5
6 ноября 2018 г., 19:50
Лесли медленно шёл по заснеженному парку, спрятав одну руку с повисшим на ней пакетом в карман. В другой ладони он держал телефон и переписывался в чате с девушкой с сайта знакомств — Анеттой. На календаре значилось 24 декабря: неделя до Нового года и до дня рождения. Мужчина редко отмечал какие-либо праздники. И о своём дне рождения вспомнил только со слов Анетты, которая уточняла дату на сайте, желая удостовериться в её подлинности.
Чувствуя, что замерзает, Мерцер поспешил домой. Он не считал судорожно на календаре дни, когда Джек Фрост не приходил к нему, но всё же на подсознательном уровне знал, что прошло ровно пять суток. Знал и ждал, даже если он давно привык к тому, что ему не с кем поговорить, и приходилось коротать часы дома в глухой тишине. Но эти часы с Фростом прошли бы иначе. Мальчишка разбавлял собой серую обыденность, наполненную желанием утолить физиологические потребности или сдать работу в срок. Кроме того, он бесспорно был притягателен, но с точки зрения мира вокруг — нереален. Хранитель мог проходить сквозь стены, не боялся замёрзнуть или умереть — смешно — ещё раз.
Оставив верхнюю одежду и обувь у двери, мужчина прошёл на кухню, поставил пакет на стол и достал из него фруктовый торт. В детстве его мама готовила торты на праздники сама, ибо не признавала купленные в магазине… «ненатуральные и с добавками». Сейчас же Лесли выбирать не приходилось, а вкусненького хотелось.
Сладкие кусочки нежного бисквита и сочных фруктов приятно таяли во рту. Под рукой лежал телефон с открытым диалогом с Анеттой, которая интересовалась предпочтениями, жизнью, планами. Слишком навязчиво для завтрашней короткой встречи, возможно одноразовой. Встречей, перед которой неплохо бы сегодня выспаться, так как последние сутки прошли мимо из-за работы.
Экран диалога внезапно сменяется входящим вызовом. Мужчина замирает с десертной ложкой в руках, беря в другую ладонь телефон:
— Тина?
***
Джек Фрост впервые серьёзно занят чем-то, кроме выполнения пируэтов в воздухе над Швецией, а именно: помощью Северянину с подготовкой к новогодней ночи. До этого он сотню раз отказал ему, ведь не его проблемы, что Николас не успевает, но в итоге согласился. За парочку снежных шаров-телепортов и возможность сесть за поводья саней. В спешной подготовке проходит пять дней и Джек, как только он заканчивает с делами, сразу же исчезает в небесах полюса. Он спешит оказаться там, где его давно уже заждались дети. И только вечером оказывается в городе, где жил его знакомый-не-ребёнок. Пройдя сквозь окно в комнату, парень откашливается и шагает на кухню, собираясь напугать мужчину своим внезапным появлением, но притормаживает в дверном проёме и прислоняется к стене, услышав несколько голосов: — Больше года прошло, ты мне ни разу ни звонила, ни писала, и нате вам… — Лесси, прости меня. Но я не знала, к кому идти, — незнакомый женский голос хрипел от слёз. — Как и 2 года назад, Тина. Я помог тебе, устроил на работу, где ты нашла своего мудака, который ещё и дочь не захотел отдавать. Парень отходит к кровати, не желая подслушивать разговор, который потихоньку начинал переходить на повышенные тона. Он ложится спиной на мягкое одеяло и поначалу бездвижно смотрит в потолок, но затем по всей комнате начинают появляться необычные существа из льда от плавных и лёгких взмахов руки. Когда голоса смолкают, первая в комнату заходит женщина, следом — Мерцер. — Свежее постельное бельё в нижнем ящике комода, — мужчина бросает короткий взгляд в сторону Фроста и смягчает тон. — Сегодня ночуешь у меня, а завтра что-нибудь придумаем. Спокойной ночи, Тина. С трёхдневной щетиной и залёгшими под глазами тёмными кругами Лесли выглядел очень уставшим и старше своих лет. Он хмуро наблюдал за женщиной, что перестилала его кровать и в общем-то отбирала возможность хорошо выспаться. Растрёпанные волосы лежали кое-как, словно он несколько дней не смотрелся в зеркало. Джек чувствует себя некомфортно, придя так не вовремя. Когда мужчина уходит, захлопнув дверь, Фрост следует за ним, растворившись в стене. — Кто это? — Фрост облокачивается на кухонный столик. — Старшая сестра, — мужчина стоит рядом, опираясь руками о поверхность и опустив голову. — Тина. Так сложилось, что в двадцать лет я потерял родителей, мы потеряли, и после их смерти я помогал ей материально, а как только всё у неё наладилось — пропала. И пуф, — Мерцер щёлкает пальцами, — как только она осталась без всего — заявилась. И к кому? Конечно же к своему «любимому» братику. М-да, дерьмо случается. — Не вешай нос, иначе не увидишь звёзд, — слабо ударив кулаком в плечо мужчины, Дух Зимы улыбнулся. — Уверен, ты справишься с этим. — Спасибо. Надеюсь, Тина не застанет меня разговаривающим с самим собой. — Разрешил переночевать сестре, даже если она не заслужила? Ты всё же не такой чёрствый, как кажешься на первый взгляд. — Но выгляжу всё равно неважно. — И, я бы сказал, даже ужасно. — Ну хоть правда. — Но зато ты очень милый и добрый. Помогаешь собакам, подбирая их на улице и пристраивая затем в семью. И сестру выручил из трудной ситуации. И меня ты не прогнал, позволив приходить, когда мне вздумается, — Фрост просиял. — Завязывай, — мужчина распрямился, улыбаясь. — А то моя самооценка резко подскочит, и я сразу стану мерзким зазнавшимся типом. Оба коротко смеются, а затем кухня погружается в тишину. Взгляд Джека рассеяно блуждает по напольной плитке и геометрическим рисункам на стенах. Но стоит ему устремиться в карие глаза напротив, как его ледяные тонкие губы изгибаются в улыбке. Светлые глаза сияют искренней добротой, отчего сердце человека пропускает приятный удар. Мерцер не может сказать точно, с какого момента ему начали нравится эти идеальные черты фарфорового лица, но желание прикоснуться к нему сейчас неумолимо близилось к отметке «очень хочется». Просто узнать, какова эта белая кожа на ощупь, такая же она гладкая как кажется на вид или нет, мягкая ли она. Не прерывая зрительный контакт, он подходит ближе и неуверенно протягивает руку вперёд, тянется к щеке, но замирает у самого лица Джека, как только слышит в коридоре голос сестры. Хранитель моментально исчезает, растворившись в стене. — Да? — спрашивает Мерцер, обернувшись. — Ты прости ещё раз, — зайдя на кухню, женщина села за стол. — Ничего страшного. — По тебе и видно. Когда ты спал последний раз? — Пару дней назад…вроде как… на работе внезапный завал перед праздниками. Раз ты всё равно не спишь, скажи лучше, ты что думаешь теперь делать? — Не знаю, но сидеть на твоей шее я не хочу. — Да неужели? — Лесси, я уже говорила, что это было несколько лет назад и сейчас всё иначе. — Постараюсь поверить. Но лучше подумаем, как тебе поскорее помочь. Фрост наблюдал за братом и сестрой, приложив к стеклу лоб. От его тяжёлого выдоха по поверхности разошлись маленькие ледяные узоры. Джек не понимает, почему на какой-то миг он словно выпал из реальности, глядя в глаза мужчины. Казалось бы, незначительный жест в виде тянувшейся к его лицу руки, после того как он ни раз уже касался Лесли, Фросту показался каким-то…личным. Тряхнув головой и перехватив посох покрепче, Хранитель взмыл в ввысь. Всю ночь он летал вместе с Песочником по небу среди волн из золотистых крупинок, всё это время думая о том, что мог от него хотеть Лесли. А также борясь с желанием выяснить это прямо сейчас, вернувшись в маленькую однокомнатную квартиру. Он проводит в заботах Хранителя до утра, а затем приходит ближе к обеду, но дома Мерцера не оказывается, как не оказывается и Тины. Кровать была заправлена, на кухне царил порядок и даже вещей сестры не было. Понимая, что сесть и ждать будет бессмысленной идеей, Дух отправляется в центр города, надеясь там скоротать время. Плутая по улицам, Джек разглядывал витрины различных магазинов, заснеженные тротуары и белоснежные подушки на деревьях, не обращая на проходящих мимо невзрачных взрослых людей ни малейшего внимания. Мыча себе под нос невнятную мелодию, он поднимает глаза на очередную вывеску и мельком замечает в окне знакомую фигуру. Подлетев ближе и опустившись вплотную у окна, Джек узнаёт Лесли. Лёгкая улыбка на секунду касается губ, но меркнет, как только голубые глаза прочерчивают дорожку от его руки до другой, что находилась очень близко и принадлежала сидящей напротив брюнетке. Мужчина с уложенными назад волосами был одет в чёрную рубашку, гладко выбрит, чист и свеж. Молодой, красивый, статный — именно таким был Мерцер. Вся его харизма была направлена на незнакомку, которой он что-то говорил, сдержано улыбаясь уголками губ, и кажется шутил, вызывая у девушки смущённый смех. Джек зависает на месте, стеклянными глазами смотря на жизнерадостных людей, невольно сравнивая их светлые лица со своим мертвецки бледным и худым лицом в отражении, смотря на подошедшего официанта, который спрашивал заказ у пары, и на прошедшую насквозь него женщину. Чувство лёгкой зависти впивается в грудь. И стоит Лесли взять ладонь брюнетки, как Хранитель резко выдыхает, почувствовав что-то ещё, что-то сильнее чем зависть, от чего хочется прямо сейчас взять и разорвать тактильный контакт между парой. Дух Зимы отступает назад, пряча глаза в снег. Необъяснимое чувство утихло, но не перестало беспокоить, навязчиво возникая в мыслях вопросами. Спасает только бегство, куда угодно, лишь бы подальше отсюда.***
В праздничный вечер 31 декабря Хранители веселятся все вместе. Подарки уже доставлены детям и можно на какое-то время позабыть про обязанности. Джек Фрост смеётся и радуется со всеми до тех пор, пока не остаётся один. Только наедине с собой он снимает маску счастья и садится у окна в пустой комнате, спрятавшись ото всех. — Джек? Ты что здесь делаешь, почему один? — спрашивает фея, присаживаясь рядом. — Туф? — Джек поворачивается к ней. — А я думал, что меня тут не найдут. Погрустнел немного. — Ты чем-то расстроен? Хранитель Веселья и не весел? — Знаю, как абсурдно это звучит. — Вроде не так давно ты был в порядке. Но если ты устал от постоянных поздравлений за сегодняшнюю ночь, то я понимаю. — …даже Кролик поздравил меня. — Вы же как никак друзья. А что насчёт того человека? Ты поздравил его? — Лесли? — Фрост опустил взгляд. — Нет. — Почему? Я думаю, ему будет приятно, если ты поздравишь его и пожелаешь ему что-то. — Мне кажется, я только докучаю ему своим присутствием, — парень спрятал руки в карманы. — Сегодня Новый год, Джек! В этот праздник нельзя грустить и давать грустить кому-то ещё. — Я знаю. Хранительница оставила Фроста поразмышлять на тему сказанного и упорхнула обратно к остальным, окружённая кольцом из маленьких помощников. Может быть, Лесли сейчас отмечал праздник и точно не скучал, может быть, он и вовсе предпочёл проигнорировать всеобщее веселье. Много вариантов вертелось в голове, но-***
Зависнув в воздухе возле окна, Джек слегка воодушевляется, заметив небольшую искусственную ёлочку на комоде в комнате. Пройдя сквозь стекло, Хранитель следует в коридор, откуда исходит яркий свет лампы. Только выглянув из-за угла, он уже видит стоящего у окна и наблюдающего за ночным небом мужчину, который держал в руках пустой бокал. Рукава рубашки были закатаны до локтя, чёрные волосы перекинуты на один бок, а свободная рука засунута в карман отглаженных штанов. Слишком официально, не по-домашнему, словно он кого-то ждал, но точно не Джека. Оставив посох у стены, Дух подходит ближе, сжимая и разжимая от неуверенности руки. Мерцер слегка вздрагивает от позвавшего его тихого голоса и разворачивается. Он не ожидал, что Фрост придёт, но был рад его видеть сейчас здесь. На губах проступила лёгкая улыбка. — Отмечаешь? — Как видишь. — Почему один? — Не один. У меня Мартель, — Мерцер кивает на бутылку. — По правде говоря, Новый год праздником я не считаю, но так сложилось, что сегодня мой день рождения. — Правда?! С днём рождения! Извини, что без подарков, — Хранитель мнётся, глупо посмеиваясь. — Да брось. Я не в том возрасте, чтобы расстраиваться из-за подарков или что провожу этот вечер в одиночестве. — А твоя сестра? — У неё сейчас своих забот хватает. — Понятно. Лесли прячет бутылку в навесной шкаф и облокачивается на столешницу у стены. Он облизывается, задумчиво пройдясь взглядом по парню. И либо у него мутнеет рассудок от выпитого, либо Джек сейчас как никогда прекрасен. Всё же он в его вкусе. За подобные мысли мужчина сам себя тихо материт и отводит глаза куда-то в стену. Праздничные салюты временно молчат за окном, но тишина на кухне отсутствует из-за кричащих за стеной и под окнами людей. — А почему, — Джек закусывает губу, чувствуя себя неловко, — ты никого не пригласил? Девушку или парня? — Пригласил, но… Какая разница? А почему ты пришёл? Ты не шибко радовал своим присутствуем последнюю неделю. — Вообще-то я хотел тебя поздравить, — Фрост поднимает глаза на мужчину. — И извиниться, что докучал тебе почти несколько месяцев. — Заявившись пару раз? — Мерцер коротко смеётся. — Я был даже чуточку рад: не у всех есть такой необычный знакомый. А про внезапные способности я вообще молчу. Из-за них я хотя бы чувствую себя не таким, как все. И, если честно, с тобой…хорошо, Джек. — То есть…я могу считать нас чем-то вроде друзьей? — восторженно произносит парень. — Если расскажешь мне, где пропадал. Они беседуют долго, обмениваясь историями за эту неделю. В основном опять же рассказывал Фрост, а мужчина только слушал, устало моргая глазами. Джек смеялся и шутил, забавно морщась от неприятных моментов при доставке подарков и сверкая голубыми глазами, описывая ярко украшенные к празднику города. Когда свистящий звук взмыл в небо и взорвался яркими искрами, Фрост с горечью прошептал почти про себя, что хоть подобные моменты его и радовали всегда, но никогда не приводили в дикий восторг. Он не понимал смысл взрывов и огней. — Это захватывает дух, даже у меня, — задумчиво произносит Мерцер, глядя в разноцветное небо. — Но я немного не дотягиваю по эмоциям до человека, — Фрост хмурится, показав небольшое расстояние указательным и большим пальцами. — Например, ни боли, ни страха Хранители не чувствуют, — проходится босыми ногами до окна. — Но с другой стороны какой это тогда Хранитель, что ощущает все эмоции человека? Он был бы уязвим. — Даже если и так, — Лесли отходит до выключателя и щёлкает им, после чего кухня погружается во мрак, — к обычным человеческим чувствам, — он возвращается обратно и прижимает Джека к себе спиной, обхватив рукой поперёк живота, — ты всё же питаешь слабость. Хранитель с минуту молчит, негодуя от действий человека, пока его покидают силы. За окном в небо проносится золотистая стрела и взрывается крохотными звёздами. Джек ахает, когда по телу проходится волна радости от увиденной красоты, а затем улыбается, машинально сложив свои руки поверх мужских. Он с восторгом наблюдает за фейерверком, иногда мельком вздрагивая от слишком громких хлопков. Впервые фейерверк поражал своим великолепие и контрастом по сравнению с черным небосводом. Беспорядочные взрывы снова и снова вспыхивали, и исчезали. Вид с окна квартиры и в сравнение не шёл с возможность оказаться на расстоянии вытянутой руки в воздухе, но всё равно Джек чувствовал себя иначе. То ли от покинутых сил Хранителя и от глухих ударов собственного сердца, то ли от тепла крепко сжимающих его в объятиях рук. Когда подбородок мужчины опускается на плечо, Фрост отчётливо чувствует запах алкоголя, слышит сопение у себя под ухом, но стоит закрыть глаза, как добавляется ощущение некой защищённости, всё тело охватывает успокоение и комфорт. Ощущение, что всё хорошо. Джек поднимает свои удивлённые глаза на Мерцера, когда тот разворачивает его к себе всем телом, но не отпускает из объятий. Парень несколько раз моргает, вопросительно вздёрнув одну бровь, пока мужская ладонь скользит по спине к плечу. Но когда от плеча рука плавно переходит на щеку и нежно оглаживает её, Фрост сглатывает от прилива незнакомых ему чувств. — Ты так прекрасен, Джек, — выдыхает Лесли. — Что ты имеешь в виду? — недоумевающе спрашивает Хранитель, приложив ко лбу мужчины руку. — Ты в порядке? — Нет… Наклонившись ближе, Лесли осторожно касается губ своими губами, неспешно и легко. Джек замирает, онемев всем телом и широко раскрыв глаза. Он желает отстраниться из-за слабого понимания происходящего и горького привкуса коньяка, протестующе упираясь руками в широкую грудь. Мужчина переносит ладонь с щеки на затылок, зарываясь пальцами в белоснежные волосы и мягко массируя кожу, отчего Фрост начинает расслабляться и в конце концов обмякает в объятиях. Он отвечает робко и совсем неумело. Сердцебиение начинает стремительно набирать темп, дыхание сбиваться, а в крови бурлить смущение и безрассудство. Джеку начинает нравится то необъяснимое тягучее чувство, обволакивающее его с ног до головы. Никогда прежде он не целовался, не терялся во времени без ясного понимания сколько прошло. Чувство интригует, заставляет умерить свой пыл и перестать сопротивляться. Ради удовлетворения своего интереса. Мужчину ведёт в сторону, и он тянет за собой парня, отстраняясь на момент, но затем вновь целует его, прижав к стене. В его голове творится полная бессмыслица от выпитого и крышу сносящей силы, исходящей от Фроста. Поцелуй не был похож на первый поцелуй с законной женой или на самый первый в шестнадцать лет с соседской девушкой, это было иначе и пьянило сильнее, чем алкоголь. Всё тело буквально кипело изнутри от желания и энергии, которая стремилась вырваться наружу. Лесли держится на расстоянии, стараясь не выдать своё возбуждение, и с трудом отстраняется от губ, пока ситуация не вышла из-под его контроля. В ответ на немой вопрос в глаза он пьяно улыбается, стараясь успокоить себя глубокими вдохами. — Я никогда… никогда… — Неужели я украл первый поцелуй Джека Фроста? — тёмные глаза лукаво щурятся. — Но мне понравилось не меньше твоего. — Что…? Нет! Это…это ужасно! И вообще неправильно! — Хранитель отталкивает плечом мужчину, уходит, пыхтя от злости. — П-постой, — Лесли просит неуверенно, в полголоса, вытянув в сторону сгорбленной фигуры руку. К нему оборачиваются, смотрят украдкой через плечо. Ладонь мужчины сжимается в кулак и опускается вниз. Забрав свой посох и вернув себе приятную лёгкость во всём теле, Хранитель уходит не попрощавшись, растворяется в снежной пурге над ночным городом. Лесли остаётся один на один с самим собой. Улыбается собственным мыслям. Ему сначала показалось, что он поспешил, но заметив, что в голубых глазах не читался отказ, а только плескалось лёгкое смущение и интерес, облегчённо выдохнул. Возможно, что у него есть шанс завоевать Фроста. Успокоившееся тело начало клонить в сон от усталости и выпитого алкоголя, градус которого, впрочем, почти сошёл на нет, но мысли до сих пор не пробрели своей ясности. Очень хотелось спать. Расстегнув рубашку, Мерцер прошёл в комнату и бросил одежду на комод. Рухнув на кровать, он укрыл себя одеялом и уткнулся лицом в подушку, почти мгновенно проваливаясь в небытие.***
Еле разлепив глаза, в первые секунды Лесли не понимает, что происходит. Звон, стоящий в голове, начинает приобретать знакомые ноты, пока не становится похож точь-в-точь на его дверной звонок. Хватаясь за голову, первое, на что он смотрит — время на телефоне. — Восемь часов, боже, — сокрушается мужчина и накрывает голову подушкой, стараясь спрятаться от шума подальше. Трель дверного звонка не смолкает, а позже к нему добавляется настойчивый грохот ударов. Лесли не выдерживает. Он поднимается с кровати, проходит в коридор и открывает дверь, даже не заглянув в глазок. Стоит двери приоткрыться больше, чем наполовину, как неожиданный гость влетает в квартиру и чуть ли не сбивает её хозяина с ног. В грудь утыкается чьё-то лицо, а тонкие руки крепко обвивают. Тело гостя заходится судорогой то ли от холода, то ли от страха и Лесли с трудом оттаскивает его от себя, чертыхаясь. Мерцер хмурится, долго вглядываясь мутным взглядом в брюнета. Тот в ужасе смотрит большими карими глазами, в нетерпении заламывая пальцы в руках. Он что-то быстро тараторит, запыхавшийся возможно от быстрого бега, отчего вся его речь в голове мужчины превращается в одну бессвязную кашу и только минуту погодя он начинает разбирать слова. Голос гостя отчего-то был знаком, ту же интонацию и тембр он слышал буквально вчера, но не мог точно вспомнить в какой промежуток дня, в поздравлении какого-то незнакомце на улице или от коллег по работе. — …и я д-думал, что это какой-то к-кошмар! Думал, ч-что ты можешь не оказаться з-здесь! Я-! — Остынь, парень! — мужчина грубо затыкает его, тряхнув за плечи. — Ты кто вообще? — Ты не узнал?! — расстроено спрашивает брюнет на грани срыва. — Это же я… Джек! Лесли замирает, не в силах даже переспросить. Сонливость как рукой снимает сильным ударом по затылку. Это был Джек Фрост с слегка розовыми после морозной улицы щеками. В не привычной синей толстовке или с босыми ногами, а в тёплой зимней одежде под которой виднелся ворот светлой кофты, в кожаных сезонных ботинках и, что странно, с карими глазами и тёмными волосами. Он был таким, каким он описывал себя, вспоминая времена до перерождения. — Я не знаю, что произошло. Как только я ушёл после тебя, я вдруг почувствовал себя странно и отключился прямо в воздухе. Проснулся только рано утром, в снегу, таким. Мне было … холодно и страшно, — Хранитель кусал и без того опухшие губы. — Я думал, что это конец и я застрял в какой-то параллельной вселенной или типа того… — Охтыж… — протянул Лесли, потирая лицо, словно смывая ладонью с него остатки шока. — И что теперь? — Я хотел спросить у тебя! Это же твоих рук дело! — Джек подошёл вплотную, ткнув пальцем в грудь и смотря озлоблено снизу-вверх. — Не гони лошадей, малой, — перехватив руку Фроста, мужчина отвёл её в сторону. — Мы уже давно решили, что я могу только временно делать тебя…таким вот. — Это всё из-за поцелуя! Ты поцеловал меня! И что-то сделал с моим телом! Кто-то в дверях громко подавился воздухом, стопорясь боком у двери квартиры. Взрослый полуголый мужчина и молодой парень обсуждали любопытную тему, которая заставила соседа по лестничной площадке напротив замереть с немым вопросом на лице. Мерцер покашлял, извинился и закрыл дверь квартиры, пожелав хорошего дня. — Делай всё, как было! — сложив руки на груди, Хранитель нетерпеливо топал ногой и прожигал насквозь взглядом. — Я не умею, — мужчина прошёл мимо парня в ванную. — Замечательно! Тогда я останусь тут и буду тебе всячески надоедать, пока всё не разрешится! — скинув себя одежду и оставив обувь, Джек привычно прошёлся на кухню. — Ого, а у тебя оказывается так холодно в квартире. Как ты здесь только живёшь? — Привычка, — ответил Мерцер и принялся умываться. Фрост опустил руку на поверхность столешницы и провёл по ней пальцами, ощущая материал и отдающую им прохладу. Ладонь скользнула по поверхности к электрическим приборам и посуде, медленно и тщательно изучая их подушечками пальцев. Что-то было тёплым, что-то — холодным, одна поверхность была на ощупь скользкая, другая — шершавая. Джек впервые был заинтересован изучить всё, что он видел, вдохнуть запах деревянной мебели, хранящейся еды или тонкий запах алкоголя, исходившего от невымытого бокала. Теперь всё казалось иначе, живее и красочнее. Хранитель не сразу замечает на себе внимательный взгляд и тушуется, спрятав глаза в пол. Мужчина понимающе хмыкает, поправляя на себе домашнюю футболку, и проходит до столешницы. — Непривычно быть снова человеком? — Лесли собрал волосы в небольшой хвостик и повернулся к собеседнику, дожидаясь пока закипит поставленный чайник. — Я забыл каково это. Твои обычные прикосновения не давали в полной мере это прочувствовать. — Значит, ты всё-таки рад, что стал человеком? — Нет! Я хочу обратно, хочу свои силы! — Остальные знают? — Да, я направился к ним сразу же через портал. Северянин поручил сыскать мне тёплую одежду и сказал идти прямиком к тебе. Думал, что ты поможешь. Да вот ошибся, — парень фыркнул. — А обратно не работает? — Ну-у, — Фрост взялся за руку мужчины, — как видишь я остался таким же. — Нет. Сам себя ты вернуть в прежнее состояние не можешь? — Я пытался, — пробубнил Фрост, а затем громче добавил: — А ещё я потерял свой посох. — Погоди…что? — Потерял посох я! Когда я очнулся после того, как упал, то его уже не было. — А может быть так, что… — Мерцер задумался, подперев подбородок рукой, — кто-то его забрал? И провернул с тобой это дело? — Кто? Кромешник? Ух, если это он, то ему- — Не обязательно, — вздох. — В любом случае. Теперь ты обычный человек, малой. Добро пожаловать в ряды кожаных мешков с костями, хех. — Не смешно, Лесли!
