Дыхание дьявола

      Ад, девятый круг, клетка Люцифера       Люцифер не помнил, сколько времени прошло со второго его момента попадания в клетку. Неделя? Месяц? Год? А то даже и вечность? Но… ему не привыкать к вечному заточению. Он, конечно, смог бы вынести и свое второе заточение, но в полном одиночестве, без его старшего брата Михаила, который бегал из стороны в сторону, пытаясь сломать прутья клетки и выбраться на свободу.       Но Люцифер знал, что выхода отсюда нет и не будет. Клетку нельзя открыть изнутри, но снаружи, разумеется, можно. Единственный способ открыть клетку снова — использовать кольца Всадников Апокалипсиса, но именно в этом и заключалась главная проблема.       Люцифер, долго думая над тем, как же все-таки выбраться из клетки, перевел взгляд своих голубых глаз на брата в теле Адама Миллигана и сидевшую рядом с ним душу. Причем сам мальчишка был до такой степени напуган, что прижал коленки к груди и, опустив голову, закрыл ее руками. Если Адам вел себя спокойно, ибо боялся гнева архангелов, то Михаил вел себя как ребенок, то и дело пытавшийся наконец выбраться отсюда. Падший архангел мог остудить пыл старшего брата, но тот его точно не послушает, да и вряд ли вообще когда-нибудь услышит все то, что Люцифер пытается ему сказать.       Недолго думая Люцифер присел на холодный пол клетки, глядя куда-то сквозь Адама.       Их окружала пустота, но если быть точнее, то тьма. Изредка сверкали молнии, гремел гром. Миллиган вздрагивал от каждого шороха, даже от дуновения ветра, который не был тут исключением.       Благодаря способностям Люцифер мог воссоздать внутри клетки абсолютно любой мир: будь это какой-нибудь мегаполис, лес или даже космос. И не раз некогда бывший архангел подшучивал над мальчишкой. Ведь Сэма уже давно вытащили из клетки, правда по частям, собирая оного как какой-то пазл, но, тем не менее, игрушек таки стало на одну меньше, из-за чего Денница отыгрывался на несчастном мальчишке, задницу которого изредка защищал Михаил.       Но в нынешней ситуации падший архангел действительно задумался над способом побега, ведь зазнавшийся Кроули диктует свои правила в Аду и ставит свою кандидатуру вместо него, Люцифера, Короля Преисподней. Создателя всех демонов.       Но все же одно преимущество у Люцифера было. И если бы Сэма не вытащили из клетки, то вряд ли дьявол смог бы воспользоваться таким шансом. Трещина. Маленькая щель, дырочка, которая позволяла Люциферу, пусть и не полностью, но выбраться из своего заточения и скитаться по Земле в облике призрака, но… если правильно и рационально взвесить доводы и выводы, то в облике духа можно вполне найти кого-то с Земли, кто бы помог дьяволу полностью освободиться.       «Кого-то со слабой психикой… Не взрослого, но и не ребенка. Быть может…»       Да, самый логичный способ — запудрить мозги какой-нибудь обозленной на мир девчушке или мальчишке, чтобы те смогли выкрасть у братьев Винчестеров кольца всадников.       «Только вот кого…»       На своем опыте архангел знал, что большинство таких «просьб» заканчивались кончиной детей.       «Кажется, я знаю, кого...»       Люцифер поднял голову вверх. Над клеткой пронеслись молнии, и от такого зрелища у архангела заблестело в глазах. Дьявола практически ничем не удивишь, но природные явления, если таковыми их можно назвать в аду, были действительно прекрасны.       Михаил, метавшийся до сие поры по клетке, вмиг затих, прижавшись в угол и смотря на молнии, а затем изучал лицо младшего брата. Архистратиг понял, что Люцифер что-то задумал, правда вот что?       Адам тоже затих, но почему-то не смотрел ни на лицо архангелов, ни на верх.       «Думаю, стоит прогуляться по миру в облике бесплотного духа».       До этого сидящий Люцифер вмиг расправил свои черные как смоль обгоревшие крылья.       — Постой… — впервые заговорил с Люцифером Михаил за все их заточение. — Что ты собираешься делать?..       Но не успел его брат хотя бы закончить, как глаза Люцифера вмиг засветились, и сам он, отделившись от своего сосуда (каким-то непонятным образом вместо сосуда Сэма в клетке сидел Ник, наверное, это была просто иллюзия), полетел куда-то ввысь.       Самый рациональный способ выбраться, как говорилось ранее, стать духом-галлюцинацией какой-нибудь девчонки или мальчишки, разочаровавшихся в людях. Тех, кто презирает человечество, кто просто терпеть его не может. Также как и он, Люцифер.       15 апреля, 14 часов 45 минут       по стандартному американскому времени       город Нью-Йорк, США       Удар пришелся девушке прямо в челюсть. Та сразу же отлетела в сторону и упала в лужу, измазав свою черную куртку не только грязью, но и начинающей вытекать из носа кровью.       Кэтрин не впервые приходилось выносить издевки со стороны одноклассников. Но с каждым новым днем их издевательства становились все хуже и хуже.       Девушка плюнула, пытаясь подняться. Но ее в этот раз ударили ногой по спине. Лежа на голом асфальте спиной к верху, Кэтрин насупила брови, едва ли не рыдая.       — Вероятно, ты до конца не поняла, что смотреть в его сторону я тебе не позволю?.. — грубо сказала Элизабет, одноклассница Кэтрин. У Элизабет был стервозный характер, но прекрасная внешность. Ее бюст отлично выделялся среди бюстов других одноклассниц, да и сама она была довольно популярной в школе. Но, если быть точнее, она прославилась благодаря интимным услугам, которые она предлагала многим юношам взамен на деньги.       — Видимо да, но я не шлюха в отличие от тебя, — Кэтрин была довольно замкнутым человеком и боялась сказать хотя бы одно плохое слово в сторону кого-то, но в нынешней ситуации ее страх куда-то улетучился, и она не побоялась сказать все Элизабет. Хотя она так и оставалась мышонком в классе.       Кэтрин завели в один из темных закоулков Нью-Йорка. В отличие от Элизабет она была одна, в то время как за прозванную «шлюху» стали заступаться чуть ли не все парни школы, а если быть точнее, около пяти ее подкаблучников. Ибо несмотря на то, что Кэтрин была серой мышкой, ее мать была шерифом, и никто не хотел себе проблем.       Не выдержав, Элизабет взяла за шкирку Кэтрин одной рукой, а другой ударила по лицу.       Кэтрин старалась держать себя в руках. Ее темные волосы прилипли к мокрым и покрасневшим щекам, а сама она старалась всеми своим силами сдержать слезы, но не получалось.       Другие парни пока что не вступали в драку и считались компанией зевак, наблюдающей за уже не первым избиением девушки, которая не могла постоять за себя.       «Вот бы мне силу, хотя бы какую, но силу, лишь бы постоять за себя…», — мысленно говорила шатенка, в глазах у которой начало плыть. Но она заметила странную тень позади разъяренной Элизабет.       С каждым разом «Лиз» — так прозвали Элизабет не только в классе, но и по всей школе — краснела все сильнее и сильнее, на ее лице выражалось безумие, а из приоткрытого рта стекала слюна.       Она наслаждалась ситуацией.       Но…       — Знаешь, твое желание вполне осуществимо…       Кэтрин расширила глаза. Она не поняла, кто это только что сказал: обезумевшая Лиз или ее прихвостни-подкаблучники. Или это была та прошмыгнувшая сзади тень? Но что более важно, ее никто не заметил.       — А?       — Ты еще смеешь прикидываться дурочкой? — блондинка одарила шатенку пощечиной и наконец бросила на землю как какой-то мешок с картошкой.       — Эй, ну же. Если не дашь ей отпор, то скоро лишишься своего немилого личика и превратишься в лаваш.       Кэтрин, приняв сидячее положение, стала оглядываться по сторонам. Присутствующие здесь парни при виде обмазанного кровью, грязью и прочими помоями лица девушки начали ржать как кони. Шатенка наконец перевернулась на бок, правда далось ей это с трудом: болело все тело. Посмотрев в лужу, в ее отражении девушка увидела перед собой чумазое нечто явно нечеловеческого происхождения.       — Свинья! — начали орать во все горло и указывать пальцем в Кэтрин парни.       Та прижала руку к груди, поникнув головой.       — Ну и? Вся твоя храбрость улетучилась в один миг. Просто признай, что твоя жизнь — полный абсурд, не имеющий никакого смысла.       Кэтрин хотела зарыдать, но произошло нечто странное.       Стоящий прямо за парнями уличный фонарь стал то включаться, то выключаться, хотя на улице было еще светло, а затем в один миг взорвался. Искры полетели в разные стороны, ровно как и парни. Испугавшиеся подростки вмиг разбежались по сторонам, а их пятки так и сверкали.       Элизабет тоже не тормозила и убежала с места бойни. Одна Кэтрин сидела посреди закоулка и до сих пор не понимала, что происходит, пока не почувствовала, что позади нее кто-то стоит.       Повернув грязную голову, она увидела что-то белое и парящее в воздухе, точно напоминающее человеческую фигуру.       — …       У Кэтрин была заторможенная реакция на экстремальные ситуации, и когда она наконец осознала, что перед ней находилось нечто, не поддающееся никакому логическому объяснению, то резко поднялась — по ее лицу стекали капли пота — и поддалась назад. Ее быстрому бегу мог позавидовать любой спортсмен.       Люцифер залился хохотом, положив руки на живот.       — Похоже, с ней будет весело, — выдал он, а затем приложил руку к щеке. — Посмотрим, сколько издевательств выдержит ее психика.       И затем он растворился в воздухе, словно его и не было.       Ведь начинается новая игра.