чувствовать себя чертовски некомфортно. Кивком я отпускаю полную женщину, и жду свой напиток. Сейчас два часа дня, и я выпил четыре напитка, все было бы не так плохо, если бы это был не просто чистый бурбон. Мои мысли затуманены, а гнев еще не утих. Я не знаю из-за кого или чего больше злюсь, поэтому я отказываюсь думать об этом и решаю, что буду просто злится в общем. — Вот так, — она ставит передо мной мой напиток, когда Ричард опускается на стул прямо рядом со мной. Я был впечатлен тем, что он понял важность пустого стула между нами, но полагаю, это не так. — Ты заказал мне еще? — Он развернулся ко мне, проводя рукой по грубым волосам на своей бороде. Звук отвратительный. — Ты должен сбрить это, — предложил я немного пьяно. — Это? — Он повторяет действия своей рукой. — Да, это. Это не очень хорошо выглядит, — я почти смеюсь. — Все нормально, она согревает меня, — он рассмеялся, и я сделал глоток, чтобы не присоединиться к нему. — Бетси! — Позвал он, она кивнула и забрала его пустой стакан со стойки. — Ты скажешь мне из-за чего пьешь? — Не-а, — я кручу своим стаканом с бурбоном, заставляя лед звенеть о стекло. — Ладно, никаких вопросов тогда, только выпивка, — улыбнулся он. Моя ненависть к нему, по большей части растворилась, пока я не представил десятилетнего темноволосого мальчика, прячущегося в маминой теплице. Его голубые глаза широко раскрыты, практически в ужасе, пока блондинка в гребанном кардигане не появляется, чтобы спасти день. — Один вопрос, — давит он. Я глубоко вздыхаю, и большой глоток, чтобы остановиться от того, чтобы сделать что-то идиотское, более идиотское чем пить с отцом-алкоголиком моего парня. — Один, — я закатил глаза, эта семья и их чертовы вопросы. — Тебя исключили из университета сегодня? Я отвожу взгляд, думая над опросом, желая, чтобы во мне не было этих четырех… нет, пяти напитков. — Нет, но он думает, что да, — признаюсь я. — Почему он так думает? — Любопытный засранец. — Потому что я ему так сказал, достаточно разговоров для одного вечера. — Будь по-твоему, — улыбается он и поднимает свой бокал, чтобы стукнутся с моим, но я отодвигаю его, качая головой. По его смеху я могу сказать, что он в любом случае, не ожидал, что я поддержу его тост, и он находи меня забавным, так же как я нахожу его очень раздражающим. Рядом с нами появляется женщина его возраста и садится на стул рядом с ним, обхватывая его своей тоненькой рукой за плечи, и он открыто приветствует ее. Она не кажется мне бездомной, но она определенно знает его. Он вероятно проводит большую часть времени в этом дерьмовом баре. Я использую то время пока он отвлекся, чтобы проверить телефон на наличие пропущенных звонков или сообщений от Луи. Ничего. Я чувствую облегчение, но раздражен тем, что он не пытался поговорить со мной. Облегчение, потому что я пьян, но раздражение, потому что я уже скучаю по нему. Каждый выпитый мною бокал бурбона, скользящий по моему горлу, заставляет меня хотеть его еще больше, заставляет пустоту от его отсутствия расти. Блять, что он со мной сделал? Он так чертовски бесит, всегда пытаясь давить на меня. Будто бы буквально сидит и придумывает новые способы разозлить меня. На самом деле, он вероятно так и делает. Он наверно сидит на кровати со скрещенными ногами, с этим тупым блокнотом на коленях, закусив ручку меж зубов, и с еще одной за ухом, придумывая, что делать или говорить, чтобы свести меня с ума. Мы вместе уже шесть месяцев, шесть месяцев. Это долгий срок, дольше чем я когда-либо думал, что смогу провести с одним человеком. Конечно, мы не встречались все время, и многое из этого было потрачено, не в пустую, мной пытаясь держаться от него подальше. — Это Нэнси, — голос Ричарда обрывает мои мысли. Я киваю, и смотрю на темное дерево барной стойки. — Нэнси, этот воспитанный молодой человек — Гарри. Он парень моей тыковки, — с гордостью говорит он. Почему он горд тем, что я встречаюсь с его сыном? — У Луи есть парень! Он здесь? Я буду рада, наконец-то, встретится с ним, Ричард так много рассказывал мне о нем! — Он не здесь, — проворчал я. — Это очень плохо. Как прошла его вечеринка на день рождение? Она была на прошлых выходных верно? — Спросила Нэнси. Что? Ричард посмотрел на меня, ясно давай понять, чтобы я ничего не говорил по повод его лжи. — Да, было круто, — заявляет он, прежде чем допить свой напиток. — Это хорошо, ох, вот она где! Я перевожу взгляд на дверь, и вижу о ком она говорит. Слишком худая брюнетка проходит по маленькому помещению прямо к нам. Здесь становится слишком тесно. — Еще, — держу свой пустой стакан в воздухе. После закатывания глаз и шепота «придурок», я получил еще один напиток. — Это моя дочь Райли, — проинформировала меня Нэнси. Райли осматривает меня оценивающим взглядом. Она использует слишком много косметики. — Райли, это Гарри, — говорит Ричард, но продолжаю игнорировать девушку. Много месяцев назад, я вероятно, уделил бы немного внимания отчаявшейся девушке. Я, может быть, даже позволил бы ей отсосать у меня в здешнем отвратительном туалете, но сейчас я просто хочу, чтобы она перестала пялиться на меня. — Я не думаю, что ты сможешь опустить ее ниже не снимая, — говорю ей я, на ее попытки натянуть рубашку ниже, чтобы показать мне свое декольте. — Прошу прощения? — Фыркает она, положив руки на бедра. — Ты меня слышала. — Ладно, ладно. Давайте все просто успокоимся, — Ричард взмахнул руками в воздухе. С этим Нэнси и ее шлюховатая дочь ушли искать столик. — Не за что, — сказал я ему, и он покачал головой. — Ты нелюбезный сукин сын, — прежде чем я смог отреагировать он добавил: — Именно так, как мне нравится. Три бокала спустя я едва могу сидеть на барном стуле. Ричард, образ жизни, которого, кажется, выпивать, имеет туже проблему что и я, так как наклоняется слишком близко ко мне. — Поэтому потом, когда меня отпустили на следующий день, я должен был идти две мили! И конечно начался дождь, — он продолжил рассказывать мне историю, о том, как его арестовали в последний раз. Я продолжил пить и притворяться, что он разговаривает не со мной. — Если, я должен сохранить твой секрет, ты должен хотя бы сказать почему, — я догадывался, что он ждет, пока я напьюсь, чтобы опять заговорить об этом. — Будет проще, если он будет думать, что я исключен, — признался я. — Как это? — Потому что я хочу уехать с ним в Англию, а он пытается уехать в Сиэтл. — Я не понял, — он потер переносицу. — Твой сын хочет бросить меня, а я не могу этого допустить. — Поэтому ты сказал ему, что тебя исключили, чтобы он не уехал в Сиэтл? — В основном. — Это действительно тупо. — Я знаю, — это звучит по-настоящему чертовски тупо, когда я произношу это в слух, но почему-то у меня в голове это имеет смысл. — В любом случае, кто ты такой, чтобы давать советы? — Сказал я ему. — Никто, все, что я говорю, это, что ты закончишь так же как я, если продолжишь в том же духе. Я хотел сказать ему отъебаться и не лезть не в свое ебанное дело, но, когда я посмотрел на него, я заметил то же самое сходство, на которое обратил внимание, когда мы только зашли в бар. Блять. — Не говори Луи, — напомнил я ему. — Не скажу. — Еще один раунд, — сказал он Бетси. Она улыбнулась ему, и начала делать наши напитки. Я не думаю, что выдержу еще один. — Мне хватит, у тебя три глаза, — сказал я ему. — Мне больше, — пожал он плечами. — Я дерьмовый бойфренд, — подумал я про себя, желая знать, что Тыковка… блять, Луи делает прямо сейчас. — Я дерьмовый отец, — сказал Ричард, я слишком пьян, чтобы найти разницу между думать и говорить. — Подвинься, — сказал мужской голос слева от Ричарда. Я посмотрел в его сторону и увидел невысокого мужчину с еще более заросшей бородой, чем у Ричарда. — Здесь нет других стульев, — медленно ответил Ричард. — Что ж тогда тебе лучше уйти, — угрожал мужчина. Блять, только не это. Не сейчас. — Мы не уйдем, — я отшил мужчину. Он совершил ошибку хватая Ричарда за воротник и заставляя его встать на ноги. POV Луи. Дорога до моей машины после йоги ощущается намного длиннее, чем обычно. Тяжесть исключения Гарри и переезда в Сиэтл была снята с меня во время медитации, но сейчас, снаружи этих стен, вес вернулся и увеличился в десять раз. Как только я начинаю выезжать с парковки, мой телефон вибрирует на пассажирском сидении. Это Гарри. — Привет? — Я останавливаюсь на парковке. — Это Луи? — Женский голос слышится через динамик и мое сердце останавливается. — Да? — Хорошо, здесь твой отец и… — Его бойфренд, — я слышу, как Гарри кричит на заднем фоне. — Ты должен забрать этих двоих, пока кто-то не вызвал полицию, — сказала она мне. — Вызвал полицию? Где они? — Я завожу машину. — «У Диззи» на Ламар Авеню, знаешь это место? — Нет, но я найду его, — я вешаю трубку и быстро узнаю направление к бару. Что черт возьми Гарри с моим отцом делают в баре в три часа дня? Почему черт возьми Гарри и мой отец вообще вместе? Для меня то не имеет смысла, и еще копы? Что они натворили? Я должен был спросить ту женщину, что звонила. Я могу только надеяться, что они не подрались друг с другом, это последняя вещь, которая каждому из нас нужна. Мое воображение разыгралось не на шутку к тому моменту, как я добрался до бара, что Гарри вероятно убил мой отец или наоборот. Снаружи бара нет полицейских машин, и я полагаю это хороший знак. Я припарковался прямо напротив здания и быстрее побежал внутрь, мечтая, чтобы на мне был свитер вместо футболки. — Вот он! — крикнул мой отец. Я могу сказать, что он пьян, когда он подходит ко мне. — Ты должен был видеть это Тыковка! Гарри только что надрал одну серьезную задницу! — он буквально хлопает. — Где он? — спрашиваю я, фокусируя взгляд на двери в уборную, когда она открывается и оттуда выходит Гарри, вытирая руки в бумажное полотенце с красными пятнами. — Что случилось? — кричу я на него, с другого конца комнаты. — Ничего, успокойся, — невнятно произносит он. — Ты пьян? — я смотрю на его покрасневшие глаза. — Возможно. — Это невероятно, — я скрещиваю руки на груди, когда он пытается взять мою ладонь. — Эй, ты должен быть благодарен мне, что я заступился за твоего отца. Он был бы на полу сейчас, если бы это было не для тебя, — он указывает на мужчину, сидящего на полу, прижимающего пакет со льдом к щеке. — Я не буду ни за что тебя благодарить, ты пьян посреди дня! И с мои отцом среди всех этих людей, что черт возьми с тобой не так? — я отвернулся от него, направляясь к своему отцу. Гарри последовал за мной. — Не злись на него, Тыковка, он любит тебя, — защищает его мой отец. Что здесь блять происходит? — Итак, что, вы двое напились вместе, и теперь лучшие друзья? Никто из вас даже не должен был пить! — крикнул я, разводя руками. — Малыш, — сказал Гарри в мое ухо и попытался обернуть руки вокруг меня. — Ты должен забрать их отсюда, — женщина за баром обратилась ко мне, и я узнал ее голос из телефонного звонка. Я кивнул ей и посмотрел на двух пьяных идиотов. Щека моего отца розовая, дает понять, что его ударили, а костяшки Гарри уже припухли. — Ты можешь остаться сегодня у нас дома, чтобы протрезветь, но это неприемлемое поведение, — они ведут себя, как дети и ругаю я их как детей, — ни для одного из вас. Я вышел и сел в машину прежде чем они подошли к двери. Гарри хмуро посмотрел на моего отца, когда он попытался положить руку на его плечо. Пьяное состояние Гарри приводит меня в ярость, я знаю какой он, когда пьян, и я не уверен, видел ли я его когда-нибудь настолько пьяным раньше. Я скучаю по тем дням, когда Гарри не пил ничего кроме воды на вечеринках. У нас уже есть список проблем и его пьянство только подливает масла в огонь. — Спасибо, что позволили мне снова пойти с вами домой, — сказал мой отец, как только забрался на заднее сидение. — Не за что. Поездка до квартиры нервирует. Мой отец, по всей видимости, больше не злой, когда пьян, он пьяница, который все время шутит, и большинство шуток несмешные и неприятные. Он смеется слишком сильно, и Гарри иногда присоединяется к нему. Я совсем не так представлял себе этот день. Я не знаю, что заставило Гарри потеплеть к моему отцу, но теперь, когда они оба пьяны посреди дня, я не уверен, что теперь мне это нравится. — Луи, — начал Гарри, как только я закрыл дверь спальни, оставляя своего отца доедать любимые хлопья Гарри на кухне. — Нет. — Не злись на меня, мы просто выпили, — его тон игривый, но я не в настроении для этого. — Просто выпили? С моим отцом, с которым я пытаюсь наладить отношения, я хотел, чтобы он, возможно, перестал пить, а тут ты напиваешься с ним! — Малыш. — Не называй меня так. Не делай вид будто ничего не случилось. — Ничего не случилось, — он обернул свои пальцы вокруг моей руки, чтобы притянуть меня ближе, но я отодвинулся обратно. — Ты подрался, снова! — Не сильно, кого это волнует? — Меня, Гарри, меня это волнует. Он посмотрел на меня с верху вниз с его места на нашей кровати, зеленые глаза покраснели, и он сказал: — Тогда почему ты бросаешь меня? Если ты так заботишься? Мое сердце сжимается в груди. — Я не бросаю тебя, я прошу тебя поехать со мной, — вздыхаю я. — Но я не хочу, — хнычет он. — Я знаю, но это единственное, что у меня осталось, кроме тебя, конечно. — Я выйду за тебя. Мое дыхание сбилось, и я уверен, что расслышал неправильно. — Что? — Я сказал, что выйду за тебя замуж, если ты выберешь меня. — Ты пьян, — эти слова, даже ничего не значащие из-за алкоголя в его организме, все равно заставляют меня волноваться. — Ну и что? Я все равно серьезно. — Нет ты не серьезно. — Нет, серьезно, не сейчас, конечно, но примерно через… шесть лет или около того? — Посмотрим, что скажешь об этом завтра, — я закатил глаза на этого пьяного, покрытого татуировками парня, который обещает вещи, на которые не сможет согласится завтра. — Ты будешь одет в эти штаны? — он улыбнулся. — Нет, даже не начинай говорить об этих проклятых штанах. — Но это ты, кто сейчас в них, ты знаешь, как я отношусь к ним, — он посмотрел вниз на свои колени. Игривый, пьяный Гарри своего рода очаровательный, но недостаточно очаровательный, чтобы я отступил от своей точки зрения. — Иди сюда, — умоляет он. — Нет, я все еще расстроен из-за тебя. — Ну же, Тыковка, не злись, — он рассмеялся, и потер глаза обратной стороной ладони. — Если кто-то из вас назовет меня так еще раз, я обещаю… — Что не так, Тыковка? — ухмыляется Гарри. Чем дольше я смотрю на его улыбку, тем я больше ощущаю, как моя решимость угасает — Ты позволишь мне снять с тебя эти штаны? — Нет, у меня есть много дел на сегодня, и ни одно оно не связано с тобой снимающим с меня одежду. Я бы попросил тебя пойти со мной, но ты решил набухаться с моим отцом, поэтому я должен идти один. — Ты уходишь куда-то? — его голос ровный, но хриплый и низкий из-за алкоголя. — Да. — Ты будешь одет в это? — спрашивает он. — Да, я могу носить то, что захочу. Я вернусь позже, не делай глупостей, потому что я не хочу вносить залог в полиции за тебя или моего отца, — я взял свитер и ключи Гарри, просто на всякий случай, если он вдруг захочет поводить. — Нахальный, мне это нравиться, но я могу придумать что еще сделать с твоим умным ротиком. Я игнорирую его грубый комментарий, и переобуваюсь. — Останься со мной, — воркует он. Я быстро покидаю комнату и квартиру, прежде чем он сможет убедить меня остаться. Я слышу, как он кричит: «Тыковка», — когда подхожу к двери, и я закрываю рот рукой, чтобы скрыть вырвавшееся хихиканье. В этом моя проблема, когда дело касается Гарри мой разум не видит разницы между хорошим и плохим.