Драбблы по Майзаве

      Хизаши любил свою работу. Правда любил. Он никогда не чувствовал, будто морально устал от нее или что-то вроде этого. Это действительно было делом его жизни. Но был один аспект, который мгновенно вгонял мужчину в тоску. Командировки. Они случались не так часто, зато затягивались на неделю, а то и на две. Шота всегда после известий о скором уезде слегка зависал, смотря перед собой, потом медленно закрывал глаза и кивал, возвращаясь к тому, чем был занят. Вот только последующие дни перед поездкой он почти не говорил, скрывал глаза за челкой и во сне прижимался крепко-крепко, словно Ямада должен был не уехать, а испариться прямо в его руках.       Вот и сейчас, Айзава протягивал ему чемодан, морщась от ветра, и глядел куда-то в бок, словно боясь встретиться глазами с мужем.       — Береги себя. — Наконец-то сказал он, крепко обнимая за шею и утыкаясь в плечо. — Я буду писать по вашему времени. И только попробуй не ответить.       Хизаши улыбнулся, погладив Шоту по спине, и сделал вид, что не почувствовал пару горячих капель на своей шее.       — Хорошо, коть. Только высыпайся.       Айзава быстро кивнул и отошел на шаг, последний раз оглядев мужа, видимо стараясь запомнить его образ на эти две недели. ***       Дом встретил Хизаши привычным теплом, запахом стирального порошка и жужжанием холодильника. Шота, кажется, собирался ждать его до победного конца, несмотря на то, что рейс прибыл в четыре утра, что никак не вписывалось в режим сна Айзавы.       Осторожно расшнуровав ботинки, Ямада медленно скользнул в гостиную, стараясь не наступать на особенно скрипящие половицы. Шота спал в кресле, перекинул ноги через подлокотник, и зажав в руке телефон. Видимо, сопротивлялся морфею он до последнего, но Хизаши знал, что сегодня у него был последний патруль в этом месяце, и это действительно было бы чудом. На нем была растянутая старая футболка Ямады и такие же шорты. Видимо, чтобы справиться с тоской, он носил вещи Хизаши. Это было в духе Айзавы: Ямада пару раз видел, как он просто обнимает себя в его свитере и утыкается носом в воротник.       Естественно, он ничего не сказал, потому что показать такую слабость для Шоты было сравнительно публичному оскорблению.       Поставив сумку на пол, мужчина плавно поднял его на руки, перехватывая под коленями, и понес в сторону спальни. Айзава что-то пробормотал и уткнулся в шею, довольно засопев. Улыбнувшись, Хизаши плавно положил его на постель и хотел было вернуться за сумкой, но его тут же крепко схватили за рукав.       — Ты, я, сон. Сейчас. — Пробормотал Шота, не открывая глаз.       — Но там вещи…       — Пле-вать. — По слогам отчеканил мужчина, расправляя одеяло ногой. Ямада вздохнул, скидывая с себя одежду, и устроился рядом, чувствуя, как Айзава мгновенно обвивает его всеми конечностями.       — Поднимешься завтра раньше полудня — я подам на развод.       Хизаши хмыкнул, уткнувшись носом в макушку мужа, и согласно кивнул. Все же была приятная часть в этих утомительных поездках. Долгожданное возвращение домой.