Комната, которой нет

Урвала немного времени, пока есть, потом выложу только после экзаменов :/ К тому же запас глав закончился - только неоконченная пятая висит. Поэтому дело пойдет помедленнее... _________________________________ You and I, hold me tight, you and I, gotta fight. You and I, side by side, you and I, say good-bye. You and I, feels so right, you and I, holding tight. You and I, side by side, you and I, for the rest of our lives. t.A.T.u. «You and I» Дин так и не смог уснуть и промаялся до утра. Спускаться вниз ему не хотелось, потому что даже ночью казино было полно постояльцев, а от шума голова разболелась бы еще больше. Оставшиеся три часа он просто лежал, уставившись в потолок и обдумывая то, что навалилось на него только за одну ночь. Сон отошел на второй план – на то он и был просто кошмаром, и Дин не собирался зацикливаться на этом. А вот то, что он увидел после, было куда серьезнее и… реальнее. Он не мог объяснить самому себе, почему вспомнил это именно сейчас и почему вообще вспомнил. Но Дин точно знал, что это было на самом деле, он словно бы смотрел со стороны на происходящее. Значит, его неведение продлилось недолго, и что будет дальше – неизвестно, поэтому он решил пока не поднимать панику. Конечно, он даже не сомневался: вряд ли все его путешествие ограничится лишь тем, что он увидит, как эта сволочь выбирается из комнаты, но причин поднимать панику не видел. Да и Сэм мигом превратится в кудахчущую курицу, а это Дину тоже было совершенно не нужно. Его мир пока в относительном равновесии, так что нет причин дергаться попусту. Когда Дин услышал, что Сэм просыпается, он набросил на себя сонный вид и, потирая глаза, поинтересовался, как тому спалось. Сэм, что-то пробурчав, поплелся в ванную, а Дин потянулся к джинсам. Не хотелось устраивать Сэму такое «веселое» пробуждение, но тот должен знать, что та сволочь выбралась из комнаты, и нужно что-то с этим делать. Вопрос был в том, что – это «что-то». Дин решил рассказать все, когда они будут завтракать, а потом уже придется ломать мозги над тем, как им поступить. Спустившись в кафе, они уселись за самый дальний столик и заказали небольшой завтрак. Дин и вовсе ограничился чашкой кофе. ― Ты ничего не будешь? ― поднял брови Сэм, заметив, что брат даже не взял в руки меню. ― Не хочу, ― ответил тот, но прищуренный взгляд Сэма и не думал исчезать. ― Что? Сэм задержал на нем взгляд еще на мгновение и, чуть покачав головой, продолжил изучать меню. Дин закусил губу и отвернулся к окну, разглядывая проходящих мимо людей. Его мутило, но он не собирался признаваться в этом брату. Тот дотошный, сам догадается потом. Сославшись на то, что это неприятное известие и кошмар отбили весь аппетит, он успокоил самого себя, потому что ему не хотелось есть по утрам только тогда, когда он болел или поправлялся после какого-то ранения. «Только свалиться от какой-нибудь болячки сейчас не хватало», ― подумал он. Подождав, пока официантка принесет заказ, Дин решил больше не задерживать свою новость. ― Сэм, ― начал он, ― я тут кое-что узнал. Насчет ведьмы. Сэм поднял на него взгляд и даже перестал жевать свой тост. ― Да? Когда это ты успел? ― Ночью, ― невесело усмехнулся Дин. ― Похоже, я начал кое-что вспоминать. Он заметил, как Сэм вздрогнул, и опустил взгляд на свои пальцы, сжимающие кружку с кофе. ― И что ты вспомнил? ― неестественно спокойным голосом поинтересовался Сэм. ― Только не ври. Дин посмотрел на брата немного зло и произнес: ― На кой черт я тогда бы стал тебе вообще об этом говорить? ― Ладно, извини, ― пошел на попятный Сэм. ― Просто я знаю тебя и знаю, как ты любишь многое не договаривать. У Дина вытянулось лицо, но он тут же попытался придать себе безразличный вид. Приходилось признаваться самому себе, что он даже не понял, насколько хорошо Сэм успел заново изучить его за эти неполные два года. Впрочем, это ничего не меняло. Будет он жаловаться брату на то, что его начали мучить кошмары, как же! ― Я, кажется, понял, почему еще не валяюсь с дыркой во лбу, как все предыдущие жертвы, ― сделав вид, что ничего не произошло, сказал он. У Сэма между бровей пролегла глубокая складка, и выражение глаз неуловимо поменялось. ― И почему же? ― Эта сучка использовала меня как паром, ― Дин пожал плечами, словно бы говорил о чем-то совершенно обыденном, и, усмехнувшись, добавил: ― Мне тяжело это говорить, но я жив не потому, что я Бэтмен и надрал ей задницу или типа того. Сэм пропустил шутку мимо ушей и нахмурился еще сильнее. Отставив в сторону тарелку, он сцепил руки в замок и прямо уставился на брата. ― Ты имеешь в виду, что она вышла из комнаты? В тебе? Дина передернуло, и он недовольно произнес: ― Я бы предпочел другую формулировку, знаешь ли. Но смысл ты уловил. ― Так ты увидел это… ― Да, ночью, во сне, ― он скрепя сердце решил немного соврать. Если бы он сказал Сэму, что это чертово видение пришло к нему из ниоткуда, совершенно внезапно ударив его кувалдой по голове, тот бы сразу начал ожидать, что Дин может в любой момент грохнуться из-за очередного всплеска воспоминаний. А сны в этой ситуации казались наиболее безопасным вариантом. ― Но почему именно сейчас и почему именно ты? ― задумчиво протянул Сэм. ― Она могла сделать это намного раньше. ― Откуда мне знать? Может, остальные вызывали у нее чувство брезгливости, и ей пришлась по душе только моя шкурка? ― пошутил он, недовольно отметив про себя, что Сэм попал в яблочко и разворошил еще одно осиное гнездо в его душе. Сэм хмыкнул, но в глазах загорелся маленький огонек тревоги. ― Ну да, за столько лет она как будто бы не додумалась… Так вот почему ты орал так, словно с тебя заживо кожу сдирают. Дин кинул на него удивленно-оскорбленный взгляд и отхлебнул еще кофе. ― Я этого не помню, ― буркнул он, уязвленный. ― А больше ты ничего не вспомнил? ― Сэм перевел разговор в другое русло. Тот молча покачал головой. ― Пойду, позвоню Бобби, сообщу, что ведьма выбралась наружу, ― Дин поставил на стол опустевшую кружку. ― Добром это вряд ли кончится, а у нас ноль зацепок. Хотя… ― он резко замолчал и задумался. ― Что – хотя? ― быстро переспросил Сэм. ― Ты что-то еще вспомнил? ― Не то чтобы, ― медленно проговорил Дин. ― Это, скорее, не исчезнувший кусок воспоминаний, просто как-то… смешалось все и ускользнуло. Я думаю, что она дух, Сэм. ― С чего ты так решил? ― Просто… когда она затаскивала меня внутрь, я вроде заметил, что она не плотное тело. Снаружи-то этого было не понять. Вряд ли она какой-то обычный призрак ведьмы, иначе бы поняли это сразу. Я думаю, она как энергетический вампир. ― В смысле? ― не понял Сэм. ― То есть она, вполне может быть, высасывает энергию из своих жертв и становится более… ну, настоящей, ― неуверенно предположил Дин. ― Ожить она не сможет, но энергии набирается. Так что вряд ли пули ее возьмут. А если убивать ее как призрак – это тоже невозможно, потому что… ― Потому что мы не знаем, кто она, и где спрятаны ее кости, ― закончил за него Сэм. ― Да уж… Но почему она защищалась от пуль, когда ты в нее стрелял? Ей же должно быть пофиг на них. ― Не знаю, ― тот пожал плечами. ― Может, как раз то, что она стала довольно… кхм… плотной, повлияло на это, может, пули могли не убить ее, но могли причинить вред. А, впрочем, хрен его поймет. Но нам нужно найти какой-нибудь ритуал, что-нибудь, что сможет прикончить ее. Или хотя бы попробовать загнать ее в ловушку. Раз уж ноут у тебя не работает, сейчас поедем в какую-нибудь библиотеку, в которой еще не были, поищем что-нибудь на тему призраков ведьм, может, что и откопаем. Кстати, ― Дин поднялся, ― думаю, это она твой ноут и сломала, обеспокоившись тем, что мы ее ищем. Сам видел, какие фокусы она умеет выделывать. ― Отлично, ― пробурчал Сэм. ― У нас не появилось почти ничего нового, только проблемы. ― Чем больше узнаешь, тем больше вопросов, ― философски изрек Дин. ― Ты доедай и иди к Импале, а я позвоню Бобби. Вдруг он что-нибудь разузнал. И он зашагал к выходу, стараясь идти как можно более прямо и не обращая внимания на внезапное головокружение.

* * *

― Итак, что мы имеем, ― подытожил Дин, когда они снова сидели в кафе с той лишь разницей, что за окном теперь смеркалось. ― Мы потеряли в библиотеке весь день, но нашли целое ничего. Сэм мрачно молчал, голодным взглядом поглядывая на жующих людей за соседними столиками. ― Какого хрена? ― внезапно взорвался Дин, и Сэм от неожиданности чуть не подскочил. ― У нас такого никогда не было! Не можем же мы среди нескольких десятков книг ни черта не найти! ― Очевидно, можем, ― угрюмо ответил Сэм. ― Но не скажи, что мы про нее ничего не нашли. ― Ага, ― фыркнул Дин. ― Малюсенькую статью о том, что у нормандцев было поверье, что существует ведьма, появляющаяся только, когда «черный круг сжирает солнце, и из него льется кровь». Но даже имени ее нет! Просто приходит, забирает людей, убивает и возвращает обратно, мол, чтобы баланс поддерживался. ― Он скривил губы. ― Бред. Это мы знали и раньше. Очевидно, дальше мифа все это не продвинулось. Удивительно, где Бобби это откопал. ― Ну, ты же видел, сколько у него томов мифов и легенд разных народов, ― усмехнулся Сэм. ― Очевидно, там такая же статья и была. Если проследишь последовательность, по ней, в принципе, легко поймешь, с чем имеешь дело. Главное: знать, где и что искать. ― Ну да, это же Бобби, ― пробурчал Дин, набрасываясь на принесенную еду. ― Если ведьма объявится – а я уверен, что нам недолго ждать, – попробуем ее заманить обычным ритуалом по призыву духов. Сходим на место моего появления, там и проведем ритуал, ведь ее аура должна еще оставаться там. А если не выйдет, значит, она стопроцентно не просто привидение. ― Тогда завтра. Нужно еще подготовить ритуал. ― Угу, ― с набитым ртом подтвердил Дин и, сделав огромный глоток, добавил: ― На сегодня нам, как мне кажется, по уши хватило этих чертовых книг.

* * *

Пламя огня всюду, обжигает жаром кожу, яркие языки лижут стены и мебель, удушающий дым мешает что-либо разглядеть вокруг, но одно он видит ясно. Широко раскрытые, полные ужаса глаза, лицо, искривившееся в гримасе страшных мучений, и огонь вокруг. Мелькает и сразу теряется безумная мысль, что происходящее смахивает на распятие, и он, не в силах сдерживаться, кричит, глядя, как его мать заживо сгорает в пламени. Кровь из раны на ее животе капает ему на лицо, попадая на лоб, стекает по носу, но он не замечает этого. Красные капли смешиваются со слезами, а он все кричит, ощущая, как боль острым кинжалом распарывает его сердце. Он всеми силами тянется к матери, хочет спасти от огня, но каждый раз, стоит ему приблизиться, она словно бы поднимается еще выше и все так же глядит на него сверху вниз мертвым, пустым взглядом. Он кожей ощущает подступающий жар, понимает, что еще немного – и сгорит в этой комнате, но не хочет уходить. Хочет превратиться в пепел вместе с матерью. Огонь перекидывается на ее белую ночную рубашку, а он словно прирос к полу, не имея возможности пошевелить и пальцем. Он протягивает руки, рычит, как раненый зверь, но его тянет обратно, прочь из комнаты. Ломая ногти, он цепляется за стены, рвется обратно, но в следующее мгновение уже оказывается за порогом пылающей комнаты. Взрыв сотрясает дом, прозвучав одновременно с его воем, и все меркнет.

* * *

Сердце билось, как сумасшедшее, и в первую секунду Дин не мог понять, где находится: перед его глазами все еще пылал огонь, в котором исчезала его мать. Задыхаясь, он сел на кровати, и дрожь от пережитого во сне ужаса сотрясала его тело. Зрачки Дина были расширены, взгляд расфокусирован. С трудом поднявшись на непослушные ноги, он тихо, чтобы не разбудить Сэма, пошел в ванную и там, запершись, скользнул вниз по стене и закрыл глаза. Сжав ладони в кулаки, он попытался успокоить дрожь, но выходило плохо. Казалось, что это произошло не больше минуты назад, и все то, что он чувствовал во сне, все еще пожирало его. Казалось, что это вовсе был не сон. Что он перенесся назад в прошлое и своими глазами смотрел, как погибает в огне их с Сэмом мать, бессильный как-то этому помешать. Боль, не физическая, сжигала его, как огонь – их дом, и она была не тем чувством, какое наполняло его до сих пор. До этого он не видел своими глазами смерть Мэри, он только представлял ее по рассказам отца, и горечь потери человека, близкого, но которого ты почти не знал, не могла сравниться тем, что он пережил сейчас. Теперь вся боль, что жила в нем ярким, но небольшим огоньком, разгорелась до размера огненного океана и потопила его. У него с четырех лет не было матери, но он не видел, как она умерла, и это не разрушило его изнутри, это незнание удерживало его на плаву. Дин признавался сам себе в том, что никогда не хотел бы этого видеть. А сегодня он потерял мать еще раз, но на этот раз он пережил ее смерть сам. И оказалось, что та боль просто ничто по сравнению с тем, что может быть на самом деле. Наверное, что-то похожее чувствовал отец. Поднявшись с прохладной плитки, Дин подошел к раковине и, набрав в ладони воды, намочил лицо, силясь прогнать из головы эти чертовы образы. Но что-то внутри подсказывало ему, что сделать это будет очень трудно. Теперь он больше не сомневался в реальности снов. Подняв взгляд, Дин уставился на свое отражение, и уголки его губ чуть дернулись, когда он увидел, что на него из зеркала смотрит мертвец с потухшими глазами. Из горла вырвался судорожный кашель, и Дин закрыл рот рукой, пытаясь приглушить его. Не хватало, чтобы еще Сэм проснулся… Этот кошмар был ничем иным, как моментом из его жизни, действительно произошедшим давным-давно. Нельзя было назвать его воспоминанием, так как Дин знал, что не был в комнате Сэма, когда все произошло. Но в том, что это был не просто сон, Дин уже был уверен. А первый кошмар, про Ад… Этого еще не произошло, но теперь пришла мысль в том, что это не просто воплощение его глубинных страхов или же просто крик измученного сознания. Это действительно будет. Оторвавшись от раковины, Дин направился обратно в комнату, и его губы были растянуты в горькой ухмылке. Что ж, он не мог не оценить гениальности ведьмы. Видать, ее конек – мучить не физически, а более извращенным способом. И интуиция подсказывала ему, что все это происходит с ним не в первый раз. Дин не помнил, что было с ним в комнате, как та тварь издевалась над ним, но какое-то странное чувство указывало: то, что он видел вчера и сегодня ночью, и есть пережитое им в комнате. Все оказывалось слишком просто и в то же время создавало новые вопросы. Почему тогда он не помнил этого сразу, как только вернулся? Так бы ведьма принесла ему намного больше вреда, чем отдавая воспоминания порциями. А в том, что это далеко не последнее такое воспоминание, не возникало и сомнений. За неделю она могла сделать все что угодно. Но как она убивала людей, все еще оставалось непонятным для него. Дин присел на кровать и сжал гудящие виски. Кровь стучала в них отбойным молотком, и от этого его немного подташнивало. Взглянув на часы, он разглядел, что они показывали пять утра. Вздохнув, он снова улегся. До подъема еще оставалось несколько часов, и, хоть Дин сомневался, что сможет уснуть, попробовать стоило. Иначе он просто упадет посреди дороги от недосыпа. Ближе к шести ему все же удалось забыться тревожным сном. Дину показалось, что не прошло и секунды, как его уже будил Сэм. Громкий возглас брата: «Подъем!» ударил его словно пушечным ядром, и Дин невольно подскочил, выхватив из-под подушки нож и затравленно озираясь. Через секунду, сообразив, что никто не лезет в окно, он со стоном упал обратно на подушку. Сэм смотрел на все это немного ошарашенным взглядом. ― Дин, эй, Дин? ― позвал он, осторожно подойдя ближе. ― Ты чего? Выглядишь хреново. ― Ничего, все нормально, ― донесся приглушенный голос из-под подушки. ― Не выспался. ― Но мы легли вчера рано! ― удивился Сэм. ― Это ты, ― Дин убрал подушку и посмотрел на брата. ― А я – нет. Сэм, натягивающий джинсы, замер на мгновение и поинтересовался: ― Это как? Я же сам видел, как ты ложился. ― Я потом встал и пошел вниз, в казино, ― помедлив, ответил Дин. ― Там немного выпил… точнее, много, а потом… сам понимаешь. Сэм молчал, наверное, минуты две и сверлил Дина нечитаемым взглядом. Тот, поджав губы, смотрел в ответ, надеясь, что его лицо нормального оттенка, потому что внутри у него бушевал шторм. ― Ну да, нашел себе, с кем переспать, ― холодным тоном произнес Сэм. ― Знаешь, Дин, мне как-то пофиг на эту твою сторону, но я не думал, что ты даже в такой момент, когда мы не знаем, с чем сражаемся, когда нужно быть начеку, можешь поступить настолько… Сэм замолк и отвернулся. До конца одевшись, молча прошел в ванную и закрыл за собой дверь. Дин пару секунд смотрел на нее с чуть заметной искоркой сожаления и вздохнул. Сжав зубы от волны боли, скрутившей желудок, попытался встать, и ему, хоть и с трудом, удалось это сделать. Когда он натягивал футболку, внезапно зазвонил телефон. ― Марк? Я слушаю… По мере того, как Дин слушал то, что ему говорят, его лицо все более ужесточалось. ― Окей, сейчас будем. Чертыхнувшись, он полез за костюмом. Слабость, сковывавшая его тело, отошла на задний план, теперь главным было сначала разобраться с ведьмой, а остальное и подождет. ― Шевели задницей, Сэм! ― крикнул он, стукнув кулаком в дверь. ― Нам нужно идти! Через полминуты Сэм вышел из ванной, по-видимому, готовый молчать, как партизан, до самого вечера. ― Окей, Сэм, мы уяснили, какой я урод, эгоист и все такое, ― спокойно сказал Дин, заметив, что Сэм все еще злится. ― Но давай пока об этом забудем, потому что сейчас мне позвонил Марк и сказал, что в паре кварталов отсюда внезапно умер тридцатилетний мужчина. Точнее говоря, его нашли в ванной с перерезанными венами. До этого он вполне себе радовался жизни и строил кучу планов, как сказали его родственники. Сэм, натягивая рубашку, спросил: ― Ведьма начала свои похождения? Странно, что она вышла из отеля… ― Мне плевать, ― ответил Дин, проверяя, на месте ли его фальшивое удостоверение. ― Пусть это хоть на Канарах произойдет, главное в том, что она начала охоту… И, похоже, ей больше не нужно недели, чтобы убить свою жертву. Придумала что-то другое. Хотя я так и не понял, в чем был смысл тех ее убийств. Хотя, может, и понял… Последнюю фразу он произнес себе под нос и сразу замолк. Сэм, роющийся в сумке в поисках галстука, этого не услышал. Дин тряхнул головой. Прежде чем прыгать в пропасть, нужно увериться, что тебя ожидает мягкая посадка… Слишком уж бредово.