Проигравшие

            Зимнее утро выдалось невероятно солнечным, точь в точь таким, как в её сне. Проснувшись чуть раньше нужного, Лили приподнялась на кровати и обнаружила, что Скорпиуса уже нет в её комнате. Он всё-таки не сентиментален, но старомоден: была маленькая записка, написанная красивым почерком. Слова о том, что с нетерпением ждёт встречи и что найдёт её. А быть может и вовсе украдёт. Поттер улыбнулась, и без того отменное настроение ещё больше стремилось вверх. — Ооо, Боже! — выразительно шептала Поттер, пряча свою улыбку в ладонях. Чувствам не было счёта. Воспоминаниям тоже.       Гриффиндорка опять роняла голову на подушку. У неё было целых пятнадцать лишних минут, чтобы хорошенько освежить в памяти все события не только вчерашнего вечера, но и поздней ночи, превратившейся в раннее утро. Растратив на это пару минут, Лили резко подскочила на кровати и распахнула глаза. Это случилось как только мысли довели её до диалога в Ванной комнате и они напомнили ей кое о чём. Уже вскакивала на ноги и шагнула в центр комнаты. — Парт! — взывая в пространство, завертела головой, но ничего не происходило. Даже прокрутилась вокруг себя, ну а толку? — Парт, я знаю, что хозяин приказал тебе не являться на мой зов и ты не можешь ослушаться! — чуть не кричала, глядя под своды потолка. Будто бы от этого домовик Малфоев лучше расслышит её в самом Уилтшире, — но если ты меня слышишь... — тише и с надеждой, она всё ещё смотрела вверх. — Дай мне пожалуйста знать, — совсем шептала Лили. — Я умоляю тебя.       Для неё это было важно, очень. Знать, что между ними всё-таки есть незримая и нерушимая связь. Ответом ей была тишина, но не долгая. Всего через пару минут кто-то очень знакомая тарабанила в двери и этот стук Поттер узнала бы из тысячи. — Входи, Кэти, — с нотками досады в голосе, Лили принялась заправлять свою кровать, но вот появившаяся на пороге Бёрк, улыбаясь и хлопая глазами, её уныния совсем не разделяла. — Ты не поверишь!.. — ни тебе: "Доброе утро!", ни: "Приветик, как спалось, Поттер?" — Угадай что? Смотри, я нашла только что на своей тумбочке. — Сама же отвечала на свой нетерпеливый вопрос Бёрк. Примчала сюда в косо застёгнутой блузке, с галстуком набекрень и с зубной щеткой наперевес. — Откуда? — изумилась Лили, но совсем скоро улыбалась. На самом деле счастью не было предела. Не могло же быть это совпадением, а если и оно, то прям вообще абсолютно нереальное. Пальчики Бёрк приоткрылись, а на ладони лежал знакомый Лили предмет. Это был её рождественский подарок от Скорпиуса — та самая дорогущая заколка-подвеска, цепочку от которой Поттер до сих пор носила на своей руке. В короткой записке была просьба вернуть это Лили Поттер. — Когда я уходила умыться, его не было, но когда вернулась... Вот видишь, всё может не так уже и плохо, как ты себе думала. Раз этот, как его?.. Домовик Малфоя.. — Парт. — Да, точно!.. Раз он решил вернуть тебе её. Может быть это какой-то намёк? Это же, наверное, Парт сделал, верно? Он-то в курсе всего! Так что ты, наверное, ещё ближе к заветной цели, чем мы себе думаем, Поттер. — подбадривала подругу и сыпала бесконечными догадками. Опиралась на те факты, что знала со вчерашнего вечера, но у Лили аж брови после этих её слов поплыли вверх. Причём очень медленно. — О-о, Бёрк, — неспешно начала Поттер, покачивая головой, — ты даже не представляешь насколько ты... Не в курсе всего, что происходит... Я тебе вкратце сейчас расскажу о том, чем закончился вчерашний вечер.       И рассказала, и вкратце, но за последние несколько минут Кэт испытала, кажется, годовой запас эмоций. Они уже даже немного опаздывали. — Ну всё!..— окончательно поплыла в кресле ошарашенная полностью Кэт. — Я вот тебя больше без успокоительного зелья слушать не буду, серьёзно, — с наигранной строгостью возмутилась гриффиндорка, ведь совсем же подруга её не бережёт. Абсолютно, а Лили посмеивалась, глядя на то, с каким выражением лица Бёрк чешет в сторону двери. — Ну, а утром я позвала Парта, а потом пришла ты, — совсем закончила свой рассказ Поттер. — Не слуш-аа-ю-ю, минимум капель десять, Поттер, не меньше-е-е! — чуть ли не на распев и уже из коридора отозвалась Кэти, размахивая зажатой в руке щеткой, а Лили прям захохотала.       Они встретились уже через пять минут, чтобы спускаться на завтрак. В планах Бёрк ещё был поход в подземелья, чтобы повидаться с Крамби и она оставила Лили в одиночестве в вестибюле. Всё здесь опять здоровски напомнило её сон: тот же холл, то же яркое солнце и даже тот же Скорпиус, стоявший вполоборота. Он говорил о чём-то и в его собеседнице Лили без труда узнала когтевранскую старосту и девушку её старшего брата — Лизу Голдстэйн.       Не хотела им мешать, вмешиваясь в разговор. А может быть отчасти испугалась, что её сон станет явью. Даже не до конца понимала готова ли обсуждать эту невероятную ночь, если таковому суждено случиться. Просто молчала и улыбалась. Ещё немного понаблюдала за ним и зашагала в сторону Большого зала. Собиралась лишь поздороваться, подмигнуть ему и дождаться Скорпиуса уже за завтраком. Не тут-то было. Он её решений ничуть не разделял и перехватил гриффиндорку за руку едва та появилась в поле его досягаемости — несколько шагов всего-то. — Куда собралась? Хотела сбежать от меня, Поттер? — обвиняя её за этот смертный грех, сходу и с улыбкой шепнул Скорпиус. Хорошего настроения ему точно было не занимать. Это вот читалось во всех его эмоциях и даже во взгляде. — И это после всего того, что между нами было?       Одним лишь задиристым вопросом заставил её смущаться и вспоминать всё-всё, что между ними было. А всё было нереально, до безумия хорошо, вот если и браться описывать словами, то вообще нету смысла. От момента, когда перешагнул вчера порог её комнаты и до того, как заснули, обнявшись. — Но ты же... Сбежал от меня. После всего того, что между нами было, — укоризненно отвечала улыбчивая Поттер, но и слегка порозовела. — Не очень-то и хотелось, веришь? — будто оправдывался Скорпиус. — А если бы удосужился разбудить меня... — она же специально не договаривала. Конечно да! Дёрнув бровкой, намеренно оставляла ему место для домыслов, а Скорпиус от них аж проглотил обилие слюны. Легонько качнул головой, не одобряя её шутливое издевательство, брал за руку и потянул обратно к своей собеседнице. — Привет, Лили, — мягким и приятным голосом поздоровалась Лиза. Она улыбнулась ей, как только парочка приблизилась. Скорпиус тут же обнял гриффиндорку за плечи, замерев за её спиной. Сначала прикоснулся губами, а потом упёрся подбородком в ярко-рыжую макушку. — Доброе утро, Лизи, ты отлично выглядишь, — сходу оценила Лили. Давно уже не видела Голдстэйн такой отдохнувшей и спокойной. С красивой, словно мечтательной улыбкой на лице вместо синяков под глазами. К тому же в её руках была всего одна книга, а не целая кипа, как обычно. — Да, в этом семестре у меня будет гораздо меньше обязанностей, только самое необходимое, учёба и экзамены. — Давно пора, совсем Мегера тебя замучила.       Когтевранка действительно выглядела как-то иначе, в этом Лили не солгала. Все давно привыкли, что бедная Голдстэйн вечно как белка в колесе, но сейчас она абсолютно никуда не спешила. Лишь мягко улыбнулась, чуть не светилась, положила ладонь на солнечное сплетение и сделала глубокий вдох свежего морозного воздуха, пробравшегося из приоткрытых замковых дверей. — Да, было немного, но мы с ней побеседовали и она значительно подкорректировала все эти моменты. Даже у неё есть сердце, представляете? — шепотом шутила Лиза, подавшись чуть вперёд. Будто озвучивала страшную тайну и повеселила этим парочку старшекурсников напротив. — Ой, кстати, чуть не забыла. Удачно, что встретила тебя. Вообще-то, тебя я тут и ждала, — исправилась Лиза и немного закатила глаза от собственной рассеянности. Доставала из своей сумки какой-то конверт, улыбалась и протягивала его Поттер. Лили не стала спрашивать о содержимом. Вероятно, какое-то письмо от Джеймса. Часто так делал, это удобней, чем отправлять две разные совы. — Ладно, я пойду, попробую поесть, может получится. Рада была видеть, увидимся на выходных, Лили, — осмотрела напоследок собеседников и улыбнулась. Всё-таки красивая пара, и необычная, об этом и подумала. Была переполнена прекрасными эмоциями, не иначе. Попрощавшись, Голдстэйн следовала на завтрак, а Лили медленно повернулась к Скорпиусу и чуть свела брови. Радовалась за неё, конечно, но что-то в этом всём отчасти даже слегка насторожило. Её, но не его. — Серьёзно, Лил? Ты ещё не поняла? — чуть не смеялся Скорпиус. Аж вытянул шею. От того, что Поттер действительно ничего не понимает. — Попробую поесть, — говоря негромко, загибал первый палец он, начиная собирать факты с конца, — она же перестала носиться по всему замку, сметая всё на своём пути. Ты только посмотри: уже не ураган, а лёгкий майский ветерок просто, — он загибал второй палец, но толку пока не было. — Что? Так, ну ладно. Кольца ты тоже не заметила? — риторически спрашивал слизеринец. — Держу пари, что там приглашение на семейный ужин-помолвку на выходных, — кивнул на конверт Скорпиус. — А ещё я почти уверен, что наша Лизи беременна. И это значит, что совсем скоро в мире станет на одного Поттера больше. Ты станешь тётей, Лил, а оболтус Альбус станет дядей, представляешь? — шепнул над её ухом весёлый Малфой. Смотрел на изумлённую, распахнувшую уста Поттер, которая уже вчитывалась в своё приглашение.       Всё так, как он сказал. Сказал и, наконец, быстро поцеловал. Как только смогла избавиться от широченной улыбки и снова сомкнуть свои губы. Улыбался её счастливому изумлению, а тёплые ладони уже скользнули в складки её мантии. — И я вас с этим поздравляю, — Скорпиус нашел руками талию, а большие пальцы обеих рук нежно прошлись по животу. Что-то в этой теме его зацепило как будто. И, возможно, даже заставило воображать. Возможно даже маленькую Антарес Асторию Малфой. Лили, подумав об этом, аж забыла дышать.       Прекрасная мысль так и вертелась в голове. Даже когда Скорпиус посерьёзнел и повернулся к ней, но был перебит на вдохе шумными слизеринцами, вышедшими на первый этаж из подземелья. Аж закатил глаза от этого совпадения. Все проследовали в Большой зал и заняли место за столом. Даже не успели приступить к завтраку, как к ним присоединились Альбус и Кэт. Ал, получив своё приглашение, тоже был в курсе замечательной новости, а значит, что и Кэти. Парочка заявилась в компании их общего любимчика Крамби и это ещё больше подняло всем настроение.       Всё это радовало, но кое-что другое приятно волновало, ведь Поттер так и поглядывала периодически под своды потолка. Настолько увлечённо, что не сразу заметила, как что-то еле ощутимо шевелится и шуршит в противоположной стороне — под её ногами. Лили заглянула под стол и увидела там кусочек какого-то пергамента всего-то, но уже спустя секунду он сам по себе сложился в форму стрелки и аккуратно постукивал по её ноге. Потом стрелка указала на выход из зала и заново превратилась в обычный клочок бумаги. Уже с концами. Весёлая, поглощённая разговором компания старшекурсников этого, конечно, не могла видеть. Не заметил и Скорпиус, а вот Лили уже смотрела в сторону выхода. Не сразу, но заметила, как из-за двери аккуратно выглянуло какое-то небольшое создание. И будто исчезло. Поттер и понятия бы не имела о том, что вообще происходит, если бы не узнала эти длинные пергаментно-серые уши, кончик которых ещё пару секунд был виден из-за двери. — Ты куда собралась? — тихо спросил Скорпиус, едва Лили выбралась из его полуобъятий. Совсем же не понимал куда сбегает в разгар завтрака. А Поттер судорожно искала весомый повод отлучиться на разговор с Партом, но пока не нашла. — Скоро вернусь. Я быстро, — толком не думала, сходу отвечала, — утренняя тошнота, — склонившись, совсем тихо шепнула ему на ухо первое, что пришло на ум и быстро поцеловала щетинистую щёку. Шутила, конечно, но оно того стоило. Это его выражение лица, блуждающая улыбка и то, как двинулись вверх графитовые брови. Аж тихонько рассмеялась от такой вот забавной картины. — А давай-ка постараемся повременить с утренней тошнотой, Лил, — улыбаясь, снова обнимая рукой, шепнул Скорпиус. — Хотя бы пока не закончишь школу.       Настала её очередь испытывать подобное и уже точь-в-точь, как он: она тоже улыбнулась, но и удивлялась, и сильно, ведь невольно задумалась о серьёзном подтексте его слов. О дальновидности планов и те в некой степени уже имелись на неё у Малфоя. Так и было. Она и представить не могла насколько.       Даже не оборачивалась и скоро оказалась в пустынном холле. Быстро осмотрелась, но так и не заметила чьё-то присутствие. Готова была отчаяться, быть может показалось? Но увидела шевеление у других замковых дверей — на фоне пустого и белоснежного школьного двора. — Доброе утро, мисс Поттер, — учтиво и низко поклонился волшебнице Парт.       Он щурил от зимнего солнца свои большие глаза, немного съёжился от холода и протянул девушке тоненькую руку, как только она ответила на приветствие. Лили тронула длинные теплые пальцы домовика и они тут же оказались в огромном, тёплом, но совершенно пустующем зале поместья Малфоев. Погода за окном разительно отличалась своей серостью. — Не волнуйтесь, мисс, мистер Малфой в отъезде. Поместье пустое, — опередил её вопрос Парт. Жестом предложил волшебнице присесть на удобный диван, но Лили вежливо отказалась. Тут, конечно, будущий разговор будет вести в разы удобней и безопасней, чем в школьном дворе, она это понимала. Точно так же понимала, что юному хозяину Парта об этом разговоре по каким-то причинам знать не следовало. Вероятно, домовик таким немного странным образом обошёл запрет являться на её прямой зов. — Вы тут, потому что мне нужно кое-что рассказать Вам. Кое что очень важное, — замерев на фоне окна, сразу объяснил своё появление в школе и выдерживал паузу. Ждал, наверное, какой-то более значимой реакции на свои слова, но Лили пока молчала. — Парт должен был прийти раньше, но не мог... — повёл длинным ухом серьёзный и сосредоточенный эльф с большими янтарными глазами. — Но он желает только лучшего хозяину, а значит, что и Вам тоже, — почти прижал к голове уши и не иначе, чем от откровения. А быть может отчасти от чувства вины? — Хозяин... — нахмурившись, потянул домовик и видно, что ему вот совсем не по себе. Теперь точно заметно. — Он молод, практически бесстрашен, а от этого и импульсивен... И не терпит потерь. Особенно когда это те, кто ему дороги, — с грустью сказал он. — Юный Скорпиус редко делает ошибки, но иногда всё-таки ошибается. И он не послушал Парта, когда принял решение воспользоваться этим волшебным предметом. Лишь сказал, что он всё решил и что пообещал Вам то же самое. И дал Парту чёткие указания донести до Лили Поттер как им воспользоваться, чтобы она тоже смогла забыть, поскольку тоже этого хотела.       Лили аж оцепенела. Что-то в его рассказе не клеилось и выбивалось из реальности. И если верить Парту, что Скорпиус действительно дал чёткие инструкции о том, чтобы Парт всё разъяснил ей... Почему она этого не помнит?! Но скоро ясно почему: — Хозяин дал Вам возможность всё изменить, да, мисс Поттер, он ведь обещал. А Парт не мог ослушаться приказа, но он немного... Схитрил, — беспокойно мял ладони молодой эльф. Таким взволнованным выглядел на её памяти впервые, — Парт специально избегал с Вами встречи и особо не спешил отдать Вам кое-что, — его ладонь нырнула в широкие складки одеяния, похожего на кусок здешней красивой портьеры. Выудила оттуда целую стопку листов, записок и писем, но среди прочего был тот самый упомянутый им лист, который он протянул Поттер. Исписанный до боли знакомым почерком Скорпиуса, где чётко и по порядку были указаны все возможные нужные моменты об использовании Квази. Настолько подробно, что и он бы не понадобился. Только Парт, которому велено было помочь, когда потребуется. Та самая инструкция по применению, которой ей так не хватало! Но только рассказывалось в ней о том, как перекроить свои воспоминания. — Хозяин приказал отдать Вам это, — сказал домовик и Лили заметила, как опускаются от выдоха его тонкие плечики. Словно некое бремя, сковывающее его, в этот миг пропало. Так и было — в этот самый миг он выполнил приказ хозяина. Тот самый, невыполнение которого мучило его каждый день, а дни уже сложились в недели. — Парт очень сожалеет, что отнял у Вас это право, мисс. Надеюсь... Вы не очень сердитесь, — он склонился перед ней и действительно выглядел виновато. Чувствовал своё огромное участие, ведь если бы не он... — Я не сержусь, Парт, правда. Ни капли. И я бы этого не сделала... Наверное....       Лили невольно задумалась, а вдруг всё-таки сделала? Ведь подобные мысли жили в ней ещё тогда, на Гриммо. И быть может, попади этот лист к ней тогда, когда и Квази, то сделала бы непоправимое. Выходило, что Парт уберёг её от этого и смиренно жил с мучившим его приказом хозяина. Ради Скорпиуса, ради сохранности их общих воспоминаний и ради неё, а сегодня он смог, наконец, сказать правду. Но почему сегодня? — Парт сегодня услышал, как Вы его звали, — словно мысли прочитал, продолжая своё повествование. — Парт, я каждый день тебя звала, — призналась Лили. Даже с некой горькой нотой в голосе. Будто бы даже обвиняла его. За то, что он оставил её одну в такое сложное для неё время. — Нет, мисс Поттер, Вы не понимаете...       Она действительно пока не понимала. — Парт всё время слышал Вас, но не мог прийти на прямой зов, — нахмурился домовой. — Но он слышал. Просто с момента, когда хозяин...       Он помедлил, не стал договаривать, но всё было понятно ей и без слов. С тех пор, как изменил воспоминания, конечно, об этом толковал Парт. — С того момента Парт слышал Вас очень тихо, еле различимо, но слышал. А тогда, когда хозяин вернулся в замок, с каждым днём всё чётче и громче, а сегодня услышал так, как тогда, впервые. — То есть Скорпиус снова... — тихо размышляла Лили и внутри приятно затрепетало. И чему удивляться, если вчера вечером это вот с ним окончательно уяснили? Он сам сказал, что ему хватило одного только дня, чтобы окончательно влюбиться. — Или он всё помнит? — сорвалось с губ девушки и она округлила глаза. — Но это... Просто невозможно.       А и действительно, как? Если сама лично вчера видела, как воспоминания не прижились в его голове. — Невозможно, он не может помнить, — размышляя, громче и волнительно сказала Поттер. Испытывала палитру эмоций: и порадовалась бы, но здравый смысл пока был сильнее слепых надежд на лучший исход. Лили тут же вспомнила о воспоминании, которое было заточено в маленький стеклянный пузырёк. И куда только подевалось, кстати? Четко помнила его в последний раз на покрывале, а потом всё как в тумане. Квази само заползло на руку, а вот оно... Так радовалась вчера тому, что Скорпиус рядом, что эти счастливые эмоции вытеснили всё на свете. Судя по тому, как они провели вчерашнюю ночь, то стоит, наверное, поискать под кроватью. — Вы правы, мисс: или его чувства вновь так же сильны, или юный хозяин уже вернул себе каким-то образом воспоминания, да. Или я услышал не Ваш зов, — негромко и спокойно рассуждал эльф Малфоев. — Не мой? А чей ещё тогда? — удивившись, не понимала Лили. — Я слышал Вас, Ваш голос, но сама суть магии могла быть не из-за Вас... — домовик запнулся и внимательно смотрел на замершую гриффиндорку. — Чистые слышат волшебников с которыми связаны, и они могут слышать первый зов привязанной к ним души. Кровно привязанной.       Сказал и смолк, словно параграф из учебника дочитал, а большие янтарные глаза так внимательно опускали от её лица свой взор, что Лили аж положила ладони на живот. Именно туда и смотрел теперь Парт. — Парт услышал зов юного хозяина до его рождения, конечно. — Это невозможно, — снова отрицала Лили, только на этот раз с шоком и шёпотом, а недавняя шутка про утреннее недомогание заиграла новыми красками. Лили аж впилась пальчиками в кожаную обивку дивана. — Такова природа магии Чистых, — невозмутимо сказал он. — Это зарождение связи — первый зов. Уже постоянно, а в последствии на всю жизнь мы слышим и чувствуем эмоции волшебника с того дня, как ему исполняется пять. — Так, ладно, — успокаивала саму себя. Шансы на третий вариант Парта были самые мизерные, но самые волнующие и это факт. Хотя вот по части вспомнившего всё Малфоя тоже интересная теория. Теперь найти тот самый пузырёк было просто необходимым и побыстрее. — Представляю, как твой пятилетний хозяин этим злоупотребял, — пытаясь успокоиться и отвлечься, сказала гриффиндорка. — Он был почти замечательным ребёнком и я был рад ему служить, — гордо и сдержанно отвечал Парт, а Лили, вспомнив рассказы Скорпиуса о своём детстве, смогла улыбнуться. От слова "почти" как минимум. И несмотря на то, что сейчас очень волновало многое другое.       Он молча смотрел на девушку какое-то время, а потом в лице Парта мелькнула тень улыбки. Лили тоже внимательно смотрела на волшебное создание перед собой и не могла не восхититься. — Парт, а как?.. Как тебе вообще удалось обойти приказ хозяина? — удивлялась всему и сразу: природе его волшебства, его находчивости, жертвенности и даже тому, насколько большое сердце в этом маленьком создании. — Мне повезло, мисс. Если б хозяин сказал: "как можно скорее", "сейчас" или "немедленно", то Парту не удалось бы отсрочить этот момент. Пришлось бы выдумывать что-то другое. Он очень умный юноша и невероятно талантливый волшебник. В тот день хозяин прекрасно продумал всё, до мельчайших подробностей, но он не учёл мнения и участия Парта. А я обещал его матери... — запнувшись, горделиво выпрямился Парт и глянул вглубь зала на красивый портрет Астории. Дав некогда хозяйке обещание приглядывать и оберегать сына от неправильных поступков, совестно следовал своему слову уже несколько лет. — Ты всё верно сделал, Парт, спасибо тебе. Астория могла бы тобой сейчас гордиться, — абсолютно мягко улыбнулась, шепнув слова благодарности, она уже смотрела на часы. Время поджимало, а Парт, улыбаясь, молча протянул свою ладонь и осталось только прикоснуться.       Хлоп! Они снова оказались в зимнем дворе замка. — Мисс Поттер, — обратился он к ней напоследок, — помнит или нет, но всё равно чувствует, это вот никуда не денется. Парт точно знает. Просто хотел, чтоб и Вы знали.       Домовик откланялся, попрощался и исчез, а вот Лили снова и снова думала о последней услышанной фразе. Спешила вернуться к нему — к которому она чувствует что-то взаимное. Направилась в сторону вестибюля и даже прикусила ноготок. Вспоминала, прокручивала в своей голове все события последней недели и в особенности вчерашнего вечера и червячок сомнений так и точил: слова Парта, и этот родной, полный обожания взгляд в ночной темноте... Даже фраза, сказанная им на выдохе, будто обрела совсем иной смысл: "Я здесь. Ну, вот, наконец-то. Привет, Лил."       Лили замерла в проёме огромных дверей и как раз вовремя. Совершенно отвлекаясь от своих мыслей, она улыбнулась. Как только в одно из окон влетела большая бурая сова. Птица уже пролетела почти над всем столом Слизерина, вовремя разжала когтистые лапы и небольшая коробка с глухим звуком шлёпнулась прямо перед получателем — Скорпиусом Малфоем.       Он ничего пока на понимал, всматриваясь в восковую печать с названием хорошо известного ему издательского дома в Лондоне. Компания за столом так и продолжала оживлённый разговор и свои наблюдения за потешным крохой Крамби. Малыш-нюхлер во всю набивал щеки вкусными сладкими хлопьями, а Скорпиус совсем скоро потерял даже нить беседы. Как только в его руках оказались две каких-то новых, свеженапечатанных книги. Обе в красивых, но совершенно разных обложках. Первые напечатанные экземпляры.       На первой обложке золотыми буквами было написано: "Собрание сказок и рассказов". Яркий, красочный, и абсолютно живой переплёт. Будто герои из детских повестей не только шевелятся в пределах политурки и страниц, но и вот-вот готовы сойти с той самой книги и предстать перед юным читателем. Автором книги была Астория Малфой. Об этом тоже гласила красивая золотистая надпись, а на первом развороте в самом низу страницы скромным мелким шрифтом было отмечено, что иллюстрации в этой книге принадлежат Лили Луне Поттер.       "Безумные истрии инкогнито". Так было написано на второй обложке. Совсем не по-детски красочной. Гораздо более сдержанной, будто из драконьей кожи. Просто синий переплёт с помещённой на ней тонкой серебристой рамкой. На всю книгу было парочку черно-белых, но талантливо прорисованных эскизов. Их автор тоже остался неизвестным. — Я украла все твои рукописи, Малфой, — подойдя, тихо и волнительно сказала улыбчивая Лили. И что-то в этом напоминало то, как он поступил с её судьбоносным рисунком в Уилтшире. Лили так и стояла, впитывала глазами его безмерное удивление. — А ещё мы с Мэри вместе собрали работы твоей мамы и я сделала рисунки... Уже очень давно, ещё до того, как мы... Я знаю, что ты хотел, но никак не решался, мне она по секрету сказала. — Внутри совсем волновалась Поттер. По той простой причине, что он всё ещё молчал. Лишь повернулся в её сторону и слушал каждое негромкое слово. Настолько внимательно, так всматриваясь во все черты её красивого личика, что Поттер, медленно оседая на лавочку, начала сбиваться: — Собрала все её работы в книгу, а потом, когда прочла твои... — даже не бралась описывать тот восторг, который испытала от прочтения, лишь прикрыла веки, улыбалась и качнула головой. — ... И мы специально не указывали твоё имя, — ткнула она пальчиком в синюю обложку, — я знала, что ты не захочешь этого, а Мэри подтвердила. Но это только пробные варианты и если тебе не нравится, ты можешь это редактировать или вообще не отдавать их в печать. Вот почему я была вчера в Лондоне, Скорпиус. Теперь почти все мои тайны раскрыты, осталось совсем немного.       Лили заглядывалась в родные серебристо-серые глаза и безошибочно различила в них бездну восторга. Такого во настоящего, словно по-детски искреннего. Такого, как когда-то её, в который он был влюблён, а теперь и сама поняла почему, ведь и она влюблялась в такой же его восторг. — Я тебя безумно сильно...       Лишь пошевелила губами. Знала, конечно, что ему до конца не понять глубину этих слов, но сказать их очень сильно хотелось. Пусть даже не роняя звуков. Тому, кто жадно запоминал этот миг. Сунув руку в складку мантии, доставал и на ощупь вкладывал в девичью ладонь что-то маленькое и прохладное — стеклянный пустой пузырёк из-под воспоминания, а Лили уже догадалась, что умный, находчивый Малфой сам вернул их себе ещё вчера, едва она заснула и до её содержательного сна.       Он брал её лицо в ладони и тянул ближе. — Я тебя безумно сильно, моя безумная девочка, слышишь? — шепотом кричал он, но Лили даже в такой близи его почти не слышала. — Ты думаешь о том же, Лил? — спросила Бёрк, нахмурившись. Странно, но её голос звучал сейчас гораздо чётче других звуков и будто двоился. Фраза лучшей подруги как-то выбивалась из общей счастливой картины. Ещё и была лишена смысла: Кэт кивнула на выход из зала, но там было пусто. — Что? — растерянно спросила Поттер, глядя на близкий образ Скорпиуса, а потом и на лицо подруги, сидевшей за столом напротив. А куда подевался Ал? — Лили, слышишь меня? — настойчиво спросила Кэти.       Тепло ладоней, которое ощущала на своём лице, окончательно исчезло. Как и родной близкий образ Малфоя. По коже пробежался холодок и Лили передёрнуло.        Несмотря на то, что это ноябрьское утро ничем не отличалось от предыдущих — всё та же несоответствующая глубокой осени тёплая погода. — Эй, Лил, смотри туда, — сидя напротив Лили за столом Гриффиндора, Бёрк кивала в сторону дверей Большого зала. В них застыла фигура нахмуренной и зарёванной Маргариты Пэрриш. — Ты думаешь о том же? — повторялась Кэт. Очень сомневалась, что странная, погруженная недавно в свои мысли Поттер её с первого раза расслышала. — Почему-то даже не сомневаюсь, — сведя брови, раздражалась староста из Гриффиндора и внимательно наблюдала за быстрым приближением абсолютно расстроенной подруги. Маргарита уже плюхнулась рядом, сильно хлопнула учебником по столу и даже упёрлась в него лбом. — Что случилось, Марго? — ещё сдержано, но довольно строго спросила Поттер. — Всё было хорошо... — конючила Пэрриш, а подруги читали между строк и рассказ этот был о школьном красавчике Малфое. — До этого утра. — Пару дней? — скептически интересовалась Бёрк, когда, казалось, страдания Марго достигли апогея, ведь та ещё и кривила своё лицо. — Совсем сбрендила? Это же Малфой! — Он ведь говорил...Так искренне говорил, что я очень нравлюсь ему, — шмыгнула носом девушка. — И ещё он... Он был такой нежный... И как он хорошо... — Ты сама во всём виновата, Марго! — перебив, грубо рубила с плеча Поттер. И было странным слышать это от вечно переживающей и склонной к доброте и сочувствию подруги. Аж Бёрк растеряла дар речи. Теперь обе молча смотрели на Лили. — Я?.. Что? — только и выдавила из себя Маргарита, но Поттер была неумолима: — Ты сама виновата, ты ведь давно сохнешь по нему. Настолько давно, что уже не отдаёшь себе отчёт в том, что делаешь. — Лили, да что ты такое?.. — Скажи честно, Маргарита, — прищурилась Лили, складывая перед собой ладони в замок, а взглядом так и сверлила, — ты всегда была честна с нами? Со мной и Бёрк? Что скажешь по поводу исчезнувшей работы Бёрк по заклинаниям на СОВ? — спокойно, но ядовито интересовалась она, а Кэти аж рот приоткрыла и переметнула взгляд с Лили на Марго. — А про испорченное шкурой саламандры Взрывное зелье, которым мы с ней чуть не сожгли себе по половине лица не хотела бы рассказать? — Я... Не...       Пэрриш прямо на глазах обретала карминовый цвет лица, стерва явно сгорала со стыда. Тело полностью подвело: она краснела, сотрясалась от нервной дрожи, заикалась, а в довесок ещё и не перестала шмыгать носом. Уже выбиралась из-за стола и летела на выход так же стремительно, как и сюда. Стыдливо опустив глаза. — Марго, стой! — окликнула недоумевающая Бёрк. — Пускай идёт, — злилась Лили, провожая бывшую подругу взглядом, практически прожигая её затылок. — Я сомневалась, что это правда, но теперь вижу. Она сама же себя и закопала, даже отрицать не стала, видишь? — Ого, Лил, это было слегка грубовато, нет? — отчасти не верила в её слова и в происходящее Кэти. С чего это вдруг такая резкая перемена отношения в сторону ходячей наивности в лице Марго? И откуда вообще Поттер такое вот известно? — Это всё действительно она? Вот почему ты на неё так взъелась? Лил, да что с тобой такое? — Ничего, я просто... — мотнула головой Лили. Разменивала злость и раздражение на что-то сродни растерянности. И было видно, что опять задумалась. — Поттер, ты меня пугаешь.       Лили была в замешательстве и это факт. Она потёрла личико ладонями. Готовилась, очевидно, начать свой рассказ и собирала мысли воедино. Бёрк даже не догадывалась, что странным мыслям не было счёта. — Только ты не думай раньше времени, что я спятила, хорошо? Просто утром я... Боже! — начало было положено, но Бёрк теперь выглядела испуганней прежнего, — я всё-таки спятила, Кэт, — скривила красивое личико Лили, — вчера старушка Трелони... Она попросила Голдси... — Это ученица из третьего курса? — переспросила на всякий случай подруга и Лили кивнула. — Да, попросила её кое что передать мне. В общем Трелони сделала обо мне предсказание. Обо мне и ещё об одном человеке. И я его сегодня утром посмотрела, — лишь наполовину уверенно сказала Поттер. Сомневалась, вероятно, озвучивать вообще это вслух или нет. Но оно того стоило, Бёрк испытывала восторг. — Да ладно! Серьёзно? — аж заёрзала на месте шестикурсница. — Я думала, что безумная старушенция уже и не делает предсказаний о учениках. Этого вот несколько лет точно не было. С нашего третьего курса по-моему. А до этого ещё долго, — рассуждала она, но Лили уже догадалась почему. Этому причиной могло быть присутствие в этой истории редчайшего магического предмета. Вероятно, магическая чуйка старушки волшебным образом ощутила Квази и сделала предсказание о нём. Ну и со всеми подробностями до его появления и даже после использования Скорпиусом. Это было единственным логическим объяснением. — Всегда было интересно посмотреть, жаль, что его могут смотреть только те, о ком оно. Ну и что же!? Что ты там видела? — О, Бёрк! — запальчиво шептала Лили. — Много чего, но я пока... Расскажу, когда буду готова, хорошо? — свела бровки домиком Лили. — Расслабься, Поттер, они же все довольно субъективные. Все предсказания. Так что не бери в голову. А от древней и странной старушки и подавно. — Точно, — хихикнула Поттер. Хотя вот расслабиться не получалось. — Она в конце моего визита даже забыла мою фамилию, веришь? А когда я с ней прощалась, она спросила зачем я пришла. — Бедняжка, — сочувственно скривилась Кэт, но и посмеяться не забыла. — А как оно?.. Как это происходит? — Берёшь сферу в руки, а потом... Не знаю... — опять и ещё более нажимисто потирала личико Лили. — Будто живёшь в этом всём, а потом оказываешься опять в то же время в реальности, но... Боже, Кэт, это казалось таким реальным... До сих пор почти кажется. Я как будто всё это сама пережила и прочувствовала. Может эта старушка и безумная дамочка с деменцией, но её предсказание... Вот до мельчайших деталей сходилось с реальной жизнью, веришь? Это даже и не предсказание, а флешфорвард какой-то.       Лили опускала невидящий взгляд в гладь стола и качнула головой. — Это не реально, Лил. То есть это может быть реальностью, но лишь одной из версий. Быть может ты уже поменяла эту реальность каким-то другим действием, — во всю размышляла Бёрк и говорила правильные логичные вещи. Лили это и сама знала, но мысли и внутренние ощущения буквально раздирала на части. — Так и есть, уже поменяла, — соглашалась Лили и невольно сравнивала. Пэрриш, знание о проказах которой тоже были из предсказания, кстати, в прошлом. А значит, что не было и не будет их девичьего заговора.       Душа будто отделялась от разума и Лили, аккуратно глянув поверх плеча в сторону слизеринцев-семикурсников, невольно затаила дыхание. На глаза тут же попалась довольная физиономия брата и безумно знакомый платиново-русый затылок. Уже совсем не бесивший её затылок почему-то, а внутри аж подпрыгнуло. С ней творилось что-то самой ей необъяснимое. Здравый смысл чётко кричал о реальном положении вещей, но чувства в силу недавнего увиденного как будто кардинально переменились. Разум пока побеждал: доминировали мысли о том, что это не более, чем иллюзия — череда определённых, вставших в ряд совпадений — одна из миллиардов других цепная реакция. Безмерно странная цепная реакция. Но если предположить, что всё это было хотя бы отчасти правдой, а Марго пока явное тому подтверждение, то за столом Слизерина в этот самый миг должно было звучать.... — Четыре: четыре, — изрёк нахмурившись Скорпиус Малфой. На выдохе и с явно читаемым в красивых чертах раздражением. — Уравнял, но я всё равно выиграю, — говоря с задором, Поттер явно оценил отсутствие энтузиазма в оппоненте. И счёл это форой. — Финальный аккорд, верно, Ал? — неспешно сказал Малфой, лениво вернув Альбусу свой взгляд. Устремлённый недавно куда-то в сторону невидящий взор. Скорпиус готов был сейчас смотреть куда угодно, лишь бы не на бесячего Поттера. — И ставки выше, верно? — как будто с языка у Альбуса снял, а сам посмеивался от иронии. — Ну и кого же ты мне теперь выбрал? — Что? Так не терпится? — сощурил озорные глаза владелец непослушной шевелюры. — Как на счёт?.. Лили. Ты же не боишься трудностей, верно? — Твоя Лили? — изобразил удивление староста, а Поттер оживлённо кивнул. Аж губу закусил от нетерпеливости и ощущения грядущей победы. — Это было бы очень забавно, Ал, но я больше не играю, ты победил. — Что? Ты серьёзно, Скорп? — взаправду безмерно удивлялся. А ещё раздражался, конечно, ведь его лишали дозы такого востребованного его натуре азарта. — Сдаёшься? Вот так вот? — Вот так вот, — поджав губы, он неспеша потирал их ладонью. Взгляд серьёзного и преспокойного с виду Скорпиуса опять уплыл куда-то в сторону. — С чего бы это? — аж подался вперёд и почти распластался на столе грудью Поттер. — Шутишь? Что-то совсем на тебя... — Я больше не играю, Ал, закрыли тему, — щурил глаза Скорпиус. Раздражение не отступало, а от наблюдений за Альбусом его становилось только больше, — поздравляю с победой, Поттер.       Молодой человек, откинув край мантии, запускал руку в карман. Через миг перед Поттером показался заветный приз победителя — красная пачка клубничных жвачек. Тех самых, которые до вчерашнего вечера просто нравились, но теперь имеют для него странную устойчивую ассоциацию.       Большой зал понемногу пустел, студенты кучками или по одиночке начинали разбредаться на занятия. Компания слизеринцев, покидая зал в числе последних, остановились. Один из них чётко видел, как минутой ранее на этом же месте стояли две девушки из Гриффиндора. Прощались и расходились каждая на свой урок.       Сделав несколько неспешных шагов вперёд, Скорпиус смотрел на ступени. И не заметил, как отсеялась большая часть их компании. Только слышал, как Альбус, стоя в проёме огромных дверей, заканчивает с кем-то разговор, а затем в пустом холле зазвучали быстрые шаги. Кто-то спешил обратно в Зал и почти бегом. — Ну, конечно, забыла, — бормотала темноволосая шестикурсница из гриффиндора, выискивая что-то в своей сумке прямо на ходу. Пролетела вестибюль и уже влетела бы сквозь резные огромные двери, если бы не наткнулась на уверенно шагнувшего вперёд Поттер.       Послышался девичий испуганный вдох и разного рода звуки с которыми на пол посыпалось содержимое кожаной сумки. Как минимум половина, а её хозяйка чудом устояла на ногах и не без помощи слизеринца, кстати. — Прости, Бёрк, я тебя не заметил, — тихо посмеивался Поттер. Смотрел, как недовольная Кэти, уперев руки в бока, надувает щёки и оценивает учинённый беспорядок, — вообще-то легко не заметить, — подтрунивал он над маленькой по сравнению со своей комплекцией Бёрк, но тут же принялся помогать девушке собирать с пола вещи. — А ты бы, Поттер, почаще смотрел на то, что у тебя перед носом, — с весёлым упрёком и будто даже со скрытым подтекстом отвечала симпатичная кроха. Характер точно не соответствовал внешним размерам. Это веселило юношу ещё больше. И зацепило не меньше. — Теперь буду... Смотреть, — повёл бровью Альбус и действительно смотрел. Причём внимательно. Впервые за долгое время оценивая красивую и обаятельную худенькую девушку вблизи, он подбирал какой-то томик по теме ухода за магическими существами. — Тебе бы добавка к завтраку не помешала, ещё меньшая кукла, чем Лили, — ещё раз оценивал маленькую Бёрк с большим характером. — Возможно, — улыбнулась Кэти. — Но каждый раз, когда прошу, эльфы говорят, что всю добавку Поттер съедает. — Интересуешься фениксами? — прекратив посмеиваться над её забавным изречением, спросил Ал. Как только ему в руки попала какая-то брошюра по уходу за этими редкими птицами. — Да, у нас дома есть один. И ещё много разных магических животных, — закидывая на плечо полностью набитую вещами сумку, Бёрк тянулась рукой к той самой оранжево-красной бумажке, а Поттер испытывал и шок и восторг одновременно. — Но мой любимчик — крошка Крамби, — улыбалась девушка. Во многом из-за искренних шоковых эмоций Альбуса. — Это маленький нюхлер, он живёт у меня под кроватью. Совсем ещё кроха, но очень проворный. — Да ладно? Серьёзно? — ещё не прикрыв до конца рта, посмеивался Альбус, — в детстве тоже хотел себе нюхлера. Очень хотел, но мама всячески отговаривала...       Их разговор набирал обороты, но становился тише, каждое слово съедало расстояние. Скорпиус, улыбаясь себе под нос, думая о случайности встречи Бёрк и Поттера, взмывал по ступеням. Он преследовал цель, поднимаясь уже третий этаж к ряду, и нашел её. Медленно идущую на лестничном пролёте. — Эй, Поттер! — окликнул слизеринец. И был, кстати, услышан. — Чего тебе, Малфой? — а она даже не повернулась. Так и продолжила подниматься. Не видела, как перемахивает сразу через две ступени и уже совсем приближается. — Лили, постой! Да стой же ты! — чуть не смеялся от того, как лихо его игнорирует. Видел, как чуть подняла голову. Вероятно, закатывала вместе с этим движением свои изумрудно-зелёные глаза. От раздражения. Пришлось защипнуть пальцами складку ткани на мантии, чтобы остановилась, наконец, и повернулась к нему. — Что ты хочешь? — с виду спокойно, не раздражаясь, но кто же разберёт эту загадочную Поттер? — Я опаздываю, Скорпиус, — сказала девушка, а он аж удивился. — Что-то удивляет? — Ничего, — мотнул Скорпиус головой. Улыбался, но и немного прищурился. — Ты впервые назвала меня по имени только что. — Тебя удивляет формальная вежливость, Малфой? — намеренно делала теперь акцент на фамилии.       Лили разворачивалась и снова шагала прочь. Как минимум от того, что было невыносимо выдерживать его странный внимательный взгляд. И это молчок о прочем. О том, что творилось от него внутри. Чтоб его! То пророчество! Об этом и думала, успела преодолеть пару ступеней, но от его голоса, звучавшего в тишине на Большой лестнице, замерла, словно вкопанная. — Я проиграл, слышишь? Я отказался спорить на тебя. Ты ведь тоже?.. — спросил он, когда девушка опять повернулась. Поднялся и замер на соседней нижней ступени. И смотрел в глаза так, что у Поттер внутри всё в одночасье дрогнуло. — ... Видела его? Правда? Только давай без лжи, хорошо? — еле заметно скривил свои красивые черты лица старшекурсник, — не самое удачное начало разговора. — Я не очень верю в предсказания, — отводила взгляд Лили, но не на долго. Проплыв по нескольким здешним картинам, он снова был устремлён в серебристо-серые глаза собеседника. — Они весьма субъективны, — повторяла слова подруги Лили. — Я тоже не очень верю... Никогда не верил, — негромко ответил Малфой, но явно о чём-то задумался. — Поттер, а когда у нас собрание старост? — прищурившись сильнее предыдущего, интересовался школьный староста. — Через неделю. Странно, что ты этого не знаешь вообще-то, — дёрнула уголком рта Поттер. И правда странно было слышать подобное от вездесущего и всезнающего Малфоя, но он уже медленно закачал головой, отрицая. — Мегера сегодня утром перенесла его.       Лили уже поняла, что он делает. Это было уже не первое соответствие предсказанию. — Это просто совпадение, — улыбнулась от нелепости Лили, но вышло по меньшей мере нервно. От его близкого присутствия и непривычно дружеской беседы дрожи только прибавлялось. — Я тоже так утром подумал, а потом получил это.       Он, достав из кармана какое-то письмо, протягивал его Лили. С некими сомнениями, но Поттер всё-таки взяла его и развернула, чтобы вникнуть в суть строк.       Некто Ноир писал о том, что нашел что-то. То, что Скорпиус искал и он может это забрать в субботу в его лавке в Лютном переулке. — Я долго его искал и действительно нашёл. Осталось только забрать. В субботу.       Делая акцент на нужном дне, он опять это делал! Опять совпадение, а если учесть, что Квази по своей природе очень редкие и найти их сродни иглы в стоге сена без волшебной палочки... — Это была суббота, — еле слышно даже для себя самой, Лили размышляла вслух. Так и было. Первая их совместная суббота. — Правда похоже на ту... реальность? — Похоже, — не могла не согласиться, а скрытых шоковых реакций было много. Как минимум из-за того, что Малфой... Реальный, застывший возле неё Малфой прямо сейчас и заново открывает ей секрет о существовании Квази. — Безумно похоже. — Безумно, — прерывисто выдыхал ноздрями воздух. Весело же, но и даже немного неловко, а вот Поттер сильнее неловко. Стоило только обоим вспомнить это их совместное, полюбившееся "безумно" и то, что это слово сопровождало. Совсем не вязалось с их теперешним, но там, в их несостоявшемся будущем, которого уже никогда не будет... Там это слово стало для них обоих весьма многозначительным. Самым. — Но это всё равно не наша реальность, не наше будущее, Скорпиус, — протягивая назад письмо, тихо говорила Лили. И как будто даже с досадой. Ему же не показалось? Поджимала губы, опускала глаза и снова шагнул прочь. До урока оставалось критических пара минут, а этот разговор о предположениях, как и тему с гаданием, можно развивать бесконечно. Но главной причиной, по которой хотелось уйти, стало чувство неоправданных надежд и ожиданий. Как бы хотелось верить, что всё это могло быть реально, но мозг пока что опять побеждал. — А могла бы быть, — постукивая бумажкой по пальцам на другой ладони, Скорпиус говорил с теми же эмоциями как будто. И говорил тише прежнего, в разы, но она всё равно его услышала. Несмотря на то, что что конец тихой фразы съедало расстояние — он тоже уходил, неспешно спускаясь ступенями.       От последних слов аж ёкнуло, недавно имела честь видеть то, что могло бы быть. И это было как в сказке, она сама ему так сказала. Ноги будто налились свинцом, а в голове от веса мыслей было ещё тяжелее. Лили практически умоляла себя не поворачиваться. С каждым недавним словом, с каждой секундой верила во всё это почему-то больше и больше. — Знаешь?.. — негромко спросил Малфой, а Лили аж порадовалась безнаказанному поводу повернуться. И ещё больше тому, что он с каждым новым словом готов был вернуться назад и опять поднимался к ней по лестнице. — Я ведь тоже немного пишу, как и мама когда-то. И вписывают свои мысли в вертикальные строчки, когда места на листе не хватает. А потом с трудом могу прочесть их, — он улыбнулся и так мягко, так очаровательно, что и Лили, прижав учебник к груди ещё сильнее, не сдержалась, — я люблю читать книги, и безумия разные тоже в разной степени люблю, этого не отнять. От нарушения школьных правил до использования редчайшего магического предмета, а ещё могу с лёгкостью что-то умыкнуть. Быть может и одеяло на себя перетягиваю, не знаю... — рассмеялся, а Лили робко почесала пальчиками нос, пряча в этом жесте улыбку. — ... Знаю только то, что там... Там всё до мелочей: что было сказано, сделано... Я бы... Реальный я поступал бы в тех ситуациях, наверное, точно так же. Говорил бы те же слова и делал бы те же поступки и даже глупые ошибки, — искренне признавался Скорпиус.       Но и ей!.. Господи, это всё, что казалось правдой, что казалось реальным и тоже до мельчайших деталей! Он прав, тут и отрицать бы не стала. — А ты? Ты правда рисуешь, Лили? Хранишь рисунки в коричневой папке и прячешь карандаш в пучке волос? — спрашивал, но ответ уже не требовался: на тонких пальчиках, крепко сжавших учебник, были заметны следы графитового карандаша — Поттер что-то рисовала. Какой-то красивый, вероятно, эскиз. Переносила свои мысли и чувства на лист бумаги и совсем недавно. — И ты любишь читать, Диккенса любишь, потому что он напоминает тебе Рождество в детстве? А ещё обожаешь детскую сказку про Алису? И сползаешь с кровати вместе с подушкой, правда? — Правда, — тихо-тихо и абсолютно смутившись. Даже опустила голову, улыбаясь ему в ответ. — И ты очень смущаешься, тут тоже правда, — оценил её скромность Малфой. Чуть ли не впервые. Раньше Поттер обростала шипами каждый раз, когда появлялся в её поле зрения. — А ещё ты невероятно и бесконечно упряма, это вот не вопрос, Поттер. Это я и так знаю, — он весело упрекал её. — А ещё... — совсем тихо, почти шепотом, ведь так близко, что смог вдохнуть сладкие ноты её запаха, — ты пахнешь карамелью, Лили, и тут тоже правда. — А ты... — заговорила гриффиндорка, но поджимала губы. Так и не смогла сказать о сладком клубничном запахе жвачки и о том, что от него пахнет дождливым лесом и цедрой. Просто не посмела. Не верилось, что почти готова озвучить это Скорпиусу Малфою.       Так и молчала, рассматривая вблизи его черты, а он, на ощупь найдя её ладонь, так и не отвёл взгляда. Медленно поднимал к своему лицу и замер, когда тёплые пальчики легли на его щетинистую щёку. Лили как будто затаила дыхание, а он от касания закрыл глаза. Лишь немного, но провела по щеке, ощутив ладонью как будто безумно знакомое приятное покалывание. Тихо вдохнула и зашептала: — Я будто уже сто лет тебя знаю, а касаюсь впервые. — Знакомое ощущение, — и тоже тихо. Бережно тронув яркий локон, Скорпиус еле ощутимо провёл пальцами по тонкой шее, а Лили невольно сделала резковатый вдох, вытянулась в струнку и тоже закрыла глаза от приятного и нежного прикосновения. Подняла веки аж когда бледные пальцы соскользнули с конца длинной пряди и выдыхала. — Ты же понимаешь, — свои же слова почти встали в горле комом, который пыталась проглотить. — Понимаешь, что этого не может быть, — свела бровки от просьбы понять её. — Мы как-то влюбились в то, чего не было. Те мы... Они влюбились, а у нас... Этого ничего не было, — исправлялась на ходу Поттер, но путалась ещё больше. — Не было, ты права, но могло бы быть. — Так не бывает, — отрицала Поттер. Еле слышно, но всё и сразу, поджимая губы и закачав опущенной головой. — Ты же ещё вчера буквально... Ты и Пэрриш, — вменяла ему в вину хмурая Лили. — И мы с тобой... Мы же друг друга так долго терпеть не могли! Столько лет... Что? — спросила, как только увидела в нём улыбку. — Говоришь уже в прошедшем времени, Лили. А вдруг?.. Вдруг ты была права? Вдруг и Ал был прав? Вдруг я, как Скрудж из повестей? Только для переоценки ценностей мне понадобилась не ночь, а всего-то предсказание древней полубезумной старушки? — Навряд ли. Так не бывает, — повторяла Лили с какой-то явно ощутимой горькой нотой. Даже зажмурилась как будто от боли и снова качала головой. — Возможно... — Потёр морщины на лбу Малфой, провёл ладонью по щеке и отводил в сторону взгляд. На глубоком вдохе, — наверное... Так не бывает.       Разговор был окончен, кажется. Патовым тупиком. Он шагнул прочь, забирая с собой всё, что казалось реальным. Она так и стояла. Смотрела на то, как спускается вниз и как от этого развивается черная с изумрудно-зелёным мантия. — Лили, чёрт, ну что за?.. — шёпотом бесилась на себя и из-за всего и сразу. За то, что вообще позволила себе поверить, но в основном за то, что не до конца верила. А стоило, наверное. Даже топнула в какой-то момент ногой. — Давай же, думай скорее!        Судорожно принимая решение, опустила веки и открывала счёт, но досчитала только до трёх и сорвалась с места. Опять училась на своих ошибках, конечно, ведь когда-то уже вроде как отпустила. Ещё и слишком много думала, а это чуть не сгубило. Когда проиграла своей гордости. — А если бы?.. — чуть сбилось дыхание, но навряд ли от того, что догнала юношу в конце длинного лестничного пролёта, верно? Вцепилась пальчиками в руку и даже успела повернуть в свою сторону. И теперь смотрела в его глаза не моргая, чтобы на грани смелости спросить: — Если бы это всё оказалось правдой? Что бы мы делали? — Не знаю, — пожал он плечами и явно был доволен тому, что в ней теплятся сомнения. Начал догадываться, что её внутренняя битва была выиграна чувствами. Разум, к счастью, был сейчас повержен. — Могли бы попробовать то же самое, Лил, только без идиотских ошибок. Без лжи, споров и заговоров. Могло бы получиться как у нормальных людей, — с весёлой подачей о серьёзном рассуждал юноша. — Очень сомневаюсь, что получится как у нормальных, — негромко посмеивалась румяная Поттер, ведь если уже с концами поверить во всё это, то зная их... — Да, точно, навряд ли, но это надо проверить, — прищурился от шаловливой улыбки Малфой. — А ты не хочешь?... — скользнув руками в карманы и выпрямив спину, он делал глубокий вдох. И чуть ли не впервые в жизни видно, что ему вот немного волнительно. — Не хочешь сегодня после занятий куда-то прогуляться? Будет время подумать что нам теперь делать с Бёрк и Поттером, — улыбнулся и с теплотой. Как будто уже родной улыбкой, а в глазах читалось будто знакомое ей обожание. Так чётко, что потянулась к лицу ещё ближе и шепнула ему своё смелое и решительное: — Очень хочу.       Жадно рассматривала, как улыбнулся от услышанного и поочерёдно смотрела в серебристо-серые глаза. Скоро Поттер медленно закрывала свои. Едва ощутила на щеке касание тёплой ладони. Медленно пробираясь пальцами в локоны, умиляясь той, что рядом, он взаправду будто боясь прикоснуться. Всё-таки дотронулся губами до горячей щеки, но так нежно, ласково и неспешно, что Лили опять затаила дыхание. — Я буду ждать в пять, Лил. У больших замковых часов, договорились? — тихо сказал он, всё ещё не отняв ладони. Сделал это после того, как провёл пальцем по гладкой шелковистой на ощупь коже. — Может быть ещё раз пошутишь про стрелки и время, — шепнув, веселился Скорпиус. — Я буду в половину пятого, — застенчиво улыбнулась гриффиндорка. — Пошучу о чём-то другом, обещаю, — с вызовом шептала Поттер. — Тогда я приду в четыре, — тихо посмеивался Малфой. — Если не придёшь, всё равно тебя найду. Найду и украду тебя, Поттер, — предупреждал он. — Обязательно приду, — Лили прятала в поджатых розовых губах широкую улыбку.       Это всё, что казалось реальным, а о прочем они ещё поговорят, будет время. И много. Безумно.       Обвив хрупкие плечи, он тянул к себе своё — всю её. Тронув губами бронзовую макушку, Скорпиус ощутил, как Лили, сплетая на его теле руки, отвечает на такие важные, будто расставляющие последние точки над неизвестным объятья. Этот жест отозвался бесконечностью приятных эмоций, осталось только зашептать: — У нас с тобой всё только начинается, моя безумная девочка, слышишь? Всё только... Начинается...