Дракон

В катакомбах.

      Инк и Эррор уже около часа бродили, освещая свой путь факелами, по грязным, сырым и тёмным коридорам подземного этажа замка, что когда-то построили для того, чтобы королевская семья смогла укрыться от иноземных захватчиков. Да, на эту страну уже давно не ходят войной, но этот дворец стоит уже более четырёхсот лет, он успел застать времена войн и беззакония: времена, когда эта династия только ступила на престол. Сейчас же эта держава считается одной из самых сильных, королевская армия начисляет более шестидесяти тысяч людей и монстров, да и государство имеет сильные торговые и дипломатические отношения. Казалось бы, чего бояться королевской семье. Кто бы мог знать о том, что удар в спину придёт изнутри.       Как уже говорилось, катакомбы были построены с целью обезопасить правителя и его семью от захватчиков. Но со временем они были заброшены, за ненадобностью. Нет, конечно, карта запутанных коридоров до сих пор хранилась у правителя королевства и передавалась из поколения в поколение, так на всякий случай, но их уже давно никто не посещал. Согласитесь, нет желания идти в место с кучей запутанных путей, где, по байкам крестьян, обитают души тех, кто не выбрался отсюда. Да и просто не хотелось ходить в это место, а темнота, давящие невысокие потолки и просто кишащие под ногами крысы, что время от времени осмеливались пробежать рядом с твоей ступнёй, не сильно способствовали этому желанию. Но сейчас выбирать не приходилось.       Молодожёны (А: да, свадьба сорвалась, но клятву они дать успели) не спеша шли по узким коридорам, иногда останавливаясь, чтобы сделать заметку на каменной стене. Зачем они ходят по этому жуткому месту? Всё просто, Дрим как-то показывал Инку карту катакомб, и художник точно помнил, что здесь есть второй выход, осталось только его найти и надеяться, что Кросс не знал об этом. Глупые попытки, но другого выбора у них не было, они должны хотя бы попытаться. Неожиданно Инк наступил на хвост пробегающей мимо огромной крысы, что тут же истошно запищала. Скелет с несмываемым пятном краски на челюсти громко вскрикнул и повис на шее Эррора. — Никогда бы не подумал, что ты боишься крыс, — тихо посмеиваясь, произнёс бывший наёмник, прижимая свою любовь к себе. — И… И вовсе я не боюсь… — густо покрывшись радужным румянцем, прошептал Инк, отводя взгляд в сторону.       Естественно, он врал. Он ещё с детства боялся крыс и мышей, пусть не то чтобы панически, но боялся. Но не хотелось показаться в глазах любимого трусом или чего похуже. — Не волнуйся, любовь моя, я смогу защитить тебя от всего… Даже от крыс, — всё ещё не отойдя от смеха, произнёс герцог, целуя супруга в висок.       Инк лишь коротко кивнул, выпуская любимого из объятий. Немного помявшись, он взял Эррора за руку, смутившись ещё сильнее. Бывший наёмник на это ничего не сказал, лишь тихо фыркнул и пошёл дальше, сжимая руку возлюбленного в своей.       Сколько они там скитались? Наверное, часа три, а то и больше. Но вот наконец-то впереди появилась старая, немного провисшая дверь на ржавых скрипучих петлях. Герцог ускорил шаг, потянув супруга за собой. Было странно, щели в двери совершенно не пропускали солнечный свет — это немного настораживало, но не так сильно, чтобы останавливаться. Подойдя к их шансу на свободу, Эррор тут же дёрнул дверь на себя. Заперто — кто бы сомневался. — Подержи, — герцог протянул Инку горящий факел, который всё это время нёс на вытянутой руке.       Как только предмет был изъят у чернокостного, он обеими руками вцепился в ручку двери и, упёршись одной ногой в косяк, дёрнул на себя со всей силы. Хлипкий замок поддался, и дверь с громким скрежетом распахнулась, заставив Эррора отпрянуть назад. Бывший наёмник поднял взгляд на проём двери и понял, что зря они искали это место, ведь проход заблокирован тяжёлыми валунами. — Неужели… Он знал… — шокировано спросил Инк.       Эррор скатился по стене, осев на холодный и грязный пол, истерически посмеиваясь и прикрывая лица руками. Они в ловушке. В ловушке, что когда-то являлась спасением. Отсюда нет другого выхода, остаётся только ждать, пока сэр Кросс решит их судьбу, что может оказаться крайне плачевной.