Der beste Killer des Jahres

Дождь. Чистое небо. И снова дождь. Всю ночь Попов не сомкнул глаз, смотря в окно. Это было глупо с его стороны, кто появится на улице в два часа ночи? Но надежда умирает последней, он всё ещё ждал, ждал, пока покажется длинный худощавый силуэт с пакетом в руках. Пакет, честно говоря, значения не имел, более значимым был сам силуэт, силуэт Антона. Когда тот появлялся в палате, мир казался более ярким для Арсения, ведь Шастун мог разрядить даже самую мрачную обстановку неуместной, но смешной шуткой. Это даже забавляло: такой наивный и счастливый юноша, такой родной и заботливый... — Арсений, ты почему ничего не ешь? Честно, эта забота даже слегка раздражала, но мужчина всё-таки понимал — забота во благо. В ветреные дождливые дни, парень названивал каждые пять минут, но чаще находился рядом. Вздрагивая при каждом шорохе. Забавно, ведь Антон думал, что самое страшное в грозу — гром. На лице Попова появилась лёгкая улыбка. И вот теперь он стоит и не может дождаться прихода друга. Хотя он знал, что парень больше, чем просто друг. Нет, Арсений всю сознательную жизнь был натуралом, у него было больше сотни девушек, каждая лучше прежней. Блондинки, брюнетки, рыжие — всех и не вспомнишь, но вот сейчас, прямо в этот момент, из головы мужчина никак не мог выбросить Антона. Русые волосы, вечно с ароматом хвойного шампуня, зелёные глаза, в которых так и хочется утонуть, аккуратные черты лица, длинная тонкая шея и эти ключицы, что так манили брюнета. Нет, так нельзя. Нужно сократить общение с Шастуном, иначе он может пострадать. Арсений не сможет, он не сможет больше себя сдержать и однажды набросится на парня. Скрепя сердце Попов набрал Антона. — Алло, Арс, что-то случилось? — Я тебя разбудил? — Нет, что ты! Так что случилось? — Нет, ничего. Просто… «Давай, ты же сможешь. Ты не тряпка, давай!» Мужчина лишь мотнул головой. «ДАВАЙ». — Антон, прости. — За что? К чему ты это говоришь? — Антон, ты не должен приходить, точнее… — Почему? Что случилось? Я сейчас же приду. — Нет, я не хочу… не хочу видеть тебя, прости, но я не нуждаюсь в твоём присутствии. Ты меня раздражаешь. И вообще, исчезни из моей жизни. — Арсе… Мужчина сбросил трубку. Зачем он это сделал? Антон сидел в недоумении. Пять минут он просто смотрел в стену, а из глаз тонкими струйками катились слезинки. Что он сделал не так? Зачем Арсений так поступил? Ярость заполнила юношу, и он швырнул телефон в стену. — Тварь! Ненавижу! Самовлюбленный паршивец, да чтоб у тебя желудок скрутило от тех конфет! Он продолжал вспоминать брюнета самыми плохими словами, которые он знал. Накинув куртку, он направился в ближайший бар. И упаси Господь, если кто-то попадётся ему на пути. Морозный воздух сжимал лёгкие парня, а мокрые от слёз глаза слегка пощипывало. Да уж, видок не очень, но кого волнует? — Простите. А как пройти… — Исчезни, — парень рявкнул на прохожую, что подошла спросить дорогу. — Ай, как грубо! — Я сказал «исчезни», или ты не понимаешь? — повторился Антон — Тьфу на тебя! Спрошу кого-то другого, никто не виноват, что ты такой придурок! Как тебя земля носит? Юношу взбесили эти слова и он прижал незнакомку к стене. —Тебе жить надоело, уродка? — Отпусти, придурок! Девушка била Шастуна по плечам и груди, пытаясь освободиться. На это он лишь схватил её за запястье и вывернул руку. — Ай! Отпусти, идиот недоношенный! Я в полицию позвоню сейчас, скотина, сломаешь руку! — она визжала так громко, что её, видимо, весь район слышал. Незнакомка харкнула в лицо парня и ухмыльнулась. В ответ на это он ударил её с колена в живот, ещё раз, ему начало нравиться, нравиться видеть её страдания. В живот, по лицу, по ребрам. Он со смехом повалил её на землю и без всякой жалости стал пинать, куда не попадя. — Псих! Отпусти! Мне же больно! Прошу, дай мне уйти! Девушка вся истекала кровью, на лице не оставалось живого места, но Антону было плевать, ему приносило удовольствие издеваться над бедняжкой. Проулок заполнился хрипами и криками о помощи. — Твою мать! Если сейчас придут люди, меня посадят! Заткнись ты, надоела! Прохожая не слышала слова разъярённого парня и продолжала звать на помощь. Шастун схватил с земли первое, что попалось ему под руку и ударил по голове девушку, проломив ей тем самым череп. Снова и снова он наносил ей удары, пока она не перестала дышать. Только сейчас он обратил внимание, что в руке держал кирпич, а вокруг звучали сирены полицейских машин. «Арсений меня убьёт».