У снежного короля к доброму принцу сердце неравнодушно

      Вся компания расселась в кухне. Девушка и парень, неизвестные Джину, достали техническую аппаратуру: лэптоп, планшет и различные бумаги.       Повисла напряжённая тишина.       — Рассказывайте, — Джун уселся в удобную позу, которая вещала о том, что он главный: правая нога теперь лежит на колене у левой; одна рука запрокинута на спинку дивана, а другая расслабленно опущена на плечо Чонгука, который сидел рядом, слегка прильнувший к другу.       — Итак. Это нападение совершили именно «вороны». Проверка по координатам подтверждает. Нужна более подробная информация? — начинает молодой парень с высветленными волосами и двумя небольшими шрамами на лбу.       — Всё равно, никто из присутствующих настолько хорошо ничего не понимает, так что, продолжай объяснять, — посмеялся Гуки, — Ведь так, хён?       Намджун кивнул, чуть улыбнувшись лучшему другу.       — Отлично. Пак Чисок притворился безобидным учителем, и с ним вошла его ненаглядная банда. Мы выкрали много информации из базы данных полиции. У них действительно повысилась раскрываемость, в отличие от предыдущих годов, например, три года назад не было столько полезной и точной информации, да и преступления туже у них шли, — девушка с рыжими волосами, собранными в немецкий хвост продолжила повествование.       Здесь Намджун искренне засмеялся и взглянул на Джина.       — Если бы они знали… Да, Джин?       Тот улыбнулся и кивнул.       Сокджин сидел поодаль от всей компании. Смотрел на всех со стороны. Разглядывал каждого. И Чонгука, и того Сехуна, и парня с блондинистыми волосами, и девушку с ярко-рыжими прядями… Все были прекрасны, каждый по-своему… Вот, что мама имела в виду. Каждый из них был хорош внешностью или это только так казалось Киму? Кто знает…       А ещё было грустно и страшно. Они говорят снова о том дне… О том, что случилось. Нет, боль так быстро не утихнет… Но парни не плачут, мужчины должны себя держать в руках… Нельзя — тут чужие. Тут не один он — друг. Только при нём можно. Сейчас не стоит… Нельзя.       Джин поднялся с места. Его лицо издавало безысходность. Он решил уйти.       — Джин, ты куда?       — Я прогуляюсь, — он сказал холодно и спокойно, стараясь не выдать… Но Джун-то слышит. Даже не так… Он это почувствовал. Душой. Сердцем.       Ушёл.       — Простите, продолжайте, — извинился Намджун.       — Подожди минуту, а что не так с ним? На счёт данных из полиции? — спросил Сехун.       — Первое, речь идёт о его родителях в данный момент, ты это знаешь? — кивок -, Хорошо. Его брат — следователь полиции. Можно было попросить у нас достать информацию, но так как вы не знали, вам пришлось взломать их систему.       — Вот и ирония! — воскликнула девушка.       — Итак, прошу, не отвлекайтесь! — прервал их молодой парень, — Первым встретил «гостей» отец. Он прошёл на кухню вместе с главарём банды, остальные — вошли по-тихому и затаились. Раздался выстрел. Мать его услышала и тихо начала разведывать обстановку, тем временем банда ходила внизу, обыскивала все возможные места хранения драгоценностей и денег. Тем временем, мать спрятала собаку, точнее, пса, который находился в доме, затем спрятала какие-то вещи в ванную, похоже это личное Сокджина. Затем, банда нашла её. Она не отбивалась. Они выпытывали её о том, где её сын. Женщина отпиралась, говоря, что она не имеет понятия, где он. Они её избивали, но она так и не выдала абсолютно ничего — ни про тебя, ни про него. Она пала смертью храбрых…       Все молчали. У Джуна копились слёзы в глазах. Чонгук, заметив это, приобнял его и стал гладить по спине. Остальные привстали и подошли к боссу, обняв его.       — Так сильно его любишь? — тихо спрашивает Чонгук.       — До безумия, — тихо отвечает главный.       — Мы видим. Ты первый раз плачешь перед нами, — уточняет девушка.       — Мы хотим тебе помочь. Все. Все наши… — серьёзно сказал Чонгук, — Позже мы начнём планировать нападение. Если ты не против… Или ты не хочешь в этом участвовать?       — Я же говорил, что я больше не в банде, и все полномочия за тобой, Чон Чонгук.       — Мы тоже, — сказал Сехун, — Это будет наш последний бой. У всей банды…       — Вы бросаете бандитизм? — удивлённо уставившись на того парня.       — Именно, босс.       Намджун блаженно улыбнулся.

***

      Было совершенно светло. Всё слишком блестело. Это раздражало. Очень. Всё как-то бросается в глаза. И не формой или расцветкой — тем, что она ярко отдаёт каким-то неприятным светом. Не было ему, Джину, понятно, что это: утро, день или время ближе к вечеру. Ничто не имело значения сейчас для парня. Только родители. Только судьба семьи.       Себя и брата было жалко… Что говорить о матери и отце…? Они в лучшем мире. Им там тепло… Им там спокойно… Им хорошо. Они отдыхают. А Сокджин должен с этим смириться и жить дальше, вспоминая, что он пережил и не повторять ошибок своих родителей…       Если подумать, Сокджин и правда любил их, пусть отец и мать уделили ему внимание только в детстве, а когда он подрос, они просто забыли, что он их сын. Они его воспринимали по-другому… Они же… Они просто сделали из него взрослого ребёнка! Нет! Они его всегда очень любили! Они учили, что мир жесток и прекрасен! Всё неоднозначно. Всегда у всего будут разные стороны. Поэтому, нужно уметь любить вещи такими, какие они есть… И людей.       Джин начал плакать. Тихо. Так, чтобы никто не увидел.       Так он гулял очень долго. Ходил везде, где мог. Пока не нашёл один бар…

***

      — Прошёл уже целый час, где его черти носят? — Джун очень переживает за то, где находится Джин.       — Действительно, долго… Может, он к себе отправился? Поностальгировать, например? Или за вещами… — предположил Чонгук.       — Такое тоже может быть, хорошо… Но он бы меня предупредил.       Тут Нама ошарашила одна мысль:       — Чёрт! Мы номерами так и не обменялись! Я не смогу узнать, что с ним!       — Без паники, босс! — крикнула рыженькая девушка, — У тебя есть его документы?       — Нет…       — Тогда да, мы в полной…!       — Не паникуем! Куда он мог поехать? — спросил Сехун, переживавший за друга.       — К себе домой, к брату… В школу… Ещё куда-то… Я не знаю! — у Кима уже была истерика.       Да, хоть Намджун старался поддержать Сокджина, хочет его оберегать, присматривать за ним, следить, чтобы у его друга-возлюбленного ничего больше не случилось такого, на что мог бы повлиять младший Ким. Сейчас Джин мог сделать всё, что угодно: собрать вещи и уйти, гулять по городу, сидеть дома… Или просто повеситься из-за горя. Это угнетало все мысли Джуна. Нужно было что-то делать… Немедленно!       — Тогда, погнали к его дому! Ты же помнишь дорогу? — спросил светловолосый парень.       Намджун молчал.       — Эх, ты, хён! — посмеялся Чонгук-и, — Мы же наводили справки, не так ли? Значит, данная о адресе есть, вы чего, программисты?       — В этом ты прав, — вздохнула девушка и стала искать информацию в записях на планшете, — Итак, можно съездить по навигатору… Точно вам не скажу, как там дом расположен…       — Рядом находится справочная… Магазин дорогой одежды… Поодаль от этого всего — кофейная, — стал вспоминать Намджун.       — Голова хоть у тебя, хён, и работает, но не вовремя, — слегка улыбнулся Гук, положив руку на плечо другу.       — Тогда, поехали! Сейчас.       — Эй, босс, а как ты раньше делал?.. — повернулся к Киму Сехун.       Джун улыбнулся, вздохнул, и сказал те заветные слова:       — Группируемся и работаем, плутовки с севера!       — Вот это по-нашему! — весело вскрикнула девушка.       Все буквально выбежали из дома на поиски непутёвого Ким Сокджина.