Дочка Президента.

***

      «Я снова… снова переступлю этот порог, снова увижу эти лица, от которых меня тошнит… Снова! Я уже должна была привыкнуть, но почему мне так сложно?!» — эти мысли отражались в голове Маринетт, заставляя на секунду остановить сборы вещей в портфель. За дверью её всё также привычно ждал Адриан. — И зачем я вдруг его решила… — не договорив, Мари покачала головой, закидывая рюкзак на спину, — стыд-то какой. — Маринетт, пора выходить, опоздаешь. — холодно и сухо произнес Адриан, что было не в его манере. Брюнетка вяло промычала и вышла из комнаты, выходя на улицу. Солнце слепило глаза, а у двери лимузина её уже ждал Агрест. Усевшись, девушка поправила рукава блузки, скрывая шрамы, которые остались после её экспериментов. Вдыхая как можно больше воздуха, Мари открыла дверь в университет, замечая на себе пристальные взгляды. Дюпен прикрыла глаза и молча направилась в кабинет, где ей предстояло увидеться с Лилой. Она мило беседовала с Куффеном, но, заметив вошедшую в аудиторию Мари, оскалилась и замолчала. — Лила, — начала голубоглазая, громко поставив портфель на парту, чем привлекла внимание к себе однокурсников, — уйди с моего места, пожалуйста. — А может я хочу тут сидеть, нет? Если ты дочь президента, это ещё не значит, что тебе можно всё! — рычала в ответ русоволосая, окидывая Маринетт не очень дружелюбныи взглядом. — Лила, сядь на другое место, здесь правда сидит Маринетт. — вмешался Лука, положив руку на плечо Росси.       Всё взгляды устремились на зеленоглазую, которая, хлопнув рукой по столу, встала из-за парты и, схватив брюнетку за ворот, тихо прошептала ей на ухо: — Ты сделала свой выбор. Если ты так желаешь лишиться дорогих людей, то я больше не буду тебе мешать, крошка Маринетт. — улыбнувшись, словно псих, Лила взяла свою сумку, которую бросила возле стула и, сделав воображаемый выстрел в сторону Агреста, ухмыльнулась ещё шире.       «Твою мать, когда она уже отстанет от меня?! Какого хера я ей сделала, что она лезет ко мне?! Не хочу её видеть… От неё одни неприятности и проблемы, что б её чёрт побрал! Пережить бы ещё эту неделю… Я так устала от этой жизни. Ещё и этот спектакль, который затеяла эта сумасшедшая… Она точно съехала с катушек!»       Пары тянулись очень медленно. Один час казался вечностью, словно девять кругов ада. Уже к третьей паре Маринетт была никакой и, когда подошёл конец и этой лекции, девушка встрепенулась и поспешила в столовую, поскольку была очень голодна. Организм слабел очень сильно, поскольку брюнетка часто пропускает обеды и ужины, а учитывая последние события, ей было вовсе не до еды. Она сбросила много веса, словно тростинка на ветру, шатаясь, Дюпен-Чен всё же дошла до столовой. Её у входа ждал Куффен, чьей компании Мари особо была не рада, а совсем наоборот. Эта улыбка, с которой он беседовал с Лилой всё ещё была перед глазами Маринетт. — Что с тобой? Не проронила ни слова, бегаешь от меня, от Агреста. Есть что скрывать? — допрашивал Лука, облокотившись на стену. — Что тебе сказала Лила? — А тебе какая разница? — прыснула девушка, собираясь продолжить свой путь. Живот пронзила боль, заставляя девушку непроизвольно корчиться и стискивать зубы. Однако парню явно не понравилось такое отношение, и тот встал в дверном проёме, не пуская брюнетку внутрь. — Да какого хрена ты творишь, Куффен, пропусти меня, живо! Это она сказала не тебе, тебя вообще колыхать не должно, что она мне сказала, когда и где. — Ты так действительно считаешь? — издевательски улыбнулся синеволосый (образно). Неизвестно сколько ещё это бы продолжалось, если бы не Агрест, который заставил Куффена отойти в сторону, силой отодвинув его.       Переглянувшись с Лукой, Адриан кивнул Маринетт, пропуская её вперёд. Голубоглазая отрывисто выдохнула, приземляясь на стул. Блондин подошёл к ней, и та, притянув его к себе за ворот, тихо попросила принести что-нибудь сытное, но в небольшой порции. Парень кивнул и удалился.       После небольшой трапезы, ухватившись за плечо телохранителя, Маринетт встала на ноги, направляясь к выходу, где всё также стоял Лука. Брюнетка взглянула на него стеклянными глазами, ясно давая понять, что ничего говорить ему не собирается, хоть он тут вечно простоит. Усмехнувшись, Куффен ещё раз взглянул на Мари и ушёл в известном только ему направлении.       Последняя пара закончилась и, хватая Адриана за рукав рубашки, девушка выбежала на улицу. Мари усадила его за руль и попросила ехать к реке Сена. Блондин кивнул и нажал на педаль газа. Они добрались к месту назначения быстро и, выйдя из салона, Дюпен-Чен, наплевав на всё, села прямо на траву в школьной форме. Агрест стоял рядом, но Маринетт это не понравилось, и она, хлопнув ладонью по траве, попросила его сесть тоже. — Это место действительно красивое, не правда ли? — поджав колени под себя и уложив на них голову, спросила девушка. Парень лишь улыбнулся и сощурился от лёгкого ветра, который предвещал приход лета. — Хочу так всегда… Чтобы никто не трогал, чтобы не думали о моём существовании. Хочу… потеряться. — Поверь, ты так говоришь, потому что не была в этой ситуации, — рассуждал Адриан, слегка пожимая плечами, — если это произойдёт, ты будешь жалеть об этих словах. Тебе наоборот нужна поддержка, иначе ты свалишься. Это вполне нормально. Тебе бы ещё есть нормально, не сбиваясь с режима. Ты потеряла вес, а взамен приобрела усталость и слабость. Прекращай эти шутки. — Никогда не задумывался о том, — игнорируя его слова, будто не слушая вовсе, начала Мари, — в чём смысл существования? Твоего? Моего? Зачем я сейчас живу и зачем жить потом? — Много думать тоже вредно. Просто живи. Живи так, как будто сегодняшний день — последний. В конце концов, ты не знаешь, что будет завтра. — потрепав чёлку Дюпен-Чен, белокурый с той же невинностью в глазах посмотрел на неё, заставляя сердце пропускать удар. На глаза выступали слёзы и, чтобы это скрыть, Маринетт подняла голову кверху, быстро моргая глазами. — Небо… В тучах? Но ведь весна, почему? — удивлялась брюнетка, вслух озвучивая свои мысли. Сверкнула молния, разделяя небо будто пополам и полился дождь. В душе самой Маринетт творилось то же самое. Блондин встал с травы, поднимая на ноги Мари, которая продолжала глядеть на реку, которая при такой ужасной погоде сохраняла хладнокровность и спокойствие. Переведя свой усталый взгляд на парня, она поняла, что Агрест, подобно реке, в любых ужасных обстоятельствах сохраняет такое же спокойствие. Даже становится как-то завидно.       Приняв душ, Маринетт навела себе какао и устроилась на кровати, собираясь читать книгу. В дверь раздался звонок, что насторожило девушку. В голове отразились слова Росси. Маринетт, вскочив с кровати, уронила кружку, которая упала на пол, разбиваясь вдребезги. Когда она вышла из комнаты, Адриана не было. Перепрыгивая через ступеньки, Маринетт посмотрела на Адель тяжело дыша. — Адель! Где он?! — едва не крича спрашивала Маринетт. — Его кто-то спрашивал, какие-то странные парни, одетые во всё чёрное, приехали на машине. А что?       Маринетт открыла дверь, но ни машины, ни самого блондина не было. Сердце готово было вот-вот выпрыгнуть из груди. И где же теперь он? Где теперь Агрест? Слёзы полились ручьем. Падая на колени, девушка закрыла лицо руками, не зная что делать.