Chapter thirteen. One month later
12 октября 2018 г., 02:34
Месяц до Рождества в корне изменил все. Эви до сих пор считала, что слухи в школе пустил не ублюдок Билли — он бы не стал говорить о той сумасшедшей ночи вообще кому бы то ни было, — а Джорджи. Доказательств у Эвелин не было (и не то, чтобы она пыталась их отыскать), просто с того дня, когда Эви не пришла к Денбро и солгала насчет всего этого, подруга перестала с ней разговаривать.
А, может, во всем виноват был Стив.
На следующей неделе, когда Эви отошла от своей мнимой болезни (ей пришлось соврать родителям, что вирус она подхватила в доме миссис Байерс, когда присматривала по ее просьбе за друзьями ее сына), синяки и порезы сошли с лица, рук и ног, Эвелин пришла в школу впервые после произошедшего. И обнаружила себя в центре странного, тихого внимания, когда шепотки за ее спиной относились не к кому-то другому, а к ней самой.
Такое случалось с Паркер и прежде, но всего один раз: в шестом классе она заступилась за только что переехавшего в город Дастина перед своим одноклассником, Патриком, и тот наговорил о ней глупостей всем вокруг. Будто Эвелин шатается с малолетками и расчленяет домашних животных в парке поздно ночью. На самом деле Патрик видел однажды, как Эви поздним вечером вела домой Дастина с подвывающим Мяусом и Лаки на руках. Кот Хендерсонов сбежал из дома, а кошка Паркеров увязалась за ним, и нашли их только в парке. У Патрика не было доказательств, но ему поверили друзья, а для шестиклассницы, которая не могла похвастаться большой компанией, это стало серьезной проблемой.
Тогда за нее никто не заступился; Эви терпела смешки и тычки в лицо целую неделю, а потом Патрик внезапно прекратил свои нападки. Эвелин так и не поняла, что случилось, списав все на подростковые гормоны. К тому же, у Хокстеттера появились другие мишени, и про Паркер он быстро забыл.
Теперь же она даже не понимала, какие причины побудили всех ее одноклассников смеяться у нее за спиной, а одноклассниц — шептаться в туалетах на переменах. Эви ходила по школьному коридору, прижимая к груди учебник по биологии, и не знала, как реагировать. Молчаливые осуждающие взгляды облепили ее со всех сторон, и в микромире ее класса не пропускали внутрь новостей помасштабнее.
— Скажи мне, что такого я пропустила? — спросила Эви, на обеде подсаживаясь к Стейси. Та неопределенно махнула рукой, так что насаженная на ее вилку сосиска соскочила и упала прямо на пол.
— Вот блин. Вообще-то, много чего. — Подруга огляделась по сторонам, тоже заметила косые взгляды одноклассников Эвелин, и поджала губы. — Харрингтон и Уиллер расстались после вечеринки на Хэллоуин, теперь она встречается с Байерсом, а Харрингтон подрался с Билли Харгроувом. Говорят, все из-за Нэнси, но что-то тут не сходится.
О первом Эви догадывалась, о втором не знала, но не была удивлена, а вот третье было правдой только наполовину, но разубеждать Стейси она не стала. Хмыкнула, ковыряясь в своей тарелке, и промолчала. Мимо них прошагал Хокстеттер, оглянулся на Эвелин и бросил многозначительное «Паркер, а ты красотка».
Эви нахмурилась и посмотрела на Стейси.
Та училась в параллельном классе, и они виделись только на общих уроках биологии и всемирной истории, но, пожалуй, про слухи в классе Эвелин Стейси знала.
— Так, — сказала Эви, — а что-нибудь обо всем этом ты знаешь?
Стейси посмотрела на нее с таким видом, словно молча спрашивала: «Оно тебе надо, Паркер?». Эви округлила глаза — ну?
— Половина старшей школы считает, что в ночь после Хэллоуина ты переспала с Харрингтоном.
— ЧТО?
Эвелин вскочила на ноги, поднос с тарелками дернулся и проехал по столу, звеня посудой. Сидящие неподалеку школьники резко замолчали и обернулись, Стейси покачала головой.
— Так и думала, что это вранье, — заключила она, дернув Эви за руку. — Да сядь ты, привлекаешь внимание.
Когда Эви, пылая с головы до ног, уселась обратно, Стейси многозначительно поцокала языком, прежде чем продолжить.
— На прошлой неделе ты просила прикрыть тебя перед родителями. — Эвелин кивнула, буравя взглядом вилку в руке подруги. — На следующий день не появилась в школе, и я сказала всем, что ты ночевала у меня и приболела. А потом кто-то выяснил, что на самом деле ты присматривала за Дастином и его друзьями в доме миссис Байерс.
— И? — прохрипела Эви. — Это ведь правда.
— Да, как и то, что Харрингтон тоже там был.
Паркер фыркнула и очень ненатурально махнула рукой, облизала губы, отвернулась. Взглянула на сидящих на другом конце зала учеников старшей школы. Нэнси разговаривала с Джонатаном Байерсом в самом углу, Томми и Кэрол, бывшие друзья Харрингтона, громко смеялись, занимая половину стола. Самого Стива видно не было.
— Я же говорила тебе, это простое стечение обстоятельств. Дастин городил какую-то чушь, и я пошла с ним, чтобы он не напортачил, а по дороге мы встретили Стива. Пришлось брать его с собой, и...
— Стива, — выделила Стейси. Эви запнулась на полуслове, уставившись на подругу сердитым взглядом.
На самом деле, она злилась, потому что чувствовала, что краснеет, мямлит, подбирает слова, что все это отчетливо видно. Твою же мать. Она надеялась, что после историй с Изнанкой, демопсами и демогоргонами возвращение к обычным школьным будням будет простым, как арифметика в младших классах. Как чертов вальс.
— Ты теперь зовешь его по имени? — Стейси вскинула одну бровь и продолжать мысль не стала. Эвелин смотрела куда угодно, только не на подругу.
— Да, окей, знаешь, весьма трудно презирать человека, который помог тебе одолеть мелких идиотов. Они порывались сбежать из дома и пуститься во все тяжкие, и, знаешь ли, присматривать за целой армией малолеток это сплошной ад. Ты даже не представляешь, что нам пришлось пережить, чтобы...
— Нам.
Эви обреченно опустила голову на руки и выдохнула.
— Я не спала с ним, — глухо простонала она. Стейси усмехнулась.
— Расслабься. Конечно же, не спала. — Эвелин подняла к подруге взгляд, но та больше не улыбалась. — Только вот Хокстеттер и его компашка считают иначе.
— Он труп, — процедила Эви. В шестом классе она не могла ответить однокласснику, хоть он и нес откровенную чепуху, но теперь... После демопсов вряд ли кто-то из людей ее возраста мог бы напугать Паркер.
— Он очень убедителен, — возразила Стейси. — Харрингтон и Уиллер расстались ведь аккурат после той ночи. Все считают, что Нэнси изменила ему с Джонатаном после Хэллоуина, а Харрингтона утешила ты.
— Фу! — поморщилась Эви, чувствуя, как нестерпимо горят щеки. — Да кто такое вообще мог придумать? У Хокстеттера не хватило бы мозгов.
В этот момент мимо их столико проходила Джорджи и посмотрела на Эвелин таким взглядом, что той поплохело. Младшей Денбро нравился король Стив, очень давно, с начальной школы. Сейчас она смотрела на Паркер, как на злейшего врага.
— Как можно верить в такое, — пролепетала Эвелин, — мы ведь даже не общаемся!
Стейси выразительно покачала головой, и Эви спряталась от ее глаз за коробочкой с соком.
— Ты разве не была влюблена в Харрингтона? Скажем, с детского сада?
Паркер подавилась от неожиданности, расплескав напиток, и громко закашлялась. Стейси невозмутимо отодвинула от нее поднос и подала салфетку.
***
Во второй раз за день Эви подавилась соком, когда к ее шкафчику подошел сам Стив. — Привет, — позвал он самым обыденным тоном, а Эви стиснула коробочку в руке так сильно, что томатный сок выплеснулся наружу тонкой струей и залил дверцу ее шкафчика и верхние тетрадки. — Ч-черт! — выругалась она. — Упс, — протянул Харрингтон. — Похоже на кровь. — Нет уж, спасибо, — шипела Эви, вытирая капли с себя и тетрадок наскоро выхваченным платком. — Насмотрелась тогда, мне хватило. Она остановила себя, только когда поняла, что со стороны, вырванные из контекста, ее слова звучали очень двусмысленно и в свете последних новостей ложились на историю «жаркой ночи в доме миссис Байерс» как нельзя кстати. Поморщившись от собственных мыслей, Эвелин захлопнула шкафчик с большей, чем рассчитывала, силой. — Эм, ты какая-то напряженная... — заметил Стив. Лучше бы он молчал. На них оборачивались и смотрели, только Харрингтон, казалось, не видел этого или не хотел видеть. Зато Эви каждый взгляд ощущала на себе вместо иглы. — Ты... ты, эм, что-то хотел? — она вывалила вопрос, еле ворочая языком, так что его пришлось повторить более внятно, потому что Харрингтон нахмурился и не понял. — Да знаешь... Я просто хотел узнать, в порядке ли ты. Дастин говорит, ты болела. — А ты теперь дружишь с Дастином? — усмехнулась Эви, но так нервно, что Стив все-таки покачал головой. — Присматриваю за ним, — кивнул он. — Так в чем дело? Реально болела? — Нет, я... — тут Эви заметила Джорджи в дальнем конце коридора. Слова застряли у нее в горле, договаривать не хотелось. Это был первый раз после той ночи, когда Эвелин видела Стива, и ей не хотелось обижать его, что еще сильнее смущало и путало ее саму: чувства, о которых она забыла и думала, что пережила, теперь мешали ей думать. Больше всего смущало то, что Стейси была права. И взгляды Джорджи и шепотки за спиной Паркер, в целом, имели под собой реальную основу. От всего этого становилось тошно. — У меня все хорошо, спасибо, что спросил, — протараторила Эвелин и сделала несколько шагов назад, прочь от шкафчиков и Стива. — Тебе лучше... нам... Знаешь, я пойду, мне уже пора, ладно? Она резко развернулась, чтобы немедля сбежать, но вопрос пригвоздил ее к полу. — Подвезти тебя до дома? В любой другой ситуации, не знай Эви всех расползающихся по школе слухов, она бы, наверное, обрадовалась, даже если бы была слишком смущена, чтобы согласиться. Но теперь, когда Джорджи смотрела на нее в упор с самым презрительным видом, а Хокстеттер смачно улюлюкал и отчетливо шептал «подстилка для короля», предложение Стива испугало Эви и разозлило. Так что она замотала головой и сбежала, даже не ответив. На следующий день Стив подошел к ней на обеде. — Слушай, Эвс... Но Эвелин схватила поднос и выскочила из-за стола еще до того, как Харрингтон оказался совсем рядом с ней. И вечером застал ее уже не у шкафчиков, а на выходе из школы. — Эй! — крикнул он, хватая Паркер за локоть. Она испуганно дернулась, вскинула руки и ударила его в бок быстрее, чем успела сообразить, что же, собственно, делает. — Ой! Стив! Стив резко выдохнул и чуть согнулся, отпуская ее. — Хорошая реакция, — охнул он. Эвелин залилась краской. — Господи, прости, я... Это нервное, я не хотела. Он выпрямился, навис над Эви, и та проглотила оставшиеся извинения. Надо было объяснить ему, а не трусливо сбегать всякий раз, как Харрингтон пытался заговорить. Для короля школы, заносчивого, высокомерного и жутко самодовольного, он проявлял внимание, о котором Эви не догадывалась бы, не узнай она его так близко за два очень длинных дня. Вряд ли это был откровенный подкат: Эвелин уже знала, что всю неделю Стив Харрингтон ходил по школе в одиночестве. Наверное, ему хотелось с ней пообщаться. Это было логично, Эвелин сама испытывала такое желание. Поделиться переживаниями с кем-то, кто разделяет их, было естественным порывом. Все это она обдумала еще ночью, когда не могла уснуть и ворочалась с боку на бок. И все это нужно было объяснить Стиву, потому что он не заслужил такого игнорирования со стороны Паркер. Она открыла рот, чтобы сказать, что вела себя, как идиотка, но тут откуда-то с парковки донеслись противные крики, и Эви дернулась. — Эй, Паркер! — кричал Хокстеттер. — Отсосешь и мне? Говорят, ты неплохо утешаешь, а я такой грустный! Эвелин вспыхнула, стиснула зубы и, не глядя на Стива, снова сбежала. Чертов Хокстеттер, тебе не жить! Она поговорила бы с ним, но подумать о защите и на самом деле защитить себя было разными понятиями. К тому же, ее останавливало то, что он мог узнать настоящую правду и вывернуть ее наизнанку против Паркер. Эви не хотелось быть для всех влюбленной дурочкой — проще было почистить зубы колючей проволокой, чем признаться в чувствах к Харрингтону, которые, оказывается, после того случая в детском саду никуда не делись, а просто уступили разумным доводам. Если бы Стив узнал об этом, то Эви пришлось бы испытывать стыд куда сильнее, чем тот, что она переживала сейчас. Мнимые слухи не так трогали ее, как реальность, а быть той, кого жалеют, было куда хуже. Эви не хотела быть второй после Нэнси. Эви не хотела быть утешением. Она сбежала со школьной парковки, так и не заметив, что Стив, нахмурившись, пошел в сторону Хокстеттера.***
В вечер Снежного бала Эви пришла в дом Дастина с пакетом в руках. Она толком не выспалась — снова снились демопсы и Изнанка, — и на бал ее никто не приглашал, а после слухов появляться там вовсе не хотелось, но мальчишка попросил ее об услуге, и Эви согласилась даже с неожиданной радостью. — Дасти! — прокричала из дома миссис Хендерсон. — Это к тебе! Дастин распахнул дверь и, увидев на пороге Эвелин, буквально расцвел. — Принесла? — Да. — Как я просил? — Да. — Заходи. Эви усмехнулась, зашла в дом и поздоровалась с сидящей в кресле миссис Хендерсон, прежде чем ее сын утянул Паркер в ванную комнату. Он был в новенькой рубашке, новеньких брюках на подтяжках, а на шее красовался очень милый бант. — Последовал моему совету? — снова усмехнулась Эви. Дастин закивал, ни разу не смутившись. — Давай скорее, я опаздываю! — Успокойся, — ответила Эвелин, добывая из пакета баллончик от Фары Фоссет. — Мы все успеем. Когда она закончила, Дастин улыбался от уха до уха своему отражению в зеркале. В воздухе стоял приторный аромат лака для волос, все пальцы у Эви слиплись, но мальчишка выглядел потрясающе. — Ты всех сразишь, — резюмировала Эвелин, довольно улыбаясь. Дастин повернулся к ней с горящими глазами. — Круто? — Не то слово. Они хлопнули в ладоши и вышли из ванной. Дастин получил несколько комплиментов от мамы, Эви — пару вопросов насчет своего костюма — «Где твое платье, Эвелин? Ты не идешь на бал?» — а потом в дверь постучали. — О, это за тобой, Дасти, — сказала миссис Хендерсон. Маленький Мяус — новый кот, взамен того, которого сожрал Дарт — противно мяукнул у нее на руках. Дастин накинул на плечи пиджак, получил от Эвелин одобряющий кивок и открыл дверь. На пороге стоял Стив. — Готов, дружище? — Да! — воскликнул Дастин. — Мы можем взять с собой Эвс? Стив заметил ее у лестницы на второй этаж, застывшую от внезапного испуга, и тоже замер. — Д-да. Разумеется. Поедешь с нами? Эви кивнула, не смея доверять своему голосу. В конце концов, решила она, когда-нибудь им пришлось бы поговорить. Почему бы и не сегодня, в канун Рождества. Дастин запрыгнул на переднее пассажирское, так что Эвелин с облегчением села сзади и всю дорогу до школы молчала и улыбалась, слушая рассказы мальчика. Боже, она и не заметила, как он вырос. Он и правда выглядел потрясающе. Стив поглядывал на Эви в зеркало заднего вида, но Паркер делала вид, что не замечает этих взглядов. Так было проще сосредоточиться на том, что говорил Дастин, а не на отчаянно стучащем под ребра собственном сердце. Они подъехали к школе, и мальчик повернулся к Стиву и Эвелин с отчаянно храбрившимся видом. — Итак, запомни, — выдохнул Стив, — как только войдешь в зал... — Сделаю вид, что мне все равно. — Тебе все равно. — Пофигу. — Эй! Эви подалась вперед и несильно стукнула Харрингтона в затылок. Она съездила бы и по макушке Дастина, но не хотелось портить прическу, над которой Эви сама же и трудилась столько времени. Поэтому мальчишка обошелся сердитым взглядом. — За что? — вскинулся Стив. Эви прыснула. — Ты опять за свое? Надо быть невозмутимым, а не делать вид, что тебе пофигу, когда тебе совсем не пофигу! Дастин, не слушай его. Он попытался вставить свое слово, но Стив был быстрее: — О, не начинай! Вас, девчонок, раскусить проще простого: только когда строишь из себя мерзавца и мудака, вы обращаете на нас внимание, а стоит подойти первым — и вы сбегаете. В его словах было неприкрытое обвинение, но Дастин этого не знал и поэтому не обратил внимание на то, как покраснела Эвелин. — Я... я пойду, да? — неуверенно протянул он. Стив выдохнул и повернулся к мальчику. — Не волнуйся. Ты выглядишь потрясающе. Просто потрясающе. — Д-да, — закивала Эви. Дастин обернулся к ней и несмело улыбнулся. — Сейчас ты войдешь туда... — Весь такой на миллион долларов, — продолжил Стив. — И сразишь их наповал, — договорила Эвелин. — Как лев! Стив улыбнулся мальчику, и они обменялись серьезным мужским рукопожатием. Эви невольно засмотрелась на лицо Дастина, взрослое лицо мальчика, абсолютно храброго, абсолютно честного с собой и своими чувствами. Она снова подумала, что он вырос слишком быстро. Они со Стивом провожали Дастина с одинаковыми улыбками, хоть и не замечали этого, но когда Эви посмотрела на Харрингтона, тот не выглядел гордым или довольным, тот выглядел грустным. Эвелин проследила за его взглядом, и под ребрами что-то больно кольнуло, до рези в глазах. Стив увидел Нэнси в дверях танцевального зала. Она была очень красивой. Эви точно знала, из-за чего ей хотелось плакать: весь месяц после этих сумасшедших ночей с демопсами и Изнанкой она культивировала в себе неконтролируемые чувства, которые зарывала, игнорировала долгие годы. Теперь они изматывали ее и мстили, вот почему Эвелин не находила слов, смелости поговорить со Стивом и объяснить хотя бы свое свинское поведение. Она понимала, что если попытается снова забыть о влюбленности в Харрингтона, то сможет сделать это. Не так быстро, как в прошлый раз, но определенно сможет. Только проще не станет, ведь ей бы хотелось... Ах, что за глупости! Эви подняла глаза и неожиданно уперлась взглядом прямо в лицо Стива. Он обернулся и смотрел на нее, не мигая. — Перекусить хочешь? — Я не... Да. Да, конечно. Ей показалось, что Харрингтон едва заметно выдохнул. От облегчения. — Тогда садись вперед. Я знаю одно место неподалеку.
Примечания:
Что-то я там разбежалась. В общем, будет еще глава.Точно последняя. И бонус!
