Как там, в колхозе?

      Танько проснулась от того, что Монти назойливо тёрся о ноги, вышедшие за пределы одеяла. Девчонка невольно встала. Внезапно она услышала, как кто-то тарабанит по двери. Это не Пушок — он, обычно, орёт на всю Ивановскую, да и сейчас он дома дрыхнет на диване. Дзёшико стучать незачем — она здесь живёт; да и как голограмма будет стучать в дверь? И это явно не Спрингтрап — тот просто нагло вошёл бы в дом. Значит, кто-то другой.        Этим кем-то оказалась Нина.        — Ты чего, Нин? — спросила кудрявая.       — ты чего, забыла? — удивилась пятиклассница, — мы же сегодня все на Берёзовой собираемся, к Новому году готовиться! Сегодня же тридцать первое уже!        — Чёёёёёрт! — девчонка стала тереть рукой лоб, — ладно, не стой на пороге, я сейчас переоденусь быстро, и пойдём.        Девочки вошли в дом. Нина взяла на руки Пушка.        — Я тебе удивляюсь! Даже Люба уже на месте, а ты спишь!        — Она всегда была такой активной.        Через минуту Таня уже была готова.        В доме, который ребята в шутку называли «Зоопарком», действительно, все собрались. Дом числа с двадцатого был давно украшен, и ребята собрались насчёт праздничного стола.       — Ну, смотрите, — заговорила Чика как главная на своей кухне, — у нас у каждого свои предпочтения в еде, но и есть кое-что, что обожают все. Я думаю, что можно приготовить всего понемножку для каждого.       — К парням это тоже относится, — с сердитой ноткой сказала Полина, которая тоже любила готовить, но в жанре яичницы и дошиков).       — Чик, у меня вопрос, — спросил Фредди, — как ты собираешься уместить всех на этой кухне? Да, она большая, но для нас всё равно тесновато будет.       — Ладно, — курочка, похоже, уже придумала выход, — сейчас разобьёмся на, так сказать, команды, и будете готовить что-то дома у девчонок.        — а ты с Мишей пойдёшь, — посмеялась Соня.        — Разумеется!       — Значит, — сказала Влада, — понятно, кто с кем. По ко’ням, народ!       — Спринг, — сказала Балора, — может, ты тогда поможешь Таньке? Я не думаю, что Дзё что-нибудь может сделать на кухне. Нам с Би Фантайм поможет. А Фаф пусть с Ниной идёт.       — Ладно, — вздохнул Спринг, стыдливо отвернув голову к стене. Видно, что от случая после школьной ёлки он не отошёл.       Дальше ребята разыгрывали блюда, которые будут готовить, методом бумажек в шапке. Фантайм Фредди вытянул оливье, Полине с Бонни достались суши. Нина и Фаф должны были делать бутеры с маслом и икрой, шпротами и прочей фигнёй (шпроты хочу D:). У Фокси и Деда выпали спагетти с нагеттсами (Вспомнил, как RKDED их охуенно готовит: з). Ли и Голдену пришлось мучаться над селёдкой под шубой. Эннард выписал себе и Владосу приговор на фруктовый чаёк. Чика и Михаил пошли стряпать крабовый салат. Соньке с Фёдором дали делать нарезки: овощную, фруктовую и сырно-мясную (как без неё?). Танько поняла, что ей повезло работать с выпечкой.        — Танько печёт — значит всё заебись! — сказала Дед.       Ребята, знающие, как у девчонки здорово получаются пироги, торты и прочие десерты, согласились.        В доме кудрявая приготовила всё, что нужно для новогоднего украшения стола, когда Спрингтрап решился войти.       — Готовил хоть когда-нибудь? — спросила она парня.        — Вообще да, — ответил он, — но печь никогда не приходилось.       — Знаешь, это проще, чем кажется, — сказала она, разбивая яйца, — ладно. Я с тестом разберусь, а ты попробуй крем замутить. Видишь масло с варёной сгущёнкой? Смешай-ка их до однородной массы.        «Мне бы её раскрепощённость сейчас, » — подумал парень, до сих пор боящийся последствий того поцелуя. Но Таня себя вела так, как будто его вовсе не было. Она спокойно разговаривала с ним, как раньше, одновременно делая тесто для торта.       — Что с тобой последнее время? — наконец спросила она. Спринг, понимая, о чём она, побледнел, — неуверенность в голосе, всё время как на иголках… Всё хорошо?        Парень, смущённый, стоял, не зная, что ответить.        — Всё нормально, — наконец ответил он, — просто спать не могу ночами. Переработался, — он не заметил, как в крем кинул миндаль, просто так лежащий на столе в мисочке. Поняв, что натворил, он с испугом глянул на девчонку. Танько глядела на это безумными глазами. Затем её губы расплылись в улыбке.        — Мне нравится ваша импровизация, мистер Афтон! — и, взглянув на него получше, добавила, — ой, у тебя щека вся в креме!        Танько спокойно рукой стёрла сладкую массу с щеки аниматроника и уже с руки слизала, отчего тот покраснел ещё сильнее. Девчонка засмеялась.        «Ведёт себя, как ни в чём ни бывало, — думал он, — как ей это удаётся? Может, это последствия прошлого, и она старается жить одним днём? Или причиной всему любовь? Неужели она так сильно любит, что все подобные казусы для неё сущие пустяки?»        Спринг неловко улыбнулся. Девчонка печально вздохнула.        — Нет, всё-таки что-то у тебя случилось.       — Да с чего ты взяла? — ушастый уже не знал, как скрыть свои мысли в голове.       — Да все признаки налицо, это и ослу будет понятно, — печально произнесла она, намазывая на готовые коржи готовый крем, — шоколадки натри, будь добр.       — Повторяю: со мной всё в порядке, зря волнуешься. Да и зачем тебе волноваться? — тут он словил недоумевающий взгляд подруги и быстро отвёл взгляд.       — Да видно же, что тревожит что-то! Расскажи.       — Нечего рассказывать…       — Спринг…       — ХОРОШ ДОНИМАТЬ! ДОСТАЛА ВСЕХ, ВЫСКОЧКА!!!       Таня замолкла.       — Я всего лишь помочь хотела, — тихо произнесла она.        По щеке покатилась слеза.       — Я сейчас вернусь, — девчонка поспешила выйти с кухни. Ей не хотелось, чтобы он видел её слёзы. Спрингтрап успел схватить её за руку.       — Постой. Прости, я погорячился. Дело, правда, пустяковое. Но то, из-за чего я такой нервный, знаешь, чисто личное. Понимаешь?        Она едва заметно кивнула.        — Так, всё, ушастый, руку отпусти! Она и так у тебя вся в белом шоколаде!       Ребята засмеялись. Спринг последовал примеру Танько и начал слизывать шоколад с руки. Девчонка усмехнулась. Тогда парень нагло взял её испачканную руку и стал уже с неё слизывать следы от шоколада. Теперь покраснела она. Увидев её лицо, парень засмеялся.        Немного забывшись, он провёл рукой по её щеке.        — Спринг?        Парень очнулся.        — Всё… Всё хорошо.       — И всё-таки ты что-то скрываешь, — сказала она.       «Обожди, мелкая! — подумал он про себя, — куда спешишь?!»       — Интересно, как там остальные справляются? — сменила тему Таня, украшая готовый торт посыпкой и заранее приготовленным фигурным печеньем.       — Я за нарезку боюсь, — сказал Спрингтрап, — Фредди, он слегка неуклюжий в этом деле.       — Ты слишком строго относишься к его характеру, — сказала кудрявая, — будь с ним попроще.        — Котов дома оставишь? — спросил парень, гладя Монти.       — На улицу выпущу. Они, как ни удивительно, тоже любят «веселиться» в такие праздники.

***

       — Я. ТАКОГО. ОЛИВЬЕ. ЕЩЁ. НИКОГДА. НЕ ЕЛА! — охреневала Соня, — это самое вкусное!       — А по-моему, всё удалось, — сказала Нина, — потому что все готовили друг для друга. Как настоящая семья!        — Почему «как»? — спросил Голден.       — Я согласен с ним, — сказал Миша, — мы ведь все стали друг другу родными людьми! Мы уже семья? Разве Голди не прав? Короче, у меня тост.        — Валяй! — крикнула Полина.        Камикадзе встал.       — Ребята, хочу признаться, что этот год был лучшим годом в моей жизни. Начиная, естественно, с сентября. Помните первый учебный день? Когда Скотт привёл в нашу школу одиннадцать необычных ребят. Вы первые дни были как на иголках. Но, со временем, привыкли. Удивительно, что за такое время появились уже и пары, я надеюсь, что у них будет всё замечательно. С вами я за многие годы наконец-то обрёл семью, настоящую! И я не хочу бросать или терять вас. Вы — самое дорогое, что есть в моей жизни. Спасибо вам! За всё, что вы сделали для меня в этом году!        Миша включил телек, где Путин завершал своё обращение:        — Дорогие друзья, с праздником. С Новым две тысячи /хуй знает каким/ годом!        — УРРРАААА!       Ребята стали звенеть бокалами. Влюблённые парочки даже успели поцеловаться. Вот и Новый год настал!        Бонни зажёг свечи, которые были подготовленны специально, и, отправляясь выключить свет, споткнулся о какой-то мешок.        — Чёрт! Это ещё что?       — Как называют Соловьёву, закоченевшую на остановке? — крикнула Танько, — Дед Мороз! Я знаю, это тупо, но прикольно!       Оказалось, что все, не живущие в этом доме, давно приготовили подарки для каждого!       — Ну что, — сказала Влада, — раздариваем, пацаны?        — Раздариваем, — сказал Фокси, — но скажу ещё кое-что: вы не заметили, что Дзёшико пропала?        Действительно, Дзё нигде не было.       — Парам-парам-параам, — протарабанил он, — глядите сюда!        Из соседней комнаты вышли Спринг и беловолосая девушка с волчьими ушами, внешностью походившая на Таню.       — Это из последних разработок, — продолжал лис, — модель назвали «Ева».        — Ну как? — спросила Ева, — по-моему, круто!        — ЛЮБАШ! — Танько бросилась обнимать сестру, а затем и «изобретателей». Из глаз потекли слёзы радости, — спасибо!        — Не правда ли, лучший подарок для компьютера? — засмеялась Ева, — а ещё больше, для его сестрёнки.        Далее ребята стали обмениваться прочими подарками. Конечно, чтобы перечислить все подарки, надо девятнадцать или двадцать (я со чёту в песрах сбился: D) в квадрат возвести. Но скажу, что Полина радовалась ножику-бабочке, Миша охренел от маски Звёздного понта лорда, Бейби радостно визжала из-за кастета, а Фокси получил очередные труселя от своего «коллеги».        На улице зазвучали взрывы фейерверков. Вся компания стала выбегать из дома. И только Ева прожигала взглядом Спрингтрапа.       — Чего? — наконец спросил он.       — Ты ничего не забыл? — взглядом она указала в сторону сестры.       — Ева!       — Что?       — Без тебя знаю!       — Ладно, — сказала волчонок, — я к остальным, а тут уже твоё дело.       «Когда она перестанет напоминать что-нибудь каждые пять секунд?» — возмутился про себя парень.       — Спринг!       Парень обернулся. Танько.       — Ты чего не идёшь? — спросила она.       Тот не удостоил её ответом. Парень смущённо протянул девушке книгу.       — Тань… Это тебе… от меня…       Девчонка стала разглядывать книгу. Недоумевающий взгляд сменился удивлённым.       — Это же «Четвёртый шкаф»! — сказала она, — где ты её достал?       — Заметил первые книги у тебя дома, — ответил он, — а потом наткнулся на эту на Озоне. Ну и…       — Спринг, — произнесла она, — спасибо! Ты не представляешь, как это ценно для меня!       Таня вынула чёрную коробочку из кармана и протянула её Спрингтрапу.       — А это от меня тебе.       Парень открыл коробочку. В нём лежал большой золотой крест.       — Я помню, как в городе ты засмотрелся на него… там, у витрины ювелирной лавки…       — Но зачем? — спросил он, — он ведь дорого стоит! Зачем было разоряться на него?       Девчонка виновато опустила голову. Пусть он и знал о её чувствах, но ей не хотелось отвечать на этот вопрос.       — Твой подарок для меня тоже очень дорог, — сказала девчонка, — дороже моего…       Её пробирала дрожь. Она решилась сказать:       — Я люблю тебя, Спрингтрап. Ты ведь знаешь это…       — Знаю, Танюш, знаю…       Спринг обнял Девушку и снова поцеловал.       — Ну и вскружила ты мне голову!       Девчонка бросила на него недоумевающий и в то же время боязливый взгляд.       — Спринг? Может уже отпустишь?       — Никогда, — тихо произёс он.       И снова последовал поцелуй. На этот раз Танько ответила на него. Она не могла не ответить, поняв, к чему он клонит. Посмотрев в его глаза, вместо привычной пустоты она увидела бурю чувств.       И тут раздался голос Деда:       — А кто это у нас такая лолечка? — Елизавета явно намекала на рост «внука».       Компания разразилась смехом.