Предыстория «Искусителя»

      Настала пятница. Костян не позвонил за эти дни ни разу, и я даже грешным делом начала думать, что у нас всё кончено. Ну, а что? На вечеринку он сходил, что-то там сделал, и всё такое прочее…       Добавленный на всякий случай в ЧС Саня, тоже меня не беспокоил. Но, о нем я и не вспомнила ни разу, а вот о Костяне напоминал каждый уголок в доме.       Вот почему? Отчего все так? Когда появилась возможность соскочить, я кажется, понимаю, что уже и не надо. Что я увлеклась этим мужиком абсолютно и бесповоротно.       Кстати, сегодня ещё и концерт у Артура, а я даже не знаю, с кем на него идти, и с кем собираться за город на дачные выходные. Ведь я уже наобещала и не только себе эти «+1».       Урок йоги и стрип-пластики прошёл как водится, с утра, до рабочего дня Мега тренера. И потом я заняла сауну, чтобы поболтать с другом. О жизни, бизнесе и любви.       Так настало и обеденное время. Переговорив с Вячеславом по всем делам, я плюнула на всё и вся, и устав себя отговаривать, набрала номер Костяна.       — О, привет, Кристи! Ты перебесилась? — Голосок был изрядно похолоднее, чем я привыкла.       — И тебе привет! Ничего не забыл?       — О чем, милая?       — О концерте и уик-энде за городом, например?       — Но, если ты все ещё хочешь, то конечно же, я буду…       — Помнишь, как обещал мне кое — что?       — Что?       — Сопровождать меня. Даже если тебе это уже и не будет надо.       — Да помню я, помню! А ты точно, успокоилась?       — Да! И задержка закончилась положительным исходом, и ангина прошла, и вообще, всё стало заебись! Кстати, сумочка с моими документами всё ещё у тебя!       — Кристи, я наверное, не смогу за тобой пораньше заехать. И на концерт опоздаю, извини.       — Приятно слышать. А вообще, ты будешь? Или вы всё порешали, и я больше не нужна?!       — Давай, не по телефону! У меня достаточно мужества, чтоб объясниться глаза в глаза!       — Ну и заебись!       — Ты столько материшься!       — Да пох! Кого это волнует?       — Меня. Так где мне быть и во сколько? Объясни пожалуйста, внятно, прошу.       — В семь в «Т» у нас концерт, после садимся по машинам и валим в гости. Ты должен быть нарядным на концерт, и с вещами в путь. На чьей поедем?       — Давай, на моей. Согласна?       — Как скажешь.       — Ты прости, я должен бежать…       — Да беги уже!       Настроение рухнуло ниже плинтусов в подвале нашего спортзала. Не помогли ни причёска, ни макияж, ни маникюр. Тем более, мероприятие ожидалось не официальное, и форма одежды в стиле джинс и клубных футболок с символикой в форме орла.       Саня всё же позвонил, на номер Дани, и мы неизбежно поговорили. Назначили встречу в людном месте, на его гоночном треке, где было наше первое свидание, если можно так сказать.       Я это сделала специально, чтоб Костику донесли, или он сам полюбовался. Да, вряд ли бы он устроил шоу с мордобитием при таком количестве народа, но для себя что-то должен уяснил.       — Покатаемся, как в лучшие времена? — сразу предложил Санечка, оглядев меня жарким взглядом с головы, до ног.       — Ну, если ты меня не угробишь. Я же не перестала бояться твоих скоростей…       — Ты совсем меня за психа держишь? — Кивнул он в сторону раздевалки, и я облачилась в гоночный комбинезон и шлем. Свой, именной, кстати. Конечно же, он тут всё ещё хранился, в Сашкином шкафчике.       Мы превосходно покатались по треку и осели в баре, за коньяком и моим любимым шоколадом.       — Кристи, вы поссорились с ним что ли? — Лукаво улыбается Санечка.       — Тебя это волнует?       — Нет, глаза режет. То он чуть ли не в туалет тебя за руку водил, то неделя врозь. И это как раз, когда тебе так нужна компания и поддержка. Ты же депрессуешь по осени, когда стремительно похолодало. Когда бываешь простужена…       — Ты так хорошо меня изучил? Мы и года не пробыли вместе…       — Ну и что. Это были прекрасные меньше года. Но я не об этом хотел поговорить. Под меня копают. Меня хотят подставить, и если это у них получится, то бизнес отойдёт к тебе. Я так решил и написал завещание.       — Сашка, что ты несёшь?       — Если у них получится, ты все поймёшь.       — Тебя хотят убить? —Я отключила так навязчиво вибрирующий телефон.       — Для начала, убрать с бизнес-арены. Я не верю никому, но ты — патологический правдолюб, поэтому я оставлю все тебе.       — А твоя семья? Сын?       — Есть трастовый фонд, есть мои родители, и ты их не оставишь без гроша. Не в твоих это привычках.       — Анна?       — Она мстит мне, это всё её рук дело. Все во главе с ней, и с кем ещё — тебя удивит впоследствии.       — Санька! Ты же к ней хотел вернуться, когда я разрушила всё, что мы построили.       — Хотел. Это было трусливо, неправильно! Но как же я был на тебя зол! Ты бы знала! Я хотел всё склеить. Увы, не получилось.       — Она кинула Костяна, когда познакомилась с тобой. Кинула тебя, когда появился кто-то новый. Что ты ожидал?       — Да всё было и раньше! Ты думаешь, я не догадывался, что она с ним путалась при мне? Костяна она кинула ради него! А я был игрушкой, которая приумножала капитал. Но потом игрушка вышла из-под контроля, встретив тебя.       — Как все сложно… оно мне надо, знать это?       — Потерпи немного, послушай. Я тебя очень прошу. Это ненадолго. Ничего у тебя нет с Костей, дури кого угодно, кроме меня, хорошо?       — Саня, но и тебя я кажется, разлюбила.       — Это сейчас не главное. Не сегодня. Если выскочу, то докажу обратное, поверь!       — Ну ладно, поверю! — Улыбнулась она.       — Тебя используют! Он тебя использует! Втерся в нашу компанию и пробрался на ту чёртову вечеринку. Я не думаю, что ты не знаешь об этом, Кристи.       — Саня, в какие игры мы играем?       — Моя ставка: свобода, или даже жизнь. На меня повесят все это, а вот в жизни или посмертно, я уже не знаю!       — Замолчи!       — Ты мне веришь, да!       — Замолчи! Очень тебя прошу!       — Ты на прослушке? Черт! Слава же всю жизнь водит шашни с ФСБ! Вот я дурак-то! Вот я вляпался! Ты-то хоть понимаешь, куда влезла?       — Нет! Не понимаю! Не хочу! И не буду! Слышишь?       — Слышу. Не кричи. Ещё выпьем?       — Мне на концерт.       — Знаю. Во-первых, Артуро, во-вторых, клуб мой. Я не приду, не хочу вас видеть вдвоём. Ничто не омрачит твой отдых.       — Можешь устроить нам встречу в металлическом бункере? Дней через пять?       — Я попробую, но он тебя больше не отпустит. Это сегодня я подстроил ему кучу проблем на работе. Повторить смогу нескоро.       — Вашу мать! — Я не скрыла смешка, и попросила затянуться сигариллой.       — Как в лучшие времена, да? — Улыбнулся он. — Помнишь? Нас Жанна познакомила.       — Помню конечно. У меня больше нет подруг, и не будет наверное.       — Хотя, она плохо на тебя влияла, согласись!       — Заткнись! Я и была плохой девочкой! Будь я хорошей, не изменила бы тебе…       — Не доверяй я тебе так безоговорочно, не дай ими заниматься, чтоб не пропустить футбол, и ничего бы не было…       — Проводи меня до машины!       — Конечно!       На парковке я почувствовала, будто всё как раньше, и жизнь полна любви. Санечка распахнул полы своего стиляжного пальто и я нырнула в тёплые и родные объятия. Сомкнула руки на его шее и сама, первая, поцеловала его.       Никакого взрыва не произошло. С моей стороны всё похоже, и правда закончилось. Было приятно целовать бывшего любимого, но не более.       С улучшенным настроением я собрала сумку и сменила наряд для клуба.       В мозгу была каша, которая перемешивалась то и дело, воспоминаниями о Костяне. Он звонил раз десять, когда я была занята Саней, пока я выключила телефон. Больше он не перезванивал.       Чтобы не быть наедине с разъярённым Отелло, я махнула сразу, на саундчек.       — Где твой новый парень? — Не удержался друг.       — Опаздывает. Аврал на работе, может успеть лишь к отправке на дачу.       — Где он работает?       Я молча похлопала по плечу, и все всё поняли без слов. Пока Артур настраивал гитару, я пела в микрофон его песни.       Зал стал наполняться людьми, и пришлось перейти в вип-зону. Начался концерт, и телефона я больше не могла услышать, а пропуска у Костяна не было. Поржали мы как-то, за столом, что у него другой есть, с двуглавым орлом, а своего так и не выдали.       Когда вся тусовка друзей высыпала на танцпол, и я рискнула к ним присоединиться без охраны. Когда кто-то стал мешать прыгать, я не придала этому особого значения. Серьёзность помехи я ощутила в полной мере, когда уперлась в неё (него) прямо лицом к лицу.       Костян, убийственно атлетичный, в чёрной футболке и брюках по фигуре, взирал на меня, как Ленин на буржуазию в 1917 году.       — Пррривет! — Прокричала я, потому что он наклонил голову, чтоб меня услышать.       — Привет. — Он протянул руку и не позволил отойти дальше, чем на шаг от себя.       — Что?!       — Поговорить надо! Выйдем?       — В машине поговорим. Не мешай мне веселиться!       — На треке не навеселилась?       — Да? А кто же у нас тут ревнует? — Повисла я на его шее.       — Будь добра, веди себя прилично! — Он не убрал моих рук, но и не облапил, как он это делал всегда. Не прижал к себе. Так, придержал слегка, чтоб не рухнула на него, как мешок.       Настроение было безнадёжно испорчено. Это его «прилично» ударило словно пощечина.       — А как же все понты для народа?       — Может, у нас сегодня охлаждение? — Отворачивает он от меня лицо.       — Да пошёл ты, со своим охлаждением! — Рявкнула я и прикусила его за шею.       — Ай! — Ущипнул он и меня за задницу.       — Больно! — Рявкнула я.       — А мне тоже больно! Ты кушать хочешь? Так я, наверное, невкусный, пока должным образом неприготовленный…       — И, как следует тебя приготовить? — Решила я идти в наступление.       — Так, хоре! Я сказал! — Гаркнул он.       В ответ на это, я молча схватила его за область ширинки на джинсах. Смело так, за самое откровенное и сокровенное. Крепко, но по моему мнению, не больно.       — Ты чё творишь? — Прошипел он.       — Ты знаешь, все в моих руках! — Пропела я. — Так уже более убедительно?!       — Чего ты добиваешься?       — Я уже добилась! Ты стоишь и будешь послушен! — Я потянулась к его губам.       — И?! Кристи! Да что в тебя вселилось? — Уворачивался он от поцелуя.       Когда продолжать нападать перестало иметь смысл, я отпустила руку, но он не сделал от меня ни шага. Взгляд его говорил о многом! За исключением того, что у нас осталась какая-то симпатия друг к другу.       Концерт отгремел, и я пошла знакомить его с друзьями. Раскол между нами стал заметен и окружающим. Чтобы совсем не вынести всё на обозрение других, мы первыми ушли, якобы собираться в дорогу.       Костян, конечно же, выхватил сумки из моих рук, и сам погрузил в свой мастодонт, сохраняя ледяное молчание. Только скулы свои перемалывал.       — Дорогу знаешь, или нам за кем-то тянуться?       — Оксана дома нас ждёт. Жена Арчи. Дорогу я знаю.       — Вбивай в навигатор. — Отклонился он назад. Потом протянул папку-конверт. — Посмотри по дороге.       Поругаться не дал звонок Артура.       — Кристи, все нормально? Ничего не случилось?       — Да, друг! Все в силе, мы уже в пути.       — Я же не об этом…       — Ну хз, Арчи! Но никто не помешает мне хорошо провести время со старыми друзьями, у них в гостях!       — Я тебя услышал. — Пробурчал К., и дружище молча положил трубку.       — Знаешь что?! Я прошлые выходные терпела твоих бывших друзей и твою бывшую бабу! Будь любезен, не показывать свой дурной характер моим друзьям!       — Как скажешь. — Процедил он.       Когда машина поехала по проложенному маршруту, я взяла предложенные документы.       Там были десятка три фотографий моего сегодняшнего свидания. От дороги на трек в костюмах и шлемах, до поцелуя на прощанье.       — А прослушка есть?       — Конечно. — Проронил он. — Обижаешь!       — И? Зачем ты все это принёс?       — Ты всегда делаешь всё наоборот?       — Я в праве поступать, как пожелаю.       — Да? А как насчёт данных обещаний?       — Кому и когда?       — У нас ведь есть некоторая договорённость, ты помнишь?       — И? Встреча с бывшим идёт в разрез с этим? Или, с твоими жизненными принципами?       — Моими жизненными принципами? Это ты сейчас о чём? Моя как бы возлюбленная сбежала от меня и отсидевшись дома, метнулась обжиматься с бывшим!       — Ты пенишься оттого, что выглядишь брошенным в лице своих соглядатаев, или оттого, что я действительно, плевать хотела на все договорённости? Что вы мне в конце концов, сделаете? Я свалю за бугор, и буду оттуда руководить бизнесом через вотс ап!       Машина резко пошла вправо и остановилась на обочине. Он молчал, сжимая руль.       — Ты не позвонил ни разу, а когда я наступила себе на гордость и позвонила сегодня, ты поговорил со мной так, будто уже нашёл замену. Какая к черту, договорённость? Я реально, почувствовала себя брошенной. И назло тебе, поехала к Сашке.       — Ты хоть понимаешь, что это он подстроил? Что весь аврал был фальсифицирован хакерами, чтоб задержать меня в конторе?       — Понимаю, но не представляю, что он там тебе устроил. Хуже, чем ночь в обезьяннике? Кроме того, мне понравилось с ним говорить, я многое узнала.       — Ему ты веришь, но не мне?!       — А почему нет? С ним я была нереально близка, я даже чуть не вылетела из-под опеки Славы! Такие чувства не забываются за пять поцелуев, если что!       — Я тебя понял. — Снова влился К. в поток машин.       — Ты говоришь так, будто ревнуешь меня по-настоящему!       — А что, если и так? Снова скажешь мне, что не имею права?       — Не-а! Скажу, что мне приятно, что тебе не всеравно. Я примерно этого и добивалась свиданием с Сашкой. — Он уставился на меня, едва не уехав на обочину. — За дорогой смотри!       — Извини.       Я включила музыку, тем самым показав, что разговор окончен. Так мы и доехали до нужного адреса, нацепив радостные улыбки, познакомились с хозяйкой и ушли обживаться.       Мы толкались в одном месте, потому что на этот раз, имели две разных сумки. Вместе расставили зубные щётки, вместе натыкались на друг на друга, развешивая в шкафу одежду. У меня сложилось впечатление, что он нарочно путается под ногами, но делала вид, что совершенно этого не замечаю.       — Что у нас ожидается сегодня? Пьянка?       — Лёгкий ужин. Ребята после концерта устали, и мы просто тихо посидим. Ну, или громко посидим, с песнями. — Я сняла кожаную куртку и футболку, натянув уютную толстовку. Он так и стоял, прожигая взглядом мои телодвижения. — Что?! Ты все время так делаешь! — Я снова избегла столкновения, потому что он явно, вставал на пути. Теперь он застыл в той же позе. Я обернулась и щёлкнула его по носу. — Отомри!       Тут же я оказалась поймана, приподнята, и накрепко прижата ко всей этой атлетичной охуенности.       Глаза в глаза!       Я с улыбкой обняла его, начав гладить шею и затылок, пока железные объятия не стали чуть мягче. Я сумела набрать воздуха в лёгкие и медленно встать на цыпочки, не теряя зрительного контакта.       — Едва не задушил… — Прошептала я, заполняя паузу между нами, которая и так затянулась.       — Ты права! Едва не придушил… на треке… обоих… — Тихо проговорил он, и ладони на моей талии чуть осмелели, прижимая наши бёдра теснее друг к другу.       Было горячо настолько, что даже пересохло в горле. Воздух между нами загустел, и его будто можно стало брать руками.       — Это ничего для меня не значило… — снова едва не шептала я, когда гладила его скулы.       — Что, это?       — Поцелуй. Нет былого, я ничего не чувствую к Сашке.       — А к кому чувствуешь? — Снова прижал он, будто до хруста костей. Даже воздух с силой вылетел из моих лёгких, и я качнулась, абсолютно упав на него.       — Не заставляй меня больше делать что-то тебе назло, ладно? Я не хочу таких отношений! — Я едва отвоевала себе несколько сантиметров воздуха.       — А ты хочешь отношений? Со мной? — Ухмыльнулся он. — И ничего не перепутала? Сменишь олигарха на мента?       — Пойдём? Оксана звала на ужин!       — Пойдём. — Даже не шелохнулся он.       — Ну же? Отпустишь меня? — улыбнулась я.       — Ни в коем случае! — Улыбнулся он в ответ. Потом, на удивление, он просто отпустил меня, аккуратно поставив на ноги, и с улыбкой открыл дверь. Посиделки были уже в разгаре, и гитара была на коленях хозяина дома. — Простите, задержались. — Выдал он. — Познакомишь меня? — и приобнял за талию.       — Конечно. Ребята и девчата, это Костик, мой новый мужчина.       — Штрафных сегодня нет. Штрафные у нас песни! — Сказала Оксана — Вы готовы?       — Да как пионеры! — хихикнул он, и вдруг робко посмотрел на меня. — Ведь так?       Не дав ответить, Артур запел, и я сразу присоединилась, потому что знала слова.       Вечер был недолгим, потому что все вымотались за день. Первой ушла я, потянув за собой и спутника. Ванная была одна на этаж, и очень уж хотелось быть там первой!       Костик честно «сторожил» двери, чего мне в ответ сделать и в голову не пришло.       С прискорбием я заметила, что марафет вообще не пригодился.       Причёска была смята шлемом на треке, а макияжу никто не придал значения. Разве что, для фоток для своих профилей пригодилось бы: я посетила концерт друга и настроилась коз вволю! Даже с молчаливой и неулыбчивой скалой охуенности за спиной.       Этим я и занималась, сидя на кровати: постила о проведённом мероприятии, пока Аполлон во плоти не ввалился в комнату. С полотенцем наперевес, и в одних штанах. Эротично так, спущенных, совершенно, за гранью приличия, демонстрирующих рыжую подушку.       — Бросила меня, да!       — Ты не попросил остаться… — равнодушно пожала я плечами, и тайком косила на нижний пресс.       — Чем занимаешься?       — Да так… отправила ребятам на редакцию сегодняшние фотографии. Отчёт о концерте. Ты нигде хорошо не получился. Дулся весь вечер как мыш на крупу!       — У меня тоже есть теперь видео, как ты поешь!       — Давай посмотрим? Я хочу услышать со стороны: как налажала сегодня.       Мы сели рядышком, и уткнулись в его аппарат. Вскоре я заметила, что смотрю в экран одна, а он смотрит на мои губы. Пришлось нагло уставиться в ответ, и он отбросил телефон, забыв даже звук выключить.       — Ты хочешь убить меня взглядом? — Спросила я.       — Не совсем! — Продолжил давить он.       — Мы разве не все выяснили?       — Я не знаю.       — Тогда давай спать. Не знаю, чем занимался ты, а у меня был длинный и громкий день. А завтра тоже не поспишь до обеда… — Я потянула с кровати покрывало, чуть не сбросив телефон. В конце концов, он не проявлял никакой инициативы, кроме изнасилования взглядом.       Теперь он тоже стал избегать смотреть в мои глаза, и смиренно занял самый малый уголок кровати, насколько это можно было при его габаритных размерах.       Конечно, мне не особо спалось, после увиденного полуодетого, ходячего вожделения. Да и он, хоть и не ворочался, но судя по дыханию, не спал тоже. Поэтому я стала ворочаться не стесняясь, пока не поняла, что К. встал с постели, обошёл вокруг, и лёг с того края, где стартовала я. Причём, при этом мы друг другу перестали мешать, и наверное, уснули.       Только мозг помнил место посадки вернее, и ночью я проснулась и потянулась в поиске края не туда. Вместо этого, я почему-то оказалась на груди у мужчины.       — Ой, извини… — Прошептала я и попробовала освободиться. Не тут-то было! Руки намертво впечатали меня в обнаженный торс.       — Попалась? — промурлыкал он, касаясь губами моего подбородка. И сам себе ответил, — попааалась!       Он цепко зафиксировал меня, не дав ни упасть, ни вовремя отпрянуть, продолжая исследовать губами и колючей щетиной область моей шеи. Черт возьми, и в мыслях не было вырываться!       — Далеко собралась? — Спросил он между делом.       — Пописать.       — Прости. Боялся, что ты свалишься. — Отпустил он. — Проводить?       — Дорогу знаю, если что. — Я покинула спальню почти бегом. Можно подумать, он бы бросился в погоню! Выйдя из индивидуального кабинета, я увидела образовавшуюся очередь в лице своего сопровождающего. Он стоял у двери.       — Что?! Я не могу захотеть ночью в туалет? — Зашептал он.       А в целом, ночь прошла без происшествий, и утром я первой из гостей пришла на кухню, помогать с приготовлением завтрака.       Мы тихо шептались С Оксаной, и вроде бы, никому не мешали.       — Доброе утро! — Разбавил девичник Константин. — милая, а я тебя потерял. Телефон-то в спальне.       — Ну, нашёл? — Улыбнулась я, не отходя от сковороды.       — Я так понял, ты со мной не побегаешь сегодня… — Надул он губы.       — Правильно понял. Я сегодня дежурная по кухне.       — Ну хоть проводи меня, укажи дорогу… — Не отставал он.       Очень хотелось сделать вид, что я что крайне занята эти минуты.       — Да иди, я дожарю! — Подошла хозяйка дома к плите.       Нечитаемое пробурчала я, когда мы потолкались у дверного проёма, и я потянула его за руку к выходу. По пути он играл моей ладонью.       — Ты губки надул так, будто мы провели самую жаркую ночь в нашей жизни, и я посмела тебя после этого оставить…       — А что ты язвишь с утра? Что опять не так? Я вот искренен, тянусь к тебе всеми фибрами изголодавшейся души… — Остановился он у двери.       — О, как! А вчера я тоже к тебе тянулась, но ты брезгливо меня от себя отстранял. Зато сегодня переигрываешь…       — Похоже, я тебе просто не нужен, только и всего…       В ответ на это, я толкнула его к стене, и начала целовать. Его руки быстренько сориентировались, прижимая мои бёдрами к тонким, несмотря на погоду, треникам. Поцелуй был далеко не как во сне. К. будто хотел меня целиком проглотить!       … — Ты его на фронт что ли провожаешь? — Спросил Страйк. — Доброе утро. Извините, я ушёл…       Я ничего не ответила своему помощнику, но проводила его таким взглядом, что обладатель рук на моих ягодицах не сдержал смешка.       — Хочешь бегать — беги сейчас! А то с чем-то наперевес придётся… — зашептала я.       — Ты не оставляешь меня равнодушным…       — Я ощущаю…       — Мне точно, идти на пробежку?       — Конечно. — я потянулась к его уху. — Пусть все мужики в сауне обзавидуются твоим кубикам и бугорочкам…       — Правда? А ты когда проявишь к ним интерес?       — Как только, так сразу… Пмс обычно заканчивается временной невозможностью проявить интерес к мужчине…       — А как же миф о настоящем пиратстве и глубоких морях всех цветов?..       — Либо беги, либо надевай фартук и иди чистить нам картошку…       — Я тебя понял… Побежал…       После пробежки он застрял в мужской компании до самого обеда. То есть, до того времени, когда пошёл дождь и Артур нацепил дождевик и забрал мясо для шашлыка.       Собравшиеся вместе гости заметили, что лишь К. составил ему компанию в непогоду. Меня просто гордость стала распирать за это.       — Так у тебя с Кристи серьёзно? — не сдержал себя Артур, когда они выпили по первой, для согрева, над костром, закусив сырым мясом.       — А ты-ещё один, кто пригрозит местью, если я её обижу?! — Огрызнулся Костян.       — Ты знаешь, наверное да! Хотя мы этих тем не касаемся более десяти лет. Мы на этой почве подружились. Предрекая твой вопрос: она любила моего лучшего друга.       — Он здесь? Этот друг? — задал вопрос К., хотя знал ответ из досье.       — Нет. Я не поддержал его, а значит поддержал её. В их разрыве. С тех пор мы касаемся любых тем, кроме личной жизни Кристины. Так у вас серьёзно, или как?       — Понятия не имею, что у неё в голове, и как она ко мне относится. Это словно в лесу заблудиться!       — Вот уж не знаю. Она такая всегда конкретная в своих словах и поступках…       — Увы. Я конкретики не вижу, чувствуя себя вторым запасным, после Марти, и во имя Сашки!       — Поэтому вы и ссоритесь?       — Это так заметно?       — Если честно, то очень. Вы хотели подраться на моем концерте.       — Мы в начале недели поссорились. То есть, она взвилась и помчалась к себе. Я вроде, не беспокоил, не звонил, давал перебеситься. Так она с Сашкой вчера поехала кататься на гоночном треке! Потому что знала, что узнаю я, что донесут, и что я взбешусь от этого! Вчера вот, вроде, помирились, по долгой дороге сюда… До какой-то степени… — Он предложил по второй, но А. отказался.       — Мы напьёмся раньше всех! Хотя, нет: это я напьюсь, а твоя весовая категория может и позволяет… Только вот, Кристина жуть как не любит пьяных.       — Что ещё она не любит?       — Ложь, недосказанность, двуличие… Пьянки в своём окружении.       — А любит?       — Слабосолёную рыбку и сладости! Хеннесси и шашлык. Сауну, и многое другое… Ты ничего о ней что ли не знаешь?       — Она ничего не дает узнать. Держит меня на расстоянии…       — По фотографиям я бы не сказал… Стоп! — Воскликнул он, — так вы до сих пор, ни-ни?       — С чего ты взял? — Ощетинился мужчина.       — Теперь, я точно уверен. Не даёть!       — А хоть бы и так… — Обиделся К, отвернувшись от костра.       Вот тебе и конспирация. Сечет каждый, кто мало-мальски, знаком с ними.       — Не дуйся: сюда, к своим близким друзьям она бы тебя не пригласила, будь ты проходящим увлечением.       Ароматный шашлык был принесён к столу в самое подходящее время, когда слюнки просто текли от голода смотрящих из тёплого дома на двух, наверняка промокших мужчин. Погода вконец подкачала, и гости забились в уютный дом, с гостеприимными хозяевами.       — Ты мокрый! — Смело ощупала я грудь и живот подошедшего К. — Замёрз?       — Я уже вскипел! Оттого, как ты сейчас потрогала меня! — Тихонько, но чтоб все услышали, ответил он. — Сохрани мне пару сочных кусочков.       И действительно, Артур предложил им первым, махнуть в сауну, чтоб не простудиться. А остальные налегли на вкусности, и к возвращению чистенького, розового как поросёночек, Костяна, я наелась до отвала.       — Душа моя, накормишь усталого охотника? — Стал он перед моим стулом, хотя рядом был и свободный.       — На кого охотился? — Покачала я головой, и кивнула на соседний.       — На тебя! — Со вздохом сел он, где было предложено. — Вот! А на ручки? Я хочу усадить тебя на ручки!       — Ешь, давай!       — А ты?       — Посмотрю.       В сауну отправились остальные, и лишь я с Оксаной остались с вышедшими и смотрели, как мужчины метут все подряд со стола. Нам оставалось только перемигиваться.       — А ты пойдёшь в баньку? Здоровье позволяет? — Спросил он.       — Конечно. Как я могу отказаться? Оксан? Мы остались с тобой…       — Пожалуй, я пропущу на этот раз. Там уже слишком жарко для меня. — покачала головой хозяйка дома.       — Что Кристина, без присмотра что ли пойдёт? Хоре жрать, Костян! Сопроводи даму! — Хихикнул Артур. В конце концов, мы почему-то остались за столом вчетвером. Посетившие сауну перешли в другое место, и оттуда слышались гитарные переборы.       Конечно же мужчина с готовностью, дожевывая и вытирая на ходу руки, помчался за мной, не обращая внимания на смешок Артура.       — Ты знаешь что-то, чего не знаю я? — Спросила хозяйка дома.       — Да, наверное. Только это между нами, мальчиками…       Я вошла в раздевалку и не глядя, избавилась от одежды. Вроде же, не в первый раз мы вдвоём в парилке… Только на этот раз было всё как-то не так…       Костян стоял и просто пялился, что я вскоре заметила.       — Ты что-то здесь не видел?       — Что толку, просто видеть…       — Все, проехали! — Фыркнула я и удалилась в парилку. Там одной торчать было даже в чем-то скучно. Но я принципиально сидела там, не выходя к тому, кто так и не составил компании.       Вдруг двери распахнулись, и он влетел в парную.       — Чего? — Лениво произнесла я, не открывая даже глаз.       — Все нормально? Не в обмороке?       — Не дождётесь! — Я открыла глаза. — А ты чего не голый?       — Да пжалста! — Снял он полотенце. — Мои намерения тебе не слишком наглядны?       — Скажем так, они для меня не новость, а значит, наглядность не стала откровением! — Снова закатила я глаза.       — Ты не пьяная?       — Не-а, я не выпила ни капли за столом…       — И почему ты мне не нравишься? — Начал он пристально меня разглядывать. — Какая-то ты вялая…       — Разонравилась? — Ухмыльнулась я, закрыв глаза.       — Так: во-первых, учитывая твою наготу, сказки о пиратах я подвергаю сомнению… — Подошёл он совсем рядом, и слегка меня потормошил.       — Ииии?! — Я игриво рухнула на его руки. Костян едва успел не дать мне сверзиться с мостков на пол. Конечно же, потом подхватил меня на руки, и держал, раздумывая, куда бы теперь положить.       — Ты издеваешься надо мной? — Прорычал он.       — Не-а! Обольщаю… — Промурлыкала я, и снова обмякла на его руках как бездыханная.       Он вынес меня из парилки, в раздевалку, с большой ванной, исполняющей роль бассейна, и шагнул прямо в воду. После тех температур любая вода должна была казаться ледяной. Прооравшись вволю, я начала вырываться из его объятий, и клацать зубами от холода.       … — Эй, у вас там все хорошо? — Все же постучал Арчи.       — Да, друг! Этот нехороший человек окунул меня в бассейне! — Крикнула я. — Все нормально, просто я его сейчас буду душить или убивать!       — А может, просто целовать? — тихонько предложил он, раскинув руки.       Я медленно приблизилась к нему, в этой прохладной воде, на расстояние, при котором он поймал меня в эти свои, загребущие объятия, и нежно, но неумолимо пригвоздил к себе.       Так откровенно близки мы ещё никогда не были. Карие глаза выжигали дыры на моей коже, а торчащие соски щекотала растительность на его мускулистой груди. Наши бёдра будто намагнитились, прижимаясь безо всяких преград.       — О, майн год! — выдохнула я, потому что молчание снова затянулось, и К. не спешил это исправить. — Мы абсолютно голые… Обнимаемся так, что я сейчас…       — Прошу, не кончай до начала… — Хихикнул он.       — Да что ж такое! Ты специально меня злишь?!       — Даааа, потому что ты с самого утра меня не разу не поцеловала…       — А ты? Сколько дней ты насилуешь меня глазами, и не делаешь ни попытки…       Попытка началась. Он усадил меня на бортик и юркнул телом между ног. Его руки зафиксировали мои колени, и развели в стороны. Костян дорвался губами до грудей и ласкал их так долго, как пожелал. Потом опустился на мой живот, и я едва не искусала губы в кровь, потому что кричать было бы нехорошо.       — Люди кругом… — Выдохнула я.       — И что? — Сделал он сильную, сочную отметку на пупке.       — Я не могу молчать…       Он с ухмылкой поймал мой взгляд.       — Пойдём в спальню?       — Давай…       Никого по пути не встретив, мы поспешили наверх. Там громко играла музыка, достигая всех без исключения, спален на этаже.        Я опять была настигнута у самой двери. К. страстно прижал меня к себе, и зашептал на ушко…       — Ах, как же я хочу! Всю…       В ответ на это я вырвалась, вваливаясь в спальню, держа его за руки. После хлопка двери, он снова рванул меня к себе, только теперь мы были лицом к лицу.       — Сейчас же! — Прорычала я, стягивая с него футболку.       — Согласен! — Он аккуратно бросил меня на постель и зашарил по карманам.       — У меня есть условие! — Свела я ноги вместе.       — Что опять? — Взревел он, заиграв скулами.       — Никакой резины!       Вместо ответа, он потянул меня за ноги к себе.       Первый раз закончился слишком быстро, но без перерыва перерос во второй.       — Какой ты охуительный! — Выдохнула я, бессильно рухнув на его грудь. Теперь мне разрешалось все гладить, трогать руками и покусывать… И это предрекло третий марафонский забег со звёздным финалом перед самым рассветом.       Назойливые трели телефона все пытались вырвать нас из крепких и сладких снов.       Костян высвободился и забурчал что-то у окна, про то, что он не в Столице, что ехать несколько часов… Потом, кажется было сказано: «есть, товарищ генерал!»       — Любимая, меня вызывают! Я должен руководить арестом!       — Иди к черту! Я сплю!       — Ты меня поняла вообще?       — Нет. Записку напиши! И вообще, подставь мне свой огромный бицепс, я буду на нём спать!..       — Я понял. Спи.