Writober2018

      В окнах зажигаются оранжевые огни, пахнет тыквенным пирогом, миндалем, элем и горящим камином. Заходи на огонек, путник, в преддверии великого праздника, веселого праздника!..       В доме хлопочут девушка и женщина, не родственницы, но родные. Последние приготовления: на стол ставят горячие, накрытые полотенцами блюда, зажигают свечи внутри скалящихся с окон тыкв, поправляют шляпы и подолы платьев. Дом наполняется предвкушением гостей — и гости приходят.       Первым пришел Эрик. Как всегда, веселый, трезвый как стеклышко. Монах принес с собой запах ладана и благовоний из храма, и особенно забавно было ощущать эти ароматы в преддверии ночи темных тварей, на празднике нечисти и ведьм. Но Эрик тут же взялся помогать, носил для Венди и Эрин тяжелые блюда, пожарче растопил камин и смеялся, смеялся, смеялся…       Поближе к полуночи по ступенькам поднялся Габриель. Когда ему открыли дверь и обняли, он взъерошил себе волосы и виновато заулыбался: — Извините, я что-то зачитался, уж больно интересные истории про упырей привезли вчера!       Под глазами книжника пролегли темные круги, и ему даже не нужен был грим, чтобы походить на умертвие или того самого упыря, сосущего кровь и спящего в гробу.       Эрик похлопал его по плечу: — Опять читал всю ночь?       Габриель только хихикнул и схватил с тарелки на каминной полке тыквенный пирог. Тыква скалилась на него своей зловещей улыбкой, и озорник подмигнул ей, с трудом сдерживая смех. — Мы будем ждать колдуна? — милая Венди, наряженная ведьмочкой, смотрелась прямо-таки праздничной куклой. Хорошенькая девчушка сияла счастливой улыбкой: вот что делало с ней присутствие Эрин. — Как не подождать, все-таки его профессиональный праздник.       Снова все почему-то рассмеялись, шутки ради чокнулись надкушенными кусками пирога. Да, определенно стоило его подождать — а еще Лу, и вечно приходящий перед самым-самым началом безбашенный квартет, и еще так много кого… Этот дом был пристанищем для каждого, и в нем оказывали гостеприимство всем многочисленным друзьям и знакомцам. Тем более — в такие ночи. — Маг наш — он хороший, — улыбнулась Венди. — Да, замечательный мужик, — подтвердил Габриель с набитым ртом, энергично кивая. — Хороший. — Я, на удивление, согласен, — кивнул Эрик.       А Эрин стояла молча, улыбалась и с теплым, почему-то материнским чувством в груди смотрела на этих людей, которые стали ей родными, такой большой семьей, где тебе все всегда рады, и ты всегда всем рад. Она одна разглядела силуэт за окном — фигуру высокого человека в плаще со звездами, которые поблескивали в тусклом свете от стоящей на подоконнике тыквы-свечи.       Мага приманил запах выпечки, запах дьявольски вкусной выпечки, по рецепту, купленному ими у обманутого год назад чертяки и, по слухам, подающейся даже в Бездне. Но это уже другая история — а пока фигура за окном исчезла, и колокольчик у двери мелодично звякнул. — Будешь тыквенный пирог, дружище? — крикнул Габриель, размахивая куском оранжевого шафранового счастья в руке.       Маг переглянулся с Эрин и вошел. Добро пожаловать домой. Добро пожаловать.