World of the Underground

— Сссначит, Марилет передаёт сссакасссы черессс тебя? — скорее утвердительно прошипела Маффет, устроив подбородок на замке нижней пары рук. — Очень мило ссс его ссстороны. Фриск несмело улыбнулась, продолжая выставлять флаконы на изящный столик. Как за всё это время они умудрились не разбиться и даже не треснуть — оставалось загадкой. — Я не уверена, что из этого ваше… — Выясссним. — Руки мелькали, флаконы с неприятным звуком двигались по стеклянной столешнице. — Ссс оссстальным помошшшет Талисссра. — Думаете, мне стоит рискнуть пойти к ней? — с сомнением спросила Фриск. Часть глаз мигнула, фокусируясь на ней. — Тебе идти черессс её город, лакомый кусссочек. Вам не удассстсся не вссстретитьссся. — Ясно. — Узкие зрачки продолжали смотреть, и Фриск вздохнула, опуская взгляд в рюкзак. — Я просто… боюсь, что на этом всё и закончится. Не закончится, конечно же. Не с её возможностью перерождения. Но менее страшно от этого не становилось. Обращённые к ней глаза, теперь уже все пять, светились сочувствием. — Она не ссстанет тебя мучить. Это я могу обещщщать. — Спасибо. — Фриск вздрогнула, заметив шевельнувшуюся у стены змею. — Кажется, это все. — Ссславно. — Часть флаконов отодвинули обратно. — Сссейчассс проверим. Фриск кивнула и откинулась на спинку кресла, поведя плечами от соприкосновения с бархатистой тканью. Окружавшая её роскошь смущала в той же мере, что и восхищала. После обеда они с Маффет переместились в другую комнату, и Фриск снова сразило ощущение нереальной красоты. Похоже, весь дом наги был таким — словно погруженным в вечный лунный полумрак, сотканным из серебра, синевы и звёзд. Не место для обычного невзрачного человека. Ну, зато будет что вспоминать, когда… если… когда она вернётся домой. Пожалуй, любого события из её путешествия хватило бы для воспоминаний на всю жизнь. — Сссабирай, душшшка. — Тихий звон вывел её из раздумий. — Отдашшшь оссстальное в Шшшоалдшшшае. — Конечно. — Опомнившись, Фриск принялась прятать оставшиеся зелья в рюкзак. — С заказом всё в порядке? — переспросила она на всякий случай. — Вполне-ссс. — Маффет добродушно прищурилась. — Рада, что вы ссс Марилетом сссмогли договоритьссся. Ссс тех пор, как катаклисссм сссгубил его расссудок, у бедняшшшки хватает ссслошшшноссстей. — Что за катаклизм? — осторожно полюбопытствовала Фриск. Должно быть, не самая лучшая тема для беседы, но… Боже, раз уж её занесло в мир монстров, почему не попробовать узнать о них побольше? Украшения звякнули, кольца змеиного тела пришли в движение, удобнее устраиваясь в бассейне. Поставив последний флакон на полку, Маффет задумчиво посмотрела на Фриск. — Сссемля их немало перешшшила. Говорят, первый ссслучилссся во время войны богов. Они билисссь ссса нашшш мир… а посссле покинули нассс. Боги. Снова вспомнился шакалий оскал. Фриск поёжилась от пробежавшего по открытой спине холодка. Неужели всё это действительно правда? — Что до этого… — Золотые глаза зажмурились, в пальцах возник длинный тонкий мундштук. Фриск видела такие на картинках — сестра пошучивала, не купить ли себе один, чтоб красоваться. — Ссснаешшшь, Подсссемелье не всссегда было таким. На месссте ссснегов ссселенел лессс, Ссстепи были сссухими, но не шшшаркими, а сссдесссь… — одна из свободных рук обвела комнату, — было огромное чудесссное осссеро. Многие тогда осссели на его берегах. Ссстроили, рыбачили, иссследовали… Не было края прекрассснее во всссём подсссемном мире. Фриск осторожно кивнула. Маффет покачала головой, приложила к тёмным губам мундштук. — А сссатем Король начал войну, — продолжила она, выдыхая сиреневатый дым. — И однашшшды кто-то иссс людссских магов сссмог пробратьссся в тыл, в Подсссемелье. Решшшили уссстроить нам… сссюрприссс. — Нажьи глаза резко открылись, сфокусировавшись на Фриск. — Люди не ссслишшшком магичессские сссами по сссебе, но те, у кого получаетссся, бьют больно. А монссстры… бывают хрупче, чем кашшшетссся. Голова сама собой втянулась в плечи, горло сдавило спазмом. Обвинение ощущалось слишком отчётливо. Маффет, впрочем, смотрела спокойно, отстранённо делая затяжку. — Импульсссы, что они сссосссдали, потрясссли всссё Подсссемелье. Иссскасссили фон, течение магии, климат. Многие не перешшшили тот день… и поссследующщщие. Целые народы вымерли в одночасссье. — Нага прикрыла нижние глаза, поглаживая встревоженных змей. — У меня в сссоссседях тогда было поссселение присссраков. Не осссталосссь почти никого. Поссследнюю малютку-баншшши потом помогала нянчить — большшше некому было. А сссвоих ссспасссать… — хвост с плавником скрутился, дёрнулся из стороны в сторону, поднимая мерцающую серебром волну, — тошшше было ушшше некого. — Мне… мне очень жаль, — с трудом выдавила из себя Фриск после недолгого молчания. — Ты не выбирала эту войну-ссс, — пожала плечами Маффет. — Это сссделал дракон. Шшшалеет теперь, небосссь. — Она снова приложила к губам мундштук. — Многие тогда погибли. Некоторые повредилисссь расссудком. Сссатем восссник Барьер, и ссстало ещщщё хушшше. Нам повесссло вышшшить, пока маги всссё не ссстабилисссировали. — Глаза на лбу медленно закрылись, так же медленно открылись снова. Успокоившиеся змеи снова сплелись в подобие причёски. — Ссс тех пор многое поменялосссь. Лессса обледенели, осссеро рассслилосссь, в Ссстепях поднялисссь вулканы… — А Руины? — машинально спросила Фриск, тут же запоздало прикусив язык. Одна из надбровных дуг на лице наги выразительно выгнулась. — Руины… Ах, Брилл-ссс. — Тонкие пальцы покрутили мундштук. — Там я не бывала. До войны в тех мессстах шшшили людссские поссслы и рабочие. А сссейчассс… — золотые глаза внимательно посмотрели на Фриск, — сссейчассс это тебе виднее, как там дела, душшшка. Ты ведь оттуда пришла? Фриск неловко улыбнулась, чувствуя, как колотятся в голове мысли. В Руинах местные словно пытались сделать вид, что остального Подземелья не существует, а оно будто, в свою очередь, старательно игнорировало Руины. Кто-то вообще знает, что там есть другие монстры? И нужно ли, чтоб знали? Не втянет ли она всех в неприятности, и- Дура, не молчи, скажи уже что-нибудь! Маффет вдруг повернула голову, шевельнув длинным перепончатым ухом, прищурила три глаза на лбу. — Клиент-ссс, — протянула она, с плеском вытаскивая хвост из бассейна. — Перемессстим тебя пока подальшшше, душшшка. Не успевшая открыть рот Фриск кивнула. По спине липко пробежала паника, но трястись в присутствии наги не хотелось. Та была уверенна и спокойна; выскользнув перед ней в коридор, она коротко махнула одной из рук, и в полумраке проползло с десяток змей, направляясь туда, где тонко звенел колокольчик. Фриск же повели в другую сторону, ещё глубже в дом, и вместе с холодком от каменного пола закрадывалась мысль, насколько легко ей было бы здесь заплутать. — Сссюда. — Маффет звякнула браслетами, отодвигая тёмную портьеру. — Одна иссс моих комнат отдыха. Побудешшшь пока сссдесссь. — Хорошо. — Фриск шагнула вперёд и вздрогнула, когда рядом на пол опустился любезно захваченный нагой рюкзак. — Спасибо… — Я ссскоро. — Часть глаз, казалось, подмигнула ей. — Не ссскучай. Фриск заморгала, глядя на колыхнувшуюся иссиня-чёрную ткань, и рассеянно наклонилась за рюкзаком. С платьем он сочетался не очень, и, подняв его за лямки, она осмотрелась. Серебристые стены, изящные светильники… подушки, длинный диван с причудливо выгнутой спинкой, бассейн — похоже, они тут везде… письменный стол. Подходит. Кивнув сама себе, Фриск как можно бодрее направилась к нему и осторожно устроила рюкзак у тёмных резных ножек, а сама опустилась в приставленное рядом кресло, и, зажмурившись, глубоко выдохнула. Так, хорошо. Как раз возможность подумать. И даже прятаться никуда не надо, удивительно. Фриск невесело хмыкнула. До чего она докатилась, что безопасность кажется чем-то непривычным? Так или иначе, бегать пока можно перестать. Наоборот, отлежится наконец, сил подкопит. Недолго — день-другой отдохнёт и двинется дальше. Не стоит злоупотреблять гостеприимством монстров. Фриск вздохнула, откинувшись на мягкую спинку. Тёмный бархат обволакивал почти убаюкивающе. Когда ещё выдастся испытать что-то подобное? У короля ей точно чай и кресло не предложат, и кто знает, как её примут в Шоалджае… «У них есть все основания тебя ненавидеть». По спине пробежал холодок, внутренности сжал в кулаке страх. Представлять одномоментно вымершие селения было страшно. Неправильно. Неудивительно, что в детской книжке этот момент обошли стороной, — или это просто она не дошла, не заметила? Что ещё могли сотворить люди, чего она не знает? «Не они начали войну», — мелькнула мысль. Это сделали монстры. Зачем? Для чего они обрекли себя на такое? Да и имеет ли уже значение причина? Будто это знание что-то для неё изменит. Будто тогда она сможет что-то исправить. Безвольно обмякнув в кресле, Фриск едва не скрутилась по привычке в комок, но, вспомнив про платье, тут же выровнялась и с тоской уставилась в украшенную серебристой вязью стену. Это ведь всё равно не её вина, верно? Она никого не губила и не запирала под землёй. Монстры вправе ненавидеть людей, но разве честно винить её в чужих грехах? А, может, они и не винят. Просто хотят выбраться. Просто видят способ достичь цели. Ничего личного, как говорится. Будто люди поступили бы иначе, попади им монстр в руки, мрачно подумала Фриск. Что монстр — как много готовы помочь просто незнакомому человеку, оказавшемуся в беде? Она сама-то помогла бы? Или побоялась бы и пыталась потом убедить себя, что не её дело и не в её силах? А Тэмлоу вот не побоялся. И Санс, и Криат, и Гриллби — какой им, в сущности, прок с ней возиться? Прямое нарушение королевского приказа, и кто знает, какая за это может быть кара… Фриск невольно вздрогнула. Нет уж. Погибать за чужие преступления нечестно, но ещё и на других ни в чём не повинных при этом навлечь беду — нет, не хватало ещё вот так за добро отплачивать. Им и без неё забот достаточно. В конечном итоге всем просто хочется жить. Вздохнув, Фриск потёрла виски и, подняв голову, невольно засмотрелась на узорчатый потолок. Изогнутые линии — синие, фиолетовые, серебристые и бледно-золотые — сплетались воедино, походя на причудливые звёзды с множеством лучей, и порой казалось, что от них действительно исходит слабое свечение. По крайней мере, ей довелось прикоснуться к чему-то прекрасному. Необычному. Разве увидела бы она нечто подобное наверху, хоть до, хоть после своего падения? И кто ещё сможет похвастаться тем, что побывал в подземном мире нечеловеческой расы? Далеко не то, что стоит рассказывать другим людям, но всё же… Тряхнув головой, Фриск поднялась на ноги. Стоит осмотреться, раз уж она здесь. Надо же чем-то заняться, пока Маффет нет. Не то чтобы выбор был большой… Взгляд скользнул по письменному столу с небольшой стопкой книг. Витиеватое название на обложке верхней упорно отказывалось читаться, и Фриск решила, что это что-то на монстрическом. Пожалуй, трогать их всё равно не следовало: рядом стояла серебристая чернильница и пестрели незнакомыми знаками листы бумаги — кто-то мог набрать себе литературы для работы, и как-то это нарушать казалось неправильным. Может, в шкафу… Подойдя поближе, Фриск осмотрела забитые книгами полки и, помедлив, наугад вытащила одну. «Путы пламени». Тиснёные золотистые буквы окружал рисунок некой магической руны и объятой огнём ветви. Интересно. Справочник заклинаний? Или, может, стихи? Наверное, стихи, слишком уж оформлено лирично. Не то чтобы она разбиралась в научной литературе монстров… «Главное — не читать ничего вслух», — фыркнула Фриск, вспомнив слова Санса, и приоткрыла книгу где-то посередине. Всё равно она вряд ли успеет прочитать полностью. «…исчезло в яркой вспышке, осыпавшись невесомым пеплом под ноги. «Другое дело», — хмыкнул он, сгребая её в жаркие объятия. Возможных возражений не последовало, ведь сразу же её увлекли в поцелуй, пока руки…» Как-то без задней мысли Фриск пробежала взглядом до конца страницы, захлопнула книгу и ошарашенно уставилась в плотный ряд книг. «Заплыв с нагами», «Серенада банши», «Тряска костями»… Щёки вспыхнули ещё сильнее, а разыгравшееся воображение не помогало успокоиться. Нет, ну о таком её не предупреждали. Откуда ей было знать, что монстры, оказывается, тоже читают любовные романы? — Душшшка, это я. Боятьссся нечего… Едва не выронив книгу из рук, Фриск дёргано огляделась и судорожно принялась вставлять её обратно на полку. Получалось не очень. — Всссё в порядке-ссс? — послышалось уже ближе. — Ага?.. — нервно отозвалась Фриск, пытаясь пропихнуть злосчастный роман на место. Тот упорно не влезал, а соседние книги как нарочно всё никак не сдвигались. Панически подёргав их ещё несколько раз, Фриск почувствовала на себе взгляд и обернулась. У портьеры за ней наблюдала Маффет, вопросительно приподняв надбровную дугу. — Они… ушли?.. — выдала Фриск первое, что пришло в голову. — Ушшшли, — кивнула нага, вползая в комнату уже полностью. — Мошшшешшшь не волноватьссся. — Ага… — Фриск кое-как натянула улыбку, чувствуя, как алеют кончики ушей. Очутившаяся рядом Маффет одной рукой сдвинула ряд книг, другой мягко забрала у неё роман и оглядела обложку. — А, хорошшшая вещщщь, — подытожила она, прежде чем вернуть его на полку, и с искренним любопытством посмотрела на Фриск. — Не понравилосссь? Слова сбились в горле, и вместо ответа Фриск закашлялась, прикрывая ладонями лицо. Бархатистый смешок смешался с шипением. — Учту-ссс. — Плеча коснулась прохладная рука, задев по пути кончик уха и заставив вздрогнуть. — Подберём тебе комнату-ссс, лакомый кусссочек. — А… д-да, конечно же… Какая же она неловкая. И нескладная. Резко вспомнился вырез на спине, оголяющий уродливые рубцы, и Фриск невольно поёжилась, словно это могло хоть немного их спрятать. Маффет, как на грех, ползти вперёд не торопилась, и за рюкзаком пришлось идти под взглядом множества глаз. — Присссмотрела одно мессстечко, — продолжила она, наконец направившись к выходу бок о бок. — Думаю, тебе понравитссся. — У вас великолепный дом, — со всей искренностью заверила Фриск. — Разве может тут не понравиться? — О, бывают исссключения… — Нага мигнула, коротко глянув на неё, и вдруг спросила: — Что-то не так, душшшка? Ты едва бредёшшшь. — Я… — Фриск замялась, качнувшись на месте. Свободная рука сама собой потянулась к плечу, не зная куда деться. Маффет поняла это по-своему, и Фриск стыдливо втянула голову, кожей ощущая изучающий её взгляд. Конечно, ведь попытаться пропустить нагу подальше вперёд было таким умным планом. Совсем не странно выглядящим. — Ты иссс-ссса этого? — Маффет коротко осмотрела её и, к удивлению Фриск, странно мягко улыбнулась. — Будет тебе, душшшка. Мы всссе сссдесссь носссим шшшрамы. Фриск недоуменно моргнула. Нага хмыкнула и, зазвенев браслетами, подцепила когтями нижней руки золотистые цепочки, обвивающие стык женского и змеиного тела. Прежде чем Фриск успела в полной мере ужаснуться и растеряться от происходящего, её взгляду предстала поблёскивающая синевой кожа. По рядах крупной чешуи некрасиво расползались неровные белёсые пятна, похожие на оплавившийся воск. Ожог, осознала она, поднимая взгляд на Маффет. — Я мало кому его покасссываю, — усмехнулась та. — Кое-кто рассснервничаетссся, есссли уссснает, что мне доводилосссь обшшшигатьссся. — Она со звоном опустила цепочки на место, и обгоревшая чешуя скрылась за блеском золота. — Так что ссстыдитьссся тебе нечего. — Но и гордиться нечем, — некстати вырвалось наружу. — Напротив-ссс. — Золотые глаза поочерёдно мигнули. — Шшшрамы не украшшшают, но они отрашшшают опыт. Покасссывают, что тебе удалосссь вышшшить и ссстать сссильнее. «Я как раз и не выжила», — горько подумала Фриск, в очередной раз невольно засмотревшись на узкие зрачки. Впрочем, бегала она сейчас и впрямь быстрее прежнего, и реагировала получше. Может, чему-то и научится, пока дойдёт. Видимо, сомнение отразилось на её лице, потому что Маффет фыркнула и, резко обвившись вокруг неё, принялась поправлять волосы. — Поверь, ты не хочешшшь ссснать, сссколько их у того шшше Сссанссса. — Прохладные пальцы сдвинули прядь со лба. — В конечном итоге, в шшшрамах или бессс них… — аккуратный коготь коротко нажал на нос, — мы всссё равно оссстаёмссся сссобой. Всё так, пожалуй. Вот только… хотелось ли ей быть той, кто она есть? Хотелось ли ей быть Фриск? Впрочем, сейчас это было неважно. Получив в ответ несмелую улыбку, Маффет распустила кольца и, пропустив её за портьеру, скользнула вперёд по гладкому камню. Всё же ей повезло, что у Санса есть такие знакомые. Что ей вообще помогают, а не пытаются отнести королю её голову на блюде. Не голову, душу, какая разница — всё равно на куски кромсают, кому хочется. Поёжившись, Фриск споткнулась о хвост и за него же ухватилась, когда тот выгнулся для опоры. От прикосновения к прохладной чешуе тело застыло, скованное ужасом, но в следующее мгновение её мягко подтолкнули, направляя к мерцающим синим занавескам. — Прошшшу. Твои новые покои-ссс. Покои? Шагнув внутрь, Фриск с пониманием выдохнула. Пожалуй, стоило ожидать. Едва ли в доме Маффет есть хоть одна комната, которую нельзя назвать роскошной. — Всссё в твоём рассспоряшшшении, — прошипела позади Маффет, наклонившись и заглядывая через плечо. — В гардеробе найдёшшшь платья и ночные рубашшшки, на полках у басссейна есссть кремы для кошшши, а в углу — бар. Библиотека-ссс… — Подумав, она проползла мимо Фриск, бегло осмотрела шкафы, фыркнув, вытащила несколько книг и вместе с ними вернулась к проходу. — Мошшшешшшь брать всссё, что тебе по душшше. Главное… — Не читать ничего вслух? — со знанием дела кивнула Фриск. Нага моргнула и, дёрнув перепончатыми ушами, коротко засмеялась, потревожив змей. — Вишшшу, тебя ушшше научили. Обычно я такого не дершшшу… но ты права, лучшшше не проверять. — Она указала на стену рядом с собой, украшенную чем-то похожим на крупную нить жемчуга. — Есссли что понадобитссся, просссто посссови. — Изящный палец потянул бусины, и те издали мелодичный звон, продолживший звучать дальше по коридору. — Ушшшин будет в шшшесссть. Как рассс опробуем новый рецепт. — Я могу чем-то помочь? — Маффет недоумённо наклонила голову набок, и Фриск пояснила: — Может, на кухне… или ещё с чем-нибудь?.. Змеи на голове зашевелились активнее, пробуя языками воздух. Подумав, нага качнула головой. — Пока нет, пошшшалуй. Не сссегодня. — Золотые глаза внимательно посмотрели на неё. — Но, есссли пошшшелаешшшь, мошшшем отушшшинать вмесссте. — Почту за честь, — неловко поклонилась Фриск, не успев убрать рюкзак. Маффет усмехнулась и неожиданно для неё поклонилась в ответ, прежде чем скрыться за переливающимися занавесками. — Отдыхай, душшшка. Уссспеешшшь ещщщё натрудитьссся. И то верно. Растерянно кивнув ей вслед, Фриск опустила рюкзак около ближайшей тумбы и направилась к округлой широкой кровати. Сперва, помедлив, несмело присела на край лавандового покрывала, затем зажмурилась и, раскинув руки, упала на него спиной. На душе разом полегчало, дышалось глубоко и свободно. Казалось, она тонула в огромном облаке. Это сейчас взаправду? Когда в последний раз она могла спокойно лежать в постели? Когда в последний раз у неё вообще была постель? Как всё же мало человеку нужно для счастья, оказывается… Фриск тряхнула головой, сбрасывая сонливость. Успеет ещё поваляться. Тем более она сейчас в платье. Подняться вышло с трудом — мягкая перина словно не хотела её отпускать. Кое-как выровнявшись и разгладив ткань, Фриск огляделась. Пожалуй, стоило подобрать себе что-то на ночь… и на ужин, пожалуй, — вдруг и тут считается неправильным надевать дважды подряд одно и то же? «Просто пользуешься возможностью принарядиться». Фриск поморщилась и, поколебавшись, решительно открыла дверцу витого гардероба. Ну и ладно. Даже если так — кому от этого плохо? Она наденет это платье раз в жизни, и только потому, что Маффет позволяет, а больше ей не перед кем отчитываться… Минут через десять на кровати оказались самая скромная ночная рубашка, что ей удалось найти, и неожиданно выделяющееся среди синеватых нарядов персиковое платье. Фриск думалось, что среди прохладных оттенков остального дома оно будет смотреться странно, но взгляд из раза в раз возвращался к нежному коралловому узору, и в итоге она сдалась, утешая себя тем, что ей уместность цвета едва ли поможет. Что так, что эдак — худая, угловатая и впридачу человек. Никаким платьем не исправишь. Ещё раз всё перепроверив и разложив по местам, она с лёгким подозрением глянула на книжные шкафы. Маффет, кажется, убрала всю, кхм, любовную литературу, но… Дёрнув плечами, Фриск потёрла щёки. Стыд, конечно. Хозяевам в своём доме книжки от неё прятать приходится, словно от ребёнка. Кошмар. «Может, я для них и впрямь ребёнок», — подумалось мельком. Если тут каждому второму сотня-другая лет, то куда уж ей с её шестнадцатью… Всё равно до ужина надо чем-то заняться. Может, удастся найти что-то интересное. Ей бы и та детская энциклопедия сейчас сгодилась, но, фыркнула сама себе Фриск, такое Маффет в гостевых комнатах точно не держит. Она осмотрела ближайшие полки, выискивая на корешках знакомые буквы. Может, ещё не поздно было бы начать учить язык… но на словарь с алфавитом, пожалуй, здесь тоже рассчитывать не стоило. Надо будет попробовать спросить Маффет, вдруг подскажет. Перед глазами мелькнуло название. «Большие и малые: природа Подземелья». Допустим. Фриск осторожно вытащила книгу и раскрыла. «…Долгоног по природе птица злопамятная и с дурным нравом, охотно лезет в драку при любой возможности. Умом, похоже, они тоже не отличаются: нередко стаи долгоногов выскакивали под ноги караванам, приводя к множеству убытков и травм. Мясо у них сухое и жилистое, но хорошо хранящееся даже в местной жаре; а вот перо отвратительно и ни на что не годно…» Что ж, познавательно, пожалуй. Можно будет потом посмотреть. Отложив книгу в сторону, Фриск взяла следующую. «Основы начертания рун». «Трудно переоценить важность правильно начертанной руны при проведении любого магического ритуала. Ошибка в форме способна уменьшить эффективность заклинания или вовсе помешать его применению. Порой последствия наступают ещё до завершения подготовки: так, неправильным образом начертанная руна огня тут же поджигает заклинателя, что зачастую оканчивается смертью…» …Так, хорошо, что она никогда не пыталась чертить эти руны. Не то чтобы она что-то знала, чтобы их применять… Вот магией на самом деле как раз и стоило бы заняться, пока есть возможность. Для лечения у неё только грибы от спорлингов и свои же слабенькие чары — может, удалось бы их хоть немного развить. Да и другие заклинания не помешали бы, если только она способна их выучить… Надо будет спросить Маффет, решила для себя Фриск, перебирая содержимое полок. Из понятного ей нашёлся только небольшой справочник по прикладной магии, но в башне вполне могли держать и более подробную литературу. Может, хозяйка разрешит позаниматься. За пару дней, конечно, много не выучишь, но это хоть что-то. «Санс, наверное, мог бы меня научить», — с досадой подумала Фриск, пролистав очередную страницу. Он в магии разбирался. С другой стороны, кто бы им позволил? Папирус весь дом на уши поднял, когда она просто нормально ходить начала, — какие уж тут уроки, можно сразу с повинной в пособничестве идти. Что ж, тоже понять можно. Да и состояние у неё там половину времени было… не очень. По её же вине, ага. Зато теперь, посреди враждебных болот, пытается наверстать упущенное. Ну, лучше поздно, чем никогда, наверное?.. Всё равно до Барьера ещё не близко. Знать бы, что ещё ждёт на пути к нему… Может, тут есть что-то про Жаркоземье? На одной из полок неожиданно обнаружилась стопка газет. Положив их рядом с выбранными книгами, Фриск осторожно взяла одну. Выпуск был старым, на это указывала дата, но страницы белели ярко, а чернила оставались насыщенно-фиолетовыми и чёткими, не стеревшись даже на краях вензельных рисунков. «Шаг к свободе! Капитан Стражи сделала заявление о сборе новой души. По её словам, проникший на территорию Топей несколько дней назад человек был обезврежен, а его душа уже передана на хранение Его Величеству Дриимурру. «Он больше никому не навредит», — сообщает госпожа Андайн…» Нервно поморщившись, Фриск перевернула страницу. На этой новости задерживаться не хотелось. «Новые лица Совета. Спустя неделю пребывания на официальной должности Верховного мага Альнорму объявила об успешном формировании нового Совета Шести. Как известно, предыдущий Совет под руководством В. Д. Малистера был распущен ещё в период Второй войны, и после трагической гибели доктора монстры остались без полноценного магического руководства на многие десятилетия…» Не слишком нужным, раз уж они так тянули… Взгляд наскоро пробежал по строчкам и вдруг споткнулся за абзацы ниже. «Как видим, злые языки, пророчившие Сансу Буревестнику место в Совете, оказались неправы, а все их выпады в сторону Альнорму беспочвенны, поскольку она даже не рассматривала его кандидатуру. Наиболее яростным желаем напомнить, что обвинение в пособничестве убийце является серьёзной клеветой и карается законом…» Фриск рассеянно моргнула. Убийце? Кто кого убил? Она перечитала ещё раз, но про это ни до, ни после ничего больше не было. И про Санса тоже, без каких-либо пояснений. Словно просто упомянули мельком общеизвестный факт. Что же, получается, он был достаточно силён, чтобы быть частью этого магического совета? И это, по мнению части монстров, почему-то было… плохо?.. Нет, конечно, жители Сноудина за что-то его не любили, но, похоже, не они одни. Что ж он натворил такое? Сам тогда лишь отмахивался, что-то про выбор говорил… Кто-то, кажется, предателем его звал?.. Точно, старик-гриф, что чинил ей ботинок. Что-то он ещё тогда про него сказал, но что… В раздумьях она продолжила листать газету дальше, вскоре добавив к ней остальные. Читалось не всё — многие статьи были написаны языком монстров. Попадались и новости про урожай, описания модных нарядов и даже, к её улыбке, кулинарные рецепты. Может, из-за них Маффет эти газеты и держит. Хотя, пожалуй, тогда они бы лежали в другом месте. «…Целиком и полностью убеждён, что Свет, как и многие нынешние течения, — явление временное, построенное на тревогах за наше будущее и необходимости быть уверенным в завтрашнем дне, очередное новомодное веяние, пусть и уходящее корнями в давние традиции наземной эпохи…» …Это что, критика какой-то религиозной субкультуры?.. Внезапно. Хотя, наверное, имеет смысл. Монстров много, верить могут в разное… Из интереса Фриск уже собиралась поискать начало статьи, когда до её ушей донёсся тонкий звон. Ужин, поняла она, в панике складывая всё в сторону, и спешно бросилась к персиковому платью. Главное — не думать, что там снова могут быть змеи.