Стимпанк

Кто путается в ножках шагающего циркуля? — острия бумажное дырявят полотно, отодвигая горизонт при каждом шаге от сгибов, — где воды обрушаются, и почту не доставляют до соседнего двора, и верится легко, что здесь земле настанет совершенный край. Выныривать в неравнозубчатом бумажном вороте, в чешуях от собственных разорванных имён, — то в дальнем море, лёд разбивая лбом, изсечённым шрамами, то посреди прошпекта, поздним летом, когда уж не купаются. Когда-то остригали волоса и рисовали черту вкруг шеи, — смерть — была, да отлучилась, — [бога ради, не здесь] — ты будешь вместо? Выкарабкавшись, сев на краю разрыва, осматриваясь, — лёгкие целы, — [решись вдохнуть], — на вывесках ни слова не умея прочитать, рассматривая срисованных откуда-то невежественным кем-то, никакой таксономии не причастных чуд, — я вас побеспокоил? — ничего, — [дыши!] — клинки взаимно положив на стол. *** Вдруг кто-то неподалёку начнёт разсказывать: изнанка башмачка, — заполнен кровью башмачок, вообразите, — кто знает боль и небыль? — кто смотрит полнейшим иноземцем, вилку взять, и ту не может, вор, ладонь рассматривает, словно впервые видит пальцы, — кровь? — солёная вода, молчит, не молвит, с чужаком — ни слова. Вся безучастность сна, любви оковы, из-за плеч усмешливым дыханьем переброшенные волоса — [oni], настигнут в лугах грозою, закрывает глаза. Дата в газете, сто тысяч языков, и ни один не годен, чтобы прочесть