Варрик Тетрас. Путевые заметки

      

Пролог

      

Месяц Волноцвет, год 44 века Дракона.

      Жозефина Монтилье спрятала в сундук стопку листов, исписанных витиеватым почерком, и устало опустилась в громадное обитое орлесианским бархатом кресло. За окнами давно стемнело, свечи успели оплыть. Нужно было еще столько успеть, а ночь уже перевалила за середину. Леди посол нашла сургуч, вооружилась печатью со знаком Инквизиции и вдруг замерла, удивленно уставившись на край стола. Среди бумаг и свитков, с филигранной точностью разложенных стопочками, притулился незнакомый сверток. Жози могла поклясться, что еще днем его здесь не было.       Она повертела посылку в руках: ни подписи, ни печати. Потянула за бечевку — внутри пряталась толстая книга с красноватой обложкой из кожи вархаунда. К ней прилагалась аккуратно сложенная записка:              «Рюшечка, дорогая моя!              Вынужден просить об услуге. Вернее, об одолжении, потому как обязуюсь отплатить. Когда в следующий раз окажешься в Вал Руайо, будь так добра передать сей дневник моему издателю Лиандре Де Орден. Полагаю, ей будет любопытно прочитать сию правдивую историю о подвигах Инквизиции. Мне же необходимо знать, рискнет ли Лиандра публиковать нечто подобное.       Тут все наброски за последние четыре года. И, предвосхищая твой вопрос, сразу отвечу: да, я писал и про тебя тоже, но только хорошее!       

      Варрик».

             Жозефина отложила записку и задумчиво уставилась на рукопись. Обложка местами вытерлась и запачкалась, кое-где на ней проступили бурые пятна. Может это вино, может грязь, а может… кровь? Жози провела холеным пальчиком по шершавой коже, взвесила книгу в руках. Осторожно понюхала, пытаясь представить, через что этот увесистый томик мог пройти.       Книга пахла крепкой выпивкой, дымом и дорожной пылью. Ровно как и ее автор. Поморщившись, Жози двумя пальцами откинула обложку. Желтоватые страницы были исписаны аккуратным убористым почерком. Иногда между ними попадались листки: письма, записки, набросанные на скорую руку портреты. Разумеется, запечатленные на них лица были ей более чем знакомы…       — Нет. Я не должна! — леди Монтилье все же захлопнула книгу. — Это бестактно. И… у меня еще куча дел, между прочим!       Она отодвинула книгу подальше и вновь взялась за печать, но так и вспомнила, что собиралась делать.       Красноватая обложка притягивала взгляд, манила, звала…       — Это же не просто книга. Это дневник. Там может быть что-то очень личное… — уговаривала она себя. — И, зная Варрика, это "очень личное" там точно есть!       Жозефина заставила себя подняться из кресла и накинула на коварный дневник расшитую салфетку.       — Куча дел… — она степенно прошлась по кабинету, остановилась около книжных полок и нажала на знакомый выступ.       Золоченые корешки старинных фолиантов послушно отползли в сторону, являя взору ряд бутылей, пузатых и не очень.       — «Антиванское», «Пикет из Долины Безмолвия», «Финальный аккорд Массада»… А вот это, пожалуй, то, что нужно - «Роза Рован»!       Пробка покинула бутыль с легким хлопком. По кабинету поплыл нежнейший фруктовый аромат, отдающий древесными нотками и долийским медом. Душистый мускат полился в кубок. Пара янтарных капель упали на бархат щегольских туфель Жози, но она этого не заметила. Дневник Варрика жег взор даже сквозь расшитую ткань и не давал покоя.       Леди Посол залпом выпила вино, вновь наполнила кубок и как бы невзначай проверила, заперта ли дверь.       — Какой скандал… Какой скандал… А вдруг кто узнает!       Жози антиванской кошкой юркнула в кресло:       — С другой стороны, Варрик мог что-то упустить или напутать… да что уж там — просто приврать! — возмутилась она. — Это все-таки история Инквизиции! А посему я просто обязана исключить любые неточности! Как иначе?!       Величественным движением Жози смахнула салфетку с дневника и торжественно его открыла.       — Одним глазком… Лишь пару страниц… — зашептали нежные губы, и глаза забегали по строчкам…

***

      Жнивень, день третий, год 41 века Дракона.       В каждом ремесле есть моменты, от которых у мастера замирает сердце, и волна удовольствия на миг захлестывает его целиком. Мое ремесло — не исключение. Я всегда чувствую легкий трепет, беря в руки новый переплет. Проводя пальцами по его шероховатой коже, вдыхаю ни с чем несравнимый аромат, откидываю обложку и… Вот оно! То самое предвкушение, смешанное с каплей восторга, что испытываешь, обмакнув в чернила перо и впервые марая нетронутый лист.       Пожалуй, ради таких моментов можно терпеть насмешки окружающих, издевательства редакторов и алчность книгоиздателей. Но сейчас не о них! Ведь нынешний переплет не для очередного романа. Он для путевых заметок, а потому лишь мои пальцы будут касаться этой красноватой кожи…       Да, любезный Варрик, кажется, тебе пора завести подружку. Ты уже не только свой арбалет величаешь женским именем, но и с книгой готов беседовать, как с любовницей.       Но это я, пожалуй, отвлекся.       Итак. С чего же начать? Похоже, Создатель нынче дает нам такое разнообразие сюжетов, что остается лишь выбирать да записывать. Этим и займемся!              Когда Церковь предрекала, что век Дракона станет временем великих потрясений, она явно поскромничала. Мор, вторжения кунари, битва за престол Орлея… и в довершение ко всему — война магов с храмовниками. Пожалуй, подобного разнообразия Тедас не видывал уже пару веков!       Чего я точно вообразить не мог, так это, что треклятая война, охватившая за пару лет почти все земли Орлея и Ферелдена, зародится именно в моем родном городе - Киркволле.       Я же, не изменяя своей давней привычке лезть куда не следует, попал между "молотом" киркволльского Круга магов и "наковальней" Ордена храмовников. Имея и друзей, и врагов с обеих сторон, всегда сложно выбрать за кого ты. В этой войне я был за свой родной город. Как и мой друг Хоук. И, конечно, многим это оказалось не по нраву. Мы с Хоуком сделали все что смогли, прежде чем убраться из города. Как показало время, наши попытки «залечь на дно» успехом так и не увенчались. Мы успели привлечь внимание слишком многих, чтобы о нас так просто забыли. И стоило мне сунуться обратно в Киркволл — как очередное дерьмо не заставило себя ждать.       Понимаю, мое возвращение домой нельзя назвать мудрой затеей… Но, что мою скромную персону скрутят подручные Церкви уже в день приезда — я, признаться, не ожидал.       Оказалось, мною занялась не больше, не меньше Кассандра Пентагаст. Знатная шишка, скажу я вам. Выше у них только Верховная Жрица. Но это Церковь ещё не знала с кем связалась! На допросах я напел им столько, что сам Создатель не разберет, что из этого правда. Кассандра настолько запуталась в моем сочинительстве, что не придумала ничего лучше, чем доставить меня к своему «начальству» — Верховной Жрице. Теперь мы плывем… точнее, меня плывут в Джейдер, и чует моя задница — все это надолго. С другой стороны, я снова в гуще событий и у меня появился повод взяться за перо…              Варрик закрыл книгу, любовно погладил шершавую обложку и выбрался на палубу. После полутьмы трюма дневной свет резанул по глазам. Волосы разметал соленый ветер — резкий, злой и колючий. Ему помешали неистово носиться над гребнями волн, и теперь он сердито швырял в лицо водяную пыль и выл, путаясь в парусах нашей маленькой шхуны.       Варрик не знал, принадлежит судно Церкви, или Кассандра просто зафрахтовала его в порту. Посудина сияла образцовой чистотой, а ее немногочисленная смышленая команда предпочитала делать свою работу и лишний раз не спорить с суровой госпожой Пентагаст.       Варрик про себя звал госпожу не иначе как Искательницей. Во-первых, по слухам Кассандра нЕкогда действительно принадлежала к древнему Ордену Искателей. Во-вторых, Варрик считал, что это прозвище подходит ей наилучшим образом, ибо зуд, возникающий у таких женщин пониже поясницы, никогда не дает им расслабиться и оставить в покое окружающих. Искательницы всегда за что-то борются и чего-то ищут. Будь то справедливость, истина, новый муж или, к примеру, скромный Варрик Тетрас. И шансов ускользнуть от Искательницы у жертвы обычно нет.              Сейчас Искательница восседала на носу корабля с книгой в руках. Подойдя ближе, Варрик заметил на ее лице след глубоких дум о высоком и, разумеется, глянул ей через плечо.       — Стоящая книженция? Кассандра вздрогнула и захлопнула книгу.       — Возможно. Если бы ее автор не пытался быть таким всезнайкой. — Она поморщилась. — Иногда мне кажется, что мужчины думают, будто знают женщин как облупленных. А это так... раздражает.       — Серьезно? А я-то думал, это благочестивая молитва в помощь мореходам, — не удержался Варрик.       Лицо Искательницы вспыхнуло и мигом растеряло всю свою одухотворенность.       — Тебе же становится дурно от качки, Варрик?! Может лучше уберешься в трюм, пока матросам не пришлось отмывать за тобой палубу?       Вот это уже было похоже на привычную Кассандру. Варрик пригладил соломенные волосы, степенно оправил шелковую рубаху, распахнутую на груди, и церемонно заложил пальцы за расшитый пояс.       — Хочу напомнить, что я вовсе не просился к тебе в попутчики. Однако, если моя статная фигура портит тебе удовольствие от чтения, так и быть, пойду зеленеть на корму. — Он развернулся на пятках и краем глаза глянул на обложку. — Кстати, убийца императрицы — барон.       Даже сквозь шум волн было слышно, как Кассандра скрипнула зубами, захлопывая только что открытую книгу. На лице удаляющегося Варрика расцвела счастливая улыбка: «Все же кое-что приятное в этом морской путешествии определенно есть».