Blue gangsters

      - «Мелкие гаденыши! Да когда на вас управу найдут?!» - раздался грубый мужской голос. Продавец, выходя из-за прилавка с овощами и фруктами, махал кулаком вслед убегающим пятью воришкам лет двенадцати-четырнадцати, которые стащили у него пакет фруктов. Они мигом пробежали вдоль базара и завернули в переулок между жилых домов. Когда ребята почувствовали, что за ними никто не гонится, они завернули в парк и тут же присели на первую попавшуюся лавочку, чтобы перевести дыхание. Парни хорошенько запыхались, несмотря на то, что опыт подобных авантюр был у них велик. Они представляли собой очередную шайку мелких воришек и хулиганов, которых в немалом количестве породил бедный район, находящийся в трущобах города. Да, там жили и обеспеченные дети, но эти мальчишки были не из таких.       – «Эй, Тэ, хватит столько уплетать, это вообще - то для всех фрукты, а не только для тебя»,– рыкнул Чонгук, отбирая пакет у парня, который лопал виноград со скоростью света. Когда у Тэ отобрали его любимое лакомство, он повернулся, недовольно промычал с набитым ртом и вздернул брови.       – «Но это моё любимое...» - пробормотал невнятно он, продолжая жевать. Парень надулся как обиженный ребенок, но Чонгук только сильнее нахмурился. Не нравились ему эти странности Тэ, особенно его спонтанность. Он по-разному себя вел в разных ситуациях, часто делал что-то необъяснимое, бессмысленное. Все считали его странным, в том числе и близкие друзья. Но он был искренним, никогда не боялся показаться странным. И только шайка принимала его таким, какой он есть.       Рядом возле этих двоих сидел высокий для своих лет, немного смуглый паренек. Он ел свои любимые яблоки и лишь тяжело вздыхал, поглядывая на ссору ребят. Его звали Ким Намджун, он был очень умным парнем, даже слишком. Много знал, читал, сам по себе был смышленым, рассудительным, спокойным, всегда мог найти выход из любой ситуации. Учителя, да и вообще многие люди считали, что он мог бы вырасти порядочным гражданином, получить хорошее образование и уехать из трущоб, если бы не связался с этой компанией. Но у Джуна были свои планы на жизнь.       – «Бля, да вы достали»,– закатил глаза Мин Юнги, лежащий на соседней скамейке. Он был бледнокожий, худощавый и низкорослый. Юнги часто хмурился, раздражался и вообще слыл крайне пессимистичным. Еще он был жутко ленивый, предпочитал сон любому другому досугу.       – «Юнги, а ты почему не ешь?»– спросил с лёгкой улыбкой рыжеволосый паренек, жуя дольки апельсина. Это была противоположность Юнги. Чон был добрым, веселым, самым большим оптимистом и добряком. Его улыбка согревала не хуже приветливого весеннего солнца. Чона многие любили; некоторых же эта «светлость» раздражала, хотя никто не отрицал наличия у парня особого обаяния. Но, как и в случае с Намом, окружающие считали, что такая компания не для него. Для Чона же это были его настоящие друзья, которые прошли вместе с ним огонь, воду и медные трубы.       – «Ой, пусть лежит себе, нам больше достанется», – усмехнулся Чонгук, доставая из пакета грушу. Чон был самым младшим из них. Дерзкий, имел острый язычок и милую «кроличью» внешность. Его друзья иногда дразнили «малышом», и он часто злился по этому поводу, ведь парень хотел казаться взрослее. Часто приставал к младшим, дразнил, мог даже избить или что-то отобрать. Беспрестанно хамил взрослым, позволял себе практически все, до чего мог додуматься, из-за чего слыл просто неуправляемым подростком.       – «Нет, это ведь фрукты для всех. Нельзя так»,– тяжело вздохнул Чон, достав одну мандаринку, почистил и протянул лежащему на скамье парню.       – «Вот, держи»,– Юнги приоткрыл глаза, повернул голову и глянул на Хосока, протягивающего ему мандаринку. Затем молча взял ее и начал есть. Хо ободряюще улыбнулся ему.       – «Пожалуйста»,– сказал Хо, скомкав тот пакет, в котором раньше лежали фрукты, и выбросил в мусорный бак. На улице уже чуть потемнело; солнце почти опустилось за горизонт и, прощаясь, окрасило небо в нежно-оранжевый цвет. Хосок невольно залюбовался закатом.       – «Ну что, ребята, по домам?» - Намджун первым нарушил тишину. Вдруг навстречу к ним вышел человек. Это был отец Гука.        - «Отец!» - мальчик с широкой улыбкой кинулся к нему, чтобы обняться. Остальные ребята, тоже довольно улыбаясь, подошли к ним. Даже Мин оживился в присутствии этого мужчины. Отец Чона поспешил обнять своего сына, а после даже взял его на руки, но тут же, смущенный заинтересованными взглядами мальчишек, поставил обратно.       – «Ого, как ты сильно подрос, парень, скоро до меня дотянешь», – он рассмеялся, а Чон лишь быстро закивал головой, всё так же глупо улыбаясь.       – «Конечно, конечно, па. Вот увидишь, я буду даже выше и сильнее».       Он гордо поднял голову и скрестил руки на груди, чем заставил отца снова по-доброму засмеяться. Парни стояли рядом, мужчина с ними тоже поздоровался. Дети очень уважали отца Гука. Ведь тот был солдатом одного мафиозного клана. С женой он развелся, иногда только тайком навещал своего сына. Поначалу он пробовал присылать деньги и подарки, но супруга отказывалась от любой помощи. Гук позже стал тайно забирать и прятать подарки и деньги. Мама Чонгука развелась с мужем из-за того, что он предпочел остаться в криминальном мире. Она считала мужа преступником, а потому прогнала, чтобы не бросать тень на свою семью. Сыну же запретила с ним общаться. Но для Чонгука и его банды отец был авторитетом. Ведь они сами мечтали стать мафиози. Они даже уже придумали, как это можно сделать. Сначала они подрастут, научаться драться, стрелять, а с помощью папы Гука их возьмут на испытательный срок в клан. Тогда они смогут стать полноценными солдатами, заработать много денег и создать свою семью. Джун читал много разнообразной литературы о мафиози, исследования именитых детективов. Он старался разобраться в особенностях теневого мира, чтобы потом рассказать ребятам. Часто мистер Чон рассказывал им всякие истории о своей должности. Мальчишки даже поклялись, что они вместе придут к этой цели и станут самыми влиятельными и богатыми мафиози.       Отец ещё немного побыл с мальчишками, угостил в кафе. Там они разговаривали о школе, их семьях и ежедневных забавах, вроде той, с фруктами. Когда уж вовсе стемнело, они попрощались и отправились по домам.