Я дождался...

Всю следующую неделю Чимин вёл себя очень странно. Юнги это заметил. Вообще парень собирался за время, что ему осталось, написать новую песню,как подарок для арми перед их с Джином отъездом. Поэтому он почти безвылазно сидит у себя в студии, ища нужные слова для выражения всего, что он сейчас чувствует. Из-за постоянной занятости Юн часто забывал про сон и еду, полностью погружаясь в работу. И вот когда Мин очередной день сидел в своей студии, черкая ручкой по бумаге,к нему зашёл Чимин. *** Нос Юнги сразу уловил мягкий запах еды, распространающийся по всей комнате,а желудок болезненно сжался, напоминая о своём существовании. Ему ужасно захотелось наброситься на то, что Чимин,очевидно, принёс с собой, но виду Юнги не подал и продолжил игнорировать вошедшего парня. -Хён...-Послышался неуверенный голос со стороны двери.- Тебе надо поесть,ты давно не кушал. В следующую секунду Мин услышал мягкие шаги и шуршание ковра. Потом слева от него на стол мягко опустился поднос с горячей и такой манящей едой. -Спасибо,но я не голоден.- Соврал он. Чимин оторвал его от работы и теперь запах еды ужасно сбивал с мысли. Мина это раздражало.- Не видишь что ли, я работаю. -Прости. Просто хотел о тебе позаботиться- Пак виновато опустил глаза в пол. Больше Юнги старался не обращать на него внимание,пытаясь снова уйти в работу. Живот невероятно крутило, еда становилась всё соблазнительней,но Мин тот ещё баран и решает вести борьбу с собственным организмом. Ещё несколько минут понаблюдав за старшим, Чимин вышел, ни сказав больше ни слова. *** Так продолжалось неделю. Каждый день Пак приносил Юнги горячий ужин и несколько минут потоптавшись в нерешительности,уходил. Он всё никак не решится сказать хёну о чувствах и каждый раз,когда он уже почти убеждал себя, что-то внутри мешало ему и Чимин грустный выходил из студии. У самого Мина дело сдвинулось с мёртвой точки. Текст был уже готов, осталась музыка. Теперь парень постоянно был в наушниках и замечал поднос с едой только когда на секунду отвлекался, чтобы размять затёкшую шею. Он был невероятно благодарен заботливому Чимину благодаря которому он ещё не сдох с голоду, но признаваться в этом ему и даже самому себе было выше его сил. Поэтому он так же продолжал игнорировать парня и не замечал, как тот каждый день прожигает взглядом дыру в его затылке. "Твоим изображением зоркий глаз Дает и сердцу любоваться вволю. А сердце глазу в свой урочный час Мечты любовной уступает долю. Так в помыслах моих иль во плоти Ты предо мной в мгновение любое. Не дальше мысли можешь ты уйти. Я неразлучен с ней, она - с тобою. Мой взор тебя рисует и во сне И будит сердце, спящее во мне."