Пожалуйста, обещай, что будешь ненавидеть меня...

***

Огнедышащий дракон в очередной раз смотрел на меня своими черными глазами-бусинками. Я то и дело то задирала свитер, то поднимала, каждый раз надеясь, что чужая татуировка пропадет с моего тела. Не помогало. Мой самый худший кошмар случился со мной наяву — пришлось признать, что отныне я буду носить тату дракона, тату человека, которого я ненавижу. Разве я не просила Господа Бога каждый раз, чтобы его знак не появился на мне? Разве я нарочно не избегала его по возможности? Так за что мне теперь это наказание? Дракон был явно ярче розы с тремя шипами, он был практически черный, и это значило одно — скрывать ее на своем теле совсем скоро станет практически невозможным. Я буду хотеть его. Я буду потакать ему. Я буду любить его. Как жаль, что мы не выбираем татуировки. Мы перестали выбирать даже любовь, черт возьми. Жизнь раз за разом ставит нам палки в колеса — мы повинуемся черт знает кому выше нас, сильнее нас, умнее нас. Кто стал награждать нас клеймом? «У Нацу Драгнила никогда не появиться моя татуировка», — грустно усмехнулась я. Но его на моем теле такая четкая и сильная, что я рано или поздно сгорю от неразделенной любви. Надежды нет. Черная тату вряд ли когда-либо сойдет с моего тела, как это сделала блеклая роза с тремя шипами. Но как же не хочется, чтобы он узнал. Как же не хочется проиграть, когда я столько раз одерживала победу. От бессилия я заплакала и упала на кафель ванной, притянув колени к груди. Почему? ПОЧЕМУ-ТО, ЧТО ТЫ ПРОСИШЬ НИКОГДА НЕ ИСПОЛНЯЕТСЯ? Я всхлипывала и всхлипывала, даже не пытаясь утереть сопли и слезы, чувствуя холод от ледяного кафеля, но мне было плевать. Потому что я действительно ничтожная. *** Проплакав всю ночь в подушку, я с распухшим лицом отправилась в школу. У меня никогда не было яркой татуировки на теле, но в теории я знала, что хозяина татуировки ты будешь чувствовать везде, если он находится в ближайших километрах от тебя, и в ближайшие дни будешь хотеть переспать с ним, будто он — твоя фундаментальная потребность, твой сон, твоя еда, вода. Я так и не смогла сказать маме, чья тату у меня появилась, поэтому отсидеть эти дни дома не получилось. Да и вряд ли бы прокатило, отсчет бы начался только с того момента, как я его увидела бы. Очень жаль, что я оказалась такой трусихой и не сказала ничего родной матери, мне была необходима ее поддержка и ее советы — может быть, не все так страшно, как написано в книгах? И у меня получится перетерпеть эти пару дней, а потом станет гораздо проще? Да, если сегодня проживу этот дурацкий день, обязательно спрошу у нее, как мне быть дальше. Нацу Драгнил сегодня заявился в класс ровно по звонку. Как только он зашел в кабинет, я приготовилась к волне возбуждения, но ничего не почувствовала. Даже когда он привычно присел сбоку от меня, я не захотела раздеть его и поиметь прямо на парте. Я ощущала его, чувствовала его присутствие, но не более. Это радовало. Кстати говоря, парень сегодня был сам не свой — даже не спросил как у меня дела с Локи (делал он это каждый день, мне казалось, что скоро он начнет делать это и по выходным, на которых мы, к счастью, никогда не виделись). Впрочем, Локи в отличие от него был прекрасным парнем — обходительный, вежливый, уважающий тебя и твои чувства. Фактически, он, конечно, был со мной таким из-за того, что мой волк красовался на его предплечье, но я никогда не видела, чтобы он грубил и другим девочкам тоже. В отличие от Драгнила, из-за которого девушки плакали каждую перемену, суля о неразделенной любви. На половине школы красовался его дракон (даже на парне голубых кровей — Стинге — в какой-то момент, вот смеха было), а теперь и я стала одной из дурочек, сохнущих по Драгнилу. Сейчас меня вырвет. Однако на уроке физкультуры случилось нечто неординарное. Я болтала с Джу, сидя на скамейке, пока парни сдавали зачет по волейболу. Я чувствовала Драгнила позади себя, играющим на поле, но смотрела исключительно на Джувию, полностью концентрируя на ней внимание. И я совершенно не заметила, как волейбольный мяч с бешенной скоростью летел прямо мне в спину. А дальше… Дальше все будто в замедленной съемке: удар мячом в мою спину, я зажмуривую глаза от боли и боюсь их открыть, но когда все же делаю это, то передо мной оказывается перепуганное лицо Нацу Драгнила, сидящего на корточках около меня. — Эй, ты живая? Сильно? Извини, — снизошел он, а я смотрела только на одно. Вырез на футболке Нацу сбился и немного открывал грудь ниже ключицы. А там я отчетливо видела черную знакомую мне до боли шерсть и волчий лоб. Кажется… У. Нацу. Драгнила. Была. Моя. Татуировка. Черт. Вернувшись в реальность, я поняла, что совсем не должна была это увидеть и перевела взгляд на растерянное лицо парня. — Я… Я в порядке, вроде… Жить буду. — А чего тогда красная такая? — сощурился он. О черт, неужели я покраснела? И ведь он еще так руку мне на колено положил, что дыхание замирало и живот прихватывало. От ответа меня, можно сказать, спас физрук. — Драгнил, отведи Хартфилию в медпункт, что-то вид у нее не здоровый. Как ни странно (, а сегодня, черт тебя дери, все странно), но Драгнил только кивнул и подхватил меня под подмышки, помогая подняться. Что и говорить, от такого звонкого звука удара перепугался, собственно, весь зал, ведь слышно было так, будто у меня позвоночник треснул. А мне что? Мне ничего, у меня любовь теперь. Любовь, которая вела меня под локоть к школьной медсестре, как обычно не оказавшейся на месте. Нацу не бросил меня и в медкабинете, усадив на кушетку и попытавшись оголить мою пострадавшую спину. Вот только я дернулась, как ошпаренная, от него, ведь оголить спину значило снять свитер, а под свитером у меня его дракон. — Эй, ты чего? — нахмурился он. -Перестань, сегодня про Локи спрашивать не буду, итак понятно, что он плохо тебя трахает, вон, ты какая нервная ходишь. — Я… Я ничего, — на автомате выдала я, рассматривая его красивый профиль, который был буквально в расстоянии пары сантиметров, как вчера в лаборантской. И вдруг совершенно неожиданно и негаданно я с дуру ума ляпнула, — У тебя моя татуировка. Я видела. На груди. И вдруг, будто свинцом налилась, к кушетке приросла, потому что Нацу Драгнил неожиданно погас на глазах. Отодвинулся в сторону на кушетке, нахмурил брови и уткнулся взглядом в пол. Мне даже стало его жаль, ведь вряд ли он тоже выбрал моего волка. — Увидела, значит… А три года до этого ты ее не видела? Не чувствовала? Не знала? — грустно усмехнулся он и направил на меня насмешливый взгляд своих красивых зеленых с коричневой крапинкой глаз, — Мне пятнадцать было, когда она появилась у меня. Сначала бледная, а потом все ярче и ярче. После того, как однажды ты мне нос разбила, когда я твой портфель с белым дурацким волком в окно выкинул. Я сначала подумал, кара небесная, да так оно и оказалось. А ты на меня внимание не обращала, вот я и возненавидел тебя, сложно это, знаешь ли, серую тату безответно на себе годами носить. А когда Локи, — он скривился, — появился, и его тату у тебя, я еще больше презирать тебя стал. Только тату не пропадала, а вчера и вовсе окончательно почернела. Он ладонью закрыл лицо и потер его. Я пребывала в глобальном шоке от услышанного, ведь даже в моей голове и не было не единой мысли, что у Нацу, черт, Драгнила, вообще может быть чья-то тату, тем более моя. Он меня бил даже, обзывал вечно, а тут… — Довольна теперь? — зло вскинул голову он и, сощурив глаза, вновь упер в меня свой взгляд, — Ты победила, радуйся. — Обещай… Обещай ненавидеть меня, чтобы я сейчас ни сказала, — едва слышно хмыкнула я, сжимая край свитера от напряжения. — Я итак тебя ненавижу, но это уже не точно, — трагично улыбнулся он, с интересом смотря прямо мне в глаза. Вместо ответа я лишь задрала свой свитер, оголяя живот вместе с черным огнедышащим драконом, и смогла произнести лишь: «Вчера появилась». Нацу замер на секунду, потом вдруг непонятно изменился в лице и стал двигаться ко мне, и чем ближе он был он был, тем больше я хотела его. Всего. Полностью. Сейчас. У Драгнила, похоже, были те же мысли и он рывком (у меня дежавю) притянул к себе за шею и вцепился в мои губы с поцелуем. Я жадно отвечала ему, будто это был мой воздух, мое питание, а он переходил на шею, проводя дорожку от шеи к ключицам и ниже, пробираясь через свитер и лифчик к груди. Я выдохнула ему в волосы и зарылась в них же пальчиками одной руки, другой проводя по его крепкой широкой спине, обтянутой черной водолазкой. Он стянул с меня свитер, и я тоже не осталась в долгу, а потом вдруг от груди, в тоже время сминая соски, целовал меня к животу, продвигаясь все ниже и ниже. Я уже не могла терпеть и за волосы оттянула его вверх, целуя его губы, рьяно кусая их. Драгнил понял меня без слов и через секунду я уже слышала звук расстегивания ширинки, а потом и шуршание презерватива. Вот гад, он их что, в кармане носит? Я зарычала и укусила его за плечо. Чтоб неповадно было. Я не видела, что у него ниже пояса, потому что, хоть и уже давно не была невинна, все же еще стеснялась смотреть туда. А вот Нацу, кажется, насрать было совершенно. Пока я рассматривала его лицо — каждый мелкий шрам и родинку, он уже снимал мои джинсы вместе с трусиками. Я хотела его до дрожи в коленях и чувствовала от него тоже самое. Не выдержав, я от наслаждения крикнула, когда он рывком вошел в меня во всю длину, начиная не спешно двигаться. Я не знала, что происходит, наверное, из-за слияния наших татуировок, но я просто озверела — царапала его спину, кусала грудь и ключицы, оставляя ярко-красные следы и чувствуя его кровь у себя под ногтями. То, что я испытывала, было неописуемо. Нацу тяжело дышал, наращивая темп. Мы оба были готовы к скорой разрядке, которая не заставила себя ждать. Я словно вернулась из мечтании в реальный мир, будто пробежала целый кросс, после него тяжело дыша, крепко удерживаясь за кушетку, чтобы не упасть. Плевать что будет потом, ведь эти эмоции стоили любой, даже самой дорогой цены. Драгнил уже отошел, быстрее, чем, видно, был опытней, и натягивал на себя одежду, выкинув использованный презерватив в урну. Одевшись сам, он стал натягивать на меня мой свитер, а я тем временем отошла от оргазма и смогла натянуть джинсы. Встала с кушетки, покачиваясь и ощущая дрожь в ногах, будто мне предстала возможность выступать перед многомиллионной аудиторией. Я посмотрела на Нацу, ожидая дальнейшего вердикта. Драгнилу, видимо тоже было сложно говорить, но он улыбнулся, впервые, мать вашу, без усмешки и скрытого подтекста, просто улыбнулся, показывая красивые наимилейшие ямочки, и сжал мою ладонь. И как-то все сразу стало ясно. Будто так и должно быть