Chapter nine. The A level
9 декабря 2020 г., 01:14
Они сидели на полу: Эви упиралась лопатками в дверь с панелью управления, Стив кипятился напротив, Робин застрял между ними и устало прислонялся к полке с коробками. Ту, что Стив и Дастин открыли, решено было запихать как можно дальше, чтобы, в том случае, если за грузом придут — а за ним определенно кто-то должен был прийти,— пропажа одной колбы не обнаружилась бы так быстро.
— Мы уже это обговаривали, — простонал Робин. Стив и Эви шикнули на него одновременно, вызывая реальные ассоциации с парочкой родителей. Дастин и Эрика в данный момент преспокойно сопели в углу, накрытые курткой Стива, и будить их ребята боялись. Особенно Эрику: девочка не затыкалась все то время, пока они продумывали один нелогичный шаг за другим.
— Единственный выход из этого лифта — через дверь, — продолжал гнуть свое Стив. — И выйти мы сможем, только когда та откроется.
— А за ней нас будут поджидать русские с автоматами, — подытожила Эви. — Есть еще идеи?
Парни помотали головой и выдохнули хором: «Ни одной». Блеск. Если они умрут здесь, то хотя бы наскоро подружившись. Эвелин сомневалась, конечно, что из этих ребят вышли бы хорошие друзья, но теперь она ставила под сомнение каждую свою мысль, уж скоро они у нее были дурацкими, как и идея сделаться с Робином Бакли приятелями.
Не при ревнивом парне, Паркер. Не при Стиве, мать его, Харрингтоне.
Тему их недавней ссоры, очередной, она не поднимала, хотя голова гудела и зудело нутро высказаться. Робин тактично молчал, к Эви не подходил, зато Стива пытался задеть любым способом — то словом, то локтем.
— Эту дверь точно когда-нибудь откроют, и тогда мы спрячемся на крыше и подождем, пока отсюда все заберут, — сказал Стив. — Я не вижу иного выхода.
— А что, если мы не успеем выскользнуть из лифта до того, как двери снова закроются? — устало спросила Эви. — Что, если люди зайдут в лифт и поедут наверх, а мы будем там, на крыше, и нас расплющит?
— Не расплющит, — сказал вдруг Робин. — У шахт сверху есть расстояние в несколько футов, это нас спасет. Потом мы просто залезем обратно и выйдем, как зашли. Странно, но это лучший исход.
Эвелин кинула на него мимолетный взгляд и кивнула. Прикусила губу, опустила глаза на свои руки, испачканные в пыли с пола. Как же она устала, как же устала бояться.
— А если там, наверху, дверь не откроется, как раньше… — начал Стив, и тогда Эви села и сказала то, что беспокоило ее третий час:
— Тогда мы поможем Эрике выбраться из лифта через вентиляцию. Она позовет на помощь кого-то из взрослых, может быть, Хопперу позвонит. И нас вытащат.
— Ну или так, — нехотя согласился Робин, хотя по его лицу было понятно, что план с вредной спасительницей ему кажется глупым — Эрика могла и облажаться в таком важном деле. Странно, что прежде, когда Бакли уговаривал девочку проползти по вентиляции внутрь склада, его это не беспокоило.
Но Эви и не думала о том, что Эрика — их единственное спасение. Она вообще об этом не думала. Паркер посмотрела на Стива, заметила его хмурый, серьезный взгляд, и поняла, что он догадался.
Эрика должна была не спасти их, а спастись сама. Потому что она была тут единственной невиновной девочкой.
— При условии, что нас не повезут наверх, и нам все-таки придется выбираться через эту дверь, — сказала Эви через некоторое время, обращаясь к Харрингтону. Тот на нее не смотрел, но прекрасно слышал. — Стив, ты должен защитить Эрику. Слышишь? Она здесь самая маленькая.
Он что-то проворчал, что Эвелин не расслышала. Это было совсем не согласие. Это было возражение: «Прежде всего я должен защитить тебя».
***
Решено было дожидаться любого движения извне — стали бы русские приходить за грузом в лифте или вызвали бы его наверх, застрявшим внутри пленникам все равно пришлось бы ждать, когда кто-то нажмет на кнопку снаружи. Стив снова полез на крышу, Эви проследила за его исчезающими в люке штанами цвета хаки и устало выдохнула. — Поспи, — предложил ей Робин. — Судя по всему, нам тут до самого утра ждать. Она с удовольствием бы поспала, но чувствовала, что не сможет: в таких условиях преспокойно сопеть мог только Дастин, которого вообще мало что могло испугать и взволновать. Чертов ребенок, никогда не думает о последствиях. Хотя, сказать по правде, это был его главный козырь. Смелый пацан. Бесконечно смелый пацан. — Эй, да не парься ты за Дастина, — Бакли правильно разгадал затянувшееся молчание девушки и толкнул ее плечом. — Он и за себя постоять сможет, и тебя защитит. — С каких это пор ты заступаешься за ребенка? — фыркнула Эви. — Я думала, ты их терпеть не можешь. Робин кивнул. — Справедливо. Но кое-кого все-таки вынести можно. Эви усмехнулась и тут же задумалась, является ли флирт Робина Бакли его врожденной чертой или же он реально подкатывает конкретно к ней, как ее предупреждал Дастин. Хотя, если честно, Эвс не видела в этом ничего сверхъестественного: Робин Бакли являл собой воплощенное обаяние, когда хотел, и мечтал, должно быть, о всеобщем признании, а потому так отчаянно выкаблучивался перед многочисленными посетительницами Ahoy. Словно не мог и минуты прожить без восхищенного взгляда какой-нибудь простушки. Кого-то он сильно напоминал Эвелин… Кого же? — Там спать невозможно, — Стив спустился вниз, сильно топая ботинками, и Эви, коротко взглянув на его взъерошенную шевелюру, тут же подавилась смешком. Ах, да. Вот кого. Робин кинул Эви многозначительный взгляд, закатил глаза и пошел наверх. — Зачем ты… — Отлить, — резанул Бакли, пресекая дальнейшие вопросы девушки. Она поджала губы и отвернулась. Да что не так с этими парнями, у них обоих пмс? Стив наблюдал за Эви из своего угла, смотрел, как она пристраивается между стеной и полкой с коробками и кладет голову на рюкзак Дастина. Было неудобно — не только из-за необычного (слабо сказано!) места для сна, сколько из-за пристального внимания Харрингтона. Она злилась на него и обижалась, и все это клокотало внутри нее, перемешиваясь с чувством глубинного одиночества, которое возникает в те моменты, когда вы отчетливо понимаете, что должны быть вместе, заодно против остального мира, а в итоге по какой-то причине находитесь по разные стороны баррикад. Эви попыталась заснуть, хмурясь и прогоняя невольные мысли о том, что они со Стивом отдаляются и не слышат друг друга, а сейчас настолько не время для их разногласий, что лучше бы они поругались позже или раньше и успели помириться. Что мешало сделать это сейчас, Эвелин не знала. Что-то. Кто-то. Она сама. Она заснула, кажется, всего на секунду, когда услышала громкий звон. Будто кто-то размеренно стучал железкой по другой железке. Эрика проснулась и принялась громить все вокруг: сейчас она била колбой с ярко-зеленым нечто о край бочки. Эви вскочила мгновенно, и куртка Стива, которой она была укрыта, стекла по ее ногам на пол. — Воу-воу, детка, ты что это делаешь? — девушка выхватила колбу из рук Эрики, но та потянулась следом. — Я не детка, отдай сюда, — заявила она. — Это может быть полезно! Эви покосилась на колбу в руке — ярко-зеленое, явно ядовитое вещество внутри нее ни разу не намекало на пользу, по мнению девушки. — Как? — выдохнула Паркер. Эрика вскинула голову. Дай Бог им всем терпения с этой девчонкой… — Без еды человеческий организм может просуществовать долгое время. А вот без воды он умирает. — Мне очень неприятно тебя разочаровывать, — прошипела Эвелин, — но это не вода. — Не-ет, — тут же согласилась Эрика. — Но это жидкость. И если мне придется ее выпить, чтобы не помереть — я выпью. Вот уж нет уж. Эви прижала колбу к себе и на всякий случай отошла с ней подальше от предприимчивой десятилетней особы. Стоит вернуть ее обратно в коробку и забыть, как о страшном сне. Эвелин огляделась в поисках рюкзака Дастина и наткнулась на куртку Стива. Ох, Стив. Кстати, где он? Как только Эви подумала о парне, снаружи раздался странный звук, напоминающий скрежет колесиков тележки в супермаркете. К их лифту двигалось что-то. И это что-то могло открыть дверь. В этот момент Стив, Робин и Дастин стояли на крыше и справляли нужду, предусмотрительно поливая ту стену, что скрывалась за коробкой лифта, и с самого утра спорили. — А я тебе говорю, хватит сажать батарейку в этой штуке, — ворчал Стив. — Сигнал все равно до верха не доберется, хоть убейся. — Ты чего это такой недовольный? — прошепелявил Дастин, который закончил раньше и уселся задницей на балку. — У тебя вся ночь была, чтобы помириться с Эвс. Стив фыркнул как-то устало. — Она всю ночь проворковала с Бакли, если хочешь знать. — А вот и нет, — тут же вскинулся Робин. — Она про тебя говорила, вообще-то. — Да? И что же это? — Что ты придурок. Дастин закатил глаза, глядя, как спорят два совершенно одинаковых парня. Что один, что второй — права была Эвелин: они походили друг на друга больше, чем могли себе в этом признаться, и спорили впустую. У Эвс хотя бы была причина огрызаться на Стива. У Робина причин не было, разве только он действительно не метил на место Харрингтона в их отношениях с девушкой. Что вряд ли. Почему-то Дастин был уверен, что Эви Паркер Робина не интересовала. По какой такой причине этого не замечал сердитый и уставший Стив — оставалось загадкой. — Очень смешно. Не мог придумать что-нибудь пооригинальнее? — отозвался Стив. — Вот тебе оригинальное: ты, Харрингтон, упускаешь из виду… Эви выглянула в люк и выдохнула беспокойное: — Кто-то идет! Мальчики переглянулись, как по команде, и кинулись помогать ей и Эрике забраться на крышу. За дверью лифта в самом деле стали слышны голоса: двое говорили на русском, жужжал мотор какой-то машины, а потом запищал электронный замок — дверь начала открываться со скрежетом, который ребята так мечтали услышать. Пока двое погрузчиков в синей униформе возились с коробками — один из них остановился посреди лифта и сказал что-то странное, а потом принюхался. Что не так? Эви боялась, что он услышит, как громко стучит сердце у нее в груди, и посмотрит наверх и увидит сквозь решетку ее испуганное лицо. Она впивалась пальцами в прутья решетки в крыше и думала о том, что дрожь от ее рук передается всему лифту. Но тут ее ладонь накрыла рука Стива. Эви вскинула голову — он кивнул. Все в порядке, Эвс, все в порядке. Русские погрузили коробки в свою тачку и вышли из лифта. Ничего, что напридумывала себе Эвелин, не случилось, но прямо сейчас они закрывали двери и снова отрезали ребят от свободного пространства. Паркер запаниковала, подняла глаза к Стиву, но тот уже на нее не смотрел: он схватил колбу из рук Эрики и дал немой сигнал Робину. Что за черт?.. Они спрыгнули в люк друг за другом, Стив бросился к двери и в последний момент воткнул колбу в проем между дверью и полом. Робин в этот миг помогал Эрике спуститься. — Давай скорее, Эвс! — прикрикнул он. Думая о том, что с блондином им стоит поговорить об уменьшительно-ласкательных позже, Эвелин скатилась в лифт вслед за Дастином и шмыгнула к двери. Колба уже трещала, не выдерживая напора механизма, Эви проскользила по полу, в последний момент хватая оставшегося внутри Стива за руку. Ну же, ну, скорее, Стив! Они еле успели вывалиться из лифта, когда колба, наконец, треснула и разбилась, и то, что было внутри нее, растеклось ядовитой лужей по полу. И разъело поверхность. Эви и Стив смотрели на это в немом испуге, их ноги-руки перепутались, и Харрингтон не спешил подниматься. Эвс часто дышала и чувствовала, что дрожит теперь не только она. Пары от разъеденного пола поднимались вверх, закупоривали поры. Эвелин с трудом вдохнула и отвернулась, пряча лицо на плече Стива. — Жива? Цела? — спросил он ей прямо в ухо. Эви закивала и только потом попыталась встать. — Бог ты мой… — промычал Робин. Впятером они смотрели на дыру в полу, с ужасом понимая, что внутри каждой из колб не просто жидкость, а кислота. — Все еще хочешь это выпить? — съязвила Эви, хлопая Эрику по плечу. Та дернулась. То-то же. — Ебаный свет… — просипел вдруг Дастин, и Паркер дернулась. — За языком следи, ты… — Он прав, — перебил ее Робин. Они вдвоем смотрели им за спины. В ту сторону, куда укатили русские на своей тачке. Потому что там, за их спинами, был длинный-длинный коридор, оснащенный лампами длительного освещения, трубами и какими-то проводами, текущими вдоль стен вглубь неизвестности. Там был тоннель. Тоннель прямо под Старкортом. — Ебтвою… — не выдержал Стив. Эви шикнула бы и на него, если бы в этот момент не пыталась проглотить свое застрявшее в горле сердце — обратно туда, где ему положено было быть. — Мы что, мы пойдем туда?.. — спросила девушка, обращаясь конкретно к Стиву. Сейчас для ссор и разногласий точно не было времени, и Эви надеялась, что Стив будет разделять ее мнение на этот счет. — У нас нет выхода, — ответил он. — Я уверен, что у русских в конце этого тоннеля есть запасной выход к поверхности. Раз мы не можем воспользоваться лифтом здесь, мы пойдем туда. Они обговаривали этот вариант ночью, и Эви он не понравился: стащить ключ-карту и вернуться к лифту или же воспользоваться другим лифтом где-то здесь было безумием, но, поскольку теперь они все были отрезаны от склада, который уже знали, у них и правда не оставалось иного выбора. — Вперед. — сказал Стив, подталкивая Дастина и Эрику. — Держитесь позади меня, окей? Если что-то пойдет не так, я прикрою. И вот сейчас, невольно подумалось Эви, Стив действительно был взрослым помощником шерифа Хоукинса.***
— Согласитесь, как чудо инженерной мысли — это поразительно! — А ты не мог бы выражать свои восторги потише, ростбиф? Мы, между прочим, тут незваные гости. Эви устало выдохнула и чуть отстала от препирающихся Дастина и Робина. Честное слово, что один, что второй вели себя последние минут пятнадцать, как ровесники, причем перевес был на стороне мальчишки. Эрика встревала в их диалог, только чтобы вставить свое веское слово и разогреть спор еще больше, и от всех троих гудела голова. Они, конечно, находились в вероятно смертельной опасности и конечно подвергали себя еще большему риску, пока топали навстречу неизвестно чему, но, предположительно, прямиком в лапы красной армии советского союза… Но в данный конкретный момент Эвелин чертовски устала слушать всю свою команду детей и надеялась, что их путешествие закончится побыстрее. — Так себе это чудо, — заметил Стив. — Ни пожарных выходов, ни системы безопасности, один только лифт. А что, если у них тут что-то взорвется, куда пойдет волна? — Сюда, — ответила Эрика, хотя это был, скорее, риторический вопрос от помощника шерифа. Но Стив оценил и похлопал девочку по плечу. — Справедливости ради, надо заметить, что никто не предполагал тут ходить на своих двоих, — разливался Робин. — Русские создали идеальную систему транспортировки. Дастин подхватил его — и вот так они и общались, то пререкаясь, то поддерживая друг друга, — Груз поступает в молл, как и другие товары, а потом они его погружают и перевозят. — Перевозят что? — поинтересовалась Эрика. Хотя, вероятно, ответа она не ждала. — Зеленый яд? — Это не яд, это что-то серьезнее, — деловито произнес Дастин. — Кислота? — Не-е. Что-нибудь вроде промития. — Что еще за промитий?.. — Эй. Стив дернул Эви за рукав собственной куртки, которую девушка надела на себя после пробуждения и с тех пор не снимала, хотя в этом тоннеле было душно и жарко. Без куртки полицейского Эви казалась себе голой и незащищенной, так что снимать ее она была намерена никогда. — Как нога? — спросил Стив. Эви опустила голову и взглянула на свою мелькающую при ходьбе коленку в белом платке Харрингтона. — Ничего, почти не болит. Как рука? Парень протаранил локтем пол, когда втискивал колбу под дверь, и теперь тот саднил, но кровь уже, кажется, высохла и закупорила ссадину. — Ничего, — повторил за девушкой Стив. Они шагали вровень, чуть отстав от основной группы и оба чувствовали себя неловко. Сейчас, когда злость спала и обида почти прошла, вытолкнутая из котла эмоций более существенным — страхом за себя, за детей и друг за друга, — сложнее всего было выждать правильный момент и объясниться. Этот момент мог не наступить в условиях, которые теперь их сопровождали. Но когда-то стоило поговорить. — Я боюсь, — призналась Эвелин, стискивая рукой краешек куртки Стива. Он заметил это и усмехнулся втайне от девушки. — Знаю. Мне тоже стремно. Давай не будем думать о плохом и постараемся не паниковать, окей? Эви покивала и прошла еще несколько футов, прежде чем открыть рот. — Мне жаль, что я особо ничем с тобой не делилась весь этот месяц. — О, Эвс, это ведь я был… — Придурком, да, — прервала Эви и отмахнулась. — Но и я не лучше. Взрослые должны рассказывать друг другу, если их что-то беспокоит. Как я слышала. Стив фыркнул — оказывается, он попытался посмеяться, но вышло плохо из-за хрипоты в горле. — Да, я тоже о таком слышал. Говорят, так можно ссор избежать, прикинь. И расставаний. Это слово, ядовитое, кислотное, разъедающее нутро, Эвелин произнести вслух побоялась, и решила, что не будет поднимать тему о разрыве. Ведь до него не дойдет, не так ли? Они справятся со всем тут, правда? — Слушай, Эвс, ты должна знать, что я… — начал Стив, и Эви приготовилась препираться с ним снова — уже пытаясь переубедить в том, что она думает о нем плохо, ведь это было не так, совершенно не так. Но неубедительно начатый монолог Харрингтона остановил Робин. Он спросил, громче, чем прежде: — Из всех чертовых мест в Штатах, почему именно Хоукинс? У нас останавливаются максимум, чтобы отлить, по дороге в Диснейлэнд. И именно этот вопрос впился в мозг Эви и Стива — одновременно. Они остановились, посмотрели друг на друга и схватили Дастина, который тоже затормозил и обернулся. — Думаете, это… — начала Эви. — Как-то связано? — продолжил Дастин. — Русские могут знать? — нахмурился Стив. В его глазах Эвс заметила явно промелькнувший испуг и поняла, что она отражает его полностью. — Все может быть, — выдохнула Паркер. А раз все может быть, то опасность уровня А — тоже возможна.
