Sinful and Lustful Kinktober 20!8

Распластанный на холодном металлическом столе, с закованными у головы руками и с вздернутыми на подставки ногами, полностью открытый и беззащитный, Ред трепетал и волнительно дышал под властным взглядом Эджи. Ему сносило крышу от собственного повиновения и ничтожности, в которые его умело окунал брат, и Ред катался там, как сыр в масле. На его женское эктотело, пухлое и фигуристое, вылилась еще одна порция воска. Белая и очень горячая, она жестоко обожгла плазму и принесла Реду обожаемую сладостную боль, от которой он довольно выгнулся и горячо задышал. Эджи перестал делать перерывы между поливами воска, и выливал его со свечи, как дирижер взмахивает палочкой. Жгучий воск пересекал тело вдоль и поперек размашистыми сплошными дорожками. Он украшал живот, интимную зону, падал на чувственный клитор и вход, что были выставлены напоказ, стелился по трепетной большой груди, заливая огромные и пухлые соски уже вторым и третьим слоем. Ред стонал от удовольствия и пускал слюну, настолько ему было хорошо. Это была идеальная пряная прелюдия, которая только раззадоривала его и заставляла страстно хотеть большего. Ред при всем скованном кандалами желании пытался все сильнее раздвинуть и так разведенные в стороны ноги, отчаянно требуя еще больше внимания к стремительно намокающей промежности. Эджи не мог сдержать довольной улыбки при виде сладостных содроганий брата, ему нравилось, как он пресмыкался перед его властью и одариваемой болью, как превращается в похотливое низменное животное, готовое на любой поступок, лишь бы получить желаемое. И Эджи нравилось умело вертеть этим желанием, чтобы удовлетворить своих собственных демонов. Он вылил последнюю крупную порцию воска, пройдясь от шеи до лона, особенно сильно заливая его, понаблюдал за сладостными терзаниями брата, а потом отошел к столу с арсеналом для дальнейшей игры. Ред в это время извивался и собирал остатки угасающих пламенных ощущений, мыслями концентрируя их в паху и заставляя клитор болезненно пульсировать в жажде внимания. Эджи тем временем поджег другую свечу, с более плотным воском, а потому лучше сохраняющую тепло. Она плавилась при шестидесяти градусах, и это была довольно высокая температура даже для опытных игроков. Однако Ред не просто опытный, он безумный, ему нужно много больше, любому другом монстру, чтобы получить заветный агонизирующий кайф. И Эджи радовался данной уникальной возможности, потому что он был настоящим мастером в играх на самой грани. Пока широкая свеча нагревалась и таяла, Эджи вернулся к поостывшему брату, встал между его широко разведенных ног и проверил крепления, потому что дальнейшая игра грозилась вылиться в массу рывков и метаний от переполняемого удовольствия и боли. Пока Эджи проверял крепления, Ред скользил глазами по нему и постанывал, приподнимаясь тазом и прося немного ласки. Эджи обратил на брата внимание, только когда закончил работу. Свеча еще плавилась, поэтому в запасе было немного времени. Он неспешно снял перчатки и стал легко проводить кончиками пальцев по пышным бедрам, нагло подразнивая брата. Тот лишь мычал и просил большего. Наигравшись, Эджи дал ему немного награды, прикасаясь в лону и клитору сквозь слой потрескавшегося воска и начиная поглаживать. Ред одобрительно застонал и толкнулся в руку, как делает верный пес, когда хозяин подставляет ее. Эджи медленно гладил плазму и потихоньку смахивал воск, потому что ему нужна была чистая промежность для следующей игры. - Хороший мальчик, - одобрительно произнес Эджи и отстранился. Пора было готовиться к основному блюду. Он подошел к столу и взял гинекологическое зеркало, вернулся обратно и очистил лоно от остатков воска, а потом приставил его к входу и вогнал одним легким движением до самого дна. Ред только довольно простонал. Внутри него было так влажно, что прибор его никак не травмировал, и поэтому Эджи смог смело раскрутить его на максимум. Затем он схватил брата за бедра и подтянул ближе к себе, чтобы раскрывшийся вход был идеально перпендикулярно полу. Ред дышал в сладком предвкушении, его уже потряхивало от нетерпения. Эджи на это коварно улыбался. Он шлепнул братца по клитору, а потом пошел за свечой и небольшой веревочкой. Он поставил свечу прямо рядом перед лоном , и начал усиленно массировать клитор, подкидывая дров в трепещущий костер возбуждения. Ред довольно урчал и наслаждался, но больше его интриговала предстоящая игра. Он был уже так взвинчен. - Начнем, - скомандовал Эджи, и Ред сосредоточился. Эджи взял свечу и приподнял над братом, поднял еще немного выше, примерно на уровень коленей и прицелился. Воск уже перекатывался густой лужицей вокруг фитиля и ждал своего часа для побега. Эджи медленно наклонил свечу. Густые капли устремились вниз по гладкой стенке и сорвались вниз, идеально попадая в цель. Ред заверещал и резко дернул тазом. Всего на пару мгновений боль уничтожила его своим обжигающим ударом, но в последствие она стала медленно расползаться по телу изнутри и потихоньку шипеть, преобразовываясь в удовольствие. Эджи, довольный реакцией брата, наклонил свечу еще раз и спустил еще пару капель. Ред дернулся сильнее прежнего, пламенное тепло воска пульсировало в нем и сводило с ума, оно выжигало яростную боль на его чувствительной плоти. И несмотря на крупную дрожь и страшное жжение, Реду чертовски нравилось происходящее. Последовал третий заход, на этот раз чуть более долгий, и капли полностью залили дно лона, формируя основание будущей свечи. После Эджи дал брату совсем немного передохнуть и отдышаться, чтобы пропустить через себя все полученные эмоции и ощущения. Ред тяжело дышал, его тело скручивало жаром, но он не мог не наслаждаться разливающемуся по телу наслаждению. Оно взрывалось маленькими вулканами и вгрызалось в него изнутри, перехватывало дыхание, отдавалось тяжелым туманом в голове и отключало всякие мысли. Реду было невероятно хорошо на этой опасной грани. Это был чистейший кайф. Эджи продолжил свое дело, спуская еще несколько капель в брата, и через несколько секунд еще раз. Воск теперь не попадал на магию напрямую, потому как лоно защищали пластиковые стенки, но при этом его ошеломляющее высокоградусное тепло никуда не делось. И все же Эджи стал смелее. Перед следующей порцией воска он засунул в лоно фитиль и оставил кусочек торчать, а потом приблизил свечу на несколько сантиметров ближе и снова наклонил. - О-о-о, да-а-а! – кричал от удовольствие Ред, пока его позвоночник сводило обжигающей болевой судорогой. Он одновременно и хотел убрать таз и подставить его под воск еще больше. Пальцы на ногах сжимались при каждом падении воска, ноги уже подрагивали от напряжения, и кандалы показательно звенели, но ощущения были такими неописуемо кайфовыми. Ред точно не знал только одну вещь: сможет ли он дотерпеть до конца игры и не кончить от такого феерического удовольствия. Лоно Реда было заполнено уже наполовину, свеча в нем медленно и уверенно росла. Эджи спустил свою свечу еще немного ниже, чтобы воск еще меньше охлаждался во время падения и был первозданно горячим, когда падал в похотливое и извращенное нутро Реда. Эджи решил немного накалить игру и положил большой палец на взбухший от наслаждения огромный клитор и стал массировать его круговыми движениями, продолжая размеренными порциями вливать воск. Ред взвыл от удовольствия и захлебнулся собственной слюной. Он едва мог держать тело на месте, его распирало от подкатывающего экстаза. Это было так больно и так приятно, просто невыносимо. Эджи в это время наслаждался симфонией животных звуков, с довольной улыбкой мучая и ублажая своего брата. Воска внутри становилось все больше, он пульсировал остаточным теплом и никак не остывал в таком же горячем нутре. Ред визжал все больше, из глаз полились слезы удовольствия. - Да-а! Да-а-а! О БЛЯТЬ ДА!! – верещал и орал Ред, он готов был кончить от любого последующего движения. Эджи прекрасно это видел и все сильнее толкал брата к сладостной грани. Вот шаг, еще, и еще. Ред уже готов сорваться в океан экстаза под ногами, но Эджи резко, в самый нужный момент останавливается и убирает руку. Свеча замирает, и воск больше не капает. Ред разочарованно зарычал, до боли огорченный вынужденной задержкой оргазма. Он уже тонул в нем, но никак не мог найти долгожданного выхода. И это ничуть не меньше воска дразнило и мучило его. Эджи хладнокровно наблюдал за этой тихой и прекрасной агонией. Он терпеливо выжидал момент, когда оргазм отступит достаточно, чтобы брат принял последние порции воска. Ред тяжело дышал и уже откровенно хныкал, опускаясь до самого низа прошения, а Эджи методично по капле завершал свечу, придерживая фитиль, чтобы он оказался посередине. Закончив свое дело, он развинтил болт на расширителе и осторожно по отдельности вытащил половинки, оставляя горячую свечу внутри, которую жадно и крепко обняли стенки лона. - Получилось неплохо, - дал оценку Эджи, смотря на едва торчащий из Реда кончик свечи. – Надо отметить, - он взял со стола зажигалку, потому что от огромной свечи зажечь не получилось бы, и поднес пламя к фитилю и зажег самодельную свечу Ред почувствовал близость открытого пламени, оно палило жаром, но пока еще не травмировало. Эджи чуть надавил на краешек свечи, погружая ее опасно глубоко и близко к половым губам и клитору. Ред замер в напряжении, его просто распирало от желания кончить, но он сжал все остатки терпения в кулак и стал ждать. Эджи все же отпустил свечу и позволил Реду слегка ее вытолкнуть, на достаточно безопасно-опасное расстояние. Он вновь опустил большой палец на болезненно возбужденный и горячий клитор. - Можешь кончать, мой хороший, - и задвигал рукой в том нужном темпе, чтобы Ред наконец-таки поймал утерянную волну оргазма. Это была невероятная и болезненная феерия. Ред стонал и хрипел, извиваясь под рукой брата и наконец-то сладостно кончая, выталкивая свечу из себя больше чем наполовину. Он поднялся всем телом и ударился головой об стол от сладостно разрываемого оргазма, а потом тяжело упал обратно и беспорядочно задышал. Эджи вытащил свечу из Реда и элегантно задул, а потом положил перед его лицом, и пока тот приходил в себя, достал из небольшого холодильника заранее приготовленную длинную капсулу, наполненную ледяной водой, и без прелюдий вставил в истерзанное лоно для охлаждения. Ред в это время довольно пускал слюни. Это был чертовски хороший опыт.