Закадычные друзья

Инк решает помочь тому, кто понимает его лучше всего, не смотря на огромный риск быть пойманным за руку. Он хочет сломать хоть одну проклятую клетку и спасти того, кто это заслуживает. Он желает увидеть, как его друг будет свободен. Х!Гастер говорит, что может попробовать сломать клетку Инка и что у него наверняка получится. И тот соглашается, не сильно задумываясь над этим. Ведь никто до этого не обещал ему этого и никто даже не пытался или пробовал это сделать. Этим он явно его обольстил. Пусть это будет пустым обманом. Но от этих слов слишком тепло. Настолько, что даже при воспоминании об этом на глазах собираются капельки слез, а пустота наполняется чем-то, что невозможно передать словами. Наверняка бы ему сказали, что он окончательно спятил. Инк давно сошел с ума и прекрасно знал это. Ему все-равно, если его просто используют и бросят на произвол Судьбы. Он привык к такому обращению. Сейчас у него появилась хоть какая-то мотивация, хоть какие-то по-настоящему теплые воспоминания. И только ученый из странной вселенной говорит, что об него не должны вытирать ноги. Что Инк на самом деле удивительный, хоть и без гордости. Хранитель не до конца понимает, о чем его друг толкует, но отшучивается, что старую собаку новым трюкам не научишь. Ученый тут же едва заметно щурится, от чего скулы тут же становятся острее, выдавая недовольство. Инк тут же отводит глаза, ругаясь про себя. Он прекрасно знал, что подобные шуточки Х!Гастера выводят из себя с пол-оборота. Напряженное молчание разбавляется снисходительным смешком, и Хранитель невольно улыбается, вновь поднимая глаза на ученого. Тот лишь трет переносицу и говорит, что поговорит с ним после того, как закончится весь этот сыр-бор. И Инк верит в это. Х!Гастер даёт Инку самое ценное, что есть у него. Хранитель часто держит эту капсулу в руках просто так, когда остается совершенно один. Ощущает на кончиках пальцев едва ощутимое тепло и биение. Невольно хочется лизнуть, но Инк подавляет эту привычку. Ничего, скоро это больше ему не понадобится. Если, конечно, все пойдет по плану. Впрочем, если что-то и пойдет не так, то они что-то да придумают. Инк не знает наверняка, мерещится ему это все или нет. Но от этого нежного доверия у Хранителя Вселенных трясутся руки, и пустота внутри сжимается, чуть ли не выходя через позвонки острыми шипами. Он боится. Боится подвести и однажды это говорит Х!Гастеру со смешком. На что, тот лишь кладет ему руку на плечо и говорит что-то заезженное, мол, он это прекрасно знает, но верит ему, что они справятся, а Инк лишь до скрипа сжимает зубы, задирает голову до тихого хруста шейных позвонков. И смотрит в бледные суровые глаза и понимает. Он не лжет. Более того, он не умалчивает о чем-то ещё, как остальным. Даже собственные дети ни о чем не подозревают. Даже люди, которые всегда умудряются поставить все с ног на голову. Даже самый преданный последователь, Альфис, не знает всей карты игры. Она и не стремится этому, но это... даёт нечто настоящее. Инк смакует это чувство, не зная, что это, не смотря на то, что это вызывает боль и слезы. Ученый как-то объяснял ему, что любое нестабильное проявление, в том числе и зародыш эмоций – это стресс для организма. А слезы самый простой способ высвободить то, что накопилось внутри. Настоящие эмоции тут же начинают бурлить и тут же вываливаются черной субстанцией. Инк думает, что это чернила. Это просто чернила, так как он сделан из них. Ведь именно поэтому у него такое говорящее имя, не так ли? Это не эмоции, которые покидают его тело, восстанавливая необходимую пустоту внутри. Это просто чернила. Ла - ла - ла. Едкий запах тут же бьет в нос, заставляя невольно отвернутся. Но поток мыслей сложно остановить в своей же голове. Инк гонит их как можно дальше, отшучивается, даже иногда по-черному. Где-то появилась ещё одна альтернативная вселенная - новое звено в цепь, которую он полирует собственными костями и чернилами. Тихий глухой звук отдался по всему телу, напоминая, кому он принадлежит на самом деле. Инк рефлекторно нервно срывает шарф, путается в нем и начинает ругаться. Он осторожно трогает шею пытаясь нащупать то самое проклятие, которое не дает ему покоя. Трет шейные позвонки, впивается в них острыми фалангами, оставляя небольшие темные борозды. Х!Гастер перехватывает Хранителя за запястья и тихо что-то говорит. Инк не разбирает слов. Сейчас перед глазами все плывет, превращаясь в проклятую белоснежную бездну, которая безмолвно призывает явиться на рабочее место. Он старается хоть немного протолкнуть в грудину воздуха, пока не потерял сознание. Инк даже не чувствует крепкой хватки на руках, как его пытаются удержать от неосознанных действий, которые часто остаются шрамами и трещинами. Инк чувствует, как растет его могущество, как ломает ребра, стараясь расширить для себя местечко. Каждая новая вселенная дарует ему немного силы. Но это так же приносит с собой боль. Сейчас он подобен сосуду, в который всеми силами стараются уместить то, что не помещается. Это разрывает Инка. Он не знает куда метнуться, лишь бы не чувствовать этой проклятой боли. И когда он «проглатывает», боль отголосками отзывается в осколках рассудка, распугивая какие-либо мысли и чувства. Инк не чувствует как его осторожно берут на руки, говорят что это скоро все закончится. Не слышит бушующую ярость в спокойном голосе и горящие глаза, полные бессильного желания облегчить страдания. Инк хочет сказать, что с ним все в порядке, что он привык к этому. Но из уст лишь вырывается, что ему кажется, что он вот-вот умрет. Инк не чувствует прикосновений, но неожиданно слышит сердцебиение живой души. И это невольно успокаивает и отпугивает страшные мысли о том, что однажды его тело не выдержит и исчезнет. О том, что ему найдут замену. Что будет новый бешеный пес, который будет защищать Мультивселенную. О том, что кто-то будет так же страдать. И что этот кто-то может не выдержать. Что этот кто-то может сойти с ума. Это неправильно. Неправильно. Нечестно. Инк на грани потери сознания, захлебываясь чернилами, что льются из глазниц и рта. Что-то каждый раз не дает ему просто отрубится, удерживая сознание четко на месте. Ученый лишь осторожно придерживает голову друга, чтобы черная субстанция вытекала на белую траву. Инк не слышит проклятий, что улетают в небо. Холод пронизывает до костей, субстанция склеивает все осколки костей. Инк честно пытается понять, что он чувствует в этот момент, спрашивая себя и свою душу, позабыв, что той давным-давно нет. Но в ответ лишь безразличное молчание. Однажды Инк приводит Х!Гастера на свое рабочее место, чтобы хоть как-то того взбодрить. Это выражение лица у ученого было непередаваемо. Его поражает клетка Инка своей громадностью и помпезностью. Но он прекрасно понимает, что это всего лишь клетка. Но если чужая клетка так его поразила, то, что будет, когда они достигнут свободы. Настоящей свободы, что так неуловимо далеко. Но сейчас ученый понял, что именно сейчас, он наступил на хвост мечте. Их мечте. Яркая истинная звезда, что потерялась в сотнях миллионов ложных светил, наконец-то обнаружена. Теперь он точно не может ошибиться в расчетах. Теперь все встает на свои места. Это теперь возможно. Никто никогда не понимал Инка. Да и не особо много тех, кто хотел бы понять. Хранитель пытается не думать об этом. Ведь, если так подумать, один Создатель может воссоздать миры и вселенные, то почему никто из них не подарил ему душу? Если он так любим ими или все же не любим? Благословление это или все же подлое проклятие? Впрочем, Инк вывел давно еще один урок. Создатели обожают, когда их детям больно. Когда они могут отыграться на ком-то, кто ничего не сможет сделать в ответ. Особенно, когда это видит публика. Та же, в свою очередь, рукоплещет и требует еще и еще, словно ненасытные звери, игнорируя все мольбы о прекращении. Но это уже не важно. Теперь у него есть свой закадычный друг. И вместе они сломают все клетки. Инк качнулся из стороны в сторону, приходя в себя. Он моргает разными глазами, что то и дело меняют форму. Это слово всегда будоражило его, одновременно окрыляя и давя на все его тело. Сколько бы не повторял его, сколько бы не писал разными способами, не пытался рисовать в своих картинах, он не чувствует вкуса этого набора букв. Он не понимает что это такое. К чему он так стремился его прошлый «я» и что настоящий «он» забыл? Инк спрыгивает с края земли, падая вниз и тут же очутившись в Анти-Пустоте. Что-то он в последнее время витает в облаках, а сделать надо еще очень много. Инк не хочет подвести своего друга и бежит делать приготовления, напевая песенку под нос. У него так давно не было по-настоящему хорошего настроения. Ведь у него появилось то, что отгоняет все плохое. Путеводная звезда. Закадычный друг. Забытая мечта. Свобода. Надо только немного подождать. Уж это он умеет. Анти-пустота и Создатели всему научили. Он ответит всем. И его услышат.