Как там, в колхозе?

      — Может снимешь?       — Не-а! — Танька ни за что не собиралась снимать с себя белую маску с няшной мордочкой.        Шёл четвёртый день новогодних каникул. По словам Спрингтрапа, за не очень уж и большой срок он смог понять, что любит её. Но девчонка не очень-то верила ему. Насчёт любви она вообще никому не доверяла, даже самым доверенным людям. Последнее время она постоянно надевала эту маску, чтобы избежать поцелуев на случай, если слова о любви — ложь.       Но парню уже надоело терпеть эти выходки. Он протянул руки к её лицу, чтобы снять маску, но девчонка по этим же рукам его и ударила.       — Да что же ты за человек?! — возмутился он, — почему ты просто не можешь поверить?       — Прости, конечно, — заговорила Танько, — но меня много раз обманывали в любви. Я не хочу, чтобы это повторилось. Не хочу, чтобы на моих чувствах играли. Понимаешь меня?       — Хочешь, чтобы я тебе доказал? — спросил Спринг, понимая, к чему она клонит, — мы что, на геометрии с теоремами работаем?       — Я не просила ничего доказывать, — сказала девчонка, и, немного промолчав, продолжила, — а вот скажи мне: когда ты понял, что любишь меня?       Спринг бросил вопросительный взгляд. На Танином лице читалось предвкушение разоблачения лжи. Хочешь, не хочешь, каким бы другом Спрингтрап ей не был, но она помнила, как ловко он соблазнял всю женскую половину учащихся средней и старшей школы.        Парень обречённо вздохнул.       — Когда…        Танько самодовольно хмыкнула.       — Когда узнал, что ты в больнице. В критическом состоянии, — наконец сказал он.       — Пфф… Выкрутился, — пробубнила она, — самым банальным событием…       — Я всё слышу.        Девчонка заглянула в зеркало шкафа в комнате. Естественно, там была видна она: Светлые кудряшки, блестящие зелёные глаза и маска. Под этой мачкой скрывалось многое: её татуировка, её большая часть лица. А ведь лица вообще не могло быть, если бы не Спринг. И вообще, она многим обязана ему. Почему же тогда, когда она любит его всем сердцем, она не может поверить ему? Неужели всё опять из-за прошлого?        В голове Танько всё перемешалось. Спринг стоял сзади неё.        — Просто забудь об этом прошлом, Тань, — сказал он, глядя на неё в зеркало, — не тревожь старые шрамы.        — Пожалуйста, помолчи! — тихо прикрикнула Таня, — только больнее…        Невольно, практически машинально, она прижалась к нему.        — Я никак не могу смириться с этим, — прошептала она, — каждый подобный случай — и всё снова всплывает наружу. Иногда кажется, что я схожу с ума.       — Никак не пойму, — заговорил парень, — куда делась прежняя Танько? Которую я встретил в сентябре? Ту безбашенную, неунывающую…       — Просто ты узнал меня получше.       Танько не заметила, как Спринг медленно снял маску с её лица.       — Так лучше, — сказал он, — я знаю, тебе тяжело поверить в любовь того, кто недавно говорил обратное. Только почему тогда ты доверяешь мне все свои секреты, а поверить в мои чувства к тебе не хочешь?        Спринг поднял её голову, чтобы посмотреть в её глаза. У девчонки не оставалось выбора, так как отпускать её он не был намерен. Кролик провёл пальцами по её векам, тем самым прикрывая глаза. Далее последовал нежный поцелуй. И именно в этот момент в комнату вломилась Ева.       — Я уже полчаса слушаю ваше соплежуйство! — возмутилась волчонок, — от вас я такой ванильной херни уж точно не ожидала! Сестрёнка, а ты долбаёб!       — Ох, жалко я не знаю, чем тебя ещё позлить, — проговорила Танько.       — Так, а вот тут я сейчас не понял, — Спринг покосился на кудрявую.       — Забей, Спренг, — сказала Ева, — мы так всегда срёмся.       — Я сейчас в замешательстве, — призналась Таня, — сначала мне пытаются впарить, что любят меня, а теперь вламывается моя сестра с жалобами о розовых соплях!       — Ты до сих пор не веришь? — спросил парень.       — Ну, как тебе сказать…       — К чёрту! — парень снова привлёк её к себе и держал так, что отцепиться у девчонки не было возможности, — я эгоист, так и знай! И беру всё, что захочу! Ева не упустила возможность тупо пошутить:       — Прости, но её девственность уже где-то там, — она покрутила пальцем, поднимая руку вверх, — ладно, развлекайтесь, а я к Нине зайду. Волчонок вышла из комнаты.       — Как же сложно с тобой, — тихо проговорил кролик, снова пытаясь поцеловать Таню. Но девчонка быстро среагировала и надела на его лицо ту же злополучную маску, которую, к её счастью, он бросил на кровать.       — А ты милый в ней! — засмеялась она, — няшная мордочка, и шрамов не видно!       — Значит, — Спринг разочарованно вздохнул, — тебе не нравятся мои шрамы?       — Почему ты так решил? Из-за комплимента, что ли?       Спринг опустил маску.       — А вот так ты просто чудо! — кудрявая легко поцеловала его в щёчку и провела рукой по той же щеке. Парень взял её руку и поцеловал ладонь.       — Зай? — произнесла Танько.       — А? — он настороженно посмотрел на неё.       — А я тебе верю.       — Что же такое случилось?       — Не знаю. Просто ты так долго стоишь на своём, и я уже начала думать…       — А ты не думай. Ты верь.       Спрингтрап прижал девушку к груди и поцеловал в лоб.       — А я уже никуда не уйду, — шепнул он.       Послышался звук вибрации телефона.        — Прости, — Таня рванулась к столу, — что уже случилось? Что-то? Какое?        Девушка опустила телефон.        — Не школа, а мусоросборник! — воскликнула она.        — Что случилось? — Спросил Спринг.        — Влада звонила. В класс ваш новенький приходит, а она его знает.        — И что в этом плохого?       — Не знаю, но говорит, что будет с ним сложно.        — Если что случится, — засмеялся Спринг, — зови меня, разберёмся.        — Защитник мой, — девчонка повисла на его шее.        Снова поцеловав, парень прижал её к стене. Его руки стали медленно спускаться вниз. Танько попыталась вырваться, но всё тщетно. И тут её снова спас телефон.        — Ась? Да? Хорошо, сейчас приду, — Таня включила мобильник, — В клуб вызывают, похоже, какое-то мероприятие намечается.        — Ладно, — парень, смеясь, закатил глаза.