Перспективы так себе

В понедельник Гэвин дал себе обещание позаботиться о досуге Коннора и найти ему подходящее занятие. Он даже планировал обратиться к психологу по делам андроидов. Однако все пошло по любимому органу Рида, ведь оказалось, что все наркоманье Детройта решило пошатать его психику именно в этот сраный день. Гэвина давно так не колотило от всей этой грязи гниющего города. Он не хотел домой, не хотел просто лечь спать. Он хотел набить брюхо жирной едой, влить в себя как можно больше пива и вытрахать до поломки тридцатидолларовую кибершлюху. Не важно, в каком порядке. Детектив освободился в одиннадцать вечера. Но вернулся домой он далеко заполночь. Рид отворил двери в дом со второй попытки. Оказалось, что было не заперто. Мужчина, весело напевая пошлый хит прошлых лет, неуклюже разулся и бросил на туфли куртку. Сойдет. — Кон! Кон, ты спишь?! Кон! – Гэвин кричал так, словно андроид находился в соседнем доме, а не комнате. Он гулял полночи, но его веселье было бы не полным без реакции идеального во всем робота на это распиздяйство. Коннор без спешки вышел из прихожей и не успел ничего сказать, как Рид взвалился на него с объятьями. — Кон, дружище, ты не поверишь! Я отымел такую охуенную блядь! Почему ты мне раньше не сказал, что андроиды так классно сосут? М-м-м… Ты тоже так умеешь? Рид рассмеялся в лицо роботу своим фирменным противным смехом и похлопал его по плечу. Коннор придержал пошатнувшегося мужчину и с абсолютным спокойствием спросил: — Детектив, почему вы не сообщили мне о своем местонахождении? Я бы забрал вас прямо из ночного клуба. Гэвин пожал плечами и по-дурашливому затем почесал ему за ухом, лохматя уложенные волосы. — Хороший песик, хор-р-р-оший! Это тебя Хэнк так научил ждать пьяного хозяина на пороге? Роботу явно не понравилась эта фраза, но он не стал грубить. — Лейтенант здесь не при чем. Вы вели машину в состоянии алкогольного опьянения. Это нарушение. — Так сдай меня копам! – Он всегда так говорил, если кто-то видел его за рулем после десятой бутылки. Рид засмеялся еще громче и оттолкнулся от Коннора. Тяжелым ходом он пошел в гостиную. Там стояло новенькое кресло, прибывшее в обед. Оно было еще не распакованным, в полиэтиленовой пленке, но Гэвин все равно упал в него и вытянул ноги вперед. — Кон, а Кон, что ты делал весь день? Я хотел придумать тебе развлечение, но в результате развлекся сам, – Рид выдал довольный смешок и похлопал себя по паху, словно похвалил вялый член за труды. Андроид подошел к нему и стал напротив, возвышаясь, как скала над жуком. — Я сходил в магазин, как и планировал. И нарезал вам овощей на суп, который мы с вами уже готовили. Гэвин попытался достать из кармана сигареты и закурить, но руки тряслись, и все упало на пол. Поднимать их никто не стал. — Овощи на суп? О! Так ты прям моя женушка! Может еще спать со мной будешь, а? Я хорошо на тебе сэкономлю, – Рид погладил лодыжку робота своей ступней и наигранно закусил нижнюю губу. Андроид грубо оттолкнул его ногу. — Нет, детектив. Этого не будет, – он наклонился к мужчине и поднял его с кресла, – я отведу вас в вашу комнату. Коннор силой потащил Рида вперед, однако тот специально зацепился ногой о ковер и остановился. — Слушай, Кон, а почему ты такой спокойный? А? Разве ты не должен орать на меня или учить жизни? Почему ты просто… ведешь меня спать? Мог бы… ну… по заднице шлепнуть. Ах да, ты же у нас боишься возбудиться! Забыл-забыл… Гэвин повис на плече андроида и максимально приблизился к его лицу. Тот не отдалился и не выдал ни одной эмоции. — Потому, что вас не переделать. Я могу только смириться с вашим характером, поведением и образом жизни. Рид был слишком пьян, чтобы придать этой фразе глубокого значения. Он лишь удивленно приоткрыл рот. Но уже через секунду подтянулся к уху Коннора и издевательским тоном спросил: — Какой ты терпеливый… Ты уверен, что можешь вытерпеть всего меня? М? А если я приведу толпу шлюх и буду иметь их по кругу на твоих глазах? М? – Гэвин провел указательным пальцем по подбородку андроида. Рид подумал про себя, что никогда раньше не замечал, как Коннор красив. Или замечал, но не хотел на этом зацикливаться? Ведь у него такое смазливое личико, так и хочется по нему ударить или… засосать. — Вы этого не сделаете. Это не поднимет вам самооценку, – Коннор дал вполне сухой ответ, хотя внутри понимал, что ему было бы это крайне неприятно. Возможно, он бы сорвался и начал их избивать, включая Гэвина. Он не любил насилие, но применял его в моменты страха и отчаянья. Сейчас же он был просто раздражен и не видел причин для того, чтобы отвесить Риду даже маленькую пощёчину. – Ты такой крутой, все знаешь… А знаешь ли ты, что в студенческие годы я ебал курсантов-первогодок в их узкие задницы так, что одного даже порвал? И знаешь, нет, ты знаешь, что? Он работает в нашем участке! Ахахахах! – Обычно Рид скрывал эту часть своей биографии. Но алкоголь иногда выбивал из него правду. Да, в молодости Гэвин предпочитал мужчин и любил обходиться с ними грубо. Но потом перерос это все… Как он думал. Пока в участке не появился Коннор. Бесящее существо с идеальным телом. Гэвин не хотел признавать себе, что его тянет к нему. До сегодня. Он не понимал, что с ним случилось за эти дни и где оборвалась последняя ниточка самообмана, но он осознал, почему так злился на Коннора. Ненависть – это не то слово, которое применимо к его чувствам. Скорее жажда и желание. — И я бы сейчас не отказался от молодого тела… как твое, Коннор, – мужчина приблизился к лицу андроида вплотную и практически прошептал, – я хочу тебя… Гэвин закрыл глаза и схватил Коннора за затылок. Он прижал к себе андроида, насколько у него хватило сил, и вжался своими губами в его губы. Тот не успел ничего понять, как уже ощущал скользкий язык пьяного Гэвина в своем рту. Он впервые ощутил вкус… Странный и неприятный вкус крепкого алкоголя. Мужчина скользнул другой рукой по торсу андроида. Он нащупал его сосок и крепко сжал. В голову Коннора ударил короткий странный импульс. Ему было хорошо и больно одновременно. Он дернулся от мелкой судороги. К счастью, у Рида не хватило дыхания сделать поцелуй продолжительным, и он резко оторвался от робота, задыхаясь. Тот стоял в ступоре и смотрел на него с непониманием. С его приоткрытого рта вытекла капля слюны Гэвина. Мужчина довольно вытер ее большим пальцем и сунул его в рот андроиду, словно ставя на законченном письме восковую печать. — Спокойной ночи,– Гэвин медленно отодвинулся от Коннора и поплелся в комнату. Он был доволен своим поступком... Андроид остался стоять на месте. Он все еще ощущал на себе горячие прикосновения Рида. От его губ в мозг шли непривычные короткие сигналы, как маленькие уколы, после которых сразу становится приятно. Он вновь приоткрыл рот и провел по губам указательным пальцем. Нет, от этого прикосновения были совсем другие ощущения. Коннор заглотнул остатки слюны Гэвина. Такая мокрая и чуть скользкая жидкость. У него тоже вырабатывалось что-то такое, но только по команде. В этот раз он не успел ее дать. «1,7 промилле алкоголя в крови» – Коннор непроизвольно провел анализ попавшей внутрь жидкости. Он хотел бы еще. Нет, не потому, что он всерьез собирался заявить на Гэвина в полицию, хотя не будь он девиантом, то так бы и сделал, а потому, что хотел еще раз ощутить в себе его слюну. В размышлениях о произошедшем Коннор ушел заряжаться на диван. Гэвин проснулся от дикой головной боли. Около его кровати, на тумбе, стоял стакан воды и лежала таблетка от похмелья. «Боже, почему это так неприятно? Давай, мой мальчик, нащупай это…» Он выпил таблетку и начал восстанавливать события прошлой ночи. С ужасом вспомнив свой диалог с Коннором, он схватился с кровати, но запутавшись в одеяле, упал на пол. — Кон! Кон, ты дома?! КОН! Рид замер и практически не дышал, прислушиваясь к ответу. Он вдохнул только тогда, когда вдалеке послышались тихие шаги и ему стало легче. Андроид подошел к дверям и отворил их. Перед его взором оказался неуклюжий, с ужасным видом, перепуганный мужчина. — Доброе утро, детектив, – Коннор безэмоционально посмотрел на Гэвина, но подошел и помог ему подняться. Рид машинально захотел прижаться к нему, обнять, однако робот быстро отстранился от него на расстояние вытянутой руки. Они молча смотрели друг на друга, и никто не решался начать диалог первым. А поговорить им стоило. «Да-да, это где-то тут… ищи еще…» — Коннор, не молчи, скажи хоть что-то! – Гэвин сказал это жалобно, хоть и охрипло. Андроид не придумал ничего лучше, чем просто воспроизвести его голосом записанную фразу. — «А если я приведу толпу шлюх и буду иметь их по кругу на твоих глазах? А знаешь ли ты, что в студенческие годы я ебал курсантов-первогодок в их узкие задницы так, что одного даже порвал?». От стыда Гэвин закрыл лицо руками. Это все ему не приснилось. Это все ебаная правда. Он просто шатался по барам и спал с безымянным роботом, пока его дома ждал и, судя по всему, за него переживал андроид, который доверил ему свою жизнь… Он даже слова кривого ему не сказал! Он не начистил его пьяную рожу, когда тот начал его домогаться! Да он, в конце концов, нарезал сраные овощи на суп ему на ужин, хотя всегда повторял, что он не домохозяйка! И принес ему утром таблетки… «Это где-то здесь, я чувствую, мой хороший, что ты близок…» — Кон, я… послушай, я херню нес… — Я знаю. Как и всегда. – он ответил резко, без нотки сочувствия. Гэвин опустил глаза в пол. — Я не собираюсь тебя… я не… я соврал, я не хочу тебя. Это шутка была такая, Коннор! Просто тупая шутка, – Гэвин попытался засмеяться, но волнение взяло над ним верх и вышло очень фальшиво. Андроид не издал ни звука в ответ. — Нет. Вы не соврали. Вы пришли домой из ночного клуба и все равно угрожали мне. Каждое слово отдавалась Гэвину болью в сердце. Меньше всего после потери отчима он хотел себя чувствовать говном, но все равно вел себя, как говно и знал это. И от этого раздирающего душу чувства ему хотелось рвать на себе волосы. Он не хочет быть таким! — Кон, я обещаю, что… – Гэвин готов был сказать, что угодно. Что не будет больше касаться его, смотреть на него, думать о нем, только чтобы не выглядеть в глазах робота таким ублюдком, которым по сути был. Но Коннор не дал ему договорить. — Не обещайте. Вы редко сдерживаете обещания, детектив. Просто, если вас так беспокоит мой анус, закажите себе в Киберлайф секс-андроида с моей внешностью. Вам это по карману. После этих слов он вышел из комнаты, оставив Гэвина одного. «Еще немного…» Мужчина глянул на часы и понял, что опаздывает. Покрывая все подряд, включая свою жизнь, отборным матом, он быстро переоделся в свежие вещи и выскочил на кухню. Там, в мусорке, лежал недоготовленный суп… Неудивительно. Гэвин, в спешке жуя булочку, выглянул в переднюю. Коннор сидел на своем диване. — Я не знал, что делать дальше, и просто выбросил их, испортились,– тихо сказал он, зная, что Рид его слушает. Он не обязан был объясняться, но сделал это, сам не зная почему. Гэвин подошел к нему со спины. Он хотел что-то сказать, но передумал, как только увидел в руках андроида нечто странное. Он держал и гладил большую игрушку в виде белого детеныша тюленя с криво прошитой мордой, словно на его носу был огромный шрам. — Ты… вот это решил купить? – Рид протянул к игрушке руку и хотел ее взять, но Коннор отодвинулся подальше. Гэвин обошел диван и встал перед ним, – Ты взял ее потому, что он на меня похож? — Я не вижу никакого сходства между вами и этим животным, детектив. Но я взял его потому, что он был мягким и стоил пятнадцать долларов после уценки. «Капелька, маленькая капелька, и ты найдешь…» Гэвину вновь стало стыдно. Ведь для андроида так важно было купить что-то приятное. По сути, это была его первая личная вещь, не считая рубашки. А он выделил ему такие копейки, когда сам просрал целую кучу на бухло. Он даже полку купил ему дешманскую, в ту очередь, когда себе взял дорогое кресло. Оно наверняка будет подороже даже дивана. — Коннор… Почему ты не уходишь? Ведь не просто потому, что я попросил, верно? Андроид зарылся пальцами в густой искусственный мех игрушки и поднял на Гэвина глаза. У робота был очень живой, человеческий взгляд в сравнении со стеклянным взглядом уставшего Рида. — Я не ухожу, потому что… верю. Рид непонимающе дернул уголком губ. Он нагнулся к роботу, чтобы быть с ним на одном уровне. — Во что? Коннор немного отодвинулся назад. — В себя, – Он прижал мягкого тюленя к своей груди, словно ребенка, хотя он понятия не имеет, как держать детей на руках, – Рядом с вами, детектив, я верю в себя. Я чувствую, что каждый день во мне что-то меняется, как появляются новые чувства, – Коннор неуверенно отвел взгляд в сторону, думая, стоит ли ему продолжать быть откровенным, и тут же вновь посмотрел Гэвину в глаза,– Я никогда раньше не ощущал так много всего сразу. Мне холодно, жарко, страшно, интересно, больно и приятно, когда я вижу вас, детектив. И я хочу чувствовать еще больше. Я хочу быть тут. С вами. В этом доме. Хотя мне сложно. С лейтенантом было намного легче. А с вами намного… намного… – Коннор запнулся, не договорил. – Простите. В моем словарном запасе нет слова, которым бы я мог описать наши отношения. «В точку. Ты нашел ответ. Ты просто не достоин его. Гэвин, ты недостоин Коннора. Ты ему не ровня. Он чудесен, а ты мудак, какого еще поискать стоит». Гэвин слушал его и понимал, о чем искусственная машина ведет речь. Рид медленно отошел и сел в кресло. Боже мой… Он влюблен… Коннор влюблен. В него. В Гэвина Рида. А Гэвин Рид вчера трахался неизвестно с кем и даже не думал о нем. А затем вдобавок и обесценил его попытки проявить свои чувства. И поиздевался, пригрозив изнасилованием. Это ужасно. Булочка в его руке уже не лезла в горло. Он положил ее на тумбочку и громко откашлялся. — Слушай, эм… Если тебе так нравится чувствовать все подряд, тогда почему ты так… ну в общем… почему ты боишься возбуждаться? – Гэвин задал волнующий его вопрос и тут же подумал, что это явно не те слова, которые стоило бы произнести ему в такой трепетный момент. Благо, Коннор смотрел на всю эту романтику проще, а потому спокойно ответил без промедления. — Сексуальное влечение имеет сложную схему воспроизводства эмоций. Когда я ощущаю, что хочу чужих прикосновений, то вся моя программа начинает давать тяжелые сбои один за другим. Простыми словами, я могу просто отключиться, если возбуждение будет сильным. К тому же, я не хочу быть зависим от секса. Гэвин потер затылок. Это проблема. Коннор напомнил ему самца богомола, который способен потрахаться раз в жизни. Выходит, он может чувствовать сильное желание, но собирается отказаться от этого на всю жизнь? Как вообще можно стать счастливым, если не есть, не спать и не ебаться? — Ну… я вчера тебя… поцеловал… как ты себя чувствуешь? – Гэвин спросил это по двум причинам. Первая – логичная. Он банально распереживался, не сгорело ли там внутри Коннора что-то. А вторая эгоистичная: понравилось ли ему, как целуется Гэйв. — Я в полном порядке. Ноль эмоций. — И? Тебя даже не коротнуло нигде? — Нет. Гэвин почувствовал маленькое разочарование. Хуево, когда не можешь возбудить андроида, который сам по себе одна сплошная эрогенная зона. — Но в голову отдавали приятные импульсы, – неожиданно закончил Коннор и отвернулся от Рида. Кажется, застеснялся. Мужчина выдал довольный смешок. Значит, не все потеряно. Он обратно полез к своей булочке и начал жевать с аппетитом. — Кон, прости еще раз, правда. Я не так часто бухаю, на самом деле… И не так часто хожу по шлюхам. Да и целуюсь тоже редко… И за овощи спасибо. Гэвин подумал, что это точка примирения. Он встал с места и подошел к Коннору сзади, чтобы обнять его сидящего, но робот в последнюю секунду резко встал и Гэвин упал через спинку дивана. — Нет, детектив. Вы врете. Судя по количеству мусора в вашем доме, пьете вы стабильно три раза в неделю. В ночной клуб вы ходите не менее двух раз в месяц, когда дают зарплату и аванс. Это я уже узнал от ваших коллег, когда мы еще работали вместе. А целуетесь… – Коннор задумался. От Гэвина никогда не пахло другими людьми или искусственной слюной андроидов. Но он уже начал фразу и решил закончить ее весьма своеобразно, – а целуетесь вы так себе. — «Так себе»? – Рид никогда не слышал, чтобы робот так изъяснялся. Он словно украл у кого-то это словосочетание. — Да. Ни хорошо и ни плохо, а так себе. Коннор стоял в уверенной позе, держа под мышкой тюленя. Его вид был настолько комичным, что Гэвин, не чувствуя со стороны андроида былой обиды, просто отшутился. — Понимаешь, Кон… Тут такое дело. Ты у меня первый. Гэвин даже сделал серьезное лицо. И Коннор на секунду поверил. Но дикий ржач Рида на всю прихожую развеял его сомнения. Роботу стало неприятно, что повелся на этот прикол, и он просто ушел на кухню. Рид встал с неудобной позы и размял спину. — Кон! Я рано вернусь, обещаю! – он начал обуваться. — Это ваше дело, детектив. Я не должен следить за вашим режимом работы и отдыха, – раздалось в ответ с кухни. — Все равно, – Гэвин заглянул туда и увидел сидящего за столом андроида с все той же игрушкой в руках. «Он выглядит, как дебил… Но лучше ему об этом не говорить». — Я заеду в магазин. Тебе что-то нужно? – Гэвин спросил из вежливости. Он понимал, что андроид вряд ли в чем-то нуждается. Однако Коннор ответил: — Да. Мне нужна майка и белье. Гэвин удивлённо приподнял бровь. Он хотел переспросить, на кой они ему, однако Коннор прочел этот вопрос на его лице и ответил раньше. — Просто мое тело стало намного чувствительнее. Рубашка и джинсы мне… трут. Рид почесал затылок и неуверенно кивнул. — Хорошо, Кон. До вечера. После этого странного диалога, он взял куртку и вышел на улицу. Всю дорогу до работы Гэвин не мог думать ни о чем другом, кроме как о том, где конкретно натирает Коннору. Наверняка у него до покраснения набухли соски. И сейчас они такие твердые… Так и напоминают о себе. Прикусить бы один или лизнуть кончиком языка. М… Ну или просто зажать между двух пальцев. Интересно, а член у него в постоянно приподнятом состоянии? И он ведь без трусов все это время… Просто сунь руку в штаны и пользуйся. А может и пользуется? Может он дрочит себе тихонько по углам, пока Гэвин на работе? Все эти рассуждения привели к тому, что Риду пришлось остывать перед тем, как зайти в участок. Жаль, что сделал он это с помощью холодной погоды, а не иным способом. Но он просто забыл дома салфетки.