Преломление

Алхимик, блуждавший по свету без цели, На зелье наткнулся одно: Звалось то: «Любви панацея». Однако, любви не знал он давно.

      Неприятно было просыпаться вне дома. Все здесь было абсолютно другим, чужим — от запаха, до мягкой постели. И даже шум волн не успокаивал. Даже близость, казалось бы, самого дорогого человека, который мог скрасить любую темницу и любой дворец своим присутствием, ведь вместе с ним было не так важно, где вы двое. Не было ничего, что удерживало здесь двух молодых людей. Почти ничего.       Было очень тихо. Мир словно застыл, а воздух был чист и свеж. Его рассекали лишь крылья птиц, и их же голоса звучали в окрашенный зарей вышине. Скалы медленно просыпались, желая взглянуть на первые лучи нежно-розового солнца. Но в этот раз оно было совсем другим. И заря была другой.       Во всяком случае, для Герды и Роллана это точно было так. Проснувшись, они сначала не поняли, где они. Но тихий, ласковый голос им напомнил вечер вчерашнего дня. Обладательница этого голоса уже, видимо, давно встала, если ложилась вовсе.       Потянувшись, Герда поднялась со своей постели и направилась к Эрлисе. Сегодня им нужно было разобраться с тем, что делать дальше. Точнее, разобраться-то они уже разобрались. Стоило приступать к выполнению плана. «Странная она все-таки, — еще раз заметила для себя блондинка, — хотя… Кто знает, сколько ей на самом деле лет. В той книге я не видела точного упоминания об этом. Может, она как Снежная Королева — тогда, для ее возраста, весьма бодро держится».       Эрлиса только что-то промурлыкала себе под нос и поднялась. От нее, как обычно, пахло лавзеей и валерианой. Но аромат этот был настолько сильный, что можно было задохнуться при желании. — Уже не терпится приступить? — спросила она, обводя взглядом медовых глаз пару.       Те неуверенно кивнули. С другой стороны, они знали, на что подписывались, раз сами решили полностью избавиться от своих сил, несмотря на риски.       Получив ответ, богиня вышла из пещеры, знаком приглашая парня и девушку следовать за ней. Переглянувшись друг с другом взглядом, который означал, что ничем хорошим, как и считали Кай с Альфидой, это не кончится, пара пошла следом, в предвкушении неизвестно чего. Но другого решения у них не было.       Вместе с их проводницей они поднялись выше. Тут Герда заметила неподалеку место, что было несколько похоже на то, на котором тренировалась она перед злосчастным спектаклем. «Наверное, здесь мы и будет оттачивать наши навыки», — подумала она. И оказалась права, потому что Эрлиса замедлила свой шаг и обернулась к паре. — Тренироваться мы будем здесь, — начала она, — мне нужна от вас предельная концентрация. На самом деле, мне все еще не нравится ваше решение, но при этом не могу осуждать вас.       Она отошла на дальний край небольшой полянки с пожухшей травой, которую окружали камни, острые, как зубы дракона, и похожей формы. У Герды было ощущение, что такую форму камням придала сама богиня снов, но для чего именно, совершенно не понимала. Хотя выглядело это очень красиво, особенно в свете солнца. Оно еще поднялось не очень высоко, поэтому сохранялось ощущение предутренней свежести, хоть оно и таяло с каждой секундой.       Тихий голос Роллана привел мечтательницу в чувство. Кажется, пока она прислушивалась к еще не проснувшимся полностью скалам, прослушала слова своего любимого. Виновато улыбнувшись, она кивнула, надеясь, что этого будет достаточно. — Итак, начнем, — к счастью, Эрлиса прервала эту неловкую ситуацию, — для начала ты, Роллан.       Парень подошел к ней, бросив взгляд на Герду. Та еще раз кивнула. — Попробуй прожечь вон тот камень, — богиня указала на один из «драконьих зубов», — одним залпом. — Каким образом? — удивился Роллан. До этого, когда он практиковался, то ни разу не разбивал камень одним ударом. Хотя, тут Эрлиса даже не сказала, что ему нужно разломать камень. А это задачу не облегчало. — Довольно просто, — ответила она с такой легкостью, словно это был один из преглупейших вопросов, которые она слышала за свою жизнь, — я тут для кого распиналась? Сконцентрируй огонь до такой силы, что он прожжет скалу, словно масло.       Парень сначала с удивлением глянул на свои руки, а потом на богиню. Все еще сомневаясь в том, не сошла ли их «наставница» с ума, он напрягся. Каждая жилка была натянута как струна, а глаза приобрели иной, более яркий оттенок, словно тлеющие угли, которые разворошил ветер. И которые были готовы вот-вот загореться вновь. Жар нарастал, однако в руках еще не было видно даже искры, проблеска пламени. Однако Роллан будто бы перестал видеть все вокруг. Было такое ощущешие, что на самом деле пламя уже бушует вокруг, но видно это лишь его повелителю.       Герда начала было думать, что все идет не так, как нужно, и хотела окликнуть своего возлюбленного, но потом посмотрела на богиню, которая жестом сказала ей ничего не делать. Брови ее были чуть сведены, а на губах возникла задумчивая улыбка.       Внезапно, в какой-то момент, сверкнул яркий свет, и огненный шар отправился ровно к одному из окружающих поляну камней. Все происходило так стремительно, что никто не обращал внимание ни на что, кроме сгустка пламени. Повинуясь воле своего создателя, огонь прожег камень, словно то было дерево, и потух, оставив после себя взвивающийся к небесам дым, рисующий замысловатые узоры и в конце концов исчезающий.       Девушка вздрогнула, отойдя от оцепенения, наваждения, что появилось, стоило ей взглянуть на огонь. Определенно, это было не то пламя, которое Роллан показывал и ей, и Альфиде с Каем. Оно шло откуда-то из глубины, из объятого огнем сердца, и чего-то более прекрасного и опасного найти было невозможно. — Воу, — выдохнул парень, наблюдая, как оплавленные края красивого круга, имеющие оттенок раскаленного железа, только более тусклый, тянутся будто мед. — Интересно, ничего не могу сказать, — начала Эрлиса, и ее голос внезапно показался паре невероятно противным и скрежещущим, как у древней старухи, — думала, с первого раза у тебя не получится. Наводит на определенные мысли…       Она подошла ближе к «зубу», от которого все еще исходил жар. Внимательно осмотрев проделанную работу, богиня неопределенно покачала головой. Ее лицо, как и всегда, сохраняло спокойное, даже безмятежное выражение, лишь глаза чуть потемнели. — На какие мысли? — спросила Герда. Она почему-то хотела растянуть подольше момент до начала ее «испытания». Был ли то страх — конечно. Вот только страх неудачи, или наоборот, страх, что она не сможет совладать с этой огромной силой? — Для такого залпа необходима либо нешуточная концентрация, либо переизбыток сил, — ответила ей Эрлиса, развернувшись к паре, — при условии того, что первая требует годы тренировок… В общем, чем быстрее мы очистим вас от проклятия, тем лучше. — Почему ты до этого не сказала нам о возможном… переизбытке. И что это вообще такое? — нахмурившись, задал свой вопрос парень. — Я не думала, что он может наступить так быстро, — призналась богиня, — в последний раз когда Снежная Королева и Огненный Король одновременно обрели тела, до того момента, когда магия уже буквально стремится вырваться наружу, проходило не менее полугода. За прошедшие года они определенно… изменились. Я недооценила ваши силы.       Герда только печально вздохнула в ответ. Это заставило всколыхнуться в сознании девушки уже улегшуюся на дно тревогу. С одной стороны, она постоянно напоминала себе, что скоро все закончится, они вернут силы в камень и мир станет прежним. Нужно было всего-лишь дотерпеть до этого момента, сделать то, что нужно, и они обретут покой.       Однако, может, как следствие иных обстоятельств, какая-то часть Герды усиленно не хотела отдавать способности обратно. Это была единственная сила, с помощью которой она могла защитить всех своих близких. Но как бы ей не пришлось защищать их от нее самой. — Поэтому, нам нужно ускорится, — из невеселых мыслей ее вырвал голос Эрлисы. Уже не такой противный, как раньше, но и не такой мелодичный, как до этого, он заставил девушку прислушаться к реальности. — Герда, прошу, — «наставница» указала на место, где стоял Роллан, и названная, скрипя сердцем, вышла вперед.       Под пристальным взглядом Эрлисы, девушка, сначала неуверенно озираясь вокруг, а потом, вздохнув, спросила: — Так, что мне нужно сделать? — Заморозь вон то дерево… — сказала «наставница». — И все? — удивилась простоте задания Герда. Испытание Роллана казалось ей в разы сложнее того, что предложили ей. — …и разморозь обратно, так, чтобы оно осталось живым, — закончила прерванная богиня снов.       Видимо, не стоило так сразу перебивать ее. Может, и полегче что-то дала?.. Герда пробормотала что-то вроде: «И кто меня за язык тянул…» До этого она много раз все замораживала, в особенности растения, но вот цвести и пахнуть они после разморозки не продолжали. «И как это мне нужно так сделать, чтоб оно осталось живо?» — размышляла она, пока Эрлиса показывала ей на объект ее «эксперимента». Иначе это не назовешь. — Дам одну небольшую подсказку тебе, — внезапно прозвучал почти над ухом голос, принадлежавший из ниоткуда возникшей светлой фигуре. Герда вздрогнула. Это был для нее особый повод недолюбливать Эрлису — она, вроде бы, стоит довольно далеко от тебя, но внезапно оказывается сбоку и что-то говорит, да еще и так близко…       Но, кажется, то ли она решила смиловаться, то ли и в этой подсказке будет скрываться такой подвох, что без нее было бы куда легче. Хотя, опять же, зачем ей врать Герде, или мешать ей? В ее интересах было, чтобы у девушки и ее возлюбленного все получилось. Однако, доверять ей полностью голубоглазая до сих пор не могла. В последнее время всякие подобного рода существа, богини, короли или королевы, не приносили ей ничего хорошего. — У ваших сил, на самом деле, общего больше, чем противоречий, — теперь она обращалась не только к Герде, но и к Роллану, который внимательно, хоть и с неким скептицизмом, слушал ее слова. К их «наставнице» он относился примерно так же. — Обе они безумно могущественны, и должны полностью подчинятся вашей воле. Иначе ничего не выйдет, — продолжила Эрлиса, — в случае Роллана все несколько проще. Во всяком случае, ему не понадобятся уж больно изощренные способы, чтобы справится с Огненным Королем. У Снежной Королевы силы изящнее, и подход к ним должен быть иной.       Она подошла к дереву, которое выбрала до этого, и поманила Герду за собой. Девушка подошла, взглянув на нее мимолетно. Богиня взяла ее руку и положила на шершавую кору. — Никогда не забывай, что лед — всего лишь вода, — сказала она шепотом, — это знание пригодится тебе, если хочешь вернуть все как было. Прислушайся к своим ощущениям. Чувствуешь? Теперь будь осторожна — замораживая что-то живое, не забудь, как хрупка эта самая жизнь. Но магия — на то и магия. Она может то, что, казалось бы, невозможно.       Эрлиса убрала ладонь, а Герда только с замиранием смотрела на свою руку. Прикосновение богини было больше похоже, если бы ее коснулось облако, но не промозглое, а теплое, как первые лучи солнца, которые будят сутра. Девушку это удивило, она не думала, что руки Эрлисы на ощупь такие.       Оставив размышления на другое время, Герда сосредоточилась. Это действительно было куда сложнее, чем просто покрыть листья инеем. Но, с другой стороны, оправданно — ведь Роллану было тяжело подчинить себе неконтролируемый бушующий огненный вихрь внутри и слепить из него один-единственный снаряд, который еще нужно было верно направить и затушить.       Но, все же, у нее начало что-то получаться. Дерево застонало, словно человек, древесина затрещала, но выдержала. Все-таки лед, созданный магией сильно отличается от того, что творит природа.       Однако, нужно было еще вернуть растению его прежний вид. Когда Эрлиса, наблюдавшая за чарами Герды, кивнула, та стала возвращать все в нормальное состояние. Это было несколько проще, но девушка все равно боялась, что не справился.       Вот, спустя некоторое время, девушка опустила руки, устало выдохнув. «Знала бы я, что магия может быть такой изматывающей… — подумала она, — ни в жизни бы не коснулась этого камня Огня и Льда». — Молодец, — удивительно, но ее даже похвалили. Хотя, похвалой тут не отделаешься — и Роллан, и Герда устали, и им сейчас хочется лишь одного — вернуться в тот грот, и заснуть, проснувшись только тогда, когда все уже разрешится.       Видимо, богиня это поняла. Оно и не мудрено — парень сладко зевнул, а веки Герды отказывались подниматься. — На сегодня с вас хватит, — сказала «наставница», ведя их обратно, — я довольна вашими силами. Их хватит, чтобы пережить ритуал. Возможно… Но, скорее всего, хватит. А пока что лучше отоспитесь. Завтра мы закончим подготовку и ночью начнем очищение. — Так быстро? — удивилась девушка, зевнув. — Времени уже почти нет.

***

      На следующий день, проснувшись в предрассветных сумерках, были начаты приготовления к ритуалу очищения. Герде все это казалось неоправданно скорым, да и вообще, неоправданным. Неужели во всех книгах, связанных с проклятиями, не могло найтись другого способа?       Сейчас, сидя на своей кровати и наблюдая за тем, как ее возлюбленных ходит туда-сюда из стороны в сторону, она печально подумала, что обращаться к богине снов было ошибкой. Во всяком случае, девушка могла поискать другой способ, а не верить ей на слово. Теперь же было уже поздно. — Теперь я еще раз повторю, как проходит ритуал, — все такая же невозмутимая Эрлиса посмотрела на них, при этом занимаясь готовкой какой-то дурманящей мази. «Не хочу даже думать, из чего она состоит», — подумала девушка, прикрывая нос рукой. А вот Роллану, кажется, это нисколько не мешало — парень либо уже привык к сладковатым ароматам, окутывающим логово богини словно лозы винограда. — Для начала, почему мы начали подготовку так рано: ритуал должен проводится ровно на закате. К счастью для нас, нет никаких условий, вроде: «Луна должна стоять в Деве» или «Марс должен приблизится к Земле на максимальное расстояние». В противном случае пришлось бы чего-то ждать… — Погоди, — ее прервал парень, отчего та недовольно на него зыркнула, — хочешь сказать, что, если у нас не получится, мы запросто сможем попробовать завтра? — Ну, если выживете, то да, — очень оптимистично ответила Эрлиса.       Все притихли. Роллан молча оценивал их шансы, стараясь выглядеть веселым, или, по крайней мере, неунывающим, чтобы лишний раз не расстраивать свою возлюбленную. Но та все равно довольно подавленно смотрела себе под ноги. Тишину нарушал лишь приятный голос богини. Она опять пела что-то на незнакомом им языке, но сама мелодия была очень приятной. Герде показалось, что она ее где-то уже слышала. Но тут ей вздумалось спросить: — Если это так опасно почему мы спешим?       Эрлиса закатила глаза, оторвавшись от миски с мазью, и повернулась к вопрошающей. — Потому что чем больше становятся ваши силы, тем сложнее ими управлять. Разве не логично, что с неуправляемыми способностями о ритуале можно забыть и вовсе? Там должна быть ювелирная работа! Вот Роллан знает, что это такое, — на этих словах парень кинул на богиню удивленный взгляд, и хотел было что-то спросить, но она не дала его заговорить, продолжая, — Вам нужно уравновесить силы в камне. Огонь — ко льду, лед — к огню. И все! Но это куда сложнее, чем вы думаете. — Нельзя было это раньше рассказать? — задала свой уже извечный для ее собеседницы вопрос девушка. — Слушать надо лучше!       Такой ответ поставил ее в затруднительное положение. Герда ожидала чего-то еще. Вроде длинного монолога с кучей объяснений, а получила замечание, как нерадивая школьница! Это заставило ее промямлить что-то вроде: «Под твой голос только спать и можно, ничего не понятно…», но это позволило немного разрядить обстановку и все снова занялись своими делами.       Точнее, ими занялась Эрлиса, а паре дала какие-то засушенные травы и масло неизвестного растения, приказав смешать пол-чаши сухих листиков с одной четвертью этого масла. Герде и Роллану пришлось выполнять, ведь наставница сказала, что с помощью этих мазей у них больше шансов удачно избавится от проклятия.       Почти час они провели в полной тишине. Солнце уже поднялось высоко, тени становились все короче, а воздух все теплее. Где-то защебетала поздняя птица, но к ней не присоединились другие. Сложно было сказать, не хотят они просто общаться со своей подругой, решившей одарить мир своими звонкими трелями, или же их здесь просто не было уже давно.       Оторвавшись от варки второй для Герды, и четвертой в сумме, последней мази, голубоглазая уставшая девушка вышла наружу, запрокинув голову к небу. Впервые за долгое время ее посетило ощущение полного спокойствия, и, возможно, счастья. Она чувствовала себя свободной, как та одинокая птичка, что продолжала петь.       Вдохнув полной грудью чистый воздух, девушка почувствовала, как к ее плечу прикоснулась чья-то горячая рука. Хотя Герда всегда знала, чья она.       Обернувшись к Роллану, девушка мягко улыбнулась и прижалась к его широкой груди. Парень сначала непонимающе взглянул на нее и хотел было что-то сказать, но остановился и лишь ласково обнял ее, погладив по светлой макушке, наслаждаясь их такой близостью.       Они бы так и стояли целую вечность, вслушиваясь в тихий шум волн, звучные трели какой-то певуньи, и стук собственных сердец, но время не могло стоять на месте. Однако, Герда не любила, когда кто-то хочет помешать ее чувствам, даже время.       Отстранившись от парня легким движением, она заглянула в его пылкие карие глаза. Осторожно коснувшись холодными пальцами его лица, девушка приблизилась, словно танцуя, и коснулась его губ, затягивая Роллана в глубокий нежный поцелуй.       Он же, сначала растерявшись, потом приобнял Герду за талию, притянув к себе, продолжая их поцелуй. И вот теперь они точно смогли бы остаться здесь, на берегу озера, в котором отражается прекрасное безоблачное небо и яркое солнце, навечно.       И так бы все и было, но строптивое время продолжало свой бег, как и небесное светило, что сейчас стояло ровно над головами влюбленных. Совсем скоро оно начнет клониться к западному горизонту, и тогда уже не останется ни секунды на подобные объятия. — Пора начинать приготовления, — незаметно вышедшая к паре Эрлиса склонила голову, прерывая затянувшийся поцелуй. Хотя ни Герда, ни Роллан не считали его «затянувшимся».       Оторвавшись от сладких губ девушки, парень печально посмотрел на богиню, прижав возлюбленную к себе ближе, словно стараясь защитить ее от их сурового будущего. Она безропотно позволила ему это, наконец за долгое время понимая, как же ей нужно это тепло, этот огонь. Как же ей нужен сам Роллан. — Несколько рун на вашей коже, и шансы вернуться живыми значительно возрастут, — парень взял Герду за холодную руку, и они проследовали вслед за наставницей, обратно в душную пещеру.       В один момент, уже сидя на полу и чувствуя прикосновения кончиков пальцев Эрлисы, которые умело выводили неведомые символы на шее, скулах и запястьях девушки, которые хоть и нельзя было увидеть, но аромат их пропитывал все вокруг, Герда задумалась, зачем ей вообще все это? Неужели она действительно верит в то, что иначе никак нельзя? Они могли бы сбежать, жить вместе, в гармонии и мире, но предпочли иной путь… Неужели их любовь не была лекарством от всех болезней?       Выгнув шею так, чтобы богине было удобнее чертить руны, девушка обратила взор голубых глаз на еще не высохшие, поблескивающие рисунки у нее на запястьях. На момент ее пронзило любопытство, что именно это за символы, откуда они, и как помогут. Но на любую попытку задать вопрос Эрлиса только шикала, напоминая, что времени нет ни на что, кроме подготовки, и Герде пришлось замолчать.

***

      Закат блистал на небесах всеми оттенками рыжего. Приятный свет струился на плечи двух человек, девушки и юноши, что спешили добраться до Храма. За ними, чуть поодаль, следовала облаченная в белое женщина, а в самом конце шли еще один парень и девушка. Только от тех, что были впереди, исходил сладостный усыпляющий аромат, словно призванный одурманить разум идущих на такой поступок, лишить их страха и малейшего желания отступить.       И, может быть, у Кая и Альфиды оставались сомнения, может быть, они хотели отговорить своих близких от этого, практически самоубийственного, поступка, но Герда и Роллан, с печальными улыбками, спокойно ступали вперед. И то ли это было действие мазей и трав Эрлисы, то ли они приняли свое, единственно верное решение, которое и станет их исцелением.       Стража перед процессией расступилась, пропуская вперед только первую троицу. Богиня снов им кивнула. Прошлой ночью она уже успела поговорить с шаманом, как называла главного мага всех троллей, и воины были предупреждены о том, что Герда и Роллан, в сопровождении Богини снов Эрлисы явятся в Храм Огня и Льда на закате. Так и было.       Путь до камня разительно отличался от прошлого приключения влюбленных. За несколько минут тайными ходами, минуя ловушки и длинные переходы, они вышли прямо к озеру лавы.       Здесь они расстались. Богиня осталась на берегу, не имея возможности близко подойти к Камню Стихий, лишь наблюдала медовыми глазами за плывущей по булькающей раскаленной жиже магической ледяной лодкой. Теперь она мало что могла сделать, и это уже вряд ли помогло.       Герда и Роллан старались не оборачиваться. Как не пытались они не бояться предстоящего ритуала очищения, где-то под сердцем все равно, словно комок промокшей шерсти, ютилась тревога. Она не могла разрастись, но ее присутствие грозило разрушить те чары сонных трав и магических рун, что так долго творила временная наставница пары.       Вот ледяной борт коснулся камня, который стоял так, словно ничего и не было, словно лава никогда не поднималась выше текущего уровня. От внезапных воспоминаний Герду передернуло, а ее парень, скорее почувствовав, чем увидев это, ведь его взгляд был прикован к камню, виновато склонил голову. В ответ же девушка только крепче сжала его руку.       Перед ними, как и в тот злополучный день, располагался камень двух стихий. В одной его половине все также плясало адское пламя, в другой же выла неутомимая северная вьюга. Их противостояние, казалось, можно было ощутить кожей, настолько сильна была магия в этом месте, ведь здесь томились одни из самых мощных сил мира.       Решительно подойдя к противоположной для своей способности стороне, девушка и юноша остановились, на секунду взглянув друг другу в глаза. Одной судьбе известно, что они заметили в зеркалах души своей любви и сколько слов, признаний не было сказано в тот вечер, но Герда и Роллан синхронно возложили свои руки на округлую сферу.       Ритуал начался.       Ветер гулял по залу с камнем, появившись будто из ниоткуда, в безумных вихрях кружась то вокруг ледяной властительницы, то вокруг повелителя огня. Противоположные стихии отчаянно не хотели принимать своих соперников, но яростно хотели освобождения, стремясь к своим хозяевам, поэтому вскоре вокруг Роллана уже бушевала огненная буря, в то время как Герда была в объятиях ревущего ветра.       Но они стояли, непоколебимые, не обращая внимания на пляски стихий, словно непослушных детей, округ своих родителей. Руны на теле Роллана горели огнем, заставив его стиснуть зубы, а символы Герды покрывались инеем, заставив ее сильнее зажмуриться, не обращая внимания на скрипы и стоны льда.       В один момент в камне что-то звонко треснуло. Это была перегородка, разделяющая огонь и лед между собой.       Внезапно вырвавшиеся на свободу потоки огня и ледяного ветра ринулись к Герде и Роллану. Отрезав огненной и ледяной стеной влюбленных друг от друга, они начали медленно окутывать их, сковывая, подчиняя своей воле. И, когда девушка думала, что сейчас в ней снова вспыхнет та ледяная ненависть, как и в театре, кто-то схватил ее своей горячей рукой.       Но она всегда знала, чья это рука.       В яростной попытке вернуть все обратно, Роллан все же смог дотянутся до своей Королевы. Она слабо обхватила его руку, из последних сил противясь холоду, медленно проникающему в сердце и захватывающему рассудок, при этом слабо понимая, что ее ноги, как и ноги юноши, уже не касаются земли.       В один момент девушка почувствовала сильную боль в области груди, а потом ледяные ее оковы рассыпались на невесомые, чуть сияющие в свете огня снежинки. Они медленно опускались на каменный пол, пересекаясь с искрами, на которые распался огненный вихрь, сдерживающий ее возлюбленного.       Потом они плавно опустились на пол, словно неживые.       Последним, что помнила Герда, были эти снежинки, касающиеся ее холодного лица.

***

      К своему удивлению, Герда очнулась. Она удивленно хлопала ресницами, никак не понимая, загробный ли мир так похож на ее комнату, или же она в самом деле еще жива. Посмотрев на окно, девушка подметила, что сейчас уже день. «Наверное, мы спали все это время, просто устали после такого дела…» — уже закрывая глаза, Герда хотела повернуться на другой бок, но вместо этого громко ойкнула от боли.       Услышав это, кто-то за дверью открыл ее, скрипнув ручкой. Перед девушкой появился Кай, который неверяще смотрел на свою сестру. Та улыбнулась ему, и тут же была заключена в крепкие объятия, из-за которых опять сдавленно айкнула, потому что ребра все еще болели. — Герда, — тихо прошептал он, и девушка поняла, что он плачет. — Да, Кай, — она лишь ближе прижала к себе брата, несмотря на надоедливую, хоть и несерьезную боль, — это я. Со мной все хорошо. — Я думал, что потерял тебя! — он отпустил Герду, держа только за плечи и заглядывая к ней в лазурные глаза. Из его глаз катились слезы. — Ну, тихо-тихо, — успокаивающе потрепав брата по голове, она опять его обняла. В ответ Кай разрыдался.       На столь громкий шум в комнату Герды явилась Альфида вместе с Ормом. Девушка надеялась, что хотя бы они не заобнимают ее до смерти, но, похоже, ее желаниям было не суждено сбыться, потому что и тролль, и пиратка подбежали к ней и заключили в объятия. — З-задушите! — глухим голосом проговорила несчастная, заставив всех ее отпустить.       Когда она более-менее отдышалась, при этом все вокруг нее суетились, как будто бы она — королевская особа, то с ужасом осознала, что не видит рядом Роллана. — Подождите… — дрожащим голосом начала девушка, сдерживая наворачивающиеся слезы, стараясь не строить ужасающих догадок, — А где Роллан? Он что… — Он в комнате Кая. Твой брат любезно одолжил ему свою кровать, чтобы он мог спокойно прийти в себя, — поспешила успокоить Герду ее черноволосая подруга, — он очнулся пару часов назад. Вы, кстати, три дня так пролежали. Ходить вам пока не стоит, но, думаю, Лута будет не против передавать между вами записки.       Услышав свое имя, ласка вылезла из внутреннего кармана безрукавки Орма, но, поняв, зачем ее решили потревожить, лишь фыркнула и юркнула обратно в тепло, заставляя всех рассмеяться. — Как же все хорошо… — тихо произнесла Герда, и Альфида кивнула ей. — Даже лучше хорошего!

***

      Эрлиса краем уха слышала восторженные и радостные возгласы, но они ее уже не интересовали. Она пришла к совершенно иному результату, чем ожидала. Однако, это не делало его хуже. — Интересно, что будет дальше? — направляясь к выходу из города, спросила она у мага, который решился сопроводить богиню до выхода. — Вы по поводу их даров? — суетливо спросил маленький тролль, — О, соглашусь, действительно интересно! И ведь я даже не мог предположить, что все так получится… — Я их недооценила, — сказала Эрлиса, рассматривая город, который она так скоро покинет, — их сила, их любовь… воистину, она для них — панацея. Да и сами они сильно изменились, а их характеры словно преломляются, стоит им только оказаться рядом с друг другом. — Но что же Снежная Королева и Огненный король? — взволнованно спросил шаман. — Думаю, они живы. Все же, как их можно убить? Никак. Но, во всяком случае, «злую сторону» ни Герда, ни Роллан теперь не примут. — Вот как… — маг остановился. До этого самого места он хотел проводить богиню, дальше ее путь лежал в гордом одиночестве, — Имел ли смысл ритуал вообще?       Эрлиса небрежно пожала плечами в ответ. Имел, не имел, для нее не было разницы. Главное — она достигла своей цели. А вот каким уж путем — совершенно другой вопрос, для совершенно другой истории. — А имеет ли смысл вообще что-то? И должно ли?       Тролль некоторое время стоял, раздумывая над этими словами. В это время богиня, легко ступая по пожухлой траве, уже медленно скрывалась из виду. И, когда маг кивнул, соглашаясь с Эрлисой в том, что не должно что-то иметь смысл, если имеет хороший конец, ее уже не было видно.

Один исход их был таков: Нашли они безумное учение Давно забытых, проклятых богов. И имя ему было — Преломление.