Варрик Тетрас. Путевые заметки

      Леди Монтилье вдохнула сладковатый аромат антиванского и блаженно прикрыла глаза, вспоминая родину. Знойный полдень, треск цикад, белоснежные домики с черепичными крышами, кружевная тень кипарисовых аллей… А еще ни с чем не сравнимый воздух, вобравший в себя ароматы моря, рыжей южной земли и виноградников. «Антива. Дом. Как же мне тебя не хватает…» — в горле подозрительно защипало, и Жозефина сделала большой глоток, прогоняя унылые мысли прочь.       Ежедневные заботы и встречи были позади, на Скайхолд легли сумерки. Это значило, что ближайшие часы принадлежат ей и только ей.       С ногами забравшись в кресло и устроившись поудобнее, Жози в предвкушении открыла дневник Тетраса на заложенной странице…              Дракконис, день восьмой (9:41 века Дракона).       Мы покидаем Скайхолд. Армия Инквизиции готова к решающему сражению. Наша цель — Арборская глушь, Храм Митал. Впереди ждет встреча с Корифеем…              Жози на миг отвлеклась от записей гнома. Перед глазами явственно всплыл день, когда армия Инквизиции отправлялась на решающее сражение.       «Ах… Как же это было красиво! Капитаны и лейтенанты в начищенных доспехах, рекруты в новенькой форме. Солнце, играющее бликами на щитах, шлемах, наконечниках копий. Голоса боевых рогов. Знамена, вьющиеся на ветру, на фоне безупречно ясной синевы… И Леди Инквизитор: гордая, собранная, невозмутимая, в идеальном темно-синем с серебром мундире во главе всей этой армии! А рядом с ней Каллен в полном доспехе на своем вороном … Такой статный, такой красивый, такой безупречно мужественный! Разве могла армия командора вернуться с поражением?!» — Жозефина восхищенно вздохнула, чувствуя, как колотится сердце. Она давно уже считала Дален образцовым лидером. И все же, войсками командовал Резерфорд, поэтому Жози больше нравилось называть силы Инквизиции «его армией».       В тот день Жозефине было даже немного досадно, что она не отправляется в поход вместе с войском. Но она была нужна здесь, в Скайхолде. Да и тяготы дороги — это не для всех. Однако, глядя со стены на ровненькие ряды пехоты и неспешно гарцующую конницу, леди посол неожиданно для себя всплакнула…       В дневнике Варрика подробных описаний блистательного командора, ведущего в бой свою армию, почему-то не было. Жози несколько раз перечитала строки, посвященные тому незабываемому дню, и разочарованно поджала губы. «Видимо, Тетрас был в тот день не в духе. Или его муза ехала слишком далеко, во главе армии?» Сейчас сказать было сложно, но чем дальше леди посол читала, тем скучнее становились путевые записки гнома: бесконечные изматывающие марши, ночевки в горах на промороженной земле, скудный солдатский паек, редкие привалы, иногда песни у костров, порой крепкая выпивка, единственно чтоб согреться… Всё это навевало тоску. В этом не было блеска.       Конечно, Жози понимала, что военные походы имеют мало общего с увеселительной прогулкой, и все же ей показалось, что Варрик сгущает краски. К тому же, ее удивляло, что он совсем не упоминает в записках леди Инквизитора. После той встречи на пороге ее покоев, когда гном против обыкновения явился в застегнутой рубахе, Жози буквально изнывала в ожидании необыкновенной романтической истории. Однако ничего подобного в дневнике Варрика не содержалось, и это ее откровенно огорчало.       «Хотя, если вдуматься… — размышляла она. — Все это чересчур. Варрик, конечно, талантливый писатель и по-своему… приятный гном. Но где он и где леди Инквизитор! Тем более, когда с ней рядом такие мужчины как, к примеру, командор!»       Отпив глоток антиванского, леди посол снова лениво пробежала взором по строкам, пропуская слишком уж утомительные подробности походной жизни:              Дракконис, день десятый (9:41 века Дракона).       Чем ближе мы подходим к Арборской пустоши, тем сильнее меняются местность и природа. Мы все больше забираем к югу. Долийские леса уступают место равнинам. Далеко на западе уже можно различить Гаморданские вершины…              Дракконис, день двенадцатый (9:41 века Дракона).       Мы вступили в лесистые предгорья. Пожалуй, такого мне еще видеть не приходилось. Здесь уже по-летнему тепло, а лес совсем не похож на обычный. Многие растения кажутся почти гигантскими, а от буйства красок порой слезятся глаза. Куда бы мы не пошли, нас преследует гомон странных цветастых птиц. Кажется, они замолкают лишь ночью, но тогда лес наполняется странными звуками и блуждающими огнями. Темнота оживает. Мне от всего этого как-то не по себе…              Дракконис, день четырнадцатый (9:41 века Дракона).       Мы на месте. Развернули лагерь. Резерфорд начинает построения. С первыми лучами солнца армия Инквизиции двинется в сторону противника. План сражения таков: выманить войска Корифея на пустошь и дать возможность Леди Инквизитору проникнуть в Храм Митал. Резерфорд должен продержаться как можно дольше, после чего отступить, по возможности сохранив армию. Пока солдаты отвлекают на себя внимание основных сил Корифея, наш маленький отряд во главе с леди Инквизитором пройдет кружным путем и проникнет в Храм с северной стороны. Бык и Касс уже точат оружие. Морриган нас поведет…              Жози зевнула и перелистнула страницу. В рассказах Каллена все было намного интереснее. Война, огонь, демоны, чудища и драконы… а главное, в них было намного больше самого командора и его подвигов во славу Инквизиции, разумеется.       Леди посол плеснула себе еще антиванского и тут ее привлек абзац, явно написанный второпях на коленке. Буквы так и прыгали, криво цепляясь друг за друга:              …Вот дерьмо! Мы видели его! Видели снова! Это действительно был Корифей! Кажется, со времен Убежища он стал даже безобразнее…       Старший не со своей армией. Он также, как и мы, пытается проникнуть в Храм. Ну конечно, кто бы мог подумать, что так случится!       Но это еще не все. Мы видели схватку Корифея со стражами Храма! Морриган говорит, это были Часовые — древние эльвен, чьи души связаны клятвой. Они служат эльфийской богине Митал и пробуждаются ото сна, лишь когда Храму грозит опасность. Ну, тут они определенно не проспали! И, задница Андрасте, нам бы таких союзников! Как они крошили прихвостней Корифея! Как их рвали! Но самое интересное случилось потом… Понимая, что им не устоять под напором Корифея, предводитель Часовых пробудил какой-то охранный механизм и низверг настоящий огненный смерч на сражающихся! Эльфы полегли все до единого, но они забрали с собой и врагов.       Мы уже было воспрянули духом, собираясь беспрепятственно проникнуть в ворота, но не тут-то было — к Храму явился дракон! Демон его задери… Та самая, изъеденная скверной громадина, что спалила Убежище. Но это еще не самая жуть! Стоило дракону приблизиться к мосту, как Корифей возродился! Восстал из пепла, переместившись в тело одного из погибших приспешников — в одного из Серых Стражей! Серых Стражей! Мать его… Я даже не представлял, что подобное возможно! Теперь я начинаю понимать, как Корифей избежал смерти от руки Хоука. Ведь тогда, в крепости Стражей, мы были совершенно уверены, что прикончили его… а он просто нашел себе другое тело, другое вместилище своей проклятой души, улизнув у нас из-под носа. Не знаю, как он это делает, но… теперь все гораздо отвратительнее, чем было…              Жози отхлебнула вина и перевела дух. Кажется, она поспешила, назвав варрикову писанину скучной. Такого ей не рассказывал даже Резерфорд. «Интересно, Варрик напишет про то странное зеркало, элувиан, что спрятано в Скайхолде в одной из запертых комнат?» Леди Монтилье вспомнила, как сама случайно нашла это необычное зеркало, когда Лелиана попросила ее подыскать в Скайхолде место, где можно было бы устроить маленькую часовню. Странное и старое зеркало. Очень старое. Оно завораживало и манило, будто скрывая в себе не только отражение, но целые миры… Жози дернула плечами, вновь принимаясь за чтение и уже не могла оторваться…              …Еле унесли ноги. Пробежали по мосту, заскочили внутрь и в последний миг успели захлопнуть створку ворот перед самым носом проклятого дракона. Теперь Корифей знает, что леди Инквизитор в Храме и будет стремиться сюда еще более рьяно. Часовые повержены. Защитить входы в Храм больше некому, а значит, очень скоро Старший найдет способ проникнуть внутрь. Теперь это лишь вопрос времени. Блеск! Мы в ловушке. Никаких сюрпризов! Как-то так я и предполагал.       Единственное, что нам остается, это следовать ошметкам плана и найти древний источник первыми…              Несмотря на общее запустение и мертвую тишину, изнутри древняя развалина выглядит вполне прилично. Точеные лестницы, балюстрады, хрустальные мозаики из цветных стекляшек, резные колонны… Как подумаю, сколько веков этому трухлявому великолепию — волосы на голове шевелятся и лишний раз не знаешь, как наступить на очередную мраморную плитку.       Дален словно бы ничего такого не чувствует. Идет себе вперед, как будто все это ее не касается, словно она всю жизнь по таким развалинам и ходила. А еще она постоянно молчит. Погружена в себя. Отвечает односложно. Метка на ее ладони сияет все ярче. Теперь мы обходимся даже без факела. Мрак. Не нравится мне здесь. Кажется, словно на меня постоянно кто-то смотрит из темноты, наблюдает, не спуская глаз. Все это жутко. Жутко…              — Ж-у-у-у-т-к-о-о-о-е… д-е-р-ь-м-о-о-о-о…. — негромко провыл Варрик в один из дверных проемов и сдавленно хихикнул. Отражаясь от сводчатого потолка, в бесконечных залах застонало эхо.       Бык толкнул гнома локтем в бок и серьезно произнес, понизив голос:       — Не буди тишину. Не надо.       — Кунари боятся… эха? — не утерпев, поддел Варрик.       — Не в этом дело. Что-то здесь не так. — Бык поморщился с видом, будто разжевал жука. — Ощущение какое-то неприятное. Словно ты в кустах присел, а за тобой кто-то подсматривает.       — Я думал мне одному справлять нужду среди древностей неуютно.       — Это все фрески, — негромко, но уверенно заявила Искательница.       — Фрески? — переспросил гном.       — Да. Такие картинки на стенах. Они будто смотрят… Не замечал?       — Ага. Фрески. Смотрят… Ну, хоть не я один умом тронулся, — Варрик заговорщически подмигнул Касс.       Бык остановился напротив одной из мозаик, занимавшей почти целую стену. С нее на путников смотрел громадный волк с пылающими едкой зеленью глазами.       — Кто на них изображен? Кто-нибудь знает?       — Боги, эльфы, — послышался бархатный голос Морриган. — Тут запечатлена сама история народа эльвен.       Варрик обернулся. Ведьма стояла совсем близко, разглядывая громадную картину.       — Ага, знаю я одного такого художника. Все стены в Скайхолде изрисовал, и тоже уверен, что творит историю, — буркнул гном, но Морриган предпочла его не услышать и продолжала:       — Это Фен’Харел. Или Ужасный Волк, как еще называют его эльфы, — она на миг замолчала, и гном поймал себя на мысли, что ему приятно слушать, как звучит ее голос.       — Позволь спросить, что же в нем такого ужасного? — снова влез Варрик.       — Легенды гласят, что Фен’Харел жил среди эльвен еще до падения Арлатана. И был он умом и хитростью подобен древним богам, а потому мог подниматься к ним на небеса и без боязни разговаривать с ними. Когда же наступили Темные времена, и Боги, рассорившись между собой, погрязли в спорах и затеяли войны друг с другом, Фен’Харел сумел убедить их заключить перемирие на один день. Он пообещал каждому из Богов хитростью устроить победу над остальными. И ему поверили. Единственным его условием было то, чтобы весь этот день Боги не спускались с небес. Когда же все было устроенно по уговору, Ужасный Волк обманул их всех и запер на небесах, отделив от нашего мира Завесой. Так они оказались навсегда заточены в Тени.       — Хитро, — усмехнулся Варрик. — Только ему-то от этого какой прок?       — Фен’Харел хотел спасти свой народ, избавив их от участи быть жертвами древних богов. Спасти от их гнева, их войн, их проклятий.       Морриган вновь замолчала.       — Теперь ясно, почему его на стенах рисуют.       Гном покачал головой и снова усмехнулся. Однако тихий голос Дален заставил его вздрогнуть.       — Ужасный Волк сотворил Завесу, навсегда отделив наш мир от Тени. Но вместе с Тенью ушла и древняя магия, которая питала бессмертие эльвен, дарила им невероятные силы и способности. Все, что осталось на долю Фен’Харела, это смотреть, как увядает и гибнет великая цивилизация. Как умирают и превращаются в прах не только города Арлатана, но и их жители, — Дален вздохнула и закончила: — Сам он так и остался бессмертным. Такова была кара, постигшая его — смотреть, как по его же вине медленно умирает все, что ему дорого.       Дален коснулась пальцами фрески, и отсвет метки полыхнул зеленым огнем в глазах Ужасного Волка.       — Пойдемте. Нам надо спешить, — напомнила Морриган и первой покинула зал.              По Храму отряд плутал несколько часов. Варрику начало казаться, что они ходят кругами под пристальными взглядами древних богов, наблюдающих за ними со стен. Источника нигде не было. Словно проход к нему был скрыт где-то на виду, но они его упорно не замечали.       — Что это вообще за Источник? Почему Корифей так к нему стремится?       Варрик, зевая, шагал по розоватому мрамору, уже не испытывая никакого благоговения перед узорчатым полом.       — Источник Скорби, — с придыханием произнесла Морриган. — Но мне больше нравится называть его Источником Памяти предков. Если верить легендам, то в нем сосредоточена мудрость всех поколений древних эльфов. Жрецы Великой Защитницы Митал передавали Источнику свои знания. Это продолжалось много веков.       — Серьезно? — гном усмехнулся. — То есть один раз выпил и поумнел?       Ведьма кинула на гнома раздраженный взгляд.       — Некоторым не светит, — фыркнула Искательница, судя по виду, отчаянно скучавшая, и осведомилась: — Кстати, и как он… работает?       — Испивший из Источника сможет вобрать в себя священные знания. Он будет слышать голоса древних эльфов, и, если они окажутся милостивы к вопрошающему, сможет даже задавать им вопросы.       — Подумаешь, голоса в голове, — фыркнул Варрик. — За этим не надо переться в такую даль.       — А я бы, пожалуй, отхлебнул, — серьезно заметил Бык.       — Не все так просто, — Морриган бросила на него внимательный взгляд. — Испивший из Источника отдает свою душу в услужение богине Митал и более не может являться полноправным хозяином собственной судьбы. Мне казалось, подобное не слишком соотносится с Кун, или я ошибаюсь?       — Хм. Это несколько меняет дело, — добавил Бык, и глянул на Варрика.       Гном чуть заметно поморщился и повел плечами, однако так и не отстал от колдуньи с расспросами.       — В чем это служение состоит? — уточнил он. — Надеюсь, выпивший из Источника не становится одним из тех задорных остроухих парней в золотистых доспехах, что так радушно встретили Корифея у ворот?       — Если ты про Часовых, то этот древний орден хранителей оберегает Храм Митал и Источник Скорби по собственной доброй воле. Хотя, как знать, — загадочно произнесла Морриган. — Все мы служим своим богам, если вдуматься. Кто добровольно, а кто и по воле судеб.       — Что именно может быть нужно от Источника Корифею? — спросила Касс.       — Знания, — глаза Морриган сверкнули. — Полагаю, он желает найти ответ на все тот же вопрос: как ему попасть в Тень во плоти.       На несколько минут все замолчали. Лишь эхо шагов тревожило тишину залов.       — А что будем делать с этим Источником мы, когда его отыщем? — спросила вдруг Касс, оглянувшись на ведьму.       Та лишь негромко хмыкнула, и Варрик заметил, как колдунья приосанилась.       — Это здесь, — вдруг еле слышно произнесла Дален, до этого упорно молчавшая.       Остальные остановились и как один повернулись к леди Инквизитору.       — Источник здесь. За этой стеной. Я его чувствую. — повторила Дален, глядя на очередную мозаику.       — Вы уверены? — Морриган поспешно подошла ближе, окинула взглядом фреску, на которой странное существо с вытянутым лицом и острыми ушами обнимало пятерых детей, сидящих у нее на коленях. — Это изображение Митал, Великой Защитницы… Но я ничего не ощущаю.       Дален, похоже, не слышала ведьму. Она, как зачарованная, водила пальцами по фреске, словно очерчивая лишь ей одной видимые знаки. Зеленые отсветы метки поблескивали на кусочках мозаики, переливались, мерцали, меркли и снова вспыхивали. На миг Варрику почудилось, что сам рисунок пришел в движение, и руки Великой Защитницы дрогнули и разомкнулись. В следующую секунду гном понял, что это расходятся в стороны створки дверей. Богиня Митал впускала их в святая святых.       Дален первой шагнула в распахнутые двери. Остальные в полном молчании проследовали за ней.       Им открылся просторный зал, больше похожий на осенний сад. Он был настолько велик и так густо зарос зеленью, что гном не смог различить ни стен, ни потолка. Под ногами желтели потрескавшиеся плиты из простого песчаника, усыпанные жухлыми листьями. Таким же песчаником была выложена небольшая площадка, в центре которой располагался круглый бассейн, наполненный водой. Она казалась прозрачной и как будто слегка искрилась изнутри, сияя мягким жемчужным светом. По краям водоема гном насчитал семь высоких зеркал. Уцелело из них лишь одно, остальные оказались разбиты вдребезги, засохшие вьюны укрывали их траурной вуалью.       — Вир’абеласан, — прошептала Дален.       — Источник Скорби, — с благоговением повторила Морриган, не сводя глаз с сияющей глади.       Дален подошла ближе и замерла на самом краю бассейна. Варрик заметил, что в воду уходят аккуратно вытесанные ступени, покрытые узорами, которые время, увы, не пощадило.       — Мы успели, — долийка устало прикрыла глаза, словно у нее с плеч свалился непосильный груз.       Морриган кинула быстрый взгляд на остальных и приблизилась к Дален:       — Что вы собираетесь делать дальше, леди Инквизитор?       — Что? — переспросила Дален. Казалось, она по-прежнему была во власти каких-то собственных мыслей.       — Корифей все еще наступает нам на пятки. Можем ли мы быть уверены, что сумеем отстоять Источник, ворвись он сюда? — Морриган обвела рукой зал и заглянула в глаза долийке. — Не мудрее ли будет использовать Источник во благо Инквизиции?       — Что вы имеете в виду? — Дален выглядела удивленной. Видимо, раньше ей не приходила в голову такая мысль.       — Источник хранит в себе знания, о которых мы не смели даже мечтать. Такой кладезь может содержать в себе много полезного… Инквизиции, — в глазах Морриган мелькнул алчный огонек. — Например, мы могли бы узнать, как окончательно и бесповоротно уничтожить Корифея.       — Не уверена, что мы в праве… присвоить себе это знание. Да и под силу ли нам подобное? — Дален явно сомневалась, и ведьма почувствовала ее смятение.       — Вы безусловно правы, леди Инквизитор. Не каждый способен постичь даже малую толику того, что копилось столетиями. Для этого нужна воля, силы, знания. — Колдунья, не мигая, смотрела на сияющую воду, казалось, не в силах оторвать от нее взор. — Я могла бы попробовать. Сделать это для Инквизиции. Я столько лет изучала легенды, песни, предания… все, что было хоть как-то связано с Источником, хоть что-то могло прояснить… Позвольте мне выпить из него, леди Инквизитор.       — Во благо ли будут использованы эти знания, Морриган? — Бык скрестил руки на груди и не спускал с ведьмы внимательного взгляда. — Или уже на рассвете вы, обратившись птицей, упорхнете от нас на все четыре стороны?       Морриган резко обернулась. Слишком резко для того, кто находится среди союзников.       — Я вижу, вы неплохо осведомлены о моих способностях, уважаемый агент Бен-Хазрата, — процедила она с лилейной улыбкой. — Вы все-таки хотите сами припасть к Источнику? Так я вас разочарую. Подобное под силу разве что умелому магу. Прочие лишь расплескают накопленную мудрость, не сумев постичь и десятой части ее истинного смысла. Или вы хотите лишить всех нас шанса на победу над Корифеем?       Бык пропустил издевку мимо ушей, но гном заметил, как напряглись его скулы, а брови сползлись к переносице.       — Разве выпить из этого бассейна может только один? — поспешно влез Варрик, уже понимая, что добром все это не окончится. — Сдается мне, тут воды на весь отряд хватит и еще Корифею останется.       — Я так не думаю, — тихо проронила Дален и медленно огляделась. — Силы Митал покидают это место. Здесь все умирает. Разве вы не чувствуете? Скоро и сам Храм, и Источник Скорби будут разрушены, распадутся в прах… Вот почему Часовые у ворот предпочли проститься с жизнью, забрав с собой последних врагов… Им более нечего охранять. Не так ли, Морриган?       Лишь теперь Варрик сообразил, что вокруг царит поздняя осень. Сад умирал, растения иссохли, сквозняк шуршал палыми листьями, гоняя их по желтым плитам. В то время как за стенами Храма Митал пышным цветом распускалась весна, принесенная солнечным Дракконисом.       — А вы более проницательны, чем я ожидала, — Морриган склонилась перед Дален в неглубоком реверансе. — Но все это лишь доказывает мою правоту. Выпивший из Источника будет последним, коснувшимся древних знаний. Использовав дарованный нам шанс, мы навсегда лишим Корифея этой возможности!       — А как насчет платы? Что там про волю Митал и вечную связь с древней богиней? — напомнил Бык.       — Я готова заплатить эту цену! — Морриган стала похожа на дикую кошку перед прыжком. Змеиные головки на шнурках ее юбки, качнувшись, зашипели. — Я слишком долго к этому шла, чтобы теперь отступить!       — Согласна с Быком. Я ей не доверяю. — Кассандра шагнула ближе к Дален, и рука воительницы привычно легла на эфес меча.       Однако Морриган не собиралась сдаваться. Широко расставив ноги, и опираясь на посох с черепом, она упрямо смотрела прямо долийке в лицо.       — Из всех присутствующих лишь я и вы способны коснуться Источника. Вы слишком значимая фигура для такого! Что если Инквизиция вас потеряет? — не унималась ведьма. — Подумайте хорошенько. Стоит ли так рисковать? Ведь последствия этого ритуала неведомы никому… Это шаг в неизвестность.       У Варрика засосало под ложечкой. Ему вдруг совершенно расхотелось, чтобы Дален касалась воды.       — Просто позвольте мне выпить из него, леди Инквизитор. Я буду служить Инквизиции! Я поделюсь всеми доступными мне знаниями! Вместе мы сокрушим не только Корифея! — Колдунья придвинулась ближе к долийке. — Клянусь! Только позвольте мне…       — Вы забываетесь, Морриган! — Кассандра шагнула ей наперерез, не давая возможности дотронуться до долийки.       — Не нужно, — Дален сжала плечо Искательницы, успокаивая ее. — Я верю вам, Морриган. Верю в вашу преданность Инквизиции.       Колдунья тяжело сглотнула и застыла, обратившись в слух. Дален продолжила также спокойно:       — Я не в праве рисковать ни вашей жизнью, ни вашей судьбой, ни теми знаниями, что хранит в себе Источник. Потому как побужденные недоброй волей, они могут стать грозным оружием. Слишком грозным…       Морриган хотела возразить, но в этот миг за их спинами раздался отдаленный грохот. Отряд разом обернулся, чувствуя, как все вокруг содрогается от мерных ударов.       — Корифей! — одновременно выдохнули Кассандра и Варрик.       Морриган резко обернулась к Источнику, но Искательница мертвой хваткой вцепилась ей в плечо, процедила:       — Даже не думай!       Леди Инквизитор глубоко вздохнула и шагнула к воде.       — Дален! — Варрик уже был рядом. — Прошу, подумай еще раз! Никто не знает, чем это тебе грозит, чем может обернуться…       Он вглядывался в ее лицо, чувствуя, как взоры друзей жгут спину.       — Возможно, тебя не страшит неизвестность, но все это… — Варрик пытался поймать ее взгляд.       — Страшит, Варрик. Страшит… Но пока ты камушком лежишь на берегу, от тебя не пойдут круги по воде. Это мой Вир Танадал. Мой путь.       Она качнулась на пятках, и в следующий миг мыски ее ног коснулись воды. Леди Инквизитор шаг за шагом погружалась в Источник, и все завороженно следили за каждым ее движением. Вода в Источнике словно загустела и вдруг начала расходиться в стороны перед долийкой, словно приглашая зайти глубже. Дален достигла середины бассейна, и жемчужно-серые струи, причудливо изгибаясь и переплетаясь, нависли над ней волной. Когда же леди Инквизитор раскрыла ладони навстречу этой волне, в них плеснула крупная светящаяся капля. Легко склонив голову, Дален приникла к ладоням губами. В следующий миг яркая вспышка поглотила все вокруг, отшвырнув собравшихся около водоема прочь.              Варрик пришел в себя через пару секунд. Голова трещала. Похоже, он приложился макушкой о каменную колонну, когда падал. Проморгавшись, он медленно поднялся на ноги.       Рядом из кучи сухих листьев встала Искательница. Справа слышалась брань Быка. Морриган вскочила с четверенек и кинулась к бассейну.       Он был сух. Ни капли воды, лишь полустертая мозаика на дне, изображающая скорбный лик Митал. В центре без движения лежала Дален.       В следующую секунду за спинами с оглушительным грохотом рухнули громадные створки: ничто более не сдерживало натиск слуг Корифея. Сквозь взметнувшуюся в воздух каменную пыль, Варрик увидел силуэты с мечами и алебардами. Позади них возвышалась внушительная фигура Старшего.       Бык крутанул в руках громадный молот. Искательница, прикрываясь щитом, выхватила из ножен меч. Варрик кинулся к Дален.       — За мной, быстрее! — крикнула ему Морриган и в следующий миг словно растаяла в воздухе, оборотившись вороном.       Посох с черепом глухо стукнул о плиты, а иссиня-черная птица в два счета миновала и площадку, и бассейн, пересекая зал. Стараясь не терять ее из вида, Варрик подхватил Дален на руки и обернулся к друзьям.       Кассандра уже приняла на щит первого врага. В следующий миг молот Быка раскроил голову второму.       — Бык! — что есть сил рявкнул Варрик.       — Бегите! Мы прикроем! — долетело в ответ.       Боясь потерять птицу из виду, гном с Дален на руках кинулся за ней. Описав круг над его головой, ворон пару раз истошно каркнул и с размаху ударился в единственное целое зеркало, что возвышалось над Источником.       Варрик хотел ругнуться, но так и застыл с открытым ртом. Вместо того, чтобы расшибиться в лепешку, птица нырнула в зеркало, словно оно было речной гладью!       — Задница Андрасте! Да что же это…       Варрик взбежал по ступеням, еще раз оглянулся на сражающихся Быка и Искательницу. Подскочив к зеркалу, он все же на пару мгновений замер: стекло казалось абсолютно целым и твердым.       — Вот дерьмо!       Он крепче прижал к себе Дален, и представляя, что просто вышибает дверь, прыгнул плечом вперед. Миг тишины… и они провалились в темноту, а где-то за спиной со звоном лопнуло стекло.