Home and Family

      Тори была разбита весь первый день их приезда. Самолет плавно приземлился в аэропорту, и вся компания, рассевшись по машинам, поехала к особняку. Тори в тот день больше не разговаривала ни с кем, даже с Хэппи и Пеппер. Как только они вошли в дом, и её проводили в её очередную новую комнату, Тори закрылась там до ужина. Стоит отметить, что комната была прекрасной и практически идентичной комнате в Нью-Йорке. Единственное отличие заключалось в том, что панорамные окна выходили не на небоскребы, а на океан. Чемоданы были брошены на пороге, а Тори забралась в кровать и пролежала там весь оставшийся день, периодически борясь с подступающей истерикой. От несправедливости хотелось зареветь в голос. В восемь часов Джарвис объявил, что её ждут на ужине. Тори в начале хотела отказаться, но желудок был с ней полностью не согласен. После молчаливого ужина Тори снова выпила двойную порцию вечерних таблеток и улеглась спать. На утро её кто-то тряс за плечо. — Эй, ребёнок, давай вставай.       Тори, решившая что это её первый сон за долгое время, даже не думала открывать глаза. — Эй, Тори, сейчас оболью водой!       «Вот это уже не сон, а угроза»       Она села в кровати и удивленно уставилась на гостя. — Хэппи? Ты чего тут делаешь в такую… — Тори остановила взгляд на часах, которые показывали ровно шесть утра. — В такую рань? — Пришёл за тобой, — улыбался Хоган. — За мной? — Да, даю на сборы десять минут, и мы выходим. — Стой-стой, куда? — совсем растерялась Тори. — Бегать, Тори, бегать, — засмеялся Хэппи.       Тори буквально сдуло с кровати, она экстренно побежала умываться и переодеваться. С одеждой, правда, возникли проблемы, пришлось перевернуть все чемоданы, чтобы найти единственный спортивный костюм. Всё-таки переодевшись и собрав волосы в хвост, Тори поняла, что уже опаздывает к Хэппи. Также немалым удивлением для Тори стало то, что она совершенно не знала этого дома и куда идти, вчерашний поход на ужин был как в тумане. — Джарвис, а где Хэппи, и как до него добраться? — позвала она верного проводника. — Мистер Хоган ожидает вас на первом этаже, двигайтесь прямо до конца коридора, дальше по лестнице вниз до первого этажа. — Ты солнышко, Джарвис! И прости, что вчера не разговаривала с тобой… — Вам не за что извиняться, мисс Скай.       Следуя указаниям Джарвиса, Тори легко отыскала Хэппи. Поравнявшись с ним, она еще раз убедилась, что рост — это не её сильная сторона. — Ну, что погнали? — спросил Хэппи. — Да-да-да! — радостно запрыгала Тори. — Тише, а то полдома разбудишь, — засмеялся он в ответ.       Хэппи повел Тори за собой, и они оказались на великолепной площадке перед домом. Их со всех сторон окутывал океанский ветер, а летнее солнце приятно грело. — Видишь вон ту дорогу? — указал Хэппи на незаметную прежде дорожку из ступенек, ведущих вниз. — Вижу, — кивнула Тори. — Она плавно переходит на пешеходную дорожку, которая в свою очередь потом выходит на набережную, вот там и будем бегать. — Отлично, побежали! — стартанула первая Тори и унеслась вниз. — Ребёнок, осторожней, пожалуйста! — крикнул ей вслед Хэппи.       Тори, ничего уже не слышав, радостно неслась вперед навстречу новому. Положительные эмоции давали новые силы. — Тони оторвёт мне голову, если с ней что-то случится, — проворчал Хэппи и прибавил скорости.       Тори уже достигла набережной и, спустившись с дороги, отправилась к воде. — Эй, я думаю бегать по воде будет неудобно! — окликнул её догнавший Хоган. — Две секунды, Хэппи, — ответила она и опустила руки в воду.       Что она будет за человек, если не потрогает воду? Долго всё-таки сидеть она не стала и с горящими глазами вернулась к Хэппи. — На обратном пути посидим немного у воды, — пообещал он. — Тогда догоняй! — побежала вперед Тори.       Хэппи не нужно было просить дважды, так что он понёсся следом, да и отставать от четырнадцатилетней девчонки не позволяла гордость. Тори же бежала вперед, не чувствуя ни усталости, ни жажды. Она наслаждалась солнцем, воздухом, водой и просто великолепным пейзажем. — Тори, стой! Передых! — взмолился Хэппи через несколько минут.       Тори указала ему на ближайшую скамейку, на которую они вскоре сели. — А ты в хорошей форме, ребёнок! — восстанавливая дыхание, прохрипел Хэппи. — Спасибо, ты тоже, — улыбнулась она. — Ой, только не ври мне! — улыбнулся он в ответ. — Раньше я был в лучшей форме. — Я тоже, — слегка грустно кивнула Тори. — Эй, смотри, что это там? — Хэппи резко показал куда-то вдаль. — Что? Где? — начала вглядываться в горизонт Тори.       Как бы она не старалась, ничего рассмотреть не получалось. — Хэппи, я не пойму, что ты там увидел? Хэппи? — Тори обернулась и обнаружила своего убегающего собеседника. — Эй, Хэппи, так нечестно!       Тори сорвалась с места и побежала за ним, а Хэппи, не сдерживая смеха, бежал вперёд из-за всех сил. Тори потребовалось немного времени, но она всё же догнала его и скачком запрыгнула на спину. Нужно отдать должное Хэппи, темп он хоть и сбавил, но не остановился. Тори счастливо смеялась, но мучить Хэппи долго не стала и снова побежала рядом. Прохожие с улыбкой расходились в стороны, уступая им дорогу. Так, периодически переговариваясь, они добежали обратно до тропинки, ведущей вверх к особняку, но как и было обещано, спустились к воде. — Хэппи, это было потрясающе! — восторгалась Тори, сняв кроссовки и опустив ноги в воду. — Если не будешь лениться, могу так заходить за тобой почти каждое утро, — предложил Хэппи. — Это было бы замечательно! Ты будешь моим новым спортивным коллегой! — Спортивным коллегой? — засмеялся Хэппи. — Да, это мама придумала. Спортивными коллегами были мы с ней и одна пожилая пара из Центрального парка, с которой мы познакомились. — Я с удовольствием стану твоим спортивным коллегой, может, хоть в форму приду, — улыбнулся Хэппи.       Они просидели у воды минут пятнадцать и потом решили всё-таки подниматься обратно. Внизу в гостиной их встретили Тони и Пеппер. — Хэппи, выезжаем через сорок минут, поторопись, — произнес Тони.       Только после того, как Хэппи кивнул и ушёл в свою комнату, он заметил Тори, которая так удачно пряталась у Хэппи за спиной. Тони, скрестив руки на груди, ожидающе посмотрел на неё. — Я не нарушала вашего запрета, мистер Старк! Я была не одна, а с Хэппи! — воскликнула Тори. — Я смотрю, у кого-то голос прорезался? — усмехнулся Тони.       Тори, скопировав движение Тони, скрестила руки на груди и обиженно надула губы. Старк тогда сделал большое усилие, чтобы не рассмеяться, потому что Тори в его глазах и так была маленьким, почти ничего не соображающим ребёнком, а после этого жеста он увидел в ней и вовсе маленькую пятилетнюю девочку. — Тони, не приставай к Тори, — вмешалась Пеппер. — Дорогая, иди приведи себя в порядок и спускайся, вместе позавтракаем.       Тори, бросив еще один обиженный взгляд на Старка, убежала к себе выполнять указания Пеппер. Хоть погода здесь была намного жарче чем в Нью-Йорке, Тори не могла отказаться от своих длинных рукавов. — Тори, тебе не жарко? — спросила Пеппер за столом, указав на розовую шифоновую блузку Тори. — Нет, — пожала она плечами. — В доме работают кондиционеры, а на улицу я не пойду в такую жару, тем более одна. — Я рад, что ты это уяснила, — кивнул Тони, а Тори еле сдержалась, чтоб не ответить какой-нибудь гадостью. — Мы вернемся ближе к вечеру. Тори, весь дом в твоем распоряжении, найдешь, чем себя занять? — поинтересовалась Пеппер. — Разумеется, — кивнула Тори.       И это стало большой ложью. Дни тянулись друг за другом, совершенно ничем не отличаясь от предыдущих. Утром Хэппи заходил за ней для пробежки, а после он вместе с Тони и Пеппер уезжал на работу и по своим делам. Возвращались все достаточно поздно, но Пеппер искренне пыталась проводить вечер вместе с Тори. Хоть на прогулки у неё сил уже не было, они просто смотрели фильмы вместе. Правда, после того, как Пеппер засыпала раньше, чем фильм доходил до середины сюжета, Тори лично отправляла её отдыхать.       Тори совершенно не знала, чем себя занять в течение дня. В начале она пыталась болтать с друзьями, но и это обернулось неудачей. Майк с семьёй уехал к бабушке в Лондон, Тома отправили в лагерь, а Ким уехала с семьей в поездку по стране. Доставать миссис Уизли своими разговорами Тори долго не могла, но зато был Джарвис, и Тори было совершенно наплевать, что там потом отслеживал Тони. С Джарвисом у неё отношения складывались прекрасно, она даже смогла уговорить его называть себя не «мисс Скай», а «Тори». Джарвис долго сопротивлялся, оправдываясь протоколами, но у Тори было много времени на уговоры. Правда, она вряд ли когда-то узнает, что это Тони в один из вечеров поменял протоколы Джарвиса.       Тори исследовала дом со всех сторон, заглянув практически во все комнаты. Её манила мастерская Тони, располагавшаяся на подвальном этаже, но рисковать своим здоровьем Тори была не намерена. Так же ей жутко не хватало рисования, но в доме не было не то что холстов, а элементарных красок. Просить кого-то съездить с ней в магазин Тори откровенно стеснялась. В основном она проводила дни копаясь в библиотеке, смотря телевизор, который накатывал на неё сонное состояние, играя в приставку и просто бесцельно шатаясь по дому. Улица манила её свободой, но спорить со Старком было бесполезно, хоть она и пыталась.       Так прошло четырнадцать дней, и Тори была готова лезть на стену от скуки. И вот в один из дней Тори стояла в библиотеке, сверля глазами верхнюю полку. Книга, стоявшая наверху, без каких-либо опозновательных знаков на обложке, интриговала её не первый день. Лестницу она так и не обнаружила, так что решено было брать крепость штурмом. Воспользовавшись полками, как ступеньками, Тори начала карабкаться вверх к своей цели. Но, как упоминалось, из спорта Тори дружила только с бегом. Вот и сейчас, достигнув уже приличной высоты и практически дотянувшись до книги, её нога предательски соскользнула, и Тори грохнулась вниз. — Ай! — воскликнула она, потирая ушибленное место.       Четко на её голову приземлилась нужная книга. Тори, пролистав её, обнаружила совершенно пустые страницы.       «И ради этого я рисковала своей жизнью?! Стоп, а это что?»       Из страниц выпал небольшой листок картона. После того как она перевернула его, сердце пропустило пару ударов.       «Мама…»       Картон оказался снимком, на котором Тори узнала свою молодую маму в объятиях такого же молодого парня. Присмотревшись получше, Тори узнала в нём Тони. Внизу была подпись «Тони и Сью, первая встреча, отель Гранд Роял». Сью стояла в нежно-розовом платье в пол, а Тони в чёрном смокинге.       «Это просто невероятно, я впервые вижу их вместе...»       Тори окатила внезапная волна разнообразных чувств. Она никогда не видела совместные снимки родителей, а учитывая, что после катастрофы Тори совсем не могла смотреть на фотографии мамы, это фото стало для неё шоковым открытием. Руки слегка тряслись, но Тори точно знала, что хочет сделать. Она выбежала из библиотеки и понеслась в гостиную. В одном из ящиков она как-то обнаруживала пустую рамку. Память её не обманула, и Тори вытащила на поверхность обычную деревянную коричневую фоторамку. Забравшись на диван, она начала бережно вставлять в неё фотографию. Время словно остановилось. Тори, как завороженная, не могла отвести взгляд от снимка. Она смотрела на родителей, а в голове крутилось миллион «а что», «а вот если бы».       Внезапно взгляд Тори скользнул по гостиной и остановился на рояле, вокруг которого она ходила далеко не первый день, но всё не решалась подойти. Ноги сами подняли её с дивана, и захватив фото, Тори аккуратно села за великий музыкальный инструмент. Поставив фотографию перед собой, она подняла крышку.       «Вот и пришло время...»       Осторожно она пробежалась пальцами по клавишам, вспоминая подзабытые ощущения. Комната начала наполняться приятными мелодичными звуками. Тори приходила в какой-то эйфорический восторг. Мелодия начинала литься из-под её пальцев, но она всё не решалась на один важный шаг.       В это время со стороны улицы можно было услышать шуршащий звук на подъездной дорожке. Тони остановил машину перед входом, а Пеппер посмотрела на него счастливым взглядом. — Я рада, что мы решили взять выходной, мы совсем забросили Тори и совершенно не уделяем ей внимания, — произнесла она. — Она и сама прекрасно справляется, — отметил Тони. — Тони, долго ты еще будешь сопротивляться? Я же вижу, что ты пытаешься о ней заботиться. — Да, пытаюсь, но она воспринимает всё в штыки. — Может хватит просматривать камеры каждые полчаса, а наконец-то провести время вместе? — А чем тебе не нравятся камеры? Смотри, как удобно. Джарвис, выведи мне изображение Виктории на лобовое стекло.       Перед Тони и Пеппер возникла картинка задумчивой Тори, перебирающей клавиши. — Неужели она решилась, — прошептала Пеппер. — Пойдем посмотрим! — оживился Тони и вышел из машины. — Тони, стой, это неправильно! Мы что, будем подглядывать? — тоже вышла из машины Пеппер. — Да, посмотрим по-тихому, — подмигнул он и потащил Пеппер к двери. — Джарвис, ни слова о нас Виктории. — Как скажите, сэр.       Тони аккуратно открыл дверь и, держа Пеппер за руку, зашёл в коридор. Оттуда открывался прекрасный вид на гостиную, а Тори в упор ничего не замечала. Внезапно она перестала играть, и Тони с Пеппер решили, что их уже раскрыли. — Только ради тебя, мам, — прошептала Тори, бросив взгляд на фотографию, и вновь заиграла. Только теперь она начала петь. — I've never felt this strong I'm invincible, how could this go wrong?       Слова давались тяжело, и Тори уже думала остановиться, но, посмотрев на фотографию молодого Тони, продолжила. — No, here, here's where we belong I see a road ahead I never thought I would dare to tread Like an image passing by My love, my life In the mirror of your eyes My love, my life I can see it all so clearly All I love so dearly But I know I don't possess you With all my heart, God bless you You will be my love and my life You're my one and only       Тори закрыла глаза, продолжая играть. Воспоминания накатили на неё. Обычно музыка её успокаивала, но сейчас она добровольно давила на свои собственные больные места. — I held you close to me Felt your heart beat And I thought: I am free Oh yes, and as one are we In the now and beyond Nothing and no one can break this bond       Слезы начали наворачиваться на глаза, но Тори пыталась держаться, но они всё же тихо подали прямо на клавиши. Как бы она не любила петь, сейчас в основном только играла мелодию, пропуская большую часть слов из такой дорогой для неё песни. Пеппер крепко схватила Тони за руку и положила голову ему на плечо. — Yes I know I don't possess you With all my heart, God bless you You are still my love and my life You're my one and only       Тори, закрыв лицо руками, тихо заплакала. Ей это было нужно уже очень давно, слишком много эмоций накопилось в ней. Она не привыкла к такому, и до щемящей в сердце боли скучала по своей прошлой жизни. Всё, что происходило с ней сейчас, было ей не нужно. Она отчаянно скучала по маме.       Тони с замирающим сердцем смотрел на неё, но был не в силах даже пошевелиться. Одинокая слеза прокатилась по его щеке, его сердце было совсем не железным. Он понимал, что так всё не должно было продолжаться. Он больше не хотел видеть слёзы своей дочери. — Виктория, — аккуратно, почти шепотом позвал он её.       Тори вскрикнула от неожиданности и обернулась. В шагах десяти от неё стояли Тони и Пеппер, которых она совсем не замечала. — Как давно вы здесь? — в ужасе прошептала она.       Ей не нужен был ответ, хватило только одного взгляда на то, как крепко Пеппер сжимала руку Тони, и на внезапно такие его печальные глаза. Тори быстро провела ладонями по лицу, стирая слёзы. Она не хотела показывать им такие свои эмоции, это всё было слишком личным. — Концерт окончен! — с силой захлопнула Тори крышку рояля.       Тони будто в замедленной съемке видел, как Тори схватила что-то с рояля и с застывшими в глазах слезами убежала вверх по лестнице. Как бы Тони не хотел, он ничего не успел сделать. — Виктория! — крикнул он ей вслед, будто выходя из оцепенения, но услышал лишь хлопок двери.       Пеппер хотела побежать за ней, но Тони преградил ей путь рукой. — Нет, не нужно, не сейчас. Ей необходимо побыть одной, — покачал он головой.       Тори забежала к себе в комнату и, обронив рамку по дороге, улеглась в кровать. Слёзы текли по щекам, в очередной раз лишая подушек сухости. Тори катастрофически не нравилось её эмоциональное состояние, таких частых истерик у неё никогда не было, но брать себя в руки с каждым разом становилось всё тяжелее и тяжелее. Тори сражалась со всем в одиночку, и никого не было рядом, кто бы смог помочь. Плакать в итоге она всё же перестала, только вот дрожь в теле не могла унять еще долго.       «Нужно отвлечься. Отвлечься. Что у нас тут есть интересного?»       Взгляд скользнул по комнате и остановился на лежащей на полу рамке. Тяжело вздохнув, преодолевая саму себя, Тори сползла с кровати и подобрала рамку. Перевернув находку, она обнаружила что один из краев откололся от остальных.       «Где-то был клей, я его точно видела»       Тори начала методично рыться в ящиках стола и в конце концов отыскала клей. Аккуратно, стараясь не испортить ситуацию еще больше, она начала приклеивать отвалившуюся деревяшку к другим. Зафиксировав всё плотно, Тори оставила её сохнуть на столе. Она уже хотела встать, как увидела в ящике белый конверт, тот самый, который она всё никак не решалась вскрыть.       «Хуже уже не будет»       Тори забралась обратно на кровать и вскрыла конверт. Внутри оказался немного пожелтевший листок, исписанный с двух сторон. Почерк своей мамы Тори бы узнала из тысячи. Глубоко вздохнув, будто собираясь нырять на глубину, она приступила к чтению.       «Дорогая моя, Тори!       Прости меня, раз ты это читаешь, значит меня уже нет в живых. Мне очень жаль, что я покинула тебя так рано, ведь если ты держишь этот листок бумаги сейчас, значит тебе еще нет восемнадцати. Прости меня, малышка.       Знаю, что Дин и Ванесса позаботятся о тебе после моего ухода, но я хочу, чтобы ты знала, ты не одинока, Тори. В этом мире есть ещё один человек, который сможет позаботиться о тебе. У тебя есть отец, и, возможно, нужно было рассказать тебе всё раньше, но я оттягивала всё это как минимум до твоего совершеннолетия. Возможно, рассказала бы ещё позже, когда убедилась бы, что тебе ничего не угрожает. Это письмо мой запасной вариант. Раз я не смогла сказать тебе всё лично, то тебе остается только читай.       Тебе уже наверно сообщили, что твой отец — Энтони Эдвард Старк. Я знала его еще задолго до того, как он стал Железным человеком. Мы познакомились в девяносто пятом году, на приеме в отеле «Гранд Роял». Это было совершенно случайная и банальная встреча, прямо как в тех фильмах, что ты любишь. Я случайно потеряла равновесие, а он меня поймал. В тот день шёл дождь, и я поскользнулась на лестнице, а рыцарь в смокинге спас меня от падения. Уже тогда я утонула в его карих глазах, и мне так приятно было видеть их отражение в тебе, солнышко. Это была любовь с первого взгляда, причём совершенно взаимная. Я до конца дней буду верить в то, что нас столкнула судьба, ведь меня совершенно не должно было быть на том приеме. Моя начальница заболела тогда, а пропадать даром приглашению не дали, и меня, как лучшего сотрудника, отправили туда.       Тони замечательный, добрый, щедрый, понимающий, отзывчивый и просто прекрасный человек! Мне ни с кем не было так хорошо, так душевно, как с ним. Он умел рассмешить меня даже тогда, когда я думала, что хуже ситуации быть не может, но так же он мог помолчать, когда это было необходимо. Знала бы ты, сколько я ему случайно испортила изобретений, но он всё равно каждый раз давал мне паять легкие микросхемы. Признаться честно, после этого я больше никогда и не держала паяльник в руках. Мы прошли многое за эти два года. Представляешь, мы были вместе два года, иногда я сама не могу в это поверить. А потом… Потом случилась одна вещь, и мы разошлись. Но не вини в этом своего отца! Нет, он не виноват. Так сложились обстоятельства, и у нас не было другого выбора. У меня не было выбора. Прости, возможно, я даю тебе больше вопросов, чем ответов, но когда-нибудь вы с Тони со всем разберетесь. Я хочу, чтобы ты знала, я ни о чём не жалею. Если бы можно было вернуть время назад, я всё равно была бы с ним эти два года. Одних из самых счастливых в моей жизни. Я бы повторила всё вновь, ведь в результате я получила от этой жизни самый главный подарок — тебя. Возможно, нужно было вернуться, рассказать Тони о тебе, но обстоятельства мешали мне это сделать. И я извиняюсь за это перед Тони, он заслуживал знать, что у него есть дочь. Я знаю, он был бы прекрасным отцом.       Сейчас, после моей смерти, ты должна быть с ним. Так правильно, дети не должны быть одни. Никто не должен быть один. Тебя нужна семья, Тори. Я знаю, он своеобразный человек, но прошу тебя, я знаю, как ты умеешь закрываться в себе, прошу, дай ему помочь тебе. Дай ему и себе шанс. Вы должны сблизиться и найти общий язык, ведь роднее друг друга у вас больше никого нет на этом свете.       Доченька, оставайся сильной, даже если меня нет, это не конец света. Продолжай рисовать, у тебя великий талант. Если захочется, учи новые языки, никогда не знаешь, что пригодится по жизни. Оставайся таким же добрым, светлым человеком. Будь ответственна и всегда верь в лучшее. Я безмерно тобой горжусь, и мне очень жаль, что я не смогу разделить с тобой все моменты твоей жизни, но я всегда буду жить в твоём сердце. Я всегда рядом с тобой.       Будь счастлива, Тори.

Всем своим сердцем, благослови тебя Бог. Ты по-прежнему моя любовь и моя жизнь, По-прежнему — моя одна-единственная…

С любовью, твоя мама»

      Тори закрыла глаза и снова заплакала, образ мамы и этой песни, что они так часто пели, стоял перед ней. Как бы не было странно, но всё же стало немного легче. Впервые за эти два с половиной месяца. Она периодически снова пробегала глазами по строчкам письма, перечитывая их вновь и вновь. Она просидела так на кровати, пока её не окликнул Джарвис. — Тори, тебя ждут на ужин.       Тори подняла глаза на окна и заметила, что уже поздний вечер. — Джарвис, передай, что я не голодна. — Как скажешь. — Спасибо.       Тори продолжила гипнотизировать взглядом письмо. На данный момент, это была её самая ценная вещь. — Мистер Старк, мисс Скай не голодна, — раздался голос Джарвиса на кухне. — Она не может быть не голодна! Я проверял, она только завтракала! — возмутился Тони. — Я схожу, поговорю с ней, — встала из-за стола Пеппер.       Тони приступил к ужину в одиночестве, но долго он не продержался. — Джарвис, выведи мне на панель комнату Виктории, — вздохнул он, откладывая вилку в сторону. — Да, сэр.       Перед Тони возникла светящаяся панель, на которой чётко транслировались события из комнаты наверху. Пеппер сидела на кровати вместе с Тори. Они о чём-то разговаривали, но Пеппер периодически вытирала слёзы со щёк Тори. У Тони тогда что-то заныло в груди, и он отправился за подносом. Поставив на него тарелку с порцией картофеля и стейка, он ушёл за отдельной тарелкой, в которую положил овощи. Из вредности он добавил туда не сильно любимую, как он заметил, брокколи, но так же налил полный стакан виноградного сока, который, как он так же заметил, очень любит Тори. Аккуратно он начал подниматься по лестнице и очень обрадовался, что дверь не заперта, ведь руки были заняты. — Виктория, я не верю, что ты не голодна, — с порога объявил он о своём приходе.       Тори вздрогнула от неожиданности и с удивлением уставилась на поднос в руках у Тони. — Я оставлю вас, — улыбнулась Пеппер и вышла из комнаты. — Мистер Старк, не стоило, я правда не голодна… — смутилась Тори. — Ничего не знаю, Виктория, — строго произнес Тони, ставя поднос на стол. — Ты только завтракала за весь день, и то это было в девять утра. Так что пока ты это не съешь, я никуда отсюда не уйду.       Округлив глаза, Тори переместилась за стол, а Тони, который уже хотел отойти от него, заметил рамку с фотографией. Аккуратно взяв её, он сел в кресло недалеко от стола. — Виктория, я не шучу, пока не доешь, я отсюда не уйду.       Тори приступила к ужину, периодически поглядывая на Тони, не совсем понимая, что происходит, и что она чувствует. Тони же сидел, не выпуская из рук рамку, и немного улыбался, явно что-то вспоминая. Посидев еще немного, он встал и поставил её на тумбочку рядом с кроватью. — Надеюсь, ты уберешь завтра все те книги, что уронила в библиотеке, — незлобно усмехнулся он. — Да, простите, я забыла о них, — слегка улыбнулась Тори. — Ты ешь, не отвлекайся! — Мистер Старк! — развернулась к нему Тори, набравшись храбрости. — Можно не есть брокколи? — Нет, нельзя, — улыбнулся он ей в ответ. — Зануда, — проворчала Тори. — Эй, я всё слышу!       Тори лишь засмеялась, она чувствовала, что Тони на неё не обижается и, главное, не злится. Но как бы то ни было, брокколи пришлось доедать. — Мистер Старк, я доела! Спасибо за ужин, — произнесла Тори через пять минут. — Надеюсь, в следующий раз мне не придется подниматься к тебе с едой, — ответил вновь из кресла Тони. — Извините, я просто… — смутилась Тори. — Этого больше не повторится. — А знаешь, ты на неё очень похожа, Виктория, — внезапно сказал Старк. — На кого? — не поняла Тори. — На Сьюзан, — указал Тони на фото. — Она тоже пела только личное и только избранным. Я сам услышал её прекрасный голос только после полугода отношений. — Я не знала этого. Нет, я знала, что мама ревностно относится к своей музыке, но не думала, что и вас это как-то коснулось. — Она рассказывала тебе что-то обо мне? — поинтересовался Тони. — Почти ничего, я узнала о вас только после оглашения завещания, — повела Тори плечом. — Но мама всегда мне говорила, что у меня замечательный отец. Это всё, не больше.       Тони грустно усмехнулся, и немного по-новому посмотрел на Тори. — Значит, я для тебя, как чистый лист, — улыбнулся он. — Как и я для вас, — улыбнулась Тори в ответ.       Тони посидел ещё немного с Тори, но потом встал, также внезапно как и появился. — Что же, я, пожалуй, пойду. Ложись спать, Виктория, время уже позднее. — Еще раз спасибо, мистер Старк. — Не за что, — остановился Тони на пороге, чтобы прикрыть дверь. — Спокойной ночи, мистер Старк, — улыбнулась Тори на прощание. — Спокойной ночи, Виктория, — ответил улыбкой в ответ Тони.       Где-то внутри себя Тори с удивлением наблюдала, как стена между ней и отцом начала покрываться первыми трещинами.