Она ужержит

Она выбежала из палаты, в которой провела бесчисленной количество часов, оставив его одного, глаза застилали слезы, она не видела и не слышала никого, да и не хотела и только до боли знакомый голос заставил ее вернуться в реальность. — Саша! Подожди я не договорил! — ступор, сердце сейчас выпрыгнет, она оборачивается и видит как ее майор стоит, он СТОИТ, не раздумывая ни секунды она подбегает к нему, чтобы не дать упасть. — Борис Петрович, это что за шутки? — верещит медсестра. — Боря, я держу, держу тебя! Отпускайте! — Господи, Боря и слезы текут ручьем. — Отпускайте, она удержит, — майор несмотря на свою мужественность и силу чувствует на себе не менее сильные, как ему казалось в том момент, руки его Сашки, его и ничьей больше, — Саша, я не договорил, мне не нужна твоя помощь, мне нужна ты, — на его лице появляется улыбка которой так не хватало Саше, — потому что я тебя люблю и ничего не могу с этим поделать, — мужчина заглядывает в такие родные глаза и черт его знает почему ноги предательски подкашиваются, — хотя нет мне все-таки нужна твоя помощь, — и опирается на стену, стараясь не облокачиваться на Сашу. — Ты обратно то дойдешь, герой? — на лице слезы счастья. — Дойду, дойду, — он понимает, что ему заново придется учиться ходить, но теперь то ему это будет делать гораздо проще, ведь рядом она, его идеал женщины. — Дальше мы сами, — девушка закрывает дверь в палату, им больше никто не нужен, теперь есть только они. Как же они долго к этому шли, кого-то искали, от кого-то бежали, но наконец-то нашли друг друга. Чувствовать на себе запах такого до боли родного человека, ощущать его, прикасаться, понимать, что он только твой, запускать пальцы в его волосы и не отпускать больше никогда на свете. — Поехали домой, — Саша с облегчением смотрит на Бориса. — К тебе? — мужчина поднимает одну бровь и иронией и легкой ноткой недоверия смотрит на Сашку. — К нам, — она прижимается к Боре, утыкается в его грудь и вдыхает такой родной запах, а он просто обнимает девушку и до сих пор не может поверить в то, что сейчас происходит, неожиданно он пошатывается и начинает сползать со стены, — Борь, Господи, давай садись скорее. — Да ничего, просто устал немного, — майор садится в коляску, — ты сама ложись, хватит с тебя на сегодня тяжестей, ты мне еще должна богатыря родить, — улыбается Ненашев и буквально заставляет Кушнир лечь на его кровать. — Борь, но ведь ребенок то не твой, — с грустью в глазах смотрит на него Саша. — Саш, даже не смей мне больше этого говорить, это мой ребенок, это наш ребенок и я сделаю все, чтобы у него был лучший на свете отец, чтобы другого он и пожелать не смог, — по щекам Саши текут слезы, — отставить слезы, моему сыну нужна здоровая и веселая мама ну и хоть иногда бывающая дома, — смеется Борис и подъехав ближе к кровати целует Сашу, рукой вытерев слезы. — Борь, я забыла тебе сказать, — Саша привстала, — я в отпуск ушла. — Не понял, — Ненашев удивленно поднял брови и появилась довольная улыбка, — Александра Кушнир, взяла отпуск? — А что в этом такого? Я беременна, мне надо больше отдыхать, есть сладкое, — начала рассуждать Саша. — Ты сама то в это веришь? — Нет, но попробовать стоит, — Саша взяла руку Ненашева в свою и положила на свой живот, — ради нас, — она видела как на лице мужчины одна эмоция сменялась другой: сначала непонимание, потом страх, удивление и бесконечное счастье. — Кх, кх, — в дверях стоял врач, оперировавший Ненашева, — говорят Вы тут геройствуете? — Да, доктор, — не отводя глаз с Сашки сказал Борис, — мне теперь есть ради кого жить и идти на поправку, сыну ведь нужен здоровый отец, а моей жене муж. — Это правильно, — улыбнулся врач, — Вы только не переусерствуйте. — Я за этим прослежу, доктор, — убедила его Саша. — Ну в таком случае я не вижу больше смысла держать Вам здесь, будете приходить только на плановые процедуры, так что езжайте как вы домой.