Искусственный интеллект

Мин Юнги успешный владелец сети ресторанов, брутал с обложек без бутафории, который может громко и со скандалом послать на хуй, имеет маленькое отклонение в своем гениальном мозгу. Он любит подчиняться. Он любит быть в безопасности за крепкой спиной и с возможностью называть себя непослушным малышом, но все это в своих мечтах. Наяву, он предан общим стереотипам, что все богатые толстопузы должны трахать, а не прогибаться под ласки. Он так не умеет, но молчит, не в силах сказать о такой, наверняка болезни, даже другу. — Господи, отвали Хосок, — шипит Юнги, стоя в магазине, — тот слишком губастый. Он смотрит товар, который предоставляет кампания и удивляется, что все красивые, как на подбор. — Зато смотри какой милый, у меня тоже мальчишка с губехами, как вареники. Просто представь какое удовольствие… — Фу, и целая лужа слюней. Хочу с нормальными… хочу этого, — он замирает напротив парня с оливковой кожей, плотным прессом из мраморных мышц и невъебенно красивым лицом, — да… его… Он даже не помнит как расплачивается, как они, оставив Хосока в магазине, выбирать себе второго пассива, едут к Юнги. Ему кажется, что он имя свое еле как выговаривает, когда это чудо, что выше его на голову, ласково спрашивает имя хозяина. — А тебя мне как называть? Имя тебе дали? — спрашивает Юнги. — Хозяин, ваше право дать мне имя, я с удовольствием стану кем угодно для вас, — парень закусывает губу будто бы невинно, хлопает глазами и потирает ладонью шею. Искусственно выращенное тело в капсуле, искусственно созданный интеллект с заточкой на пассивную подстилку, готовую лечь как угодно и где угодно подстать своему хозяину. Современный мир не позволяет растрачивать время на любовь и отношения, тут принято просто трахать идеальные тела, которые не склонны отказывать хозяевам, просто разевай ротик или раздвигай ножки по приказу, или для извращённых ценителей — надевай чулочки, пробку с хвостом и болтайся под ногами, выпрашивая чтобы выебали. Всё, что угодно. — Хозяин, я могу уточнить ваши пожелания к моему существованию? — осматривается парень в богатом доме. — Я, — мямлит Юнги, неловко оглядывая парня, — я назову тебя Чон… Чонгуком? Нравится? — зачем-то уточняет юноша, от неловкости повторяя все жесты: мнет шею, прикусывает губу до синевы, — то есть теперь ты будешь выполнять все, что я захочу? — Да, хозяин. Мне нравится новое имя, — Чонгук очень спокоен, мягко улыбается, обходит диван и садится, откидываясь на спинку, широко разводит ноги и проводит ладонью по внутренней поверхности бедра. На нем плотно обтягивающие брюки и белая футболка — стандартная одежда при покупке таких живых игрушек, — у вас ещё не было таких, как я? Как лучше себя вести? Развратно, скромно? — Блять, прекрати, — ругается темноволосый, — нет, не было и если уж выполняешь мои прихоти, будь любезен не называть меня хозяином, — он подходит вплотную, останавливаясь у раздвинутых ног, упираясь коленями в диван, — зови…малышом? — Ма…малышом? — удивлённо смотрит парень, — меня не так создавали, я могу называть вас папочкой или хозяином или… Ну не знаю, — Чон придвигается, оказываясь лицом напротив паха Юнги, — вы напряжены, хозяин, — по привычному чеканит парень, проводя рукой вверх по его бедру, останавливаясь на ширинке, — хотите расслабиться? — Ты должен слушаться меня, — как ребенок психует Мин, — я хочу, чтобы ты меня так называл, — устало выдыхает парень отодвигаясь от Чонгука, — скажи, в твоей программе вообще возможны изменения? Ну… обучение чему—то новому? — Я буду слушаться, я хороший мальчик, вам понравится… — обиженно дует губы парень, — я умею всё, что необходимо мужчине, идеальный минет, анальный секс без подготовки, мое тело более выносливое, чем человеческое, может, изволите наказать? — он протягивает запястья, чтобы те связали. Мин сжимает кулаки, дует губы, — бесишь, твердолобый, — он пихает его в грудь, садясь сверху на крепкие бедра, — что ты знаешь о доминантах? — Выыы. разные. Доминанты любят полное подчинение или брать силой, позиция активная, самоутверждение или просто секс без обязательств, — как заученная фраза слетает с рельефных губ мальчика, — могу я узнать, как вам больше нравится, малыш? — неуклюже произносит новое слово, Чон. — Хочу чтобы ты перенял все функции доминанта, хочу, чтобы ты втрахивал меня нежно и грубо, чтобы это я делал тебе чертов минет, чтобы я чувствовал себя как за каменной стеной и еще много чего, — хмурится Юнги. — Я… Это странно. Я создан для другого. Это сделает вас счастливым? Если такое поведение удовлетворит прихоти хозяина, я буду очень стараться. — Да, это то, чего я хочу. Я хочу чтобы ты брал меня, когда хочется тебе, а не мне, я хочу, чтобы ты был как они, как те, кто бы драл тебя, занимался любовью. Я хочу этого. — Ваше желание для меня неоспоримо. Я могу попробовать сейчас такое поведение? Ты, — переходит Чон на неформальное обращение, потому что ублажать хозяина это его жизнь, — ты же хочешь сделать МНЕ приятно, малыш?