Царский союз

Инанна уже была за пределами реального мира. Перевернувшись на спину, драконница с озлоблением пыталась выцарапать или выбить себе проход в чёрных лепестках, но внутри фосфорецирующего фиолетовым светом цветка у неё не оставалось никаких особых способностей, так же, как не хватало вмиг сдёрнутого плаща и, уж тем более, так необходимого сейчас меча. Упираясь крыльями в стенки своей тюрьмы, слишком узкой для неё, Инанна вскоре совершенно выдохлась... Нет, не выдохлась - внутри ловушки не доставало свежего воздуха, он становился перенасыщен выдохами самой Инанны. - Этого ещё не хватало... - пробормотала драконница, прижимаясь спиной к одной из стенок. Древняя карга придумала неплохой способ казни возомнившего о себе сар-волода - медленно задыхаться в этом живом - а живом ли - мешке. С отчаянием Инанна попробовала укусить лепесток, но тут же отпрянула и защёлкала пастью, слипшейся от фиолетовой мерзко пахнущей слизи. Ещё одна жестокая выдумка. Она не задохнётся от нехватки воздуха, быстрее помрёт от вони этой гадости! Заискрившая в темноте субстанция, начав сочиться из оборванных краёв, сначала залилась по стенкам, а потом и начала затоплять и без того ограниченное пространство мешка, что должен бы был распираться от никуда не выходившего из него воздуха, но вместо того только больше сужался, заставив Инану замереть в той позе, в которой она отшатывалась и отбивалась... ну а склизкая жидкость очень быстро обволокла всё тело, не оставив непокрытыми даже пасть и ноздри белой самки. Но зато открыв глаза. Пространство не давало Инанне как следует осмотреть себя, зато его было вполне достаточно, чтобы воображение нарисовало остальное - драконница застыла в полуприседании, расставив задние, широко расправив крылья и заведя за голову передние, при этом задрав хвост и чуть подняв мордашку. Мало того, что тело от такой позы сразу заболело, но рот и ноздри драконницы ещё не были свободны, а переведя взгляд на окружение, Инанна осознала, что находится в тёмном, будто в звёздную ночь, обширном помещении, которое можно было бы назвать дворцом, если бы не отсутствие всяких украшений и архитектурных изысков. Но, несмотря на это, неверные тени и редкое посверкивание стен производили гнетущее и давящее впечатление - или же просто начали сказываться скованность и отсутствие кислорода. - Прояви почтение Хаару и освободишься. Очень трудно было выказывать уважение, находясь в подчинении, но будь Инанна сейчас свободна, её ответ остался бы неизменен. Драконница лишь сощурилась, чтобы неизвестный не увидел, как начинает зарождаться страх в её глазах - слишком внезапно застигнутая смыканием своей ловушки, она не успела накопить достаточно воздуха, и теперь уже ощущала сильное желание вдохнуть - хотя ещё не настолько сильное, чтобы начинать всасывать носом эту странную гадость и биться в безуспешных попытках раскрыть челюсти. Но лёгкая дрожь её тела, единственное, что пока ещё было ему доступно, выдавало, какими усилиями она удерживала себя в лапах. - Забавно знать, что ты считаешь себя не способной сломаться, - по воле владетеля голоса мешок сузился до обтягивающего костюма, который не только втянулся в ноздри и рот, что с хрипом пытались вдохнуть, но даже и в места под животом, распирая внезапным давлением, даже выбившим скул из драконессы, но так и не заставив даже подумать о сдаче... Думать в принципе было трудно! На этот раз сар-волод не выдержала и глухо застонала, чувствуя, как распирает её изнутри, как глубоко проникает в неё костюм. Особо неприятные ощущения были под хвостом, совершенно не готовому к такому. но теперь... Теперь Инанна едва могла удержать равновесие в таком положении. Сердце застучало в ушах, всё тело задрожало - она замотала головой, но затычки в носу и в пасти сидели крепко, последняя прижимала язык и вызывала боль в челюстях, которые одновременно и сжимались, и пытались разжаться. А часть костюма под животом образовало углубление по форме щёлки, плотно прилипнув к стенкам и вызывая у драконницы дичайшие, ещё не изведанные ощущения. И тем страннее ощущались более точечные, надавливающие прикосновение когтя, что обводили это углубление неглубоко, но настолько искушающе, что вскипала нагретая от духоты кровь. Инанна бы давно выдохнула, если бы вдавившее в ноздри и пасть материя, обтянувшая даже отдельные зубы, позволила бы это сделать. Но даже движение крупнее дрожи не проходили через крепко державший чёрный "бутон"... Инанна зажмурилась, почувствовав, как нагло и безнаказанно коготь, нет, уже палец надавливает на ложбинку, ещё больше прижимая костюм к телу, добавляя неприятных ощущений стянутости, которые буквально вскружили голову драконнице. Теперь она широко распахнула глаза и задёргалась изо всех сил, пытаясь выпростать лапы из-под удушающего костюма,. Воздуха оставалось крайне мало, её животик, и так прижатый, вжался ещё сильнее, из-под материи донёсся глухой полустон, прозвучавший необычно глухо. Зудящее подхвостье вкупе с щёлкой, терзаемой так немилосердно, образовало вместе с удушением чудовищную смесь из муки и удовольствия, и Инанна сама не понимала, что здесь преобладает. Внезапно, подчиняясь грубой силе, она развернулась мордой к своему похитителю. Голос, оказывается, принадлежал худощавой, но высокой самке с белоснежной, почти светящейся серебристым шерстью, прикрытой лёгкой полупрозрачной накидкой, и длинной волнистой шатеновой гривой. Своими когтями, более длинными, чем обычно бывали у драконов, распорола чёрную упругую ткань, что тут же растрескалась и распалась, но Инанна не успела перевести дыхание, как оказалась обвязана алыми лентами, ничуть не менее крепкими, чем чёрные у Герусет. - Но ты не сомневайся... Найду способ, чтобы ты начала мне поклоняться. Ленты крепко, до очень сильной боли сжали тело Инанны, впивались в шкуру и заставив драконницу крутиться на месте. От её движений давление словно бы ослабло, но стоило самке замереть, как она поняла всю безнадёжность своего положения - ленты плотно обматывали её тело, превращая Инанну в настоящую алую мумию. Почувствовав прикосновение к шее, Инанна с силой втянула в себя воздух... И прокляла всё на свете, когда лента замерла над ней, не надвигаясь и дожидаясь выдоха. - Никогда! - успела выпалить Инанна перед тем, как ленты обмотали её голову, сжав челюсти и захлестнув ноздри. - Здесь тебя будут убивать медленно и долго... - красные глаза засияли с садисткой ложной добротой, - но не мучительно. Самка кивнула вышедшему из тени чёрному алогривому самцу, в месте с которым они подхватили на лапы бессмысленно извивавшуюся Инанну и переложили её на постамент в вогнутым краем, что не давал обмотанной даже перекатиться. И Инанне, неспособной сейчас ни колдовать, ни воспользоваться артефактами, ни даже высказаться наглецам в морды, оставалось только биться и выгибаться - но лапы недобрых похитителей тут же возвращали сара на место. Прижатая ими, она едва не задохнулась, когда ленты отпустили её, но не покинули тело, а заструились по нему, обхватив задние лапы выше копыт и под коленками, и разведя в стороны передние, притянув их к стенам постамента. Самец не спеша влез на неё и поставил лапу на грудь, тогда как самца вытянула хвост Инанны и помахала его кончиком. - Признайся, ты же всё равно не выдержишь долго, - заявила она, протягивая лапу и приминая ей щёлочку Инанны, а точнее нажимая на затянутую костюмом ложбинку. - Всего одно слово - и ты сама сможешь решить, умереть тебе или уйти отсюда. Инанне явно не хотелось ни того, ни другого - только высвободиться и разорвать обоих, отыметь их самой, прежде лишив возможности сопротивляться, а, может, и вовсе выдернуть конечности! Но сар сейчас не была властна даже над собственным телом. Даже хвост, обвязанный до самой кисточки, был управляем белошёрстой, ну а остальное тело попытался захватить себе чёрный самец, раздвинувший не менее длинными, чем у своей подруги, когтями, ленты на животе Инанны, открывая втянутый, дрожащий животик, так легко отзывавшийся на острые кончики когтей. Инанна заворочалась под их ласками, которые вскоре перешли в щекотку - да, эти чудовища придумали очень изощрённый способ убийства! Смеявшаяся в вернувшиеся алые полоски Инанна не смогла подготовиться к третьей волне удушения, когда лента внезапно опоясала и сжала её горло, заставив драконницу выпучить глаза и высунуть язык из пасти. Ноги её забились, кончик хвоста, сокрытый тёмной материей, отчаянно задрожал. - Признай нас, - почти ласково шепнул самец, поглаживая рога Инанны. Однако та даже не знала, кого признавать, тем более уж опуститься до того, чтобы поддаться кому-то... Но беспорядочное кивание головы, вызванное удушением, достаточно удовлетворило самку - особенно учитывая, как дрожало в страхе всё остальное тело. Потому она прекратила пытку на миг, велело то же и самцу, потянув его за хвост. Обжимающая полоса поднялась с шеи на пасть Инанны, стягивая её челюсти, но пока только поглаживая по носу, не закрывая ноздри. - Когда говорят о Тьме или Хаосе, - белая подвинула крылом чёрного и сама заняла его место, - то подразумевают меня, Альдару Хаараглаш. И увести всех вас в Нашар было моей идеей. Раньше мне не было дела до того, кем считаешь себя ты, пока ты действовала лишь в рамках отдалённого городка и не встревала в мои дела, даже изрядно помогала Нашару... Но, полагаю, теперь ты достойна узнать об истинной хозяйке этой земли. Инанна внезапно рассмеялась. Её булькания вызвали недоумение у самки, которая слегка ослабила полоски и уставилась на Инанну. - И что же тебя рассмешило? - Знала бы ты... Сколько драконов и навов... Могут поспорить с тобой за это! - сквозь проговорила рыжая, дёргая копытами. - Но у меня есть к тебе предложение! Поцелуй под хвост Катлакат! - В прямолинейности тебе не откажешь... Искренность это добродетель настоящей Тёмной, - Альдара нажала ладонью на нос вновь обмотанной до ноздрей Инанны. Шерсть белой загорелась ярче и вздыбилась, словно развеиваемая под водой, грива тоже затрепетала, как под медленным ветром, а поток её ауры сшиб сознание алошёрстной, затопляя его чуждой детской радостью и ещё большим ощущением беспомощности перед великой силой. Инанна вжалась в своё ложе, ощущая, как её затопляет сознание собственного ничтожества. Она была жалкой пленницей, опозоренной и беспомощной, под властью, которой нет ни конца, ни края... Её разум был захвачен этой силой, которая заняла все остальные её мысли, вытесняя их прочь из сознания драконницы и выбивая все воспоминания. Кроме тех, что не касались тьмы. "Раз ты есть Тьма и Хаос - где ты была, когда твой народ погибал под ударами навов? Где ты была, когда Герусет распространила своё влияние на весь Нашар? Где ты была, когда я призывала тебя?" Лапа Альдары слегка задрожала. Нахмурившийся самец вонзил когти в плечо Инанны, но красные ленты уже задрожали в диком переплетении энергии, вырываемой из самой души рыжей драконницы. Раня себя о чужие когти, драконница выгибала голову, отклоняя ладонь Альдары. - Моя воля сильнее... - рыкнула она и, движимая ярким и едва ли не самым болезненным воспоминанием, вцепилась зубами в лапу Альдары. Брызнувшая кровь была почти не заметна на алых лентах и будто бы раскалившейся шерсти Инанны, зато на будто выбеленной шкуре прорычавшей Альдары они выделялись контрастно. Самец, чья шерсть встала дыбом, проявил в лапе тонкую, но крепкую саблю, но сама Альдара остановила его здоровой передней, пока её хвост резко провёлся под челюстью Инанны, вынудив открыть пасть от щекотки и выпустить проткнутую насквозь ладонь, кровь из которой прекратила течь очень быстро после целительного вливания праны, но красные пятна остались. - Раз так, тогда поборись сама с собой, - Альдара взмахнула лапой, зачерпнув с чёрного алтаря пригоршню дымчатой субстанции, будто твёрдый камень был плотным туманом, и вложила этот комок прямо в рогатую голову упёртого сара. Инанна взвыла от того. что в её сознании словно взорвали солнце. Ленты больше не держали её - скатившись с постамента, драконница упала на колени, не успев даже подставить лапы-копыта, и... Взвыла от того, какая волна возбуждения промчалась по её телу. Повалившись на бок, она уже без всякой воли, последние остатки которой были потрачены на укус, сунула лапы в свою щёлку и стала отчаянно тереть всё тот же проклятый костюм. Возбуждение было столь сильным, что Инанна в исступлении принялась лизать пол, стараясь довести себя быстрее, дёргая копытами и крыльями, которые с трудом подчинялись ополоумевшему телу. - Куда же ты? - Хрипло рассмеялся прежде молчавший самец, захватывая передние Инанны и отводя их назад, стягивая за спиною хвостом самой же копытной, чтобы не оставить никакого варианта, как той можно было дотронуться до себя... самостоятельно. - Всё возбуждение - от головы, - хохотнула белая, погладив щёку Инанны, но на этот раз успев отдёрнуть лапу от щёлкнувших зубов. Инанна замерла, позорно капая слюной себе между копыт. Лишённые даже проблеска сознания глаза подёрнулись пеленой и она высунула язык, слизывая кровавые пятна. - Твоей воли больше нет, - усмехнулась Альдара. Под нажимом самца Инанна рухнула перед ней на колени и заскулила. Альдара подняла её морду, щёлкнула большим пальцем по носу и посмотрела на самца. - Сделаем с ней всё, что захотим. - И ты не будешь меня ругать?.. - Чёрный игриво укусил белую за шею, не собираясь поранить, а только проявляя к ней звериную нежность... и поддразнивая обезумевшую Инанну. Альдара задышала тяжелее, косясь на собственную жертву и медленно поглаживая рослое тело своего партнёра: - Я оступилась, Ярр... меня тоже нужно наказать... Но так, чтобы она не смогла этим воспользоваться. Самец схватив взвизгнувшую самку за гриву и приподнял её. - Я знаю, как тебя наказать, - объявил он то ли рыжей, то ли белой, после чего поставил безвольного сар-волода на задние. Проявив в лапе саблю, он заставил её повиснуть под ней, поддерживаемую специальным заклятием, и развернул лезвием вверх, так что самке пришлось встать на кромку копыт, только бы уберечь свою нежную щёлку от прикосновения металла - хотя разум её и был затуманен желанием, это же желание давало понять, что об столь острый предмет довестись не получиться. Сама же Альдара с любовью взглянула на Ярра. В этот момент злоба и жестокость отступили от них - они подошли друг к другу и соединили головы, накрыв крыльями, чтобы ощутить тепло совместных душ. Инанна слегка пошевелилась. И заскулила от острого наскока на почти распиравшее лезвие - повезло, что она наткнулась на тупую часть сабли, но она, не поранив, всё равно ткнулась сильно, а никуда не девшееся воображение дорисовало остальное, как потекла по стеночке струйка крови... Которая на деле была лишь сластолюбивыми соками, покапавшие на металл. - Ка-ак это... - Альдара задрожала в объятиях Ярра ещё сильнее, почти так же, как задыхавшиеся Инанна. - Я-а-аррр... Убей меня, пожалуйста... - Может, что-то помягче... - не менее заведённый Ярр водил носом по носу белой, облизывая его неторопливо. Его лапа мягко погладила грудь Альдары и перешла на треугольник под её горлом, нежно нажимая на него коготками, пока Альдара не начала отклонять голову, а затем и вовсе завалилась перед драконом на спину, позволив тому взойти на неё. Инанна снова поднялась на копыта, вся трясясь от возбуждения, но при этом постепенно теряя из глаз призрачную пелену. Ярр перевалил белоснежную и прижался к её щеке, ощущая поглаживая боков прикосновения нежных пальчиков под крыльями, его хвост мелко задрожал от переполнявших его чувств. Почти задыхаясь от желания, он надвинулся на самку и мягко вошёл в неё, вызвав радостный стон у Альдары и болезненный - у Инанны, которая не смела опуститься на опасную сталь, но и не могла сдерживать себя, подёргивая передними лапами и хвостом, жадно пожирая самца и самку глазами. Ей хватило то ли ума, то ли инстинктов подпрыгнуть в момент, когда самец был достаточно захвачен своею пассией. При приземлении острая часть почти процарапала клитор, но самка была слишком пресыщена адреналином и возбуждением, чтобы это осознать. Так же, как и отвлёкшиеся друг на друга крылатые, начавшие ворочаться друг о друга... Но резкий цокот копыт всполошил обоих, они развернулись на Инанну резко, подняв уши. Она врезалась в драконов, повалив на пол и пытаясь взобраться на Ярра, прижимая его к полу и стремясь добраться до драконьей гордости. Взбешённая этим Альдара, к тому же охваченная диким возбуждением, подхватила саблю в лапу, когда Ярр сомкнул собственную правую на горле Инанны. - Да успокоится эта Тёмная или нет?! - прорычал он и внезапно с удивлением осознал, что Инанна смотрит на него всё ещё затуманенными, но вполне сознательными глазами. - Нет...- прохрипела она, по движению лапы Ярра падая на колени. - Не остановлюсь... И не в этом... - она быстро облизнулась. - Смысле... - И сейчас? - Альдара попыталась вонзить саблю в проход доставшей её Инанны, но на этот раз уже Ярр остановил её лапу: - Мне нравится эта игрушка. Мы можем поразвлечься с нею вместе. - Сначала поместим её в нечто покрепче, чем ленты, - Альдара отдала саблю Ярру, а Инанну, хватив за шкирку, кинула прямо в "алтарь" и утопила в его на миг податливом камне... Заперев самку в твёрдых, монолитных оковах, оставив снаружи лишь задние от пяток и до копыт. Инанна попробовала двинуться, но такого стеснения она ещё никогда не испытывала. Камень давил на неё со всех сторон и единственное, на что она была способна - это задрыгать копытами, которые драконы разделили между собой. Ярр, присев на постамент, стал когтями растирать правую бабку Инанны и подлезать внутрь копыта, прикасаясь только самыми кончиками когтей, пока Альдара свесила хвост и пустила его в ход против левого копыта. Драконница, замурованная в камне, не могла и пискнуть в ответ, едва не взрываясь от охватившей её щекотки. Живот мог только втягиваться, и всё - даже дрожать не давал твёрдый камень, тем более выдохнуть или вдохнуть... Даже не дёрнуться или прираскрыть пасть, хоть удовлетвориться втягиванием резины в ноздри... Нет. Дрожали только кончики крыльев, выпиравшие из каменного блока, и бесновались копытца, что будто отыгрывались за всё остальное замурованное тело. В их движениях сливалась дрожь от удушения, щекотки и возбуждения зажатого о твёрдую поверхность клитора. Оба дракона только ещё больше возбуждались при виде страданий своей пленницы, неспособной ни вдохнуть, ни пошевелиться, зажатой в камне на их волю и на их желания. Ярр перенёс лапы на свою драконницу, теперь щекоча копты Инанны хвостом, а та в свою очередь не убирала хвоста от левого копыта, заставляя Инанну до боли вжиматься в камень. неспособная противостоять такому насилию, рыжая едва снова не потеряла рассудок. У не не оставалось никаких сил и никакой надежды, только одна лишь щекотка и нехватка воздуха, которую нельзя было восполнить даже психически, потому что камень не давал ей втянуть даже пустоту. Камень вполне мог стать Инанне могилой, если только пленители над нею не смилостивиться... Но Альдара и Ярра даже не собирались этого делать, лишь глотая слюнки от зрелища копыт, потерявших контроль разума и переданных в полную власть агонии. Почти не сговариваясь, самец и самка оба пристроились к копытам своей жертвы, для большей аккуратности схватив лапами под бабкой, чтобы копыта лишь растирали створки или тыкались в стержень, а не ударяли с остервенелостью. Теперь Инанна лишилась даже иллюзии движения, абсолютно подчинённая лапам своих врагов. Воздуха не оставалось совершенно и сознание драконницы начало плыть, а одновременно её соки хлынули на камень изнутри, поскольку духота и щекотка вмиг довели драконницу... но только разогрели её пленителей, каждый из которых теперь пытался получить удовольствие по своему, наслаждаясь агонизирующей дрожью копыт. - Хотелось бы... И на всё тело... Посмотррр... - Ярр, которому Инанна особенно сильно упёрлась на кончик и придавило мошонку, что давление, действующее на самку, передалось самцу, самому уязвимому и нетерпеливому из всех. - Можно... - Альдара облизнулась, отстраняясь от постепенно замиравших копыт, обрывая саму себя. - Если желаешь, чтобы она тебе отомстила. Не дожидаясь даже полного прекращения судорог, белошёрстная заставила камень сжаться сильнее, чтобы передавить в себе тело Инанны до трухи. В камне хрустнуло, выступающая часть лап сначала обвисла, а потом и отпала на пол, неспособная удержаться на костяной трухе. Ярр хлопнул в ладони: - Кровожадно, - он указал на отпавшие лапы. - Но грязновато. Альдара ухмыльнулась и подняла копыта, покачав их на ладони. - Ты всё ещё можешь их использовать, если тебе так хочется. - Обойдёмся, - он презрительно взглянул на то, как Альдара выдувает костяную пыль, взмывшую между них в едва уловимом свечении, имевшем форму тела Инанны. - Теперь-то она точно находится в нашей власти. И что ты собираешься с ней сделать? - Вернуть телесную оболочку, перестроив сознание, - Альдара установила копыта на постамент и перенесла труху-ауру на них. - Её воля достаточно крепка. С неё и начнём. - Ты думаешь, смерть сделает её покорной? - Я думаю, что она будет вынуждена стать покорной, -рассмеялась драконнница, указав на мерцающий силуэт. Алое зарево души Инанны поплыло к белым лапам, одна из которых до сих пор была покрыта коркой несмытой крови. Альдара вновь засветилась сильнее, шерсть её вновь затрепалась от мощного потока выделяемой праны, помогавшей перебороть слишком крепкую волю мёртвого сара: - Своею волей я, Альдара Хаараглаш, создатель этого мира и разум всех душ, велю оставить собственные устремления и служить мне! Алая энергия лишь больше взъярилась от такого, и после гибели тела подсознательно не желая отдавать себя в чью-либо власть. Ярру пришлось срочно покрыть душу щитом на пределе своих возможностей, чтобы призрак не навредил его повелительнице: - Это не простая душа. Её учил сын самого Сурта. Ей может не хватить одной смерти. - Сломаем, - бросила Альдара. Злобно посмотрев на душу Инанны, она выпростала вперёд лапу и направила свою энергию на то, чтобы вернуть ей тело. Ярр был в чём-то прав - так она будет чувствовать всю боль и безысходность своего положения. Как ни сильна её воля, защищающая разум, ей всё равно придётся сдаться. Так или иначе. - Приготовь цепь, - рыкнула она, перенаправляя энергию на то, чтобы проявить тело рыжей драконницы и резким взмахом отправить его на пол. Ударившаяся Инанна завопила, но не от этой боли, а от того, что запомнила в последний миг перед гибелью. Пока она корчилась, Ярр не спеша обошёл её кругом и наложил на крылья толстые звенья, покрытые множеством длинных шипов - теперь рыжая взвизгнула уже не от прошлого, а от настоящего, когда цепи вонзились в её тело. - Хотела царствовать Нашаром? - Альдара проявила в лапе цепь поменьше, сомкнула её концы и подошла к драконнице, которую Ярр поставил на колени. - Так получай же свою корону! На этот раз Инанна лишь с огромным трудом сдержалась, когда шипы вонзились ей в лоб, в затылок, в уши, а кровь заструилась по морде. - И это всё? Она оборвалась собственным криком, когда шипы забили прямо ей в мозг слабыми, но от того не менее мучительными разрядами, заставившими всё тело биться в конвульсиях, а из пасти идти пене. Однако процесс этот длился недолго... для тех, кто наблюдал снаружи. Для Инанны его длительности было достаточно, чтобы пережечь всю волю, а адскому устройству - овладеть подкоркой сознания Инанны и заставив её, безумно пуча глаза, подняться по приказу самоназванной "создательницы мира". - А вот теперь мы посмотрим, насколько ты сильна, - улыбнулась Альдара. Инанна вдруг осознала, что это уже было. Давным-давно. И картина снова повторялась - только теперь вместо члена похитителя перед ней открылись створки наглой драконессы, в которые она была вынуждена запустить своя язык. Только теперь Альдара могла отвлекаться, сколько ей влезет, потому что "корона" цепко удерживала Инанну в своей власти. Обхватив лапами бёдра повелительницы, Инанна изо всех сил тыкалась носом под её животик, вылизывая давно желавшую внимания щель. Ярр от возбуждения едва стоял на месте, но повернувшаяся к нему Альдара шепнула несколько слов и довольный дракон прилёг на спину. По приказу белой, Инанна встала рядом с ним и медленно опустилась на его член, сама приникнув к всё тому же зовущему лону, вылизывая его со всем желанием и страстью порабощённого тела. Ярр, над которым всё это происходил, раскрыл пасть - ему доставлял удовольствие и вид перед глазами, и горячее тело молодой драконницы, принявшее его. - Жалко... - Ярр еле проговаривал слова, восхищаясь новой партнёрши, против которой в кое-то веки не возражала старая, - что нельзя будет так оставить её навсегда... - Оставим... - Альдара, поджав задние, изогнула своё тело, гладя носом рога и длинную гриву Инанны, пока та совершала свою основную работу. - Только уже без короны! Нам придётся... кому-то перепоручить Аат. Дрожащий язычок, следуя вложенной программе, тревожил лоно Альдары в основнм не своими поглаживаниями, а своей дрожью, что возникала частью от действий Ярра, наполнявшего самочье тело инстинктивной радостью, а частью из-за сопротивления остатков выжженного сознания Инаны. Но Альдаре хотелось бы побольше именно естественного трепыхания, а не заранее заданных указаний, что возбуждали не сильнее, чем собственные прикосновения. Потому к принуждающему артефакту она добавила и химию, на миг оторвав пасть рыжей от своих створок и вливая в неё заготовленную жидкость из проявленного флакона, заполняя развратными образами уцелевшие часть воображения своей податливой жертвы. Инанна заелозила на Ярре так, что давно не занимавшийся подобным дракон едва сдержался, чтобы не ответить ей тем же - пусть пленница сама доводит его! Зато Альдара застонала от прикосновений Инанны, теперь пронизанных желанием довести не только партнёршу, но и себя, заставляющие рыжую усерднее работать язычком и лапами, поглаживая задние повелительницы и вылизывая её с почти яростным желанием. Теперь не оставалось никаких уловок - Инанна была полностью подчинена обоим драконам. Но удовольствие, приносимое ею, внезапно возымело обратный эффект. Видя, как наслаждается Ярр её движениями, Альдара внезапно резко поднялась и схватила Инанну лапами за горло, почти без труда подняв драконницу и заставив её соскользнуть с достоинства своего самца - Жаль было прерывать тебя, но ты слишком спешишь, - она почувствовала дрожь драконницы, чьё горло сжимала стальной хваткой. - На этот раз тебе уже не удастся схитрить... Ярр, сомкнув зубы, поглаживал свой напряжённый стержень. - И тебе придётся умереть ещё раз, - завершила Альдара и вцепилась Инанне в шею, падая с нею на пол. Придавленная её весом и ощущая остроту зубов, пока прокусивших только шкуру, Инанна затрепетала под повелительницей, вопя от боли в крыльях. Её дрожь действовала на Альдару не слабее, чем зелье на бывшего сар-волода, заставляя ощущать ни с чем не сравнимое возбуждение. - Не заиграйся... - Ярр, тем временем, пристроился к Альдаре сзади, прижавшись животом ко спине и поигрывая стержнем с основанием хвоста, подводя его ниже, чтобы передние Альдары дрожали не слабее конечностей Инанны в желании отпихнуть её родного наглеца. И Альдара вновь почувствовала себя в окружении тел, нагревавших её так жарко, что прекращать не хотелось... Но уже слишком давно оттягиваемый финал назревал, и когда Инанна задёргалась в придушенных спазмах, что пробили приказ короны лежать смирно, а под хвост к Альдаре проник рыкнувший Ярр, самка уже не могла бы сдержаться, какой бы вселенской волей она не обладала, и полилась на растёрший ей промежность таз умиравшей самки. Это же заставило её сжать зубы, и вкус крови Инанны вскружил голову самке. Тело пленницы охватила агония, она отчаянно забилась под телами мучителей, и Ярр сам не смог сдержаться, от неожиданного финала даже царапнув любимую когтями. Инанна дёрнулась раз, другой и медленно вытянула лапы, её ослабшее тело обмякло. Не отвлекаясь на новую рану, любовную и не слишком крупную, удовлетворённая своею работой и своим отдыхом Альдара сняла уже ненужный венец с кровоточащих висков подвластной ей драконессы, вновь возвращая ей жизнь прежде, чем душа испарится. Это было теперь значительно проще, так как не приходилось восстанавливать тело с нуля, тем не менее Альдара уже не чувствовала себя на высоте из-за усталости. Ей нечасто приходилось воскрешать, навыка в том она имела мало, потому и энергии на это тратилось порядочно - лишь почти безграничный запас праны позволял такое расточительство. Инанна раскашлялась и застонала, ощутив, как два когтистых пальца проходят погружаются в неё и прищемляют клитор. - Мы будем проделывать это снова и снова, пока ты не покоришься, - вымученно улыбнулась Альдара. Инанна двинула копытами, пытаясь отползти, и это движение стало первым сигналом для белой - сар-волод начинала сдаваться. - Твои мучениям будут продолжаться до тех пор, пока ты сама не взмолишься о пощаде! Она потащила клитор Инанны на себя, другой лапой прижимая драконницу к полу, из-за чего та запищала что-то нечленораздельное. Ярр, покинувший любимую, присел к задним лапам и поднял её правое копыто. - И какого тебе жить с такими конечностями? По-моему, они явно лишние! Ущипнув рыжую шерсть, он поднялся и с высоты роста смотрел на двух самок, одна из которых забавлялась мучениями другой: - Надо оставить на память больше таких, - поглядев на валявшиеся обрубки у алтаря, Ярр чуть отстранил крылом Альдару и замахнулся на Инанну саблей, чтобы срезать ей задние прежде, чем та, подавленная многочисленными убийствами, успеет их отстранить. Но клинок выпал из его лапы на секунду позже, чем в его спину вонзилась отравленная стрела из многозарядного арбалета Зераи. Вторая почти сразу же угодила Альдаре в шею. Инанна с трудом соображала, что происходит, когда чёрные лапы подняли её на копыта, по которым, к счастью, не попала выпавшая сабля. - И снова твоё спасение в мою копилку, - заметил Зорат, направив энергию собственного варета на рыжую и снимая с неё воздействие извращённых драконов. Инанна закашлялась и едва не упала. Зерая, не спуская прицела с врагов, спиной подошла к ним. - Что мы будем делать с ними? Зорат не ответил - скинув цепи и проявив плащ Инанны, он накинул его на плечи рыжей драконницы и та внезапно ощутила лёгкую боль - плащ снова пустил "корни" в её тело, но уже через секунду боль сменилась силой. Подарок Кьлеменетота быстро восстановил то, что потеряла Инанна в этой схватке. Радужный меч привычно лёг в её лапу, вернув если не силы, то уверенность в себе. - Тебе решать, - негромко сказал ей на ухо Зорат, незаметно от рыжей расформировав отрубленные копыта на энергию, которую влил в свою подыстощённую ауру. - Что... С Неятой? - Приподнимаясь на три лапы - сейчас это было проще - и держа Радужный в четвёртой, Инанна, стеля по полу крылья и подол плаща, подошла к вырубленным волху и гачтарю. - Пока что мертва, но всё в твоей воле, - Зерая показала стеклянную сферу, что содержала душу и сознание волода Аата. - Где мы? - Инанна сразу же перелетела на другое, нервно озираясь. Урон, нанесённый душе и разуму, даром не проходил. - В нави, - Зорат и ухом не повёл, - эти двое управляли городом отсюда. Неята была лишь их посредником, по сути. - Тогда... Теперь будем моим. А этих... - Инанна некоторое время боролась, раздумывая, как поступить со столь жестоко обошедшимися с ней. - Я бы их тут и заперла, только лишив их всей магии. И подарила бы Кьлеменетоту в благодарность. Если со времени Герусет ему не разонравились такие подарки. Или лучше Намире? Показать ей, что я стала сильнее Тьмы и Хаоса, либо же всяких выскочек, кто ими себя именуют? - Не пытайся получить того, что тебе не нужно, - назидательно произнёс Зорат. - Ты уже можешь противостоять любому своему врагу и то, что им не удалось одолеть тебя - тому доказательство. - Удалось, - Инанна махнула на белую. - Она убила меня. - Но не смогла сломить, - заметил чёрно-красный. - И что же ты мне посоветуешь? - Рассей их энергию, - Зорат открыл книгу в синем переплёте. - Пусть лучше от неё ничего не останется, чем если она перейдёт к нашим врагам или изменит нас самих. - Такое расточительство... - поёжилась Инанна. - Нельзя подобное позволить в нынешние времена. - Можем использовать её, чтобы взорвать здесь всё, - предложила сар-гачтарь, будучи очень практичной, но соглашаясь с тайными опасениями Зората. - Это благоразумнее, чем отдать её Кьлеменетоту, - заметил Зорат. - Но стоит ли эта сила твоей воли? Ты смогла победить Герусет и навов, не прибегая к такой материи. - А они победили меня, - ответила рыжая. - Нам противостоят такие враги, с которыми не справиться без подобной силы. - Сила измеряется не только в количестве, но и в качестве, - чёрно-красный презрительно посмотрел на спящих врагов. - У них была сила - и к чему она их привела? - Тогда... Готовьтесь уводить нас отсюда, - Инанна, отставив в карманное меч, встала на задние и раскинула передние, выводя из них свою энергетику в безвольные тела. - Их разорвёт от собственной гордыни.