Под его защитой

      — И давно ты собирался мне сказать?       — Если б я тебе сказал, ты начал бы меня отговаривать, и у тебя бы это точно получилось. А так уже поздно что-то менять.       — Магнус, ты не можешь…       — Уже смог. Раф, я не передумаю. У меня больше нет сил терпеть всё это. Из колледжа я тоже ухожу.       — Что?! Ты в своём уме?! И на что тогда будет похожа твоя жизнь? Может, ты ещё и в монахи подашься?       — Может и подамся, кто знает. Зато здесь меня никто не тронет, не будет тыкать пальцем и насмехаться. Я устал от этих издевательств.       — Скажи хоть, где ты, я буду приезжать!       — Нет, Рафаэль… Я хочу остаться один.

***

      Косой дождь громко тарабанил по стёклам и крыше, а также звонко отбивал ритм по «железному монстру» — соседскому трактору, который почему-то вечно стоял едва ли у Магнуса не под дверью. Предъявить какие-либо претензии у парня всё никак не получалось, так как его сосед был не самым дружелюбным и общительным человеком, которого Бейн видел всего пару раз и то издалека. Магнус постоянно слышал, как мужчина стучал чем-то на заднем дворе, и как тот уезжал на своём внедорожнике до самой темноты. Подойти и познакомиться у парня не возникало желания, ведь план «остаться одному» и так уже с крахом провалился. Даже в такой глухомани, где едва ловила сеть, а за продуктами приходилось тащиться за две мили, Магнус не смог остаться в тишине и спокойствии. Однако мужчина ничем ему не докучал и вообще редко попадал в поле зрения — и на том спасибо. Первую неделю Магнус был раздражён, так как чёртов Старквезер заверил его в незаселённости этого участка, но вскоре Бейн смирился и даже был не против, потому что, как выяснилось, абсолютное одиночество Магнусу пережить было не дано.       Азиат сидел у окна и наблюдал, как дождь постепенно заливал двор. Хотя сложно это было назвать двором — просто лужайка, вмещающая в себя дом, амбар, стойло для мелкого скота и небольшой сарайчик. Всё было сплошь, дома даже не были отделены между собой хоть каким-то хлипким забором, словно оба двора (и ещё четыре вокруг) были одним большим целым.       Магнус вздохнул… Какой бы не была обстановка, она всяко была лучше той, городской, где Бейн изо дня в день познавал всю прелесть жестоких издевательств.       Из пучины не самых приятных воспоминаний Магнуса вырвал гудок мотора, какой-то надрывной и непрерывный. Бейн протёр запотевшее окно и увидел, как соседская машина газовала на краю просёлочной дороги, которую, несомненно, размыл дождь.       Какое-то время азиат просто наблюдал за тщетными попытками соседа выбраться из ямы, но затем Магнус накинул дождевик и выбежал на улицу. Скорее потому, что это гудение просто-напросто стало раздражать, и хотелось быстрее от него избавиться — вот и вышел.       — Помощь нужна? — громко спросил парень, так как стук дождя о землю закладывал уши.       Высокий мужчина как раз вышел из машины и резко перевёл взгляд больших глаз на подошедшего, да так, что Магнус даже дрогнул: таким пронзительным он был, даже сквозь пелену дождя. Возможно, если бы не густая щетина, покрывающая половину лица и шеи, то Бейн бы и не признал в нём своего соседа, так как близко друг к другу они так ещё не были.       — Я бы давно вытолкал её сам, но нужен человек за рулём, — проговорили как-то отстранённо и на пониженных нотах, во что Магнус невольно вслушался, приоткрыв рот.       — Тогда, может, я подойду?       Мужчина угрюмо взглянул исподлобья, сильнее натягивая на голову капюшон, убрал прилипшую ко лбу чёлку и утвердительно кивнул азиату, после чего направился к заднему бамперу.       — Ты точно справишься? Машина-то немаленькая. — Бейн скептически окинул внедорожник взглядом.       — Не волнуйся, — усмехнулся сосед, — для меня это раз плюнуть.       Магнус стал давить на газ, и всего через пару мгновений машину протолкнули, словно сделали это буксиром. Бейн выглянул из салона, неверяще смотря назад.       — Говорил же.       — Кто-то явно сидит на стероидах.       Мужчина лишь усмехнулся и, обтерев ладони о штаны, прошёл вперёд.       — Спасибо, — проговорил мужчина так, что совсем не походило на благодарность. — Выходи.       Азиат недовольно скривился на безразличный тон соседа и перевёл взгляд вниз. Магнус напялил то, что первое попалось на глаза: кроссовки, которые и так уже были вымочены до последнего. Мужчина же был в кирзовых сапогах, который вдруг протянул Магнусу руку.       Однако Магнус, едва ли не шарахнувшись от этого жеста, предпочёл лужу перепрыгнуть, что он и сделал, правда, не особо удачно: всё равно выляпался в грязи.       — Я Магнус, — резко остановился и развернулся парень, когда его сосед уже почти сел за руль. — Магнус Бейн, — и протянул руку.       Мужчина с неким подозрением посмотрел на азиата, и если бы не дождь, что размывал многие очертания, то Магнус бы давно весь сжался под этим тяжёлым взглядом.       — Алек. — Сосед как-то осторожно протянул руку в ответ. — Алек Лайтвуд.

***

      С того дня ничего, собственно, не изменилось. Алека бóльшую часть времени постоянно где-то носило, а когда он находился дома, то продолжал вести себя так, словно до сих пор был один-одинёшенек. После того, как Магнус однажды решил помахать ему рукой, приветствуя, Бейн оставил все попытки хоть как-то вести с ним общение, ведь Лайтвуд не наградил соседа даже взглядом.

———

      День обещал быть очень жарким, несмотря на осень, и потому Бейн решил съездить за продуктами поутру, вот только машина всё никак не хотела заводиться, на что пришлось потратить не один час. Однако всё утро пошло коту под хвост, ведь Магнус, как оказалось, был так себе механик.       — Помощь нужна?       Азиат дрогнул от внезапности и обернулся. Его сосед стоял в камуфляжном костюме, с ружьём на плече и двумя зайцами в руке.       — Какое ироничное дежавю, — тихо проговорил Магнус, снова поворачиваясь к капоту.       Говорить громко всё равно бы не вышло, так как в горле отчего-то пересохло. Сейчас не препятствовали ни расстояние, ни сильный дождь, которые бы помешали рассмотреть нового знакомого в полной мере. Рост под два метра, конечно же, трудно было не замечать, но это лицо и руки, и…       — Если тебя, конечно, не затруднит, — сказал Бейн, не смотря в сторону мужчины, и тихо прокашлялся.       Азиат почувствовал себя неуютно, так как был по пояс обнажён, и потому начал топтаться на месте, почёсывая голову, опустив взгляд. Алек подошёл неожиданно близко и заглянул под капот, наклонившись.       «Будь проклято это место и Старквезер вместе с ним!» — выругался про себя Магнус, ведь чёртово стечение обстоятельств умудрилось присунуть его к человеку, который вполне был во вкусе Бейна, а ведь именно из-за таких вот «вкусов» он и решил от всех отдалиться.       Вдруг со стороны дороги, огибающей лес, показался чёрный пикап, который свернул на тропу, ведущую к их с Алеком двору. Заприметив машину, Бейн в испуге округлил глаза, а его грудь едва ли не затряслась от вмиг участившегося дыхания.       — Может, ты сперва приберёшь свою добычу? Да и ружьё? — Лайтвуд поднял на соседа взгляд своих огромных каре-зелёных глаз, и на секунду Магнус замер под их пронзительностью. Алек кивнул.       Пикап был всё ближе и ближе, и Бейн молил Бога, чтобы Алек ушёл скорее, прежде чем он бы его заметил. Чёрная машина на высокой скорости уже двигалась вдоль дворов, из которой доносились задорные мужские голоса вперемешку с музыкой. Сердце Магнуса стучало, как чёртовый дятел по дереву, а паника одолевала своей склизкой волной раз за разом, подбивая под коленками.       Бейн быстро накинул футболку и направился на негнущихся ногах к месту, где как-то забуксовал Алек, ведь именно там и остановился пикап. Двое парней вышли из кабины, и ещё двое спрыгнули с грузовой площадки, о чём-то смеясь, как какие-то припадочные.       — Какого чёрта ты тут забыл? — подлетел Магнус к одному из них — высокому блондину, — со злостью сжав кулаки.       — Магнус Бейн, ты ли это? — развёл тот руками.       — Тебе недостаточно того, что вы выжили меня из города, так ещё и сюда решили наведаться?       — Мы соскучились по тебе, Магнус. — Блондин оказался прямо перед лицом, от чего Бейн весь внутри сжался, шире открыв глаза. — Что-то ты неважно выглядишь. Где твои модные причёски? — Парень коснулся волос, от чего Магнус немедленно уклонился. — Блестящие шмотки? Твой вызывающий макияж, м?       Парень недобро сверкнул своими холодными голубыми глазами и схватил Бейна за подбородок, вынуждая того встать на цыпочки и подойти ближе, и блондин только шире улыбнулся, наблюдая его жалкую попытку выбраться из хватки.       — Какое же нам веселье без тебя, азиаточка? — оскалился светлоголовый, пока остальные на фоне всё ещё хихикали. — Мы же только начали, а ты уже сбежал?       — Пусти!       — Ты слишком часто мне это говоришь, — улыбнулся он. — У нас ведь осталось незаконченное дело. — Магнус с силой сжал челюсти, а в ногах снова мелкой крошкой рассыпалась дрожь.       — Себастьян!       Блондин тотчас же потерял улыбку, уставившись перед собой куда-то в пустоту, и выпустил Бейна из хватки. Магнус отпрянул от него на шаг, оборачиваясь, и увидел Лайтвуда, настроенного явно не на дружеское общение.       — Алекса-а-андр, — довольно вдруг протянул парень, а его дружкам уже было не до смеха. — Ну надо же, какой сюрприз! А мне казалось, ты переехал в Канаду.       — Проваливайте с моего участка, — процедил брюнет, словно что-то сжимая в руке, наполовину заведённой за спину.       — Что-то всегда остаётся неизменным. С тобой никогда нельзя было нормально поговорить. Прости, здоровяк, но я тут не из-за тебя, так что можешь пока подождать в сторонке. — Себастьян снова переключился на Магнуса: грубо притянул его к себе за локоть.       — Отпусти меня!       — Убери от него руки, — басом произнёс Алек, добавляя «рычащие» ноты, чем удивил даже Бейна. — И возвращайтесь в свою змеиную нору. — Блондин отпустил азиата.       — А тебе-то до него какое дело, м?       — Ты на моей территории. И всё, что на ней находится, — принадлежит мне и только мне. — Бейн резко перевёл на Лайтвуда шокированный взгляд, в то время как Алек выглядел абсолютно хладнокровно и непоколебимо, будто так и надо.       — Ах во-от оно что? — Но Алек не повёл и глазом. — Снова взял кого-то под крыло? Брось. Это уже пройденный этап.       — Он со мной, Себастьян. И ты знаешь, что это значит. — Вот только нихрена не понимал Магнус, который озадаченно смотрел то на одного, то на другого.       — А ты прекрасно знаешь, чем всё это кончится. — Парень вновь повернулся к Бейну.       — Я смотрю, ты меня не понял.       Алек вывел руку вперёд, в которой оказалось ружьё, и его дуло тут же было направлено в сторону незваных гостей. Себастьян молниеносно отскочил назад, вскидывая ладони, а трое других о чём-то заверещали, скучившись. Магнус же от происходящего приходил в шок всё больше и больше, однако отошёл ближе к Алеку.       — Лайтвуд, не дури, мы же просто разговариваем. Тебе не хватило одного раза?       — Я не повторяю дважды, Себастьян.       Громкий выстрел заложил уши и вынудил пригнуться всех без исключения. Патрон угодил в стенку грузовой площадки пикапа.       — Ты совсем ополоумел?! — возмутился блондин.       Лайтвуд медленно подошёл к нему почти впритык и тихо проговорил, смотря в глаза:       — Увижу здесь ещё раз — найду цель позаманчивее. — Алек гневно свёл брови вместе. — Вон отсюда!       Себастьян лишь проскрипел зубами, а затем жестом дал понять остальным, чтобы те садились в машину.       — Это не конец, — прошипел парень, после чего сел в кабину и со скрипом развернул машину в обратную сторону.       Лайтвуд проводил пикап злым взглядом, а затем направился к дому. Магнус же, находясь всё это время в ступоре, отмер только сейчас.       — Алек! Эй! — подбежал к нему Бейн, развернув к себе. Лайтвуд недовольно взглянул на его руку, которой Магнус всё ещё держал его под локоть, и Бейн тотчас же одёрнул её, извинившись. — Что это сейчас было?       — Лучше бы сказал «спасибо».       — Э… Спасибо, — немного замялся Магнус, почувствовав неловкость. — Но что это было? В каком это смысле — я принадлежу тебе?!       — Иначе бы он от тебя не отстал. Я предельно ясно дал ему понять, что ты теперь под моей защитой. Со мной тебе будет куда безопаснее.       — Тронут заботой, конечно, но мне это не нужно. Я и сам могу постоять за себя, так что…       Бейн замолчал на полуслове и стушевался, когда Алек вдруг резко начал двигаться к нему, крепко сжимая в руке ружьё и выглядя при этом весьма сурово.       — Ты и понятия не имеешь, кто такой Себастьян Верлак! — чуть резковато проговорил Лайтвуд, возвышаясь над азиатом. — Ты не знаешь его так, как знаю я. Поверь, он из кожи вон вылезет, лишь бы причинить тебе максимум боли, доставить уйму проблем и вообще превратить твою жизнь в сплошной ад! — Магнус сглотнул. — Для него это обычный способ развлечься. И ты, как я понял, его новая игрушка, с которой он не перестанет играться, пока не сломает окончательно.       Бейн опустил глаза, смачивая пересохшее горло слюной. Алек снова продолжил путь к дому.       — Будет ещё лучше, если ты переберёшься ко мне. — Магнус уставился Алеку в спину, распахнув глаза.       — Это уж точно лишнее. Мы же соседи, куда я денусь? — Лайтвуд снова остановился.       — И всё же я настаиваю, — обернулся он в последний раз.

***

      Переезжать к Алеку Магнус, конечно же, не стал. Он вообще не был намерен с ним общаться, если того не требовала ситуация, ведь общение со стеной имело бы и то больше успеха, да и с недавних пор Бейн потерял всякое желание с кем-либо говорить. Вот только кто ж знал, что Лайтвуд отнесётся к своим же словам с такой серьёзностью.

———

      По холоду в доме и серому освещению Магнус понял, что ещё слишком рано, вот только он почему-то пробудился. А когда понял, почему именно, то подскочил на месте как ошпаренный и едва ли не вскрикнул, намертво вцепившись в одеяло.       — Алек, какого хера ты здесь делаешь?!       Возле кровати сидел на приволочённом из кухни стуле Лайтвуд и смотрел на Магнуса в упор, находясь в подобном положении весьма немало, судя по всему.       — Ты кричал, — спокойно ответил тот, из-за чего Магнус почему-то отвёл взгляд, прижав одеяло к груди. — Думал: что-то случилось, но, как оказалось, ты кричал во сне.       — Если я и дальше продолжу видеть твою обросшую маньячную физиономию спросонья, то останусь заикой, не делай так больше!       Алек не ответил, а сердце Магнуса, любящее останавливаться в самый неподходящий момент, замерло, ведь Лайтвуд впервые за столько времени улыбнулся.       — Хорошо, больше не буду.       И, ни капли не изменившись в лице, сосед просто встал и вышел, оставив немного прифигевшего и разводящего руки в стороны Магнуса одного.

———

      Спасительными моментами для Магнуса являлись те, в которые Алек пребывал на работе, в остальное же время Бейн не мог найти себе место. Если вы думаете, что Алек не давал своему соседу прохода, то всё как раз-таки наоборот. Лайтвуд как и прежде занимался своими делами, расхаживающий всегда смурнее тучи, и по-прежнему не завязывал с Бейном разговоров (чего Магнус, собственно, и хотел), словно того и вовсе здесь не было. Но Магнус не мог не думать об Алеке, ведь его слова подкупали сильнее, чем бы то ни было.       «Ты под моей защитой…»       Никто и близко ничего подобного Магнусу не говорил. Даже его отец, единственным проявлением заботы которого было наследство, оставленное сыну после смерти. Один лишь Рафаэль постоянно находился с ним рядом в этом огромном и злом мире, но даже тот «просто находился», поддерживая морально.       Бейн не мог выкинуть слова Алека из головы, не мог спокойно наблюдать за ним из окна и не мог не расценивать его как нечто большее, чем простой сосед. И Магнус просто ужас как боялся… Боялся, что однажды Лайтвуд заметит его влечение, ведь с течением времени подобные вещи становятся практически очевидными. Боялся, что Алек с презрением будет смотреть на него, как смотрели и все остальные, что всецело изменит к нему и без того далеко не тёплое отношение, будет негативить и обращаться как с каким-то мусором, что и делали другие. Боялся, потому и старался держаться подальше. К тому же Магнуса всегда настораживали такие вот спокойные и молчаливые личности, у которых невесть что могло оказаться на уме. Вряд ли это можно было сказать про Алека Лайтвуда, но что-то было в нём эдакое, от чего у Магнуса пробегался по коже мороз и часто спирало дыхание, стоило только большим тёмным глазам взглянуть на него из-под опущенных ресниц — так пронзительно и даже жутковато. А после последнего разговора с Рафаэлем Магнус окончательно убедился, что Лайтвуд был не так прост, как казался.       — …Не вынуждай меня тебя разыскивать, Магнус!       — Со мной всё в порядке, я же уже говорил.       — Ну так дай мне тебя навестить, чтобы я сам в этом убедился!       — Не хочу стеснять своего соседа.       — Соседа?.. Ах ты, сукин сын, это так ты решил побыть один?!       — Да не ори ты. Я и сам до последнего о нём не знал. Просто он не самый приятный тип, не уверен, что мы даже поболтать нормально сможем здесь, а выбираться в город я уж точно не собираюсь.       — У нас нет жутких соседей, Магс, ты преувеличиваешь. Ну, разве что парочка. Поэтому вряд ли из всех людей твоим соседом окажется какой-нибудь Алек Лайтвуд, — со смешком проговорил Сантьяго, а вот Магнус едва ли не выронил телефон, обмерев. — Магнус, ты там?       — Д-да. А кто это? Что не так с этим Лайтвудом? — Но на другом конце трубки вдруг повисло молчание. — Раф?       — Да нет, ничего… Просто я бы точно не позавидовал его соседу. Да и вообще любому, кто бы ему не повстречался. — Магнус хмуро свёл брови к переносице, уйдя в мысли, но затем мотнул головой, отогнав их.       — Ты так говоришь, будто этот парень какая-то городская страшилка, — шутя проговорил Бейн, вот только Рафаэль на полном серьёзе сказал:       — Возможно, — и Магнус поморщился ещё пуще прежнего, чувствуя, как по коже прокатился холодок.       — Что ты?..       — Слушай, мне пора идти, я позвоню тебе завтра.       — Но!.. — гудки…       Прятаться от Алека Магнус не перестал, ведь как бы тот не привлекал его, он ровно столько же его и отталкивал своей неоднозначной мрачной натурой. Даже сейчас Бейн практически убежал от своего соседа под предлогом сорвать пару кукурузных початков, лишь бы «этот шкаф не висел над душой и не леденил в жилах кровь своим извечным молчанием и убийственным взглядом».       — Куда ты идёшь?       — В поле.       — Это далеко.       — Это через дорогу, боже. Ты же не думаешь, что Себастьян притаился там среди кукурузы, поджидая меня?       — Возьми с собой что-нибудь.       — Чт… Александр, зачем мне серп?!       — Чтобы был.       Магнус стукнулся бы сейчас головой о твёрдую поверхность, но таковой, увы, не наблюдалось. Повязав на пояс сумку и прихватив с собой чёртов серп, Магнус направился к кукурузному полю, костеря про себя всё, что только попадалось на глаза.       Бейн был в смятении: зачем Алеку в принципе всё это было нужно? Вся эта неуклюжая (даже в какой-то степени нелепая) забота, эта настойчивость в словах «делай так, как я говорю», но всё это в контрасте с безразличием и даже лёгким раздражением на светлом лице, будто ему кто специально поручил задание «присмотреть», и поэтому просто приходилось его выполнять, невзирая на полное нежелание. Магнус не понимал. А от этих негативных эмоций, вечно читающихся в Лайтвуде, было не по себе и почему-то грустно и даже паршиво.       Бейн избавился от этих мыслей, когда листья кукурузы щекотливо прошлись по открытым участкам кожи. Магнус терпеть не мог кукурузу. Но ничего получше он не придумал. Сегодня у Алека выходной, так что пришлось импровизировать, дабы скрыться от этих чёртовых глаз, вечно смотрящих так, будто… Чёрт знает, с чем бы это сравнить, но Магнусу становилось дурно и неприятно. Забавно, ведь свои сны у Бейна язык не поворачивался назвать неприятными…       Бросив серп ещё где-то в начале дорожки, пролегающей между кукурузными стеблями, Магнус углубился в растения, словно желая спрятаться.       Початки Бейн срывал невероятно медленно и с длинными паузами, ведь старался задержаться здесь по максимуму. Но слишком много кукурузы Магнус унести не мог, да много было и не нужно, поэтому пришлось возвращаться. И только Бейн вжикнул молнией на сумке, как в ногах растеклась дрожь, подстёгнутая внезапным испугом из-за сочного хруста стеблей, раздавшегося позади.       Сердце кубарем скатилось в пятки, а глаза раскрылись до ужаса широко, и Магнус бы закричал что есть силы, если бы не ладонь, больно зажавшая его рот.       — Ну здравствуй, азиаточка, — раздалось томное над ухом, а вторая рука окольцевала так, обездвиживая, что позавидовала бы любая n-метровая змея. Магнус забрыкался изо всех сил, но его плотно прижали к себе. — Нехорошо бросать старых друзей. Мы тебя искали. Прочесали весь город, а ты тут запрятался. Думаешь, что Лайтвуд твой доблестный рыцарь? — На словах об Алеке Магнус замер. — Не слишком обольщайся. Из него никудышный защитник. С прошлым его «подопечным» вышло всё слишком плачевно. Видимо, он так и не усвоил урок. Придётся снова его преподать, ты так не думаешь?       Магнус замычал, снова пытаясь вырваться, но силы так предательски покинули тело, что просто до обидных крокодиловых слёз. Смешки, раздавшиеся по бокам, ещё больше добавили ужаса и без того заполошно бьющемуся сердцу, а неожиданный удар под дых выбил весь кислород, которого и так катастрофически не доставляло…       Алек вбил в крыльцо последний гвоздь, закончив его ремонтировать, и подошёл к бочке с водой, чтобы вымыть руки. И что-то вдруг стало на душе неспокойно. Магнуса не было уже почти час, хотя добраться до поля, собрать пару початков и вернуться — самое что ни на есть плёвое дело. И потому Алек, словно получив разряд током, немедленно ринулся к дороге.       Магнус уже практически не чувствовал боли, так как удар по лицу пришёлся слишком уж тяжёлый и вмиг затянул рассудок матовой пеленой. Бейн чувствовал, как Себастьян всё ещё держал его под руки, а двое других осыпали его тело ударами, постоянно сопровождаемыми идиотским смехом. Издевательским смехом. Таким, от которого становилось больнее и противней больше, нежели от побоев, ведь все эти синяки и ссадины со временем пройдут, а осадок от мерзких слов и ненавистных смешков может остаться весьма и весьма надолго.       Именно поэтому, слыша очередной хохот, Магнус до предела налился злостью и ударил Верлака в бок локтём, что было силы. Зашипев, блондин выпустил Бейна из хватки, и Магнус немедля рванул с места, даже не видя, куда бежит, так как чёртовы кукурузные листья били и по лицу, и по рукам, ещё больше размывая перед глазами и так неясную картинку. Но вот каким-то чудом азиат выскочил на дорожку, по которой сюда пришёл, и уже было побежал дальше, однако запнулся о верхушку камня, торчащего из земли. Но то было полбеды. Упал Бейн не на что-нибудь, а на злополучный серп, так небрежно брошенный им здесь, вследствие чего его лезвие глубоко резануло чуть ниже колена. Магнус вскрикнул, но тотчас же зажал себе рот, чтобы не быть услышанным…       Его больно схватили за волосы, вынудив запрокинуть голову, а из-за плохого уже соображения Магнус даже не разобрал, что ему там гневно прошипел Себастьян, который после этого ударил Бейна по лицу, вовсе выбивая из него сознание.       — Ах ты, пидорок ненаглядный, ручонки вздумал распускать? — всё продолжал плеваться Верлак, хотя прекрасно видел, что окончательно вырубил Магнуса. — Да я тебе!..       — Магнус!       Себастьян тут же устремил взгляд вперёд, выпрямляясь, и заметил черноволосую голову, мелькающую над кукурузой.       — Себа, здесь Лайтвуд, уходим! — вполголоса проговорил один из дружков. Однако блондин только сильнее сжал челюсти, ненавистно глядя вперёд. — Себастьян, мать твою, идём, пока он нас не заметил! ЖИВО!       — Магнус!       Кукурузные стебли «замертво» падали на землю под весом Лайтвуда, пока тот лихорадочно крутился по сторонам, выискивая. А когда он наконец-то набрёл на дорожку, то тут же остолбенел, но затем на высокой скорости подлетел к лежащему на земле вниз лицом Бейну.       — МАГНУС! Магнус, эй! — Лайтвуд упал на колени рядом, переворачивая того на спину.       Лицо из обеспокоенно испуганного просто в мгновение ока переменилось на яростное, такое, с каким обычно идут убивать. Бейн выглядел ужасно… Хоть его лицо и было в скупых синяках и небольших кровоподтёках, но Алек был уверен, что его одежда просто-напросто скрыла собой все побои и гематомы, что проявятся вскоре.       Проскрипев зубами, Лайтвуд аккуратно переместил Бейна себе на руки и поднял далеко не хрупкое тело над землёй, неся его назад домой, как какую-то пушинку.

***

      Алек осторожно уложил постанывающего Магнуса на узком диване. Принеся аптечку, миску с тёплой водой и полотенце, Лайтвуд отчего-то не сразу решился раздевать смуглого азиата. А раздеть нужно было, ведь в области колена штанина была разорвана и изгваздана в крови, а по светлой кофте рассыпались алые пятна. Алек долго вглядывался в его лицо, рассматривая разбитую губу и отёкшую скулу, после чего всё-таки стал помаленьку стягивать вещи.       Оставив Бейна в одной майке и боксерах, Алек положил его пострадавшую ногу себе на бёдра и стал влажным полотенцем оттирать подсохшую кровь. Видимо, из-за того, что Лайтвуд потревожил рану, он растревожил и сознание Бейна, который постепенно начал приходить в себя.       — НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ, НЕТ! — вскрикнул вдруг Бейн, резко приняв вертикальное положение.       — Магнус, это я!       Алек обхватил Магнуса за талию и притянул его ближе к себе, дабы лишить возможности размахивать руками. Одна нога Бейна всё ещё продолжала лежать на Алеке, а вторая покоилась за его спиной, и таким образом Лайтвуд оказался между его ног, сидящий боком и нависший над ним очень и очень близко.       Бейн замер, уставившись на соседа во все глаза, и слегка поморщился, так как его резвые движения расплескали боль по всему телу. Алек отвёл от него взгляд и снова взялся за полотенце.       — Прости, — тихо проговорил Магнус, но Алек ничего ему не ответил, даже не посмотрел на него.       Магнус с замиранием сердца следил за действиями Лайтвуда: за его осторожными прикосновениями к ране и вокруг неё, за тем, как Алек слегка на неё дул, дабы не щипало, за наложением пластыря — за всем. И Магнус не переставал нервно покусывать щёки изнутри, ведь сидел наполовину обнажённый (да ещё и в какой позе), прижатый к боку Алека весьма непристойным образом. Магнус едва ли не буквально обнимал Лайтвуда за пояс ногами, и это осознание напрочь сбивало все мысли азиата в кучу, зато тому хоть бы хны.       Алек вдруг развернулся к Бейну лицом, и от столкновения взглядов оба впали в ступор, но ещё бóльший ступор Магнус получил от руки, потянувшейся к его лицу. Бейн было уже отстранился, но длинные пальцы вдруг поддели лямку майки и спустили вниз, оголяя плечо ещё больше. На плече оказалась ссадина, которую, видимо, Магнус получил при падении, и её Алек тоже стал аккуратно протирать. Вот только Бейн окончательно залился краской.       В таком провокационном положении сидеть было по меньшей мере неудобно. Неудобно перед Алеком. Стыд так и заставлял лицо пылать от подобной ситуации, ведь неловкость, смешанная со страшным смущением, так и давила своей аурой почти физически и заставляла дышать через раз. Сердце так и вовсе уже валялось где-то там, внизу, ведь сильный древесный запах, исходящий от Лайтвуда, так и кружил голову, а чужое тепло окутывало с головы до ног. Именно поэтому Магнус смотрел в сторону, покорно ожидая, когда Алек закончит, хотя давно уже мог поменять положение ног да и вообще продолжить промывать раны самостоятельно. Однако все конечности налились свинцовой тяжестью, а дар речи оказался недоступен.       Вот только Алек прекрасно видел состояние Магнуса: его нервозность из-за подобного положения, его шумное дыхание через нос и вообще всю его реакцию из-за того, что они находились так близко. Лайтвуд невольно скользнул взглядом по острому кадыку, по изящным ключицам и рельефным рукам, но стал ещё только суровее во взгляде. Он подхватил Магнуса под бедро и чуть развернул от себя, упершись второй рукой в диван по другую сторону от соседа. А Магнус в этот момент полностью покрылся мурашками и вовсе забыл своё имя, а затем, невнятно пискнув, по инерции придержался за плечо Алека, так как тот прижал его к себе ещё ближе, вынудив едва ли не врезаться лицом в свою шею.       — Любишь же ты приключения, — буркнул Алек куда-то Магнусу за спину, заставив дрогнуть.       — Прости, — снова извинился Магнус. — Я не хотел доставлять кому-либо проблем.       — Если бы ты слушал меня, то этого бы не случилось. Никогда не недооценивай Себастьяна. Запомни это раз и навсегда.       — Хорошо, — опустил Бейн голову, неосознанно упираясь лбом в чужое плечо. Алек ненадолго прекратил свои действия.       Закончив, Лайтвуд накрыл Магнуса пледом, едва ли не рыком заставив того остаться здесь отдохнуть, пока ломота в теле более-менее не приутихнет.       Алек практически уже вышел в кухню, когда вдруг снова обернулся к Магнусу и сказал:       — Ты гей?       Бейна словно окатили кипятком, вывели на мороз и вновь обдали жаром. В коленках образовалась дрожь, да такая, что он бы и не выстоял, находясь на ногах. Во рту всё стало сухо и, проглотив колючий ком, Магнус боязливо посмотрел в сторону соседа, сложившего руки у груди в ожидании ответа.       — С чего ты взял?       — Целью Себастьяна можно стать только по двум причинам: либо ты не такой, как большинство, либо ты в чём-то перешёл ему дорогу.       Магнус отвернулся, сглотнув, и почувствовал, как скользкая лапа страха мазнула его по спине.       — Я би, — негромко бросил Бейн.       Азиат ожидал чего угодно, но не очередного треклятого молчания от своего соседа, на которого Магнус поднял свои красивые раскосые глаза, полные смятения и испуга.       — Это проблема для тебя? — решился продолжить Бейн.       — Вовсе нет, — спокойно ответил Алек, чем вызвал на лице Магнуса шок и непонимание. — Мне плевать на личную жизнь окружающих, как и им должно быть плевать на мою. — Бейн затаил дыхание. — Мы теперь живём бок о бок, Магнус. На одной территории. Мне всё равно, какой ты веры, какой национальности или какой ориентации. Соседа своего в обиду дать не позволю.       Сказать, что Бейн сейчас охренел как никогда раньше, — ничего не сказать. Поэтому он всё ещё хлопал глазами, приоткрыв рот, и боялся лишний раз шевельнуться, словно это — другая реальность, которая могла развеяться от лёгкого дуновения.       — Теперь я уж точно не спущу с тебя глаз. Я не потерплю здесь этих малолетних садистов и чьего-либо издевательства. Тем более твоего. — И снова сердце Магнуса дрогнуло. — Ты переезжаешь ко мне. По крайней мере, хотя бы частично. И это не просьба или предложение. Это прямой наказ.       И с последними словами Алек вышел. Из-за твёрдости его голоса Магнус и не осмелился что-либо возразить. Но почему-то эта твёрдость не посылала по телу леденящий холод, а совсем наоборот — разгоняла в груди волнующий жар, да такой, что и мысли как-то всему этому воспротивиться не возникло. Странное поведение для Магнуса и крайне непривычное — покорность, которая всегда так и норовила явиться в свет именно перед Лайтвудом. Только перед ним. Реальное и новое чувство защищённости за его могучей спиной, что не могло не вызвать на смуглом лице улыбки. Улыбки на то, что кто-то посторонний хочет защитить его, и не важно, почему именно, ведь на причину было плевать совершенно.

***

      Алек вышел на крыльцо, держа в руке кружку с чаем. Мужчина смотрел куда-то в лес невидящим взглядом, и с каждой секундой его лицо то и дело, что кривилось и хмурилось от накатывающего гнева.       Сжав челюсти до играющих желваков, Лайтвуд шумно втянул свежий воздух через нос и со злостью сжал руку в кулак.       Чай одним брызгом оказался на деревянных досках, а толстые фарфоровые осколки, что ещё мгновение назад были единым целым, с характерным звуком рассыпались возле ног, кое-где запачканные кровью, но даже тогда Алек так ни разу и не моргнул, продолжая скрежетать зубами…