По краю

POV Сингто Буря… Искра… Безумие… Наша история началась совсем иначе. Пусть и не самый рядовой, но вполне обыденный день, который даже не предвещал последовавших событий. Да и знакомство было совсем банальным: нас впервые представил друг другу наш общий знакомый. Наверное, у каждого есть такие приятели, которые умудряются быть знакомы и, более того, поддерживать поверхностные отношения с чёртовой прорвой самых разных людей. И абсолютно не понятно, как ты сам вдруг становишься одним из тех самых «недодрузей»… Пожалуй, я отвлёкся от темы. Так вот. Когда мы впервые увиделись в клубе, он был ещё школьником, а я – задроченным навалившейся университетской жизнью студентом-первокурсником. Мы вежливо поздоровались, лицемерно поулыбались друг другу в стиле «ага, да, я конечно запомню такую охуительно важную информацию, как твоё имя» и больше ни разу за вечер не пересеклись взглядами. Не буду врать, я не смог не заценить светлую кожу и симпатичные, с лёгкой ноткой экзотики, черты лица и ладное тело. Вот только рядом с ним со взглядом цербера болталась какая-то девчонка, которая на подлёте давала понять всем заинтересовавшимся, что место занято. Не сказать, чтобы я слишком расстроился, да и богатый опыт убеждал что вот с такими натуральными милыми мальчишками связываться – себе дороже выйдет. Тем более я дал себе обещание дозировать периоды отрыва, стать более серьёзным и ответственным, хотя сам уже не раз переступал через подобные обещания. Как бы то ни было, я забыл о нём уже выйдя за порог заведения и благополучно не вспоминал ещё почти год, который выдался насыщенным не только благодаря учёбе, но и не без участия Пин вместе с Пи’Джейном. Во второй раз я мельком увидел его в компании абитуриентов, в то время как сам носился взбешённым носорогом за преподавателями, которые будто получили в качестве обязательной к ношению униформы мантии-невидимки, в далеко не самых успешных попытках сдать оставшиеся задания, чтобы преспокойно свалить на заслуженный отдых. Внутри робко шевельнулась попытка узнавания, но была на корню задушена иной расстановкой приоритетов. Мелькнувшая озорная улыбка предназначалась далеко не мне, потому свою собственную я списал на мелькнувшую на горизонте Кхун’Суду, для которой я так кстати захватил реферат. В третий раз его лицо мелькнуло среди первокурсников моего факультета, за которыми мне, как постигающему азы наставничества, нужно было приглядывать в дальнейшем. А в тот момент, моё участие в начале их студенческой жизни ограничивалось сверкой со списком произносимых имён с последующей выпиской именных табличек. Муторное и неблагодарное занятие, с учётом того, что составлял те самые списки некий весьма запущенный дебил, в чью ущербную голову не пришла мысль сделать это в алфавитном порядке. Потому шёл процесс медленно, со скрипом и матом себе под нос, так слабо сочетающимся с приклеившейся на лицо дружелюбной улыбкой. Но, как говорится, ёжики плакали, кололись, но продолжали трахать кактус за неимением альтернативы. - Крист Перават. – не поднимая головы, я углубился в дебри долбаных бумажек, порадовавшись, что очередной первогодка избавил меня от того, чтобы не хуже Зазу в сотый раз повторить одни и те же вопросы. Радость была недолгой, так как среди многочисленных имён, частично уже вычеркнутых из блядского списка, такого не нашлось. Второй и третий подходы положительного результата тоже не дали. Я поднимаю глаза и первым, что вижу, становится очаровательная улыбка, которую только подчёркивают милые ямочки на щеках. Зависнув на ней буквально на секунду, я поднимаю взгляд выше и наконец-то узнаю паренька. В ту же секунду приходит понимание, что этот придурок представился «домашним» именем. - Ты издеваешься? – улыбка сбавляет градус ослепительности, а во взгляде мелькает что-то нехорошее, но тогда мне до этого не было абсолютно никакого дела. – В банке ты тоже представляешься «ником»? - Перават Сангпотират. – он понятливо поправляется, а я утыкаюсь обратно в адские бумажки, не замечая, что в глазах студента становится всё больше холода, а улыбка начинает отдавать фальшью, которую уже совсем несложно рассмотреть. - Распишись вот здесь, пожалуйста, и здесь тоже. – второй раунд поисков становится не в пример успешнее. Пока мой младший достаёт ручку, я успеваю написать каллиграфическим почерком «Крист 0206» и вручаю ему табличку, заученно бормоча уже до оскомины приевшуюся стандартную фразу, смысл которой сводится к тому, как неебически мы счастливы стать старшими для таких мегасуперультракрутых первокурсников, как он. - Спасибо, Пи’, - я снова поднимаю голову, чтобы увидеть непонятно почему пылающие злостью глаза своего новоиспечённого младшего. Да и тон, с которым он буквально выплюнул обращение, был предельно далёк от вежливого. Но прежде чем я успеваю что-либо сказать, он разворачивается и моментально растворяется в толпе. Остаток дня происходит без эксцессов, но лицо парня то и дело проникает в мои мысли. Не покидает оно меня и дома, когда я, уставший до предела физически, но всё ещё слишком перевозбужденный морально для того, чтобы уснуть, бездумно пялюсь в тёмный потолок. Запоздало накатывает лёгкое раскаянье в собственной грубости по отношению к мальчишке. В конце концов он ведь не виноват в моём плохом настроении, а просто попал под уже горячую руку. Успокоив себя тем, что непременно извинюсь перед ним при первой же возможности, я наконец проваливаюсь в душное марево сновидений, которое уже почти привычно не радует ничем хорошим. Но в отличие от привычных кошмаров с участием матери, сегодня сны разбавляются появлением в них улыбчивого первокурсника, лицо которого спустя миг искажается маской гнева, почти осязаемого, душащего и не дающего скрыться от своих тёмных щупалец.