Сияние мертвой тьмы

Emily’s POV. Стою в ванной перед зеркалом, боясь поднять глаза. Мне страшно. Я жестоко изнасилована каким-то таксистом. Головой я понимаю, что должна рассказать всем и подать в полицию, но не могу. Боюсь за Тома. Он не выдержит, сорвётся и сделает что-то непоправимое. Моё существование, все старания для лучшей жизни, обучение — все ушло, жизнь сломана. Хочется просто запереться в кладовке и не вылезать. Умереть там в одиночестве. Моё подсознание движет мной. Движет к тому, чтобы одним мгновением закончить все страдания. Пусть лучше запомнят меня милым гномиком, который устал от всего и решил просто уснуть навек. Томи будет плохо, но со временем он забудет об этом. Будет раз в месяц приходить на мою могилу с букетом моих любимых орхидей. Начнёт новую жизнь, а я буду следить за ним. Надеюсь, он знает как сильно я его люблю. Моего Томи, который не умеет правильно завязывать галстук, гладить рубашки, ну не даётся ему. Сколько я себя помню, не могу сдержать улыбки от тех воспоминаний, когда вспоминаю, как он собирался на свой выпускной. Если бы не мы с мамой, он бы пошёл в джинсах и ветровке. Мой ненормальный брат. Сжимаю в руках кухонный нож, который подготовила заранее. Представляю, какая будет боль от порезов, но это не та боль. Не душевная боль, от которой хочется выть. Теперь я могу понять тех женщин, которые убивают себя после изнасилования. Это настолько ужасно. Ты чувствуешь себя грязной, недостойной жизни. Боишься мужчин, прикосновений. Мне страшно представить, как бы врала Тому, но я не умею врать. Подношу нож к запястью, борясь с внутренними страхами. Заостренным концом слегка провожу по запястью и уже собираюсь с силой надавить, и пролить первую кровь, но звонок в дверь, и знакомый голос за ней. «Черт, Сэм. Зачем ты пришел». Выдыхаю и прячу орудие смерти в куче грязного белья. Не знаю: благодарить Клафлина или проклинать за то, что прервал мою «кровавую» вечеринку. — Привет, Эми! — Клафлин залетает в квартиру и с улыбкой на лице подходит ко мне. Мой милый друг, который, несмотря на то, что я его «отшила» остается со мной, поддерживает меня. Не каждой девушке так повезет. Любящий брат, заботливый и тоже любящий друг. Может быть, после моей смерти Сэми сможет наконец-то жить нормально и не мечтать обо мне. Сейчас я особенно понимаю, что не достойна даже его дружбы. Смотрю на его летнюю джинсовую куртку, которой столько же лет сколько мы тут живем. Вспоминаю наше первое знакомство. Настолько смешно и нелепо еще никогда мне не приходилось знакомиться. «После освежающего душа Эмили надела на себя чистую футболку и шорты, и, попутно вытирая волосы, стала спускаться вниз, но замерла на месте. На первом этаже кто-то был. Это был не Том, девушка увидела голову незнакомца. — Томи не предупреждал о гостях. Кто же это? — одними губами произнесла Эми. «Вор?!» «Насильник?!» «Кто это, черт побери?!» Она взяла самую толстую книгу с полки и тихо направилась к нему. Еле ступая на носочки, она подкралась сзади и ударила незнакомца по голове. Книга оказалась недостаточно тяжёлой, чтобы оглушить противника, но искорки из глаз у него все-таки полетели. Пока вор приходил в себя, Эми встала над ним и начала по-детски душить. — Решил ограбить нас, да?! Подонок?! Ты что себе возомнил?! Что тут никто не сможет себя защитить?! — один резкий толчок и он в шкафу, одно движение, и шкаф заперт. Эми побежала на кухню взять сковороду и затем встала напротив ловушки с протянутым оружием. — Только попробуй выйти - я тебя оглушу, на самом деле. Где-то минуту оттуда не доносилось ни звука, но потом этот засранец заговорил. — Прекрасная мисс! Я никак не хотел Вас напугать. Я не буду выходить и нарываться на неприятности, я просто подожду, когда приедет мой друг. — Так ты ещё и не один?! Вы что групповое ограбление задумали?! — Милая госпожа, вы неправильно поняли… — Что тут происходит? — Том зашёл в квартиру и услышал крики девушки. — Я поймала вора! — Эми победно подпирала шкаф, чтобы бандит не вылез. — Вора? — недоумению мужчины не было предела. — Том, это ты? — глухо донеслось из ловушки. — Вы знакомы, — девушка опустила сковородку и посмотрела на брата. Не могу сдержать смех, вспоминая испуганные глаза Сэма, и то, как он чесал ушибленный лоб. Тогда я очень долго перед ним извинялась. — Эми, Том звонил, сказал, что ты трубку не берёшь, он испугался. Все хорошо? Что вспомнила? — Я сегодня себя не очень хорошо чувствую, телефон разрядился, забыла на зарядку поставить. Томи я звонила, но он, наверное, был занят, раз поставил автоответчик, — Сэми немного напрягается, подходит ко мне и нежно прикладывает руку к моему лбу, пытаясь определить температуру моего тела, — вспоминала сейчас нашу первую встречу. Помнишь, как я тебя оглушила бедной книгой? По-моему, это была «Граф Монте-Кристо». — Еще никогда я не получал по голове своим любимым произведением, — его руки все еще изучают мой лоб, висок и шею, — жара вроде бы нет. Горло болит? Почему он такой хороший? Замечательный человек. Он должен быть сейчас с девушкой, а не приходить ко мне и наблюдать за моим медленным увяданием. — Тебе разве не надо на работу? Сегодня же пятница — сдача отчетов, — спрашиваю я, проходя в кухню,— пойдем я тебе чай заварю. — Нет, все хорошо. Все равно я взял отпуск на некоторое время. Без Тома мне делать там нечего, поэтому я побуду сегодня с тобой, вдруг тебе станет хуже. Поднимаю на него глаза и прошу о том что вряд ли попросила бы раньше. Впервые за три дня одиночества я ощущаю тепло внутри себя. Мне хочется, чтобы он остался, говорил со мной. Я забываю о своих намерениях покончить с жизнью. Мне сейчас хочется одного. — Обними меня! — протягиваю руки и смотрю в его зеленые глаза, в моих глазах все ещё стоят слезы, которые я не смогла выплакать. Слезы отчаяния, боли и ужаса. В долю секунды оказываюсь в его объятиях. Таких сильных и уютных объятиях. Наверное, это то, чего мне так не хватало после моего... Цепляясь за его плечи, я выплакивала пустоту этих дней, обиду и страх одиночества. — Не плачь! Не плачь, Эми, пожалуйста. Скажи, что случилось? — Он смотрел на меня и пытался найти ответы на все свои вопросы, — прости меня. За то, что не приехал раньше. Прости… Я не знала, что ему ответить. Душа сгорала изнутри. Я не умела врать. Том учил меня, как в некоторых жизненно важных ситуациях нужно врать, но все впустую. Мне хочется остаться в этих объятьях. Впервые до меня доходит значение словосочетания «тепло объятий». Значит, так оно и бывает? Ощущать с какой силой его могучие руки прижимают тебя к себе, забирая боль, завлекая под надежное крыло защиты? Чувствовать себя в его объятиях хрупкой, но не без защитной личностью. Щедро окруженной заботой. И не успевает сознание сформулировать ответ, как я утыкаюсь в его грудь, заглушая там свои рыдания. Сэм напрягается, отчего его взволнованный шепот срывается на голос: — Эми, клянусь, я помогу тебе. Только объясни мне, что случилось… Я не отвечаю, и Сэми принимается ласково гладить меня по плечам, хрипя в макушку какие-то незатейливые слова. «Все пройдет». «Все наладится». Эх, Сэми, если бы ты знал суть проблемы Но, черт бы все побрал, впервые за трое суток я чувствую себя хорошо. Ощущение, будто все живое, все некогда мне важное и со смачным хрустом разбитое в тот злополучный день, вновь обретает свою прежнюю форму. Словно Сэми аккуратно собирает меня по частичкам. Кропотливая, конечно, работа. Но я с облегчением выдыхаю ему в плечо. Впервые мне хочется этого тепла и нежных рук на своей спине. Не знаю, как я смогла подпустить к себе Сэма. Его прикосновения не вызывали тех воспоминаний. Он просто обнимал меня, как раньше, и я с таким же желанием обнимала его. Но сознание просыпается из сладкой дремоты и воспоминания, нахлынув заново, заставляют меня отпрянуть от Сэма. Вновь напомнив мне обо всем. — Пойдём в кухню. Я такая голодна,— делаю голос как можно более спокойным и иду по направлению в кухню. — Эми, ты два дня не брала трубку. Объясни мне, что происходит? Ты сейчас заливаешь мне рубашку слезами, чуть ли не рыдая, как я могу не обращать внимание на это? — Я действительно плохо себя чувствовала эти пару дней. Не было сил даже позвонить. Просто лежала и смотрела в потолок. Прости, что заставила тебя приехать в твой выходной. Ты, наверное, хотел отдохнуть. Действительно не стоило. — Ты опять за свое? — вижу как он закатывает глаза, параллельно доставая мне сковороду. — Как там Томи? — разбиваю яйца в сковороду и будто невзначай спрашиваю о брате. — У него все хорошо, раскрывает очередное убийство. Весь на взводе из-за тебя. — Он наверняка меня убьёт. А что там за убийство? — я всегда интересовалась всем, что происходит у этих двоих, и сейчас мой брат раскрывает какое-то преступление в Лондоне. Если они сами не смогли раскрыть его, то это точно что-то очень страшное. И мне действительно страшно за брата. — Ты в порядке? — Сэм подошёл ко мне сзади и приобнял за плечи. У меня действительно закружилась голова: не знаю как он это почувствовал, но, если бы не он, я бы уже разбила себе голову о стоящий рядом стол или просто упала, и не смогла встать. — Голова немного кружится! — Так, аккуратно иди ко мне, — перекидываю руку через его голову и оказываюсь в его сильных руках. Никто меня ещё не носил на руках, но я, наверное, не смогу полностью насладиться этим прекрасным случаем. — Так, ты ела вообще хоть что-нибудь за это время? — плохо соображаю, что он говорит, но все же у меня хватает сил ответить «вроде бы ела» и прижаться к его плечу. — Ты сейчас ляжешь в постель и расскажешь мне, что происходит с тобой! Ты поняла меня? Льёшь слезы, не ешь, цепляешься за меня, как будто тебя мучает что-то. — Ничего не случилось, — опустив голову на подушку, отвечаю выходящему из спальни Сэму. Я должна ему рассказать, но не могу. Не хочу испытывать чувство жалости, его взгляды на меня каждый раз. Это моя боль, не буду с кем-то её делить. Закроюсь в себе, и точка. Ложусь обратно и жду Сэма. Обдумывая план своего обмана. Flashback Я пыталась освободиться из его тисков. Каждое своё движение не в ту сторону сопровождалось ударом. Ребра, бедра, болело все, но я все равно пыталась скинуть его с себя. Откуда-то из кармашка заднего сидения он достаёт нож и прикладывает к горлу. Не знаю как, но я ещё умудрялась говорить и молила его сжалиться. — Если ты, маленькая шлюха, не успокоишься, то домой точно не вернёшься. Один раз полосну, и все — ты труп. — Пожалуйста! Отпустите меня, я далеко не та, за кого вы меня принимаете. Отпустите, — слезы лились без остановки, сердце разрывалось от боли внизу живота. Я думала, что это сон, сейчас проснусь, и Том приготовит мой любимый завтрак, поцелует в лоб и убежит на работу, но нет. Это была явь. Меня насилуют, как последнюю шалаву. Я все ещё брыкаюсь, кричу, хочу открыть дверь. Но последнее, что помню — это как насильник нанёс удар по моему лицу. Тьма накрыла меня, отдавая меня всю на растерзание мерзавцу. POV Sam Не понимаю: сколько знаю эту девушку, никогда не видел её в таком состоянии. Что бы не происходило в ее жизни, она всегда улыбалась, а сейчас доводит себя. Если не смогу узнать о том, что происходит, не уеду отсюда. Захожу в ее спальню с кружкой чая и ставлю на стол. Эми спит, надеюсь, видя прекрасные сны. Сажусь рядом с ней на кресло и погружаюсь в найденную на ее полке книгу. — Нет, отпусти меня. Не надо. Пожалуйста, оставь меня, — моя маленькая Эми бьется в истерике, я не выдерживаю и начинаю будить ее, но все безуспешно. Слегка бью ее по щекам, отчего, ура, есть эффект. — Эми, это сон просто сон, посмотри на меня, — убираю волосы с ее лица и смотрю в ее прекрасные, но испуганные глаза,— выпей воды и, наконец, расскажи мне, что случилось! — Я не могу тебе рассказать, — сейчас она просто смотрит на свои руки, пальцы, которыми она судорожно перебирает. Беру её бледное лицо в свои руки и смотрю в глаза. — Сэми, правда все хорошо! — Да ты что! Тогда скажи мне, почему ты кричала, когда спала. Да, снился кошмар, но пойми, при кошмарах не кричат ,словно тебя режут, не льются слезы. Ты голодаешь, не выходишь на улицу. Не надо смотреть так на меня, я спросил соседей, пока ты спала. Что происходит? Ты же знаешь: я твой друг, который без ума от тебя и сделает все чтобы ты не страдала. Вместе с твоим братом разберётся со всеми обидчиками. — Поэтому я не могу сказать тебе всего. Тем более Тому. — Я обещаю, что не скажу ему, честно. Клянусь любовью к тебе. Может быть эти слова действительно имеют такую силу, но её лицо немного светлеет. Она садится ближе и берет мою руку в свою. — Два дня назад я пошла к подруге на девичник. Было весело, ничего такого. Просто разговоры, бутылочка вина и девочки. Вскоре я увидела время и, понимая, что задержалась я сильно, вызвала такси и поехала домой. Я мечтала приехать домой и заснуть. Сладким сном, но в итоге я попала в самый кошмарный сон. Ад на земле. — Эми, скажи, что произошло, — перехожу на крик. Не могу выдержать. Она просто сжимает мою руку и смотрит в одну точку. — Я ехала до дома, не общаясь с таксистом, слушала музыку. Около дома он остановился, но не взял денег. Я не совсем поняла, почему он не взял денег, повернулась к нему, и дальше начался конец моей жизни. — Не смей заканчивать сейчас. Что было дальше? — Я не хочу продолжать, Сэми. Не могу. Мне не хватит сил. Не хочу вновь туда. — Он тебя тронул? — задаю этот вопрос через силу, веря, что это не так. Эми бросается в мои объятья, сдавливает мою шею и шепчет: — Он изнасиловал меня. Не просто тронул. Изнасиловал как последнюю тварь. Я не могу больше жить с таким грузом. Мою девочку изнасиловал какой-то мужик. Сейчас она хочет покончить с собой и не собиралась никому об этом говорить. Как же я рад, что смог приехать сегодня к ней. А что, если бы я? Не хочу думать о чем-то плохом. Сейчас важна лишь она и ее будущее. — Все тише, девочка моя, тише! Я с тобой. Больше никто не тронет тебя. Никогда! — глажу ее по волосам и невесомо целую в висок. — Ты не бросишь меня? Тебе не противно? — что за вопросы она задаёт? — Конечно, нет, ты не можешь сомневаться во мне. Я люблю тебя, Эмилия. Я сам найду этого ублюдка. — Нет, пожалуйста, не уходи. Не смей его искать! Мне очень много времени потребовалось, чтобы моя Эми пришла в себя. Рассказала все в подробностях. Этот мудак получит своё, но это будет главной темой для обсуждения с Томом. Мы лежим, обняв друг друга. Она кажется мне такой маленькой, боюсь представить картину того дня, но мне хватило лишь одной мыли, чтобы захотеть убить всех и вся. — Спасибо тебе, Сэми. Я сейчас ощущаю то спокойствие, что было раньше. Спасибо тебе,—она сильнее обнимает меня и засыпает, уткнувшись носиком мне в шею. Зайдя в её ванную, я увидел на краю умывальника нож. Лишь одна мысль посетила меня. И соединилась с тем, что пару часов сказала Эми. — Я больше не покину тебя, пока ты не почувствуешь вновь всю красоту жизни.