Stranger trap for a king

      Эви выискивала глазами тачку мистера Скраббса, но мысленно все еще пребывала в моменте: застряла на первом этаже молла и смотрела на Стива, смотрела на Стива, смотрела на Стива, словно не могла покинуть сознанием ни чертов Старкорт, ни его самого.       — Канзас, два-уай-пять? — раздалось откуда-то справа, у дальнего угла стоянки молла. Эви подняла голову, прищурилась. Дастин и Робин смотрели на блестящий Шевроле черного цвета.       — Она. Идем, Эрика!       Они с девочкой добежали до машины, и Эви протянула Робину ключи.       — Веди ты, у меня руки трясутся.       Он мог закатить глаза, среагировав, как обычно, но не стал. Молча кивнул, схватил связку и уселся за водительское сиденье. Эвелин села рядом, сразу же поворачиваясь к Дастину.       — Далеко нам?       — Прилично, — отозвался мальчишка. Он и Эрика как-то неуверенно переглянулись, будто Эви на их глазах превращалась в инопланетную тварь из «Нечто». Ох, ну что еще?       — Пристегнитесь, и побыстрее, — скомандовала Эвелин и вернулась к Робину. — Гони, Бакли.       Они стартанули с визгом, так что Эви на мгновение подумала, что по дороге им придется тормознуть какую-нибудь тачку, потому что под ними сгорят шины. Но Робин вел черный Шевроле уверенно, Дастин трещал, как заведенный, про свою радиовышку и Сьюзи, и Эвелин ничего не оставалось, кроме как утонуть в кресле пассажира (и своих переживаниях).       — Не паникуй, Паркер, у нас все получится, — бросил ей Робин, съезжая с основной дороги на ту, что вела к холмам Хоукинса.       Дастин говорил «левее», «правее», но асфальтированный путь у них был только один, поэтому Робин периодически рявкал на взведенного, как курок револьвера, мальчишку.       — Я не за нас волнуюсь, — Эви стискивала край полицейской куртки поверх своей испачканной и заскорузлой от пота униформы — и думала, что если еще не успела сойти с ума, то судьба предоставила ей все шансы преуспеть в этом деле. У них впереди было самое важное дело мира и полночи в запасе.       Успеешь свихнуться, Паркер.       Музыка из радиоприемника мистера Скраббса раздражала неимоверно, но выключить ее никто из сидящих в машине не удосужился. Так они и мчались сквозь темноту страшной ночи под аккомпанемент Элвиса, словно собирались посетить пляж или ярмарку ко Дню Независимости.       — Как далеко это место, Дастин? — не выдержала Эви после минутного молчания.       — Не волнуйся, скоро приедем, — произнес мальчишка — второй раз за эту невыносимо длинную поездку. Эви закатила глаза и поборола в себе желание побиться головой о приборную панель. Робин, заметив ее невроз, протянул и сжал ее за запястье.       — Сьюзи, видно, особенная, да? — спросил он, только чтобы разрядить обстановку. — Раз ты построил ту штуку и притащил в такую даль, чтобы с ней общаться.       Дастин расплылся в беззубой улыбке.       — Ну, строго-то говоря, никто не идеален. Но Сьюзи настолько близко к идеалу, насколько это вообще возможно.       — Вау, даже так, — почти искренне восхитился Бакли. Сейчас, пока Эви чувствовала, как тонет в своих страхах, всех вместе, напавших на нее, безоружную, без предупреждения, он больше походил на того доброго и разумного напарника, каким должен быть среднестатистический работник кафе-мороженого для детей. Но Эвс этого не оценила — не в данной ситуации.       — А, по-моему, ты ее выдумал! — подала голос Эрика. И метнулась к переднему сиденью Эви. — Тебе так не кажется?       Эви бросила на девочку взгляд через зеркало заднего вида.       — Не-нет, не кажется, — выдохнула она. — Дастин, конечно, врушка тот еще, но девушек не выдумывает.       — Спасибо, Эвелин, — деловито поблагодарил мальчишка. И добавил, не меняя тона: — А вот здесь налево.       — Что? — удивился Робин.       — Налево! — хором повторили Дастин и Эви, и девушка дернула руль под руками Робина. Он заорал, на секунду потерял контроль над машиной: за это время Эвс успела протаранить деревянный забор и направить Шевроле вверх по склону, не обращая внимания на то, что дороги ни для тачек, ни для людей тут в принципе не было предусмотрено.       — Куда мы едем?! — орал Робин, стискивая руль и чуть ли не отпихивая руки Эви.       — Наверх! — отвечал ему Дастин.       Они мчались вверх по холму, снижая скорость, машину трясло, и Эви видела, как скачут перед ними кочки и пропадают из-под луча света от фар. Робин чертыхался, как проклятый.       — У нас не получится!       — Получится-получится-получится!       — Ладно! — Робин выжал из машины все, что смог, хотя, Эви готова была поклясться, водил он в таких экстремальных условиях впервые, несмотря на буйный нрав. — Давай, детка, давай!       Но машина замерла на полпути к вершине. Все резко остановилось, Эви дернуло вперед и ударило лбом о панель.       — Ауч! Все целы? Вы как там?       Эрика с Дастин выползали из-под сиденья и стонали в голос. Отзываются — значит, целы. Сейчас у них нет времени на сантименты.       — Идем-идем, — поторопила всех Эви и первая выпрыгнула из тачки. — Быстрее же, ну!       Вчетвером они кое-как добежали до радиовышки Дастина, спотыкаясь и падая: Эви помогла Эрике подняться с земли, но интересоваться, все ли в порядке, теперь не стала — потом разберутся.       — …сладкоежки, как слышите? Сладкоежки, прием! — надрывался сигнал от радиостанции — высокого треугольника из полых трубок с проводами и антенной на вершине.       Дастин упал перед своим детищем, подкрутил какие-то шарниры в основании и вытащил рацию из рюкзака.       — Сладкоежки, прием! Повторяю, мы заперты в молле, и нам срочно требуется эвакуация! Нас нашел Билли!       О, черт, только не это!

***

      Хоппер был не в восторге от того, что взял с собой Стива, но Стив не стал напоминать своему боссу, что он сам на это согласился.       — Нужны два человека для этой операции, Харрингтон, — ворчал шериф, топая по тайному коридору, который давно — слишком давно! — ему показывала Эви. То, что часа три назад Стив в полусознательном состоянии уже шатался по нему, он не помнил.       — Я считать умею, Джим, — согласился Стив. Автомат русских висел у него на плече на тонком жестком ремне и пережимал какую-то артерию. Кажется, у него будет там синяк. Если он вообще выберется с базы в таком же состоянии, как сейчас.       А то прошлый визит оставил на его теле и в рассудке массу неизгладимых следов.       — Два человека, я и ты. Мистер Бауман поможет отключить сигнализацию.       — Нет, мистер Бауман… А, черт, да с кем я вообще разговариваю.       — С теми, кто поможет взорвать эту чертову машину! — отозвался вдруг Мюррей. Несмотря на то, что выглядел он, как пациент психиатрического отделения, Мюррей Бауман вел себя… вполне сносно и даже давал разумные комментарии. Стив не стал акцентировать внимание на его внешнем виде, прекрасно помня свое отражение в зеркале мужского туалета рядом с кинотеатром — сам он выглядел отвратительно, еще хуже, чем после заварушки прошлого года.       А вот о ней лучше уже не вспоминать.       — У нас есть два варианта, Джим, — заливался Мюррей, — взорвать машину или отключить ее.       — Да? Кто сказал? — упрямился шериф.       — Тот, кто ее построил!       — Да, а мы хотим ее уничтожить, — встрял Стив, перехватывая автомат повыше. Да что ж такое-то, какое неудобное оружие делают себе эти русские!       — Иначе все, что мы сделали, будет впустую! — поддакнул Мюррей. — Операция на троих, Джим, и мальчишка нам поможет!       — Да, на троих! — воскликнул Харрингтон. — Спасибо. Кажется…       Хоппер зарычал и рывком открыл дверь в погрузочный док, к лифту-складу.       — Я выдерну провода, находясь прямо в системе вентиляции, даже подниматься оттуда не стану, — объяснял мистер Бауман, тряся перед лицом Стива рисунком со схемой, пока они неслись в самый низ, в пекло. — Спасибо смышленой блондиночке: кажется, подвергать себя лишнему риску мне не придется.       Стив хмыкнул, Хоппер его реакцию заметил, но не оценил. Он вообще редко говорил что-то положительное в адрес его отношений с Эвелин, словно считал себя ее вторым отцом — впрочем, он был ей крестным, а ее отцу другом, так что это тоже считалось. Вот только Стив был атеистом и такие связи за родственные не считал. Тем не менее, ему было бы приятно, если бы хоть раз Хоппер назвал его хорошим парнем для Эвс.       Потому что, эй, он и был хорошим парнем, верно же?..       — Это врубит сигнализацию, — выдохнул шериф.       — Как сказал Алексей, — возразил Мюррей (что за таинственный Алексей?), — царство ему небесное, это даст нам возможность вытащить ключи из хранилища.       — И мы вытащим ключи, проберемся в обзорную комнату, повернем ключ, — проговаривал Стив. Мюррей подхватил его мысль:       — Ба-бах! Взорвем к чертям эту адскую машину!       — И когда портал закроется, мы сбежим через вентиляцию, — добавил Харрингтон, почти улыбаясь.       — Коммуняки моргнуть не успеют, а мы уже смоемся! — согласился Мюррей.       — И бегом домой.       Хоппер переводил взгляд с одного своего невольного напарника по рискованной операции на другого. Потом закрыл глаза и тяжело вздохнул.       — То, что придумал план не ты, еще не значит, что он фиговый, — заметил Стив. — И, кстати, с нами еще могла пойти миссис Байерс, чтоб ты знал.       — Я не говорил, что мне не нравится план! — взъелся шериф, почти мгновенно. Воу-воу, а орать-то зачем?       — Но ты об этом подумал, да?       — Ничего я не думал!       — Дети-дети-детишечки! — встрял между шерифом и его помощником мистер Бауман.       Стив перевел к нему сердитый взгляд и сжал зубы. Вот всегда Хоппер вел себя, как единоличник, никого не слушал, ни с кем не считался. Да знает ли хоть кто-нибудь, как сложно было работать с этим упрямым бараном, которому вечно не нравилась то погода, то время, то бумажная волокита (хотя она и Стиву не нравилась, но спрашивал ли Хоппер Стива, хочет ли тот заниматься бесконечными отчетами в главный штаб, которыми тот занимался вместо шерифа? Нет!). Вместо того, чтобы защищать город, Стив, как правило, возился с документами или разгонял местных жителей от здания их тупорылого мэра, притом что сам Стив был согласен с владельцами магазинов. Но едва на горизонте появилось что-то интересное вроде дела с магнитами и порталами, как оказалось, Хоппер взял с собой миссис Байерс.       Опять же, Стив ничего не имел против желания шерифа закадрить Джойс — та, вообще-то, была очень крутой, а Хоппер был влюблен в нее черт знает с каких времен. Но брать ее вместо своего официального помощника? Так себе идея, шериф Хоукинса.       — Это нормальный план, — уговаривал мистер Бауман. — Приличный. Приемлемый, учитывая ситуацию и временные рамки. И если все пройдет удачно…       Тут лифт замер с негромким сигналом, который в прошлый раз чуть не довел всех до истерики.       — …они нас даже не заметят.       Но двери лифта открылись, а за ними, вопреки заверениям Мюррея, их встречали сразу несколько солдат. Едва они повернулись к прибывшим, дула их автоматов тут же уставились на Стива, Хоппера и Мюррея, который вообще на этой базе выглядел не просто дико, а умопомрачительно карикатурно.       Стив вскинул руку и закрыл лицо — нельзя, чтобы его узнали! — шериф загородился автоматом, который сам же стащил у русского охранника в молле. Мюрей шагнул к перепуганным военным и заговорил почти на чистейшем русском — насколько Харрингтон мог судить, акцент у мистера Баумана в такой-то ситуации был едва заметен.       Он что-то сказал, ему ответили. Стив искоса глянул на замершего Хоппера и заметил его изменившееся лицо. О, нет, Стив знал это лицо шерифа. В следующую секунду тот выдал пулеметную очередь по ничего не понимающим солдатам и положил всех.       Мюррей чуть не упал в обморок от страха.       — Джим! У меня все было под контролем! — воскликнул он. Хоппер шагнул вперед и присел к первому же телу, снимая с него головной убор.       — Да, у меня тоже, — коротко бросил шериф Хоукинса. Спорить с ним никто не стал, и Стив потянулся к бездыханному телу второго солдата, чтобы снять с него форму.       Они нашли тачку — Стив сомневался, что это была та же самая тачка, в которой Эви привезла их с Робином к лифту, но выглядела она точно так же. Чтобы не светить лицом, Харрингтон снова забрался внутрь, за решетчатое окно, а Мюррей и Хоппер уселись впереди. Дорога до следующего пункта, склада, заняла у них на этот раз куда меньше времени, чем Стив запомнил — или же в прошлый раз он был слишком занят беспокойством об Эвс и детях, а потом наркотическим трипом.       Их встретили у следующих дверей — один охранник. Он что-то спросил, Мюррей ответил. Потом Мюррей сказал что-то еще. Потом пошутил, потому что засмеялся сам, пока у Стива, и у Хоппера, должно быть, вся кровь отлила от лица от еле сдерживаемого страха и нетерпения одновременно — коктейль, который Харрингтону очень не нравился, но который отчего-то слишком часто появлялся в его рационе в последнее время.       Когда их, наконец-то, пропустили дальше, а смех охранника стих за дверьми, они остановились. Стиву открыл Мюррей.       — Зачем вы с ним так много болтали? — возмутился Харрингтон. Мюррей пожал плечами.       — Ну, он был милым.       — Милым? — отозвались хором Хоппер и Стив.       Они вылезли из тачки и поднялись по лестнице к цилиндрическим холодильникам с ярко-зеленой кислотой в колбах, о которых говорила Эвс и Эрика. Стив продолжал возмущаться — от невольного страха.       — Окей, может быть, в следующий раз позовем его на вечеринку!       — Пивом угостим, — добавил Хоппер, впервые за этот вечер разделяя эмоции своего помощника.       — Ага, пирог испечем.       — Ты не умеешь, — возразил шериф. Харрингтон обернулся и хмыкнул.       — Уверен? Умею, вообще-то.       — Чего?       — Того, меня мама Эви научила.       — Мэй научила тебя готовить пирог? — скривился Джим. — Тебе зачем?       Стив остановился между холодильниками, посмотрел на своего босса и выдохнул. Окей, раз уж они начали эту тему…       — Чтобы Эвс угощать, когда она у меня бывает, понятно?       Хоппер открыл рот, чтобы снова пошутить, но ничего не сказал. В получившейся тишине шорох и треск из рации на плече Мюррей раздался особенно громко.       — Сладкоежки вызывают Орлана! Сладкоежки вызывают Орлана!       Дастин. Отлично, они добрались до вышки!       — Это Орлан, прием, как слышно? — тут же отозвался Мюррей. Дастин фыркнул в рацию.       — Назовите позывной. Полное имя, пожалуйста.       Мюррей посмотрел на Стива так, будто Харрингтон лично участвовал в придумывании имен на сегодняшнюю операцию. Что?— Стив пожал плечами: он вообще не уловил момента, когда Дастин раздавал клички всем вокруг для радиосвязи, он в это время, кажется, уговаривал Эви ему довериться.       — Это Лысый орлан, — заскрежетал зубами от злости Мюррей.       — Повторите еще раз, — веселился на другом конце Дастин. — Мы не начнем операцию, пока… Ауч! Эви, за что!       — Прекратил это дерьмо немедленно, — ворвался в эфир ее голос. Сердитая, злая, уставшая, неважно, какая — она была жива, цела и относительно здорова, и Стив с облегчением выдохнул. Хоппер посмотрел на него, но ничего не сказал. — Вы в порядке, добрались до склада?       — Да-да. Мы на месте! — заторопился Мюррей. — Если понадобится ваша помощь, я вызову, отбой!       Он обернулся на застывших шерифа и его помощника и указал себе за спину, на открытый люк в полу.       — Кто-нибудь хочет поменяться со мной местами?       Стив сомневался, что поместится там с комфортом, о Хоппере и речи быть не могло. Но вопрос был риторический. Мистер Бауман выдохнул: «Ненавижу детей» и полез вниз.       — Помните, — добавил он перед тем, как его лысая голова скрылась в воздуховодах, — если кто-то найдет вас…       — Улыбаться и молчать, — договорил за него Хоппер. А после закрыл люк сверху.       Им предстояло дожидаться сигнализации, и это тягостное время заполнилось их общим страхом одновременно.       — Так что ты там говорил про пирог Мэй Паркер? — усмехнулся вдруг Хоппер.       — Что ты его тоже готовить умеешь, — буркнул Стив ему в тон.