Варрик Тетрас. Путевые заметки

      Мир полетел вверх тормашками. Варрика тряхнуло, и он со всего размаху врезался лицом во что-то твердое. Мгновенная боль и в носу противно захлюпало. Гном нащупал каменный пол, поднялся на четвереньки и выругался:       — Вот дерьмо! И темно, как в жопе!       Кровь из носа струйкой побежала по подбородку, и гном утер ее рукавом.       — Дален!       Она тихо застонала где-то поблизости.       Пошарив по карманам, Варрик нашел огниво, высек искру. Темноту на миг пронзила слабая вспышка, и он увидел, что долийка лежит на полу в полушаге от него. Чиркнув кремнем еще пару раз, Варрик нашел на стене факел.       Когда тот, потрескивая, занялся, и помещение озарилось теплым светом, Варрик сумел различить просторную пустую комнату без окон и с единственной дверью. Рядом возвышалось необъятных размеров зеркало. В точности такое, как у Источника. Вокруг висела вязкая тишина, от которой звенело в ушах. Или, может, это у Варрика в голове до сих под эхом отдавался звон бьющегося стекла?       Пристроив факел на стену, гном потормошил Дален. Она приоткрыла глаза, но никак не могла прийти в себя, словно не в силах до конца пробудиться от долгого и глубокого сна. Вид у долийки был измученный. Лицо в неровном свете факела казалось каким-то неживым, под глазами пролегли густые тени.       — Все позади. Мы в безопасности, — обнадежил ее гном, подумывая о том, что он на самом деле совершенно не представляет, где они и что им предстоит.       — Ты мне, наверное, не поверишь… — продолжал он. — Но мы сбежали из Храма через это зеркало.       — Элювиан? — Дален с трудом приподнялась на локтях и глянула на тускло отражающую свет громадину. — Морриган показывала мне. Такой есть в Скайхолде.       — В Скайхолде?       Варрик подошел к двери, тихонько приоткрыл ее и выглянул наружу. Перед ним был смутно знакомый коридор. Рядом с дверью клевал носом молодой рекрут в новенькой форме Инквизиции. Видимо, закемарил на посту, охраняя комнату с древним артефактом. Олух.       «Однако!» Варрик ошарашенно покачал головой и вернулся обратно, плотно прикрыв за собой дверь.       — Это кажется совершенно невероятным, но ты права! Мы действительно в Скайхолде, — гном озадаченно потер макушку.       — У тебя кровь… — Дален все-таки заметила его разбитый нос в свете разгоревшегося факела. — Ты в порядке?       — Дай подумать, — Варрик уперся руками в колени и шумно выдохнул. — Сегодня я видел алого дракона. Видел, как древние эльвен, которые вымерли много веков назад, надрали задницу Корифею и сожгли вместе с ним себя. Видел, как этот поганец возродился из пепла, забрав тело Серого Стража и чуть не надрал задницы нам! Еще я гулял по древнему Храму, построенному хрен-знает-сколько-веков-назад, в котором мы нашли Источник вселенской мудрости, где вода встала дыбом, когда ты решила из него выпить, а потом вообще взорвалась! Тем не менее, ты сидишь передо мной живая и невредимая, зачерпнувшая мудрости у древних, а твоя судьба теперь принадлежит неведомой богине! Ну и напоследок, мы вместе прошли через зеркало, в одну секунду преодолев расстояние, которое недавно с трудом покрыли верхом за шесть дней… Пожалуй, после всего этого — я вполне нормально себя чувствую. Да. Я думаю, я в порядке.       Варрик утер кровь рукавом, уселся на пол напротив Дален и поджал под себя ноги.       — Ну, а ты как?       — Сама не знаю. Плохо помню…       Она тоже села, потерла лоб и болезненно поморщилась. Варрику вдруг стало совестно. Вспомнились слова Быка, что гном чересчур печется о собственной персоне. Варрик с тревогой глянул через плечо: зеркало по-прежнему оставалось темным, а его поверхность неподвижной.       — Где остальные? — словно прочитав его мысли, спросила Дален.       — Бык и Искательница прикрыли наш отход. Они остались в Храме.       — Нужно вернуться.       — Вернуться не получится. — Варрик неловко кашлянул. — Я слышал, как разбилось зеркало после того, как мы прошли сквозь него.       Долийка сокрушенно молчала.       — Они оба бывалые воины. Они выберутся, Дален. Я уверен. С ними все будет хорошо, — убеждал Варрик, чувствуя, как под ребрами скребет тревога. Гном и сам не знал, кого он сейчас уговаривает.       — А Морриган? — проронила Дален.       — Морриган наше с тобой отступление возглавила. Это она «открыла» зеркало. Так что мы ей обязаны. — Варрик поежился. — Но после того, как мы не дали ей то, чего она так желала, поворачиваться к ней спиной я бы не рискнул.       — А тебе не откажешь в благоразумии, гном, — словно из ниоткуда донесся глубокий, чувственный голос. За спиной послышался едва уловимый шелест.       Варрик резко обернулся. Ведьма стояла в шаге от него, сжимая в руке новый посох. По гладкой поверхности элювиана бежала легкая рябь, и гном понял, что Морриган лишь секунду назад вышла из зеркала. Поверхность стекла разгладилась, подернулась по краям тонким ледком, словно замерзающая в метель прорубь. Еще через миг морозные узоры заволокли поверхность целиком, и она вновь застыла тусклой зеркальной гладью.       — Спасибо, что вывела нас, — кивнула Дален ведьме.       — Вы целы? — осведомилась Морриган.       — Храм… Мы можем вернуться? — вместо ответа с надеждой взглянула на нее Дален.       — Если бы могли, неужели тащились бы в такую даль пешком с целой армией? — фыркнула ведьма и добавила: — Некоторые двери открываются лишь с одной стороны.       — Должен быть выход, — не сдавалась Дален. — Там остались наши друзья, может, еще не поздно…       Варрик помог леди Инквизитору подняться на ноги.       — Не в правилах Корифея брать пленных, — резковато заметила ведьма. — За все в этом мире приходится платить. И за знания в первую очередь. Друзья дали вам возможность выжить. Выбор сделан.       У Варрика от ее слов разом пересохло в горле.       — Не велика ли цена за глоток воды, — проворчал гном, уже подспудно понимая, что ведьма права. Однако поверить в гибель Быка и Касс сейчас было выше его сил.       — Назначать цену судьбе может лишь тот, кто взял ее в свои руки, мастер Тетрас, — как ни в чем не бывало возразила Морриган.       Она придирчиво осматривала новый резной посох, скорее из вежливости давая Дален пару секунд, чтобы свыкнуться с мыслью о гибели друзей, и продолжила:       — Позволите расспросить вас о том, что последовало за этим «глотком воды»?       — Удивительно, но… я почти ничего не помню… только боль, — растерянно призналась Дален.       — Это неудивительно. Я говорила, что тут нужна особая подготовка, — с досадой заметила ведьма. — Ваше сознание противится обретенному. Знание слишком велико, и досталось вам не просто так. Возможно, вам пришлось пройти испытание, чтобы обрести его. Теперь же, ваш разум отказывается принять столь болезненные воспоминания. Со временем вы бы вспомнили все. Постепенно, по кусочкам…       Морриган на миг замолчала и, Варрику показалось, что на ее бесстрасном лице мелькнуло сочувствие.       — Вот только у нас этого времени нет!       Решительно сдвинув брови, она шагнула к Дален и воздела руку, но Варрик ловко ухватил ведьму за запястье:       — Постой! Что ты собираешься делать?       — Помочь ей вспомнить! — Морриган смотрела на гнома с нескрываемым раздражением, недовольная, что он посмел ее тронуть.       — Варрик… отойди, прошу, — с трудом произнесла леди Инквизитор. — Это действительно нужно. Я должна помнить все, что дал мне Источник.       Гном сердито отдернул руку, но с места не двинулся. Морриган опустила ладонь на лоб Дален, глубоко вздохнула и прошептала несколько слов на непонятном языке. Варрик заметил, как ее длинные тонкие пальцы сдавили череп долийки. Последовала вспышка. Дален вскрикнула от боли, а гнома тряхнуло так, что он еле устоял на ногах.       Он услышал, как застонала Дален, как ведьма шепчет ей: «Дыши!», попытался подняться и снова ухватить ведьму за руку.       — Прочь! — прорычала Морриган.       Варрика отбросило к стене. Он хотел вновь кинуться к стонущей Дален, но воздух в комнате словно загустел от магии. Было тяжело дышать. Тяжело двигаться. Тяжело думать. Изо всех сил пытаясь устоять на ногах, Варрик кое-как отлепился от стены.       Дален почти перестала стонать и начала говорить. Сперва отрывисто и почти бессвязно, потом все четче и яснее:       — …Они отвечали… Сказали как… Дракон! Его не убить, пока жив дракон!       Морриган продолжала сжимать пальцами лоб Дален. Ведьму перекосило от напряжения. Стиснув зубы, она внимала каждому слову долийки. Лицо Дален тоже исказилось, незрячие глаза словно заволокло туманом, и гном догадался, что леди Инквизитор сейчас не здесь.       — Этот дракон… — все более связно, но с явным усилием шептала Дален. — В нем часть души Старшего… Корифей подчиняет любого, у кого в крови течет скверна…       Дален запнулась и замолчала.       — Что было потом? С кем еще ты говорила? — Морриган почти кричала, словно долийка и правда была далеко отсюда. На лбу ведьмы блестела испарина.       — Митал… — выдохнула Дален. — Ко мне явилась сама Великая Защитница. Я видела ее. Говорила с ней…       — И?       Дален замолчала и затрясла головой, словно не желая вспоминать.       — Что она тебе сказала?       — Надейся на помощь волка… — неуверенно пролепетала долийка. — Древние камни помогут вам…       — Что? — удивленно переспросила ведьма. — Вспоминай! Повтори мне ее слова!       Дален выгнулась дугой и торопливо зашептала:       — «Благословенна будь, испившая из Источника… Дарую тебе творение свое, по силе равное проклятому дракону… Коли сумеешь подчинить ее собственной воле, сумеешь остановить и врага своего…»       Она задохнулась, оборвав рассказ на полуслове, и на лице долийки вновь отразилась гримаса боли.       Варрик дернулся было к ней, но замер, уже понимая, что не может вмешиваться. Сейчас ему оставалось лишь в отчаянье сжимать кулаки.       — Что было дальше? — настаивала ведьма.       — Бой… — выдохнула Дален. — Она явила Золотую Драконицу! Я должна была подчинить ее своей воле!       — Дальше! Вспоминай!       Дален попыталась что-то сказать, но вместо слов с ее губ сорвался лишь чудовищный стон.       Скрипя зубами от бессилия, Варрик зажмурился и закрыл уши руками. Он слышал, как она кричит, захлебываясь страхом и болью. Слышал, как Морриган раз за разом выкрикивает: «Дальше!», заставляя леди Инквизитора снова переживать свои воспоминания. Дален продиралась сквозь них, опять сражаясь с драконом в одиночку.       Наконец леди Инквизитор начала шептать, что ослепла, что кожа ее оплавилась, а кости переломаны и ей никогда не одолеть драконицу. Варрик, не выдержав, открыл глаза. Женщины по-прежнему стояли посреди комнаты. Лицо Морриган стало почти белым, она тяжело дышала. По щекам Дален катились слезы.       Взвыв, гном отвернулся и прижался лбом к холодной стене, моля Андрасте, чтобы эта пытка быстрее закончилась. Собственное бессилие изводило. Сейчас он был готов отдать что угодно за возможность хоть как-то помочь Дален. «Почему? Почему надо было пить из этого проклятого Источника?! Почему я не остановил ее? — скрипел зубами Варрик. — Неужели я не вправе хоть как-то оградить ее от всего этого? Уберечь… Защитить…»       Варрик вцепился руками в волосы, понимая, что несет полную ахинею. Кого он пытается защищать? Она сейчас в одиночку сражается с драконом!       Тишина обрушилась внезапно, и гном не сразу понял, что это происходит наяву.       — Ты победила ее? — Морриган уже не кричала, скорее хрипела.       Варрик обернулся.       — Да, — всхлипнула Дален.       — Что было дальше?       — Это все…       Ведьма резко отдернула руку. Гном ринулся к долийке, с трудом успев подхватить ее под руки. Леди Инквизитор рухнула без сознания. Морриган сделала пару неуверенных шагов и, согнувшись пополам, ухватилась за ближайшую стену. Ведьму шатало.       Варрик скинул куртку, осторожно уложил на нее Дален. Потом снял с пояса флягу, открыл и протянул Морриган. Та благодарно кивнула и приникла к горлышку, жадно глотая холодную воду.       — Она скоро очнется. Дадим ей пару минут на обратный путь. — Ведьма закашлялась. — Позаботься о ней.       — Хвала Андрасте, все это закончилось, — Варрик устало провел пятерней по волосам.       Морриган вернула флягу и пару мгновений внимательно смотрела ему в глаза.       — Нет, Варрик. Еще ничего не кончено!       Тяжело опираясь на посох, ведьма покинула комнату и притворила за собой дверь.       Вокруг снова повисла гулкая тишина. Пламя факела потрескивало и дергалось, заставляя темноту в углах комнаты шевелиться. Гному показалось, что там копошатся чьи-то тени. Чернильно-черные, угловатые, невнятные. В голове натянутой струной звенели их тонкие голоса, они то шептали, то выли тоскливо и истошно. Желая прогнать их прочь, Варрик выдернул из скобы факел и поджег им еще два, висевшие на стене рядом с элювианом. Тени шарахнулись прочь, и гному показалось, что в комнате разом потеплело от рыжих бликов пламени, пляшущих на стенах и в зеркале.       Дален пошевелилась, открыла глаза. Варрик поспешно вернулся к ней и присел рядом.       — Как ты… — начал он, но перебил сам себя, с тревогой вглядываясь в лицо долийки.       — Постой, твоя татуировка…       — Валласлин? — голос у Дален был сиплый и какой-то чужой.       Варрик разглядывал ее лоб.       — Да. Узор… Он не такой, как раньше. Тут новые линии.       Орнамент, походивший на переплетенные ветви дерева, будто разросся, проявившись ярче. На скулах пролегли новые отметины. Красные, припухшие, совсем свежие ранки, еще не успевшие покрыться корочкой. Новый «отросток» узора проступил на подбородке.       Дален медленно поднялась с пола, приблизилась к зеркалу, рассматривая свое новое лицо. Варрик подумал, что на ногах она держится куда как лучше, чем в прошлый раз.       — Выходит, Хранительница Дешанна знала все наперед. — Дален коснулась отметин кончиками пальцев. — Мы получаем свой валласлин, когда заканчивается пора нашей юности. «Письмо на крови» — знак совершеннолетия, знак того, что отныне ты взрослый и готов служить одному из богов. Дешанна знала, кем мне предстоит стать и даровала мне валласлин Митал.       — Тогда почему он меняется?       — Он не меняется. Лишь проступает целиком, — Дален отошла от элювиана. — Что было раньше — только ожидание. Истинное служение начинается сейчас.       У Варрика от ее слов мороз продрал по коже. Мгновение гном колебался, потом подошел к долийке, сгреб ее в охапку и притянул к себе.       В горле застрял горький ком. Варрик уже устал удивляться происходящему. Им лишь овладело давящее чувство досады. На миг вспомнилось, как их маленький отряд ехал во Внутренние земли, впервые покинув Убежище. Яркие краски осени, прохладный и прозрачный воздух, их с Дален разговоры у костра… «Все было так обыденно. Так просто», — тоскливо думал гном. Сейчас это казалось бесценным. Чувство, что Дален ускользает от него, не проходило. Казалось, еще чуть-чуть — и между ними разверзнется пропасть, которую ему уже никогда не одолеть. Даже теперь долийка была далеко, слишком далеко, чтобы он мог дотянуться.       — Тот дракон, — словно в подтверждение его слов, заговорила леди Инквизитор. — Это не архидемон, Варрик. Это вместилище души Старшего.       — Хотел бы я сказать, что мне полегчало… — с сомнением протянул гном.       — Корифей может возрождаться в любом теле, в крови которого течет скверна, пока жив его дракон. Одолев дракона, мы одолеем Старшего.       — Святая Андрасте, как ты со всем этим справляешься? — не выдержал Варрик и, отстранившись, заглянул ей в глаза. — Митал, Корифей, Источник… Как… Как тебе не страшно?       — Мне страшно, Варрик.       Она помолчала. Потом отошла к стене и села на пол, обняв руками колени. Хрупкая, усталая, но не отступившая и не сломленная.       — Страшит неизвестность. Это преграда, вызов, который боишься принять. Только шаг вперед приближает познание. — Она подняла на гнома спокойный взгляд. — Ты делаешь первый шаг, и твой страх рассеивается. Делаешь второй шаг, третий, четвертый… и неизвестность становится твоей реальностью, частью твоей жизни… Так говорила наша Хранительница. Она говорила, что не может научить нас не бояться. Потому что на это не способен даже самый мудрый учитель. Каждый должен сам познать свой страх, чтобы победить его. Любое познание — это преодоление. И все что нужно для преодоления — это уверенность в себе.       — Как просто, — усмехнулся гном. — И как эту уверенность обрести?       — Черпать в тех, кто в тебя верит. Верит в то, что ты справишься. — Она накрыла его руку своей ладонью. — И чем больше верят в тебя, тем бОльшее тебе по плечу.       — А если не верит никто?       — Верить самому.       Варрик покачал головой и с горечью добавил:       — Если не верят другие, и самому не больно-то верится.       — Тогда превозмочь. И все равно сделать этот первый шаг. С него все начинается.       Гном обнял ее, и Дален крепко к нему прижалась.       — Это сказала тебе древняя богиня?       — Нет, что ты. — Дален улыбнулась. — Это и так все знают. Это как круги на воде и камушек.       — Камушек? Какой к демонам камушек, Дален?       — «Пока ты камнем лежишь на берегу, от тебя не пойдут круги по воде» — так говорила Дешанна. Бездействие не приносит плодов. Само в нашу жизнь ничто не придет, не прольется с небес благодатным дождем. Мы как камушки на берегу — нас словно нет, понимаешь? Мы ничто. Но чтобы стать кем-то, нужно двигаться, менять мир вокруг себя. Чем больше делаешь, тем сильнее меняется твоя жизнь. Тем сильнее от тебя круги по воде. Они расходятся всё дальше, затрагивают остальных, их жизни, их судьбы, их стремления, их желания… И мир вокруг тебя изменяется. Ты его меняешь! И если другие верят в тебя, то и ты чувствуешь, что поступаешь верно. Понимаешь, что вправе менять не только свою жизнь, но и чужие. Это словно фундамент. Он поддерживает тебя, укрепляет, дарит силы. Ты узнаешь, на что действительно способен.       — Чувствуешь, что вправе менять чужие судьбы…       — Да!       — Кажется, это и есть внутренняя свобода. — Варрик покачал головой. — Никогда не чувствовал подобного. Видимо, это только для «рыцарей».       — Для рыцарей?       — Забудь. — Гном помолчал. — Мне достаточно просто быть с тобой рядом.       Он обнял Дален крепче, взял в руку ее прохладную ладонь, приник к ней губами. Вдруг ее метка вспыхнула ярче.       — Постой… — встрепенулась Дален. — Ты что-нибудь чувствуешь?       Варрик замялся, не готовый делиться с ней всеми ощущениями своего тела, и лишь теперь понял, что она говорит совсем о другом:       — Что-то приближается!       Оба прислушались, и тут их тряхнуло так, что Варрик побоялся, как бы на них не рухнул потолок.       — Что это? — встрепенулась долийка.       — Даже боюсь представить…       Они вскочили и в следующий миг вновь оказались на полу. Замок сотрясался, словно от чьих-то чудовищных ударов. С потолка посыпалась пыль. По стене напротив тонкой змейкой пролегла косая трещина.       Кое-как добравшись до двери, Варрик выскочил в коридор.       Ухватившийся за стену рекрут растерянно глянул на гнома.       — Что там? — рявкнул Варрик.       — Не могу знать, мастер гном! — затараторил юнец. — Может на нас напали?       — Удивительно проницательный парень…       Ворча, Варрик ухватил Дален за руку и ринулся вдоль по коридору. При выходе в тронный зал они чуть не налетели на Рюшечку.       — О! Леди Инквизитор! — задохнулась от радости Жози. — Вы здесь! Хвала Андрасте!       В руках она сжимала целую кипу свитков и бумаг. «Спасает самое ценное? Где же тогда антиванское?» — мелькнуло у Варрика в голове.       Скайхолд вновь содрогнулся от удара. По залу в панике бежали люди. Разодетые дамы и вельможи, разом позабыв правила этикета, толкались и пихали друг друга, стараясь быстрее покинуть сотрясающиеся стены. Под потолком опасно позвякивала и раскачивалась громадная кованая люстра.       — Жози, какого демона тут творится? — гаркнул гном, и все трое бросились к выходу.       — Я не вижу ни армии, ни орудий, — на ходу лепетала запыхавшаяся Жозефина, то и дело спотыкаясь и роняя свитки. — Ни флагов, ни предупреждений, ни официального объявления войны… Это жутко! Просто жутко неучтиво!       — Боюсь, Корифей не вывешивает флагов, — крикнул на бегу Варрик.       Жози вдруг остановилась как вкопанная, выронив массивную кожаную папку.       — Постойте… А вы двое как тут вообще оказались? И где Резерфорд, где армия?       — Ай…       Варрик ухватил Жози свободной рукой и подтолкнул их с Дален к выходу.       Еще через пару секунд они выбежали на парадное крыльцо и замерли, задрав головы.       — Жопа в небесах… Опять! — простонал Варрик и в сердцах хлопнул ладонями по коленям.       — Точнее и не скажешь, — выдохнула Жози. Оставшиеся свитки выпали из ее безвольно повисших рук.       Скайхолд словно накрыли сумерки. Небо от горизонта до горизонта полностью заволокли черные грозовые тучи. Они клубились, истекая ядовитой зеленью, закручиваясь в чудовищную воронку. В ее центре снова зияла гигантская дыра. Разрыв Завесы. Тень смотрела сквозь нее на земли Тедаса, готовая пожрать все вокруг.       Но это было еще не все. Стены и пол больше не сотрясались от ударов. Лишь земля под ногами время от времени еле заметно вздрагивала, словно по ней пробегала короткая судорога.       Скайхолд поднимался в небо. Целиком. Медленно, но верно двигаясь навстречу кошмарной воронке.       — Сотворить подобное мог только Корифей, — прошептала побледневшая Дален.       — Что-то не дает ему разрушить замок, — тяжело сглотнул Варрик. — Ну, раз мы до сих пор живы.       — Корифей?! Постойте, но ведь Старший на Арборской равнине… Сражается с войсками Резерфорда! — всхлипнула Рюшечка. — Оттуда шесть дней пути…       — Думаю, это не проблема, если у тебя есть собственный дракон, — послышался бархатный голос.       Морриган стояла рядом и задумчиво смотрела в зеленеющие небеса.       И тут, словно в подтверждение их догадок, раскатом грома грянул голос Старшего:       — Инквизитор! Пришел час расплаты! Хватит прятаться за зачарованными стенами, выходи ко мне и давай решим все раз и навсегда!       Голос доносился одновременно со всех сторон. Он заставлял поджилки трястись, а сердце испуганно колотиться. Хотелось пригнуться к земле, кинуться прочь, бежать без оглядки.       — Выходи ко мне, Инквизитор! Не то я ввергну этот замок в Тень вместе с горсткой твоих заступников!       Снизу послышались крики и вой. Покинувшая тронный зал знать смешалась с простым людом. Народ в панике метался, быстро заполняя внутренний двор. Одни плакали, другие молились, в отчаянье зажимая уши. Кто-то заметил на крыльце Дален и истошно завопил:       — Здесь леди Инквизитор! Глядите!       Толпа оживилась, забурлила. Многие тыкали пальцами в сторону парадной лестницы, выкрикивая: «Леди Инквизитор! Вестница Андрасте! Она здесь! Мы спасены!»       — Создатель, защити! В Скайхолде почти не осталось солдат! Все ушли с Резерфордом, — зашептала Жозефина, прижимая ладони к побелевшим губам. — У нас нет ни воинов, ни магов…       Варрик и Морриган переглянулись, и гном понял, что ведьма растеряна не меньше его самого.       Дален стояла не шелохнувшись, глядя в грозные небеса. Лишь ее белые волосы и ресницы трепетали от резких порывов ветра. Толпа растерянно умолкла, замерла. Никто больше не кричал, не махал руками, не шептался. Только десятки глаз с надеждой взирали на свою спасительницу.       Дален опустила глаза на притихшую толпу. Ее отсутствующий взгляд медленно скользил по головам, но помыслы блуждали далеко, ища решение. Наконец долийка обернулась к Морриган.       — Позволишь? — леди Инквизитор протянула руку.       Пару секунд Морриган колебалась, потом с легким поклоном протянула долийке свой посох. У Варрика от волнения перехватило дыхание: «Серьезно? Она же не собирается…»       — Вы ведь не будите биться со Старшим в одиночку? — озвучила его страхи Жози. — Это совершенно…       Рюшечка осеклась, стоило леди Инквизитору лишь взглянуть на нее. Ни грозных речей, ни страстных призывов, ни дерзких обещаний. По взгляду Дален было ясно лишь одно: леди Инквизитор все для себя решила. Обсуждений не будет.       — Я не буду готова к этой битве более, чем сейчас, — просто объяснила Дален и, не оборачиваясь, зашагала вниз по парадной лестнице.       Варрик и Морриган переглянувшись, поспешили следом, оставив растерянную Жози на крыльце.       Народ шептался, не спуская глаз со своей любимицы. Дален на миг задержалась на нижней ступени, покрепче сжала посох и двинулась к воротам. Толпа замолкла, покачнулась, покорно расступаясь перед долийкой и ее спутниками. Варрик даже удивился, как тихо может стоять целая куча народа. И вдруг за спиной послышался до боли знакомый одинокий голос:       — Ночь темна, надежды нет… Но сердцу верь: придет рассвет…       Варрик обернулся, торопливо шаря взглядом по толпе. Слух его не подвел. Пела действительно Сэра! Взгромоздившись на пустую бочку и безбожно фальшивя, тощая эльфийка выводила всем известные строки. В руках она сжимала лук.       — Пусть ночь длинна, пусть нет тропы… — донеслось с парадной лестницы.       По ступеням спускалась Жозефина. Ее чудесный голос вторил голосу эльфийки. Пела леди посол не в пример лучше, а спокойная решимость, которой зажглось ее лицо, ввергла Варрика еще в большее изумление.       Жозефина остановилась на нижних ступенях и забрала копье из рук растерянного солдата, стоявшего у лестницы. Сэра в два счета оказалась с ней рядом.       Продолжая петь, женщины вскинули вверх оружие и вместе двинулись за леди Инквизитором. Песню подхватили еще несколько голосов, а потом еще и еще. Народ примкнул к Жозефине и Сэре. В руках у многих появлялось оружие. Кто-то брал вилы, кто-то жерди, иные просто поднимали камни с земли. Гном шагал рядом с Дален и затылком чувствовал, как толпа догоняет их и движется следом.       — Свой верный меч сожми в руке. Отступит враг, рассвет придет! — гремело со всех сторон.       Слева и справа мелькали все новые лица. Мастеровые, торговцы, солдаты… Вооружаясь на ходу, народ стекался из всех закутков Скайхолда, вливался в толпу. Отбрасывая прочь все, что мешает на пути, они, точно бурный поток, рвались вперед, за своей Вестницей.       Варрика вдруг наполнила небывалая отвага, словно ему все по плечу. Руки сами собой сжались в кулаки. Захотелось распахнуть ворота и вместе со всеми ринуться в бой! Он сам не заметил, как песня закончилась, и они оказались у надвратной башни. Выдохнув, гном встал рядом с леди Инквизитором. Толпа окружила их плотным кольцом. Возбужденные голоса, смелые обещания. Народ отважно потрясал оружием и с трудом угомонился, когда Дален заговорила:       — Я ценю вашу храбрость. Ценю вашу преданность. Лишь в них я черпаю силы! — громко произнесла Леди Инквизитор. — Но сегодня… я прошу всех вас остаться за этими стенами! Сейчас это единственно верное решение.       Никто не двинулся с места. Десятки глаз упрямо взирали на леди Инквизитора. На лицах застыла мрачная решимость, руки сжимали немудреное оружие так крепко, что у многих побелели костяшки.       «Они действительно собираются идти вместе с ней в бой», — подумал Варрик, не в силах отвести взор от толпы. И внезапно понял, что сейчас ничем от них не отличается.       — Спасибо! — со всей искренностью выдохнула долийка. — Но это не ваша битва! Каждая смерть только ляжет тяжким грузом на мои плечи.       Толпа молчала, некоторые опустили глаза.       — Мы будем молить святую Андрасте, чтобы она даровала вам победу! — громко произнесла Жозефина и склонила голову.       Они с Сэрой стояли в первом ряду. Люди, гномы, эльфы один за другим склонились перед долийкой.       — Да будут Боги милостивы ко всем нам сегодня! — хрипло ответила Дален и посмотрела вверх, в сторону надвратной башни.       Оттуда по каменной лестнице неспеша спускался Солас. Варрик на всякий случай встал поближе к Дален и тут его дернули за рукав:       — Варрик!       Молоденькая гномка с трудом протиснулась к нему сквозь толпу. Лицо ее было запачкано сажей, и Варрик не сразу узнал чаровницу из мастерской Скайхолда.       — Зря ты его выкинул. — К груди гномка прижимала Бьянку.       Варрик опешил.       — Откуда она у тебя?       — Быки притащили. Сказали — хлам, но вдруг пригодится, — гномка протянула ему оружие. — Я ее починила!       — Серьезно?       Руки сами потянулись за арбалетом. Лишь когда тот как влитой лег в ладони, Варрика на миг охватили сомнения: вспомнилась драка в лесу, когда арбалет так некстати его подвел.       — Спасибо, — кивнул гном и, пересилив себя, закинул арбалет на спину.       — Только на этот раз придумай ему имя получше. Дагна, например.       Она подмигнула гному и юркнула обратно в толпу.       Дален, тем временем, уже говорила с Соласом.       — Корифей хочет, чтобы ты покинула эти стены.       Эльф осмотрел Дален, словно что-то прикидывая и спокойно добавил:       — Я иду с тобой.       — Скайхолд действительно неуязвим для Старшего?       Кажется, Дален хотела быть уверена, что те, кто останутся за стенами, хорошо защищены. Признаться, после нападения на Убежище Варрику тоже было сложно поверить в подобное.       — Древние камни несут в себе не менее древнюю магию, — уклончиво ответил Солас.       Он крепче сжал посох, хрустальный наконечник которого пульсировал тусклым голубоватым светом, и оглядел зеленеющее небо, словно высматривая в нем дракона.       Дален вдруг повернулась к Варрику и тихо прошептала, придвинувшись к самому его уху:       — Останься за стенами. Прошу.       — Ты в своем уме? — опешил гном. — Когда это я сторонился хорошей драки?!       — Это битва магов. Ты ничем нам не поможешь.       — В Убежище ты на мою помощь не жаловалась, — уязвленно напомнил гном.       — Останься за стенами, — повторила Дален. — Я не могу потерять еще и тебя.       В ее глазах читалась мольба, и гному на миг показалось, что в них вот-вот покажутся слезы.       Он снова хотел возразить, но не смог. Долийка стояла совсем близко, и смотрела на него с такой нежностью и тоской, что слова разом застряли в горле.       Варрик взял Дален за руку и прошептал настолько спокойно и уверенно, насколько только смог:       — У тебя все получится. Я буду неподалеку. Прямо у тебя за спиной. Только позови…       Она прикусила губу, благодарно кивнула и на миг прижала его руку к щеке.       — Нам пора, леталлин, прикажи отворить ворота, — послышался слегка раздраженный голос Соласа.       Дален отпустила Варрика и нашла взглядом Жози:       — Уходите.       Кивнув, леди посол стала призывать народ укрыться в глубинах замка, но Жозефину никто и не думал слушать. Народ поднимался на стены, с оружием в руках.       Трое магов уже зашли под сень надвратной башни. Гном все-таки поспешил за ними.       Пристроившись неподалеку, Варрик из-за угла слушал, как негромко переговариваются Дален, Морриган и Солас.       — Мы должны убить алого дракона. Лишь так мы сможем одержать победу над Корифеем, — Дален казалась до предела собранной. — Я попробую призвать драконицу Митал.       Морриган кивнула:       — Делайте это не ранее, чем у нас получится выманить Алого. Корифей силен — мы не можем рисковать. Второго шанса у нас не будет.       — Как ее призвать? — немного нервно спросила Дален. — Что я должна делать?       — Представьте ее как можно ярче. Думайте о ней, зовите, и она придет.       Дален не очень уверенно кивнула, и Морриган продолжила:       — Я постараюсь отвлечь Корифея, когда она появится. Драконица Митал может не устоять против двух противников одновременно.       — Главное — лишить Корифея Сферы, — напомнил Солас. — Вся его сила в ней. И мы должны завладеть ею во что бы то ни стало!       Женщины согласно кивнули.       — И еще. Пока вы держитесь ближе к стенам, я смогу вас защитить, — Солас сделал едва уловимое движение рукой, кристалл в его посохе мигнул и засиял ярче.       Краткий военный совет был окончен, и по сигналу решетка поползла вверх.       Слушая скрежет подъемного механизма, Варрик тяжело сглотнул. Казалось, сейчас он волнуется намного сильнее, чем если бы шел на мост вместе с ними. Но обещание, данное долийке, заставляло лишь крепче сжимать пальцами шершавый угол стены.       Решетка поднялась и исчезла в темном чреве башни. Створки медленно разошлись, открывая взору стрелу каменного моста. Он простирался над пустотой на добрую сотню ярдов, а затем обламывался, словно какое-то гигантское чудовище откусило от него половину.       Корифей стоял на середине моста, сложив на груди руки. Глядя на него, Варрик невольно подумал, что именно так и должно выглядеть истинное зло. Грозная фигура в два человеческих роста, жуткие обломки красного лириума, проросшие сквозь кожу и доспехи, тьма и тени, клубящиеся под полами плаща… На фоне того, что творилось в небесах, Корифей казался лишь частью чудовищной мозаики.       — Ты все же пришла… Инквизитор!       Старший склонился в шутовском поклоне и продолжил:       — Ты встала на пути моего господства. Моего предназначения. Моего величия. Ты! — Корифей выбросил вперед указательный палец. — Ничтожная пылинка, дерзнувшая лезть в мои дела, отдаляя час моего триумфа… Но теперь ты здесь! Я могу огласить твой приговор и показать остальным, что будет с теми, кто посмеет противиться моей воле.       Лицо Старшего скривилось, и Варрик понял, что тварь улыбается.       — Иди же ко мне и прими неизбежное! Хватит прикрываться жизнями других, Инквизитор. Покажи мне, чего стоишь ты сама.       — Вперед, Да`лен Гилан`атишан. Тебе это под силу, — прошептал Солас, и долийка сделала шаг за ворота.       Эльф пошире расставил ноги и упер посох в каменные плиты. Варрик заметил едва уловимое голубое свечение, сферой окутавшее фигуру долийки. Дален шла по мосту, и свечение неотступно следовало за ней, словно туман вытекая из посоха Соласа.       Леди Инквизитор сделала с десяток шагов и остановилась. Морриган и Солас так и остались в тени надвратной башни.       — Тобой движут лишь жажда власти и слепая ярость! — выкрикнула Дален. — Ты не сможешь взрастить жизнь на почве, которую столь обильно поливаешь кровью, Корифей.       — Как ты наивна, Инквизитор, — с издевкой прогремел Старший. — Мне вообще нет дела до того, кто выживет на этой земле! Я взойду на Золотой трон и уничтожу Завесу! И тогда весь Тедас умоется кровью, а я буду лишь взирать на это с небес!       — Ты лишился демонов и Серых Стражей, а скоро потеряешь армию, что сражается сейчас на Арборской пустоши. Ты уже остался один! — произнесла леди Инквизитор, глядя прямо на Корифея. — Где твой дракон? Или он больше не служит тебе?       Корифей осклабился.       — Это ты осталась одна! Твои друзья и родня заплатили жизнями за твою глупость. Ты последняя Лавеллан, и сейчас ты умрешь!       — Она не одна! — донеслось со стен.       Толпа протестующе зарычала, ощетинившись оружием. Корифей обвел их взглядом и провозгласил:       — Узрите же могущество того, кто скоро станет вашим Богом! Узрите и склонитесь! Ибо ваше поклонение — единственная причина оставить вас в живых! — он повел плечами и выпрямился. — Я хочу, чтобы все увидели, как та, что дерзнула встать на моем пути, будет в муках молить о пощаде! Увидели и рассказали другим!       Он воздел руку к небесам, и мост накрыла громадная тень. Снежинки вихрями взвились в воздух. Пахнуло гарью и смрадом, а в следующий миг алый змей явился откуда-то сверху и, раскрыв пасть, выпустил в сторону Дален тугую струю огня.       Слышно было, как охнул народ на стенах. Варрика обдало нестерпимым жаром, дыханье перехватило. Однако это был лишь горячий воздух, обжигающим смерчем пронесшийся мимо. Сам огонь, словно наткнувшись на невидимую преграду, стек к ногам Дален, не причинив ей вреда. Варрик глянул на Соласа — тот по-прежнему стоял, уперев посох в пол и едва заметно шевелил губами.       Дракон взмыл вверх, заложил круг над мостом, затем вновь кинулся к воротам. На этот раз пламя из раззявленной пасти ударило по толпе на стенах. Сверху донеслись вопли, и Варрик заметил, как ярче полыхнул кристалл на посохе Соласа. Эльф зажмурился от напряжения, упрямо опустил голову и шире расставил ноги. Словно неведомая сила пыталась сдвинуть его с места, а он вовсю сопротивлялся. На гладком лбу его выступила испарина.       «Это Солас защищает замок! — осенило гнома. — Усиливает древнюю магию? Или развалины тут вообще ни при чем?»       Корифей воздел над головой костлявые руки, рождая меж ладоней пульсирующий огненный шар. Его дракон взметнулся вверх, и снова устремился к стенам.       Они ударили одновременно, и Варрик заслонился рукавом, боясь лишиться зрения. Солас скрипнул зубами и покачнулся. Морриган вся подобралась, словно готовясь к прыжку.       Леди Инквизитор стояла, закрыв глаза. Губы ее шевелились. Корифей снова ударил по ней огнем, но ее фигура даже не дрогнула. Солас, скалясь будто дикий зверь, застонал от напряжения. Волчья шкура съехала с его плеч, рубаха на груди промокла от пота.       — Как тяжело с упрямцами, — зарычал Корифей и двинулся в сторону ворот. Их все еще разделяли десятка три шагов.       Дракон описал очередной круг и с бешеной скоростью рухнул с небес на Дален. Морриган прыгнула вперед. Варрик рванул со спины арбалет. В следующий миг в змея на полном ходу врезалась золотистая драконица!       Чудовища сцепились клубком над мостом, молотя перепончатыми крыльями, обдавая друг друга огнем, рассекая воздух когтистыми лапами.       На лице Старшего отразилось изумление. Уже через миг его сменила ярость. Он хотел ударить по нежданному противнику, но не успел. Легко оттолкнувшись от пола, Морриган сделала сальто в воздухе, и вместо женщины между долийкой и Корифеем приземлился громадный паук. Варрик от неожиданности выругался. Гигантская самка паука, размером с груженую телегу, споро перебирая длинными лапами, метнулась к Старшему. Дален вскинула посох и тоже ударила по Корифею белесой вспышкой.       Алый дракон сумел-таки вырваться из смертоносных объятий золотой драконицы и взмыл в небо. Дитя Митал бросилась за ним вдогонку. Они обогнули замок и теперь приближались к мосту. Драконица вильнула вправо, кинулась наперерез. Ее пасть клацнула и сомкнулась на шее красного дракона. Толпа на стене охнула, все услышали громкий хруст ломающихся позвонков. Когти Алого полоснули драконицу по крылу, разодрав его, словно тонкий пергамент. В следующий миг сцепившиеся драконы камнем ухнули куда-то вниз.       Варрик глянул на мост. Корифей бил огнем по паучихе, отступая назад и, кажется, забыв о драконе. Морриган наседала, бесчисленными ударами загоняя врага в глухую оборону, но она не могла причинить Старшему существенного вреда. Долийка, рассыпая искры и молнии, подбиралась к ним все ближе.       Наконец Корифей сумел отбросить ведьму на пару ярдов.       Сунув костлявую кисть себе между ребер, он выхватил оттуда Сферу. Артефакт искрился алым. Старший поднял Сферу над головой, и в небо ударила ярко-красная молния. Воронка из туч озарилась багряными отсветами. Земля под ногами дрогнула, Брешь начала расти угрожающе быстрее. Скайхолд снова поднимался навстречу воронке!       Народ на стенах заголосил, а Солас отбросил посох и ринулся на мост. Глянув через парапет, эльф раскинул руки. От его ладоней сквозь каменные плиты жгутами хлынули вниз зеленые всполохи. Маг натянул их, намотал на запястья, потом изо всех сил потянул на себя.       Скайхолд вздрогнул, качнулся. Гном вцепился в угол стены, чтобы устоять на ногах. Их еще раз тряхнуло, и замок застыл в воздухе. Воронка больше не росла. От рук эльфа к далекой земле тянулись могучие полупрозрачные цепи, с их помощью маг и удерживал Скайхолд от сближения с Брешью.       Старший удивленно взвыл, и в его руке вспыхнул алый хлыст. В другой руке Корифей по-прежнему сжимал Сферу. Морриган снова кинулась к нему. Просвистев в воздухе, жуткий бич закрутился огненным вихрем и наотмашь хлестнул паучиху. Удар был такой силы, что ее гигантская туша пролетела по воздуху пару десятков ярдов и рухнула на плиты моста, обрушив на себя часть каменного парапета. За доли секунды тело Морриган приняло человеческий облик и без движения замерло среди камней. По белесому инею расползалось кровавое пятно.       Мост под ногами у Варрика вздрогнул. Солас зарычал от напряжения, удерживая магические цепи. Уже понимая, что осталась одна, Дален с криком ударила по Старшему морозной волной. Огненный хлыст Корифея в ответ лишь краем лизнул ее ноги, но долийка в тот же миг со стоном рухнула на плиты.       Варрик рванулся к мосту, уже проклиная себя за то, что позволил Дален решать за него. Руки сами собой взвели пружину.       Толпа на стенах заголосила. Но их крики перекрыл раскатистый голос Корифея.       — Не надейся на быструю смертью, Инквизитор! — взревел он. — Ты будешь умирать так долго, как это только возможно!       «За Инквизитора! За Вестницу!», — неслось со стен, и народ хлынул вниз по каменным лестницам.       Уже понимая, что Скайхолд вот-вот захлебнется кровью, Варрик вбежал на мост.       Корифей замахнулся снова, и гном заметил, что руку, в которой тварь держит хлыст, сковало морозным узором. Прицелившись, он выстрелил. Огненный бич промахнулся мимо Дален. Закрутился, хлестнул по собственному хозяину. Корифей отдернул руку, удивленно взирая на свои пальцы. Одного из них явно не доставало.       Краем глаза гном заметил, что Дален уже на ногах. Устремившись вперед, Варрик разрядил арбалет в Старшего, почти не целясь. И также, как когда-то в Убежище, тварь глянула на гнома, словно на досадную помеху.       — Опять ты! — зарычал Корифей, и в его руке вновь мелькнула огненная плеть.       Варрик зажмурился, готовясь принять удар, но Старший вдруг хрипло охнул, забыв про гнома. Дален стояла перед Корифеем, выставив ладонь вперед. Метка на ней ослепительно сияла. Дален рванула Якорь на себя, и в следующий миг Сфера оказалась у нее в руке!       Происходящее смешалось для Варрика в единый миг.       Корифей взревел. Дален вскинула руку с артефактом к небесам, и вверх снова ударила молния! Сфера теперь сияла зеленью. Небеса дрогнули. Тучи на миг застыли, а потом поползли в обратную сторону. Воронка очень медленно, но сужалась!       Обезумев от гнева, Старший кинулся на долийку. Ухватил ее за горло, вздернул в воздух. Изогнувшись в его руках, Дален отбросила Сферу как можно дальше. Та, упав на плиты моста, покатилась к Соласу. Эльф застонал, рванулся к артефакту, натягивая магические цепи. Скайхолд пошатнулся. Мост накренился, и Сфера, изменив направление, покатилась к Варрику.       Швырнув долийку об камни, будто сломанную куклу, Корифей с ревом кинулся за артефактом.       — Сфера! — заорал Солас, пытаясь сбросить собственные цепи.       Варрик подхватил сияющий каменный шар, покрытый рунами, и в следующий миг понял, что в его голове нет ни единой мысли как с ним поступить. Размахнувшись, гном что было сил грохнул Сферу о камни, прямо под ноги Корифея.              Варрика отшвырнуло прочь. Вспышка была столь яркой, что глаза опалило даже сквозь зажмуренные веки. Уши ломило. Голова раскололась на части. Гном ослеп и оглох одновременно.       Несколько секунд он даже не чувствовал рук и ног, искренне полагая, что теперь-то уж точно умер. Затем сквозь густое марево небытия стали проникать первые звуки. Они складывались в возгласы, крики…       — Сфера… Лишь черепки… — различил гном голос Соласа. Глухой, опустошенный, полный отчаянья. — Как? Как такое возможно? Глупый, durgen’len… Как он сумел сотворить с ней подобное?              Варрик пытался разлепить глаза, но сознание ускользало. Через миг гном сорвался в темное забытье.