ложные чувства

ранним утром, когда солнце только-только стало проглядывать из-за облачной завесы, юнги стоял посреди своей временной спальни, старательно пытаясь очистить свой разум от новязчивых мыслей о предыдущем дне. все, может, и забылось бы со временем, но совершенно неуютно находиться у кого-то дома на птичьих правах, когда этот кто-то весь остаток дня игнорирует твое существование. спустя почти семнадцать часов с происшествия и полчаса после пробуждения юнги пребывает в смущении. все происходящее похоже на яркий осознанный сон. места, куда клевали чонгуковы губы, начинает покалывать от одной только секундной мысли о них, а тело покрывается толпой мурашек из-за повторяющейся в голове фразы: «будь паинькой, юнги-я». хоть вчера их чудну́ю посиделку прервал телефонный звонок, бессознательное, активизировавшееся во сне, подкинуло идеи, что могло произойти, если бы не бан шихек. и юнги не знает, повезло ли ему тогда, потому что еще несколько коротких мгновений, и он поддался бы этому дразнящему напору. — юнги, — шепчет он своему отражению в зеркале, — прекрати это сейчас же. вдох-выдох. он готов к новому дню и его сюрпризам. выбегая из пентхауса, он задумывается, насколько культурно после вчерашнего уйти не прощаясь. «но это не я начал игнорировать его», — раздалось в голове, и, тихо фыркнув, он отогнал от себя мысли о неправильности поступка. на входе его ждала тонированная машина, где он смог надеть на себя очередной парик и солнцезащитные очки, входя в новую роль: бойфренда известного владельца журнала. находясь в пути к чимину, мин юнги, приоткрыв окно, наслаждался первыми лучами осеннего солнца и утренней прохладой. приехав на место обитания пак чимина, юнги не мог поверить своим глазам. тот жил в огромном загородном поместье, полностью обнесенном высокой непроглядной оградой по всему, — стоит отметить, — огромному периметру. — черт возьми, я боюсь представить, какие счета ему приходят, — произнес вслух, подходя к калитке. несколько камер слежения уставились прямо ему в лицо, словно разглядывая под разным ракурсом, и юн, смущенно улыбнувшись, помахал в одну из них. — добро пожаловать, господин мин юнги, — прозвучало из динамика где-то сбоку, напугав парня резким звуком. после чего щелкнул магнитный замок, и тяжелые ставни стали постепенно раскрываться перед ним. «боже, какой позор», — смущенный юнги поплелся по тропинке, что вела ко входу в особняк. передний двор был последним отголоском лета, словно осень не успела заявить свои права на это место. ни одного желтого листа, ни одной жухлой травинки, только зелень и цветы. в центре красовалась белоснежная беседка, за которой стоял огромный двухэтажный дом. на входе стояла пожилая женщина, добродушно улыбаясь новому гостю, будто встречая своего сына после долгой разлуки. — доброе утро, — заговорила она, слегка наклоняясь. юнги последовал ее примеру. — господин пак сейчас завтракает и просил вас присоединиться к нему, если вы голодны. — с удовольствием, — улыбнувшись, ответил мин. — доброе утро, юнги-хен, — оторвав взгляд от своего мобильного, приветливо произнес пак. — доброе, чимин, и, пожалуйста, зови меня просто юнги. — не вопрос, юнги, — ответил чимин, сделав еле уловимый акцент на имени, из-за чего вызвал у мина табун мурашек и легкий румянец на щеках. — присаживайся, — указал на свободное место рядом с собой, где уже лежали столовые приборы. «эти паршивцы меня с ума сведут», — подытожил юнги, идя в сторону чимина. к тому моменту, как он сел и всего лишь пару раз неловко поерзал, раскрылись двери, видимо, кухни, откуда миловидная служанка выкатила небольшую тележку с ароматным завтраком. через мгновение перед юнги уже красовались поджаренные тосты, блестящие от сливочного масла, глазунья из пары яиц и дымящийся заварочный чайник. — молочный улун, — взяв в свои руки уход за гостем, сказал чимин, наливая в его чашку ароматный чай. юнги, взяв в руку напиток, смущенно улыбнулся. — не сочти за наглость, но я больше предпочитаю кофе, — и сделал глоток, словно пытаясь этим показать, что спорить с хозяином не будет. — в следующий раз учту, — ухмыльнулся пак. юнги почувствовал, как его щеки начали розоветь от какой-то непонятной ему напряженности между ним и журналистом. или, может, дело в горячем чае после прогулки до особняка. он не знает, но надеется на второе. после нескольких минут молчания под звон столовых приборов мин решил прервать тишину. — так какие у нас планы на сегодня? — думаю, сегодня ты можешь передохнуть, заодно я покажу тебе дом и твою комнату, — заулыбался чимин, глядя на своего хена. — завтра вечером у нас пресс-конференция, где я смогу представить тебя как своего благоверного. у юнги от «благоверного» чуть чай носом не пошел, что не ускользнуло от чимина и вызвало у него тихий смех. — ты в порядке? — не скрывая очередной улыбки и беспокойство, которое читалось в его глазах, интересуется пак. — да-да, все хорошо. просто… — запнулся на полуслове, смутившись. — просто мне сложно привыкнуть к происходящему. чимин кивает, понимающе, однако все равно спрашивает: — к чему конкретно? журналист незаметно двигает себя вместе со стулом ближе к старшему., но юнги все замечает и на автомате жмется к самому краю сидения, словно опасаясь дальнейшего. «чонгук оставил меня с птср*, боже мой», — отдается отголоском в голове. сглотнув засевший в горле ком, он говорит: — к тому, что у меня теперь три псевдо-парня, — делает глубокий вдох, когда чимин тянет руку к его лицу, но продолжает, — хотя до этого дома меня встречали только хосок и четыре стены. — хосок? — рука неминуемо приближается, и юнги зажмуривается до цветных пятен перед глазами. через секунду ощущает легкое мимолетное касание к своей щеке. — у тебя тут ресничка. недоверчиво приоткрывает один глаз и, выдохнув, расслабляется, замечая крошечный волос на пальцах у юноши. — загадаешь желание? — у чимина лисье выражение лица — настолько он доволен своей маленькой шалостью. не собираясь спорить, мин сдувает ресничку с чужих пальцев, после чего утыкается взглядом в глаза напротив, теряясь в темных омутах. — что загадал? — рука вытягивается вперед, будто собираясь погладить юнги по голове, но что-то ее останавливает в нескольких сантиметрах и одергивает назад. чимин неловко разглаживает складки на домашних брюках, заметно меняясь в лице. — не скажу, — выдавливает из себя юнги, не понимая, что сейчас произошло, — а то не сбудется. они оба вновь окунаются в молчаливую пучину, потерявшись в собственных мыслях и чувствах. мин потирает лицо обеими ладонями, пытаясь подавить крик глубоко в себе. «почему это должно происходить со мной? бог, ты меня слышишь? где я успел проштрафиться? за что ты так меня ненавидишь?», но может ли так быть, что это не наказание, а награда? — так, кхм, кто такой хосок? — говорит чимин спустя некоторое время. — о, — удивляется юн неожиданному вопросу, но тут же улыбается, вспоминая своего неугомонного друга, — это мой сосед, мы вместе снимаем жилье. хороший парень. жаль, что мне приходится все от него скрывать. — вы близки? — кажется, чимин сам удивлен своему вопросу. — он мне как брат, — еще шире тянет уголки губ. — а, хорошо, — пак делает последний глоток остывшего чая. — давай я покажу тебе дом? — конечно. дом оказывается невероятно огромным и на удивление уютным. — здесь у нас, как ты понял, столовая, та дверь в самом конце ведет в кухню, — жестикулируя, поясняет чимин, — слева от входной двери гардеробная, — не останавливаясь, они поднимаются выше по лестнице, — справа моя спальня, чуть дальше кабинет, а в самом конце, — идут до конца коридора, и только после этого он продолжает, — гостевая комната. теперь это твоя спальня. чимин открывает дверь перед юнги, ослепляя того солнечным светом, что заливал комнату из незашторенного окна. — прости, это солнечная сторона, — мнется пак. — ничего страшного, мне нравится когда светло, — отвечает юнги, добродушно улыбаясь, и заходит в свою новую обитель. — здесь есть душ и туалет, но с первым небольшие проблемы. так что милости прошу в мою душевую, если тебе понадобится. у юнги перехватывает дыхание от такого предложения. — в смысле, — затараторил чимин, удивленно распахнув веки, — ты можешь ходить в мою душевую, не стесняйся. то есть… — чимин, — произнес юнги, кладя тому руку на плечо, слегка сжимая, — я все понял. пак выдыхает, на секунду закрывая глаза, и, открыв, смотрит на своего хена, давя из себя смущенную улыбку. — пожалуй, я пойду. — хорошо. «он странный, — говорит себе мысленно мин, падая, на вторую роскошную кровать в его жизни, зарываясь в подушки с головой, — то флиртует, то смущается». «а ты, юнги, разве не такой же?» — раздается в голове. — заткнись, — бурчит невнятно в подушку, ощущая легкий румянец на своих щеках. открыв глаза, юнги не может вспомнить свое местонахождение. за окном незнакомый вид на освещенный фонарями сад. в спальне царит полумрак. — точно, я у чимина, — хрипло поясняет себе же вслух и берет свой мобильный в руки. — боже мой, я проспал весь день! юн выходит из комнаты и удивленно смотрит перед собой, впервые замечая люк в потолке, открытый настежь, из-за чего оттуда выглядывает небольшая складная лестница. поддавшись своему любопытству, он идет к ней, озираясь по сторонам, чтоб не быть замеченным кем-то. в самом верху темно, только какой-то тусклый теплый свет очерчивает предметы. мин крадется вверх, будто назло скрипя на каждом шаге, а добравшись видит впереди выход на застекленную веранду. — черт возьми, — выругивается вслух, когда подходит ближе, переступая через порог. — надеюсь, это хорошо, — раздается сбоку вслед за шелестящим смехом. пиарщик испуганно подпрыгивает, хватаясь за сердце. — черт возьми! — повторяет, только теперь намного громче. — не пугай меня так, пак чимин, если не хочешь, чтобы твой «парень», — показывает пальцами кавычки в воздухе, не скрывая иронии в голосе, — не превратился в дедулю. пак смеется и жестом подзывает юношу подойти ближе. юнги недоверчиво щурится, но снова отставляет споры и, подойдя к младшему, оказывается прижатым своей пятой точкой к его коленям. — ох, — протяжно выдыхает юн, не ожидав такого напора, а осознав свое положение, затаил дыхание, мигом покрываясь красными пятнами. — что ты делаешь? — сипло вырывается из груди. — просто побудь так со мной немного, — полушепчет пак ему в спину, уткнувшись в нее лбом, обвивая своими руками парня вокруг торса. юнги не шевелится, боясь нарушить до странного умиротворенную атмосферу. почему-то он чувствует себя как никогда спокойно и уютно. — мне одиноко, — нарушая тишину, вдруг говорит пак. — люди ждут от меня чего-то необычного и экстравагантного, цепляются к каждой мелочи. у меня нет друзей, только подчиненные и знакомые по работе. и все они ждут, когда я выставлю себя на посмешище. я устал. мин не решается прервать поток откровений от журналиста, догадываясь, что тому нужно выговориться. — я уже сам не уверен, какой я есть на самом деле. юнги, кажется, понимает, что он имеет в виду. понимает, что эта же проблема есть и у чонгука, только они с чимином выбрали разные стратегии: один привлекает к себе внимание, прячась за маской шоумена, второй от всех закрылся, выбрав образ загадочного принца. юнги обхватывает руки, что его обнимают, своими, ласково поглаживая подушечками пальцев, надеясь, что тем самым сможет облегчить но́шу хотя бы на пару грамм. чимин дышит ему размеренно в спину, оставляя горячий след от теплого дыхания. — ты можешь не прятаться от меня, — выдает мин, собираясь с мыслями, — я не хочу причинять тебе дискомфорт. пак ослабляет хватку и одной рукой берет пиарщика за подбородок, поворачивая к себе. — спасибо, — тянет на себя и оставляет на лбу влажный след губ с тихим причмокиванием. вдохнув, юнги забывает как выдыхать. смотрит в глаза напротив, вылавливая их из полумрака, теряется в них на несколько тягучих мгновений, пытаясь найти ответы на всевозможные вопросы, возникающие у него в этот момент. — нам стоит пойти на ужин, — говорит чимин, окончательно освобождая юнги от своих оков. — да, — произносит на выдохе, — сто́ит. они выходят с веранды и спускаются вниз в тишине. «я хотел его поцеловать», — горит красным в голове. ужин прошел тихо: ни слов, ни происшествий. после еды, не дожидаясь чимина, мин поднялся к себе и решил, что это лучший момент для принятия душа. захватив полотенце, оставленное ему персоналом поместья пака, нижнее белье и телефон, юн юркнул в чужую спальню, а там уже нащупал дверь в ванную комнату. на выбор в помещении стояли и огромная ванна, и душевая кабина., но как бы ему ни хотелось понежиться в горячей воде, с гигиеническими процедурами решено было поторопиться, чтобы не стеснять хозяина. юн проверил свой телефон на признак сообщений, но нашел только письма на имейле, которые решил проверить после душа. положив мобильный, он вошел в кабину. обжигающая вода приятно стекала по телу, давая юноше расслабить каждую мышцу, напряженную из-за происшествий дня. «чимин милый, — решил завести сам с собой монолог, пока намыливал свою кожу, — немного странный, но милый. кажется, он не всегда дает отчет себе в действиях. может, он привык быть в образе. или, — осекся, подставляя голову под струи воды, чтобы та смыла вспененный гель, — он играет со мной, как кот с мышью? — поворачивает вентили, выключая воду, — я не знаю». вытеревшись и надев боксеры, юнги понимает, что не взял ничего, чтобы надеть сверху. «ну, может, не столкнусь», — промелькнула мысль, когда он вышел из комнаты в коридор, закрыв за собой дверь. — я как раз тебя искал, чтобы отдать тебе пижаму, — зазвучало за спиной. — чимин! — крикнул мин, быстро поворачиваясь. — я же просил тебя перестать меня пугать! — прости, — чиминово лицо покрылось пунцовым цветом, а взгляд опустился в пол. ему не хватало ушей на макушке, прижатых к голове. юнги неминуемо почувствовал себя виноватым, будто отобрал конфету у ребенка. — нет-нет, все хорошо, просто постарайся больше так не делать, — на автомате протянул руку к его голове, взлохмачивая уложенные волосы. юн почти уверен, что услышал нечто похожее на кошачье урчание. — хорошо, — подняв взгляд и подставляясь под нежные касания, улыбчиво ответил пак. — так ты не хотел бы одеться? здесь сквозит, — приподняв бровь, уже насмешливо сказал он, наблюдая за реакцией старшего. и словно невзначай обвел его взглядом с головы до пят. юнги надеется, что он не выглядит как дурак. — приму твое предложение, — отступая в сторону своей спальни, ответил пиарщик. — спокойной ночи, пак чимин, — не оборачиваясь, сказал он. — спокойной, мин юнги, — еле слышно ответил парень. зайдя в комнату и закрыв за собой дверь, мин сполз по ней спиной, пытаясь отдышаться и подавить приступ паники после неловкой сцены. сердце отплясывало сальсу, не давая своему владельцу успокоиться. — мне нужно с кем-нибудь поговорить, боже, — юнги, встав, пошел на поиски своего телефона. — где я его оставил? — бубнит себе под нос и вспоминает. — твою мать, я забыл его в ванной. надев на себя пижаму, оставленную чимином на его кровати, он вышел из комнаты, намереваясь деликатно попросить свою вещь у чимина. деликатно не вышло: чимина нет в комнате. но, судя по звукам, он принимает душ, так что юнги не придумывает ничего лучше, кроме как прокрасться туда, забрать телефон и убежать к себе, как будто его здесь и не было. дверь оказалась незапертой. аккуратно прокрадываясь до раковины, юнги старательно отводит взгляд от душевой кабины, где виден силуэт голого юноши, пусть и сильно размытый. наконец, он видит свой мобильный, хватает с полки и, не успев даже развернуться к выходу, слышит, как звук воды пропадает. недолго думая, забирается в зашторенную ванну и молится всем известным богам, чтобы чимин его не услышал и поскорее ушел. минуты тянутся так долго, что юнги, любопытно высовывает нос в щель между стеной и шторкой. одним глазом наблюдает за обнаженным чимином, который размеренно вытирает с кожи капли воды. как бы мин ни старался, он не смог устоять, чтобы не разглядеть того во всей красе: подтянутые ягодицы и бедра переливались мышцами, по накаченному прессу струилась не пойманная ранее полотенцем вода. юнги старательно жует губу, чтобы не издать ни звука. чимин останавливается перед зеркалом, наблюдая за отражением. словно видит, что юнги подглядывает. юнги прячется обратно в свое укрытие, побоявшись выдать свое местоположение. и не замечает, как хлопает дверь, как все звуки утихают, что чимин уже вышел. сидит в ванной еще какое-то время и, рискнув, выглядывает наружу. никого нет. с бешено бьющимся сердцем выползает наружу, аккуратно выглядывает за дверь и не видит чимина. преодолевает еще одну комнату и, наконец, оказывается в коридоре., но вновь натыкается на пака. тот смотрит как-то хитро, кладет руку ему на плечо, слегка сжимая, глядит в глаза, не переставая ухмыляться. момент длится примерно вечность, касание неприлично долгое. юнги нечего сказать в свое оправдание. — еще раз доброй ночи, — неожиданно говорит чимин. — да, — теряется мин, — доброй, — и идет к себе в надежде, что у журналиста не возникнут вопросы, на которые он просто физически не сможет заставить себя ответить честно. зайдя в комнату, он тут же выключает свет, ложится на кровать и с головой накрывается одеялом, позабыв о всех планах на общение с кем-нибудь и проверку почты. закрыв глаза, пытается как можно быстрее уснуть, чтобы его перестал терзать обнаженный образ чимина перед глазами. птср* — посттравматическое стрессовое расстройство.