Warcraft: Красная Орда

Чёрная Гора. Храм Хаоса.       Чо-Галл пребывает в медитации, погружённый в попытку получить очередное откровение. К’тун Тысяча Очей Хаоса одарил его своими дарами, увеличивая и без того могучие колдовские силы двуглавого огра. И сейчас, медитируя перед телом своего господина, Чо-Галл исполняет порученную ему задачу, связаться с остальными Древними Богами. Силы их изрядно ослабли. Пылающий Легион первым делом озаботился уничтожением Древних Богов в этой галактике. Это не говоря уже о Титанах, которые до своего падения умудрились немало потрудиться над ослаблением сил Хаоса на Азероте и других мирах, где не было жизни и местные титаны не были заражены так же, как и Азерот.       Но всё это ерунда. Теперь, с приходом сови, многое изменилось. К сожалению, не всё идёт хорошо, но ужасы и страхи жителей этого мира начали подпитывать Древних Богов, которые отчаянно нуждаются в постоянном притоке чужих страданий, чтобы поддерживать своё существование. И именно в этом направлении у черногорцев случилось досадное недоразумение. Сови выстроили цитадели вокруг их территорий и отрезали Чёрную Гору от поставок рабов. Палаты Мучений испытывают дефицит живой силы. Рабов с первых дней противостояния приходится беречь, чтобы поддерживать необходимый уровень страданий. На этом фоне потеря разумных чёрных драконов воистину большой удар для их дела. А уничтожение Каргата теми же сови просто приводит в бешенство. Благо все несогласные с их делом больше не мешают кланам Тёмной Орды. Неблагонадежных отправили в Палаты Мучений. Они отлично служат там в качестве источника энергии. Благодаря этому небольшой поток пленных из королевства Штормвинд удаётся использовать для жертвоприношения и поддержания Врат.       Чо-Галл пребывает в медитации, но мысли о сови его отвлекают. Он из-за них потратил огромный запас пленников, чтобы создать самые слабые из Врат Бездны для возрождения и создания нового тела для своего господина. К’тун Тысяча Очей Хаоса в самом сердце Чёрной Горы был освобождён и выпущен на свободу. Но пока до восстановления господином своей силы ещё очень далеко. И мало того, что большая часть энергии от врат и мучильни идёт в рост, Тёмная Орда была вынуждена потратить свой самый сильный козырь на юго-востоке, где сови сами того не понимая, могли бы представлять наибольшую угрозу. На месте первой цитадели сови после применения Высылки в Бездну осталось озеро Скверны. Даже до Бездны по итогу не дотянуться нормально со слабыми вратами, если советский гарнизон из ущелья унесло только в Круговерть Пустоты. И никто не даст гарантию, что с концами. А главное, теперь надо экономить энергию, чтобы защититься от бомбардировки, подобной той, в которой был уничтожен Каргат. С другой стороны, советская цитадель Зул-Охтар дальше по ущелью играет на руку самим черногорцам. Чо-Галл в курсе того, что демоны Пылающего Легиона скоро прибудут в гости на огонёк к сови. Они не дураки, и столкнувшись с активным сопротивлением сови своим планам, обязательно вспомнят про Портал Тьмы. А он закрыт, но не уничтожен. И это отличный вариант для прибытия в Азерот огромной армии в обход защиты титанов.       Ярость придаёт сил для выполнения задачи. Здесь, в багровом сумраке храма Хаоса, тяжёлые веки К’туна приходят в движения, открывая глаза Древнего Бога. Он ощутил чувства своего апостола и мольбу направить в необходимом русле силы. Чо-Галл видит, как перед внутренним взором сгущается тьма, и ныряет в этот багровый сумрак, оказываясь в мире духов. Или где-то гораздо глубже, но очень рядом. Перед ним шар радужных энергий слепит духовный взор смесью маслянистой блевотины и чьей-то чужой воли, направляющей этот океан энергии. К’тун укладывает ему энергетические щупы на макушки, чтобы развернуть от себя наизнанку и выпустить в сторону зов.       Долгие годы Чо-Галл слушал тихий шёпот Древних, иногда передавая им сообщения друг от друга. Сейчас ему пришлось выступить ретранслятором сигнала. Но не только ему. Первым на зов отвечает М’хьорд Повелитель Трясины. Перед ним существо в доспехах, как будто целиком закованное в латы. Вторым отзыв приходит от Н’зота. Бездонная пучина гнева и ярости, бурлящая словно чёрный курильщик или нефтяной столп. Перед ним нага с осминожьей нижней половиной. Сразу следом появляются вдали Йог-Сарон с апостолом безликим и семь голов И’шараджа с огромным богомолом. У двоих чувствуется так же наличие Врат Бездны под боком. (К’тун) — Владыки Бездны, мы находимся перед лицом угрозы, которая может помешать нашему возрождению. Тысячи лет мы медленно, но верно разрушали наши тюрьмы. Но сейчас сови вторглись в этот мир и все планы пошли демону под хвост. (Н’зот) — Сови уничтожили на днях мою армию для захвата архипелага Куль-Тирас. Кроме того из внешнего океана наступают дикие мурлоки, охотно идущие к сови в услужение. Я не говорю о том, что флотилии Альянса и Новой Орды растут с каждым днём. (Йог-Сарон) — новоявленный властелин смерти Нер’зул вырвался из своих оков. Он полностью захватил неруба и киражи. А ещё драккари у себя что-то делают. Там находится источник чужеродных сил. Понятия не имею, что это. (К’тун) — Этот Нер’зул действительно смог неприятно удивить. Чую, без сови здесь не обошлось. Правда, без этого я бы вряд ли обрёл свободу и новое тело. А потеря киражи тоже неприятна. (Семь голов И’шараджа) — Нам бы ваши проблемы. Благо, туманы укрывают Пандарию от внешнего мира. Мы собрали под своим влиянием верных акири и ещё могучан, готовых сражаться на нашей стороне в обмен за власть над смертными. Мы опасаемся, что туманы будут развеяны и мы окажемся в сложной ситуации. У Империи достанет сил, чтобы создать нам проблемы. И не хотелось бы столкнуться с эмиссарами сови или нежити. (Н’зот) — Чего это властелину мёртвых так понравились членистоногие? Это же и мои креветки могут оказаться под угрозой!       От шара с щупальцами осьминога идёт волна тягучего гнева и любопытного раздражения. Чо-Галл едва ли простит бывшему учителю бегство по горам и пустыням. И если уничтожение неруба ещё можно как-то объяснить, то вот уничтожение киражи — это акт целенаправленной агрессии и подрыв мощи Древних Богов. Как и засада на него. Вопросы дают ответы, которые рождают ещё более неприятные вопросы. (М’хьорд) — Спать и ждать было легче всего. Сови уничтожили Газриллу и лишили меня любимых игрушек. Удивительно, что они же меня и накормили. Теперь их ждёт подарок куда более сильный и ужасный, чем Газрилла. Но если так рассуждать, то мои скорпионы могут привлечь внимание нежити.       Чо-Галл ощущает напряжение от своего повелителя. К’тун явно желает большего. (К’тун) — Пылающий Легион готовится вторгнуться в Азерот в ближайшее время. Демоны ускоряют свои приготовления. В грядущей буре событий единственный наш шанс самим достичь поставленной цели, это объединить усилия. Я предлагаю слияние. Или вы готовы позвать сюда выскочек?       Апостолы Древних буквально раздавлены той яростью, гневом и ненавистью, что заполняют их пространство связи. Кто бы ни были эти "выскочки", апостолы понимают, что это серьёзная угроза. (Н’зот) — Я лучше сольюсь с вами, чем позову их. Азерот наша добыча! И мы способны поделить свою добычу самостоятельно. Слияние? Я готов пойти на это, если будет необходимость. (Йог-Сарон) — Слишком много угроз появилось в этом мире. Но Слияние - трудное и сложное дело, связанное с долгим поиском. Необходимо тщательно подготовиться. Малейшая ошибка будет стоить нам слишком дорого. (Семь голов И’шараджа) — Как наиболее пострадавший от титанов, я согласен на Слияние. Мы слишком уязвимы сейчас. Едва ли кто-то из вас смог бы пережить рассечение на несколько частей, как мы. Только М’хьорд имеет на это шанс. (М’хьорд) — Шанс? Благо, с твоим расчленением и уничтожением у титанов возникло слишком много трудностей. Иначе я был бы полностью уничтожен. Но я сомневаюсь, что в этот раз нам дадут второй шанс. Слиянию быть. Иначе от нас не оставят ничего. Сови могут сообразить, что достаточное количество Скверны…       Древние Боги изрядно шумят в эфире и это имеет свои последствия. Словно кошмар наяву, в этом пласте бытия появляется бездонный провал из Изумрудного Сна. Оттуда к ним тянутся корни, словно жуткие подобия их самих. А то буйство Жизни и безумие фонящее из этого провала — дадут ужаснуться даже прислужникам Бездны. (Нордрасиль) — Кто нарушает покой этого мира? Бурарум. Я выпью ваши соки и восстановлю природное равновесие. Диких Богов я уже съело. Они стали первой ступенькой на этом пути. Я защищу Азерот от вашей порчи!       Древние и их апостолы вынуждены тратить силы, чтобы закрыть этот провал и обрубить возможность корням коснуться себя. Что-то подсказывает, что этого категорически нельзя допустить. Им удаётся закрыть провал, но в последний момент отрубленные корни хватают апостола М’хьорда и целиком заползают в него. Фигура в латах тут же исчезает. (М’хьорд) — Проклятие. Это был один из семи… Неважно. Главное - ещё один враг появился на нашем пути. А мне придётся ускорить выращивание своего чемпиона.       Сеанс связи вынуждено прерывается. Чо-Галл возвращается в сознание, чтобы обнаружить, что он весь грязный и обгадившийся. Ужас до сих пор сковывает его душу. Напротив него К’тун взирает в пустоту задумчиво своими многочисленными глазами. — Не думал, что скажу это, но Азерот сумела нас неприятно удивить. Этот сорняк может стать большей проблемой для нас, чем даже сови.       Тихий голос, кажется идёт ото всюду, подчиняя рассудок и ввергая его в пучину безумия. Чо-Галл не обращая внимания на свою грязь, почтительно ждёт команды, но относительно маленькое тело Древнего Бога лишь едва шевелиться. — Повелитель, какие будут приказания? — Нам предстоит много работы, Чо-Галл. Изумрудный Сон. Поляна Гармонии.       В самом сердце измерения снов Нордрасиль решительно прорастает одним из стволов своего духовного тела. У комеля прорастает древесный трон. На нём восседает то, что когда-то было Элуной. Бывшая дикая богиня сейчас не более чем вместилище сознания Нордрасиля. Здесь же, в идиллической картинке, находятся и остальные дикие боги, сейчас не более чем вместилища сознания мирового древа. — Я вижу твою искру. Чего ты хочешь? Спал бы спокойно. Ждал бы побуждения. Пил энергию. Вы семена, что только должны взойти.       Небольшой огонёк появляется прямо перед аватарой Нордрасиля. — Мы с тобой оба знаем, что она будет в опасности здесь. А ещё и я здесь нахожусь.       Мировое древо в курсе того, что задача перед ним стоит титаническая. И это мягко говоря: для одного вырастить тело, а для другой вырастить разум. Изначальный замысел был грубо нарушен. Этому миру и без того досталось много проблем. Но сови стали последней каплей. Примчавшись сюда на крыльях великой бури, они стали катализатором революционных изменений. Вместо одного титана в недрах планеты зреют два. И оба будут той ещё проблемой из-за своих нестандартных параметров. — И что ты предлагаешь? — Есть мысли на этот счёт.       Огонёк делится с Мировым Древом своими мыслями. Ёлки-иголки! И после этого кто-то ещё смеет его называть Сорняком?! Предложение на грани безумия. С другой стороны, не Нордрасиль ли упорно поглощает любую угрозу, до которой может добраться? Всё идёт в дело. Мировое Древо использует переработанное, чтобы питать свои корни и выполнять предназначение. — Как такое только можно было выдумать? — Жить захочешь, ещё и не так раскорячишься. И потом, мои люди не бросили и не забыли меня. Из поколения в поколение от обезьяны до коммуниста, горит в груди этот огонь. Пускай каждый по отдельности всего лишь искра, но именно из искры возгорится пламень!       Небольшой огонёк превращается в миниатюрное солнце, но потом через мгновение сжимается до прежней искры. С тихим хлопком огонёк исчезает. Аватар Нордрасиля остаётся сидеть на троне. Его связь с титанами позволяет чувствовать направление, в котором стоит двигаться. Но иногда такие вот искры разума прорываются сюда, в Изумрудный Сон. Волкоград. Хроносфера.       Доктор Зелинский с трепетом открывает очередной контейнер с грузом. Да, результаты отличные. Тем более, с каждым разом ему присылали ещё и мощности для просчёта параметров. Корпуса построить и вторичную электрику легко можно и здесь на Азероте. Вон, рядом с хроносферой целая роща кибер-деревьев, распределение и обработка больших массивов данных, а ещё и маскировка. Кибер-берёзки всей рощей расчёты обтяпывают. — Да. Это победа. Точнее - это шаг на пути к ней.       У доктора от волнения руки дрожат. Задача по грядущему переносу в Азерот ещё одного города вот-вот будет осуществляться. Это имеет важное значение не только для Азерота, но и для Земли, где, похоже, всё идёт не так радужно, как хотелось бы. Появление в Солнечной системе колоний человечества на других планетах, перенесённые чёрт знает откуда… Григорий больше не винит одного только себя за тот темпорально-пространственный пиздец, в который превращается их родной мир. — Ничего-ничего, мы изменим баланс сил. Генетические образцы разных разумных видов были отправлены на Землю.       Григорий видит в этом шанс исправить свою ошибку. Если не можешь исправить, приведи систему в равновесие. Но куда грандиозней мысли о том, что удастся связать разные миры в общую сеть. — А это что такое?       Среди груза внимание привлекает специальный чемоданчик. Именной доступ. Для него: Григория Зелинского. Маркировка внешняя содержит шифр, который доктор физических наук читает без труда. Генсек Зверев лично вводил ему в мозг знание ключа. Заинтригованный физик вводит правильную комбинацию и открывает чемодан. Внутри носитель информации. Специальный код и здесь. Похоже эта информация может перевернуть многое вверх дном. — Что же там такое?       А внутри полноценное исследование по хроносфере. Да нет же, вот здесь ещё и по железной розе. — А это что за херня?       Чем дальше изучает на своём компьютере документацию доктор Зелинский, тем отчётливей понимает, что это рабочая схема постройки космических кораблей. И не только: улучшения для передовых технологий СССР, Атлантического Альянса и Империи Восходящего Солнца. А дальше идут проекты, которых на Земле быть не могло. Новые технологии, которых так не хватало раньше. — Боже, неужели у него получилось наладить контакт с «колониями» раньше остальных? А вот если это применить в…       Гениальный учёный чуть не ловит оргазм от этого факта: новые технологии, которые уже имеют теоретическую базу — это передовой прорыв и торжество разума, пускай и параллельного человечества. А если сюда прибавить и дипломатию, то и наши тоже молодцы! И тут внимание Григория привлекает папка с пометкой "опасно". — Это что такое? Хмм… Совсекретно. Понятно. Так. Посмотрим. Данные… Ох ебёна мать!       Зелинский совершенно не интеллигентно выругался, наткнувшись на фотоархив.

* * *

— Блядь, мои глаза! Я хочу это забыть. — Мои тоже! Мерзость! — Хорошо, что такое с нами не случилось. Хоть я сейчас своими глазами ЭТО видел, но подобное в масштабе города не могу вообразить.       Совет Звезды по экстренному вызову Григория Зелинского, примчавшегося как ошпаренный во Дворец Советов, собрался немедленно. Красная папка серьёзно испортила настроение руководства. Тот ужас с разнузданными оргиями, с людоедством и расчленёнкой, который им сейчас довелось увидеть, походит на творчество девиантного альянсовского режиссёра. Даже вопли на латыни есть. Классика жанра! — А придётся, Фома! Скажи спасибо, что наши перебздели как всегда, а Григорий хроносферу делал не халтуря. Иначе мы бы здесь сейчас не разговаривали. Храни нас ноосфера! — Ага, слава Революции.       На Земле смогли договориться с «колониями». Перекрёсток Миров принёс в Солнечную систему много нового. Спустя некоторое время советская «колония» на Тритоне зафиксировала на орбите Нептуна внезапный сигнал SOS. Оттуда очень далеко до внутренних миров, так что Советы обнаружили сами этот сундук с ужасами. Благо сови хватило ума послать на это дело псионический хор матёрых исследователей из КГБ. Сюрприз вышел очень неприятным и агрессивным, но советский псионический хор сумел подавить ЭТО и узнать всю историю, которая приключилась. — Ехидну мать! Я думал, что я ужасов в башке натрезима повидал достаточно. Ни хрена я не видел! Чем дальше в эту сказку, тем страшнее. — У меня от слов этого психопата до сих пор волосы на жопе дыбом. Особенно про то, что его творение прекрасно, а главное - стало живым. И ведь ни слова лжи не сказал. Это пиздец!       Власов стучит карандашом по стакану, привлекая внимание к себе. — Товарищи, мы уже здесь столкнулись с такой проблемой. Вспомнить хотя бы рапорт от коменданта Казаковой про дварфов Тёмного Железа или рапорт ликвидатора Манула. Чем бы не являются Древние Боги, там творится ровно точно такой же беспредел, что и в просмотренной миелограмме. Особенно если прибавить к этому рапорты нашей Пифии.       Слова генсека немного успокаивают собравшихся. Михаил в кризисных ситуациях на редкость спокойно реагирует в большинстве случаев. — А где наш экстрасенс? — На «месте посадки». Курирует ход работ. Наблюдатели отмечают, что работает, как пчела. — Будем с ним по поводу ЭТОГО консультироваться?       Безруков указывает на документы. Григорий Зелинский подымает руку за. Генсек тоже. Храмов против, что видно по глазам, но тоже подымает руку за. — Я может быть и не хочу сведениями разбрасываться, Фома, но мнению Лёни тоже доверяю. Пациент раскаялся и готов сотрудничать на добровольных началах. Так что Каркушу звать надо. — Я его уже вызвал. Скоро будет. Удобно уметь телепортироваться.       Бывший хранитель мира обладает многими талантами и знаниями. Происхождение обязывает. Но шаги навстречу делает вполне убедительные. Недавно он передал КГБ свою бывшую на реабилитацию. Гарона Полуорчиха — ценный кадр. В первую очередь она знает много интересных данных как о прошлом, так и о текущей ситуации. Во-вторых, она сама по себе ценный специалист, который ещё ого-го. Переобучить и переоформить некоторые детали — готовый ликвидатор. В-третьих, как бы Медив не отнекивался, но он явно не утратил чувств к этой зелёной бой-бабе. А это дополнительный рычаг влияния на полутитана. — Добрый день, товарищи. Что случилось, что вы выдернули меня так срочно?       Ознакомившись с информацией, Медив долго думает. Ему не мешают, давая переварить полученные данные. У Совета Звёзды не так много разумных, которые заслуживают право знать информацию высшего допуска по Азероту и быть агентами влияния на местах. Большинство проектов Совета Звёзды выполняют агенты, которыми играют в тёмную, но обладающие достаточно высоким уровнем профессионализма и личных качеств, чтобы понять необходимость таких мер секретности, если вдруг этот факт всплывёт. — Это действительно очень похоже на воздействие Бездны. К сожалению большего я сказать не могу. Этим людям просто не повезло в их деле в силу незнания опасностей, которые Бездна собой представляет.       Медив замолкает, собираясь с мыслями. Он будто не уверен в себе. И это не характерно для него. — Вам известно, что я знаю и что думаю об этой теме. Но мои знания, знания Саргераса и знания Лотраксиона — это капля в море. Но одного этого было достаточно, чтобы мой отец сошёл с ума и создал этот насквозь троцкистский Пылающий Легион, где собрал экстремистов, революционеров, террористов, анархистов и просто откровенных рецидивистов-уголовников всех мастей, приправив этот коктейль разрушительной энергией Скверны.       Да уж, после того как на сцену мировой политики вышла угроза Древних Богов, Совет Звезды во всех подробностях допросил Медива. Полутитан знает об этой угрозе, но не думал, что сови настолько ускорят ход событий. На Азерот наваливаются буквально все беды одним махом. Радует в таком катастрофическом раскладе сил то, что желающих на дармовщинку много и делиться друг с другом они не будут. Следовательно у Советского Союза есть шанс уцелеть. Где-то. Штаб Армии Света.       Леди Лит’ва — заместитель и любовница предводителя Армии Света лорда Лотраксиона успела понервничать, не понимая, что происходит и кто в этом виноват. Лотраксион пропал в неизвестном направлении, выйдя недавно на связь, но не уточняя своё состояние и местонахождение. Наару вовсе испарились прочь, оставив их без какой-либо помощи.       Да и не сильно эта помощь нужна была. Армия Света в подавляющем большинстве случаев просто выполняла их приказы, не смея ослушаться. Секретность за тысячи лет успела надоесть обоим лидерам. Наару появлялись пару десятков раз в качестве тяжёлой артиллерии, нанося Легиону сокрушительные удары, но не доводя их до логического конца. Снабжение, логистика, манёвры и разведка легли полностью на плечи самих лидеров и их помощников.       Наару, может быть, и думают, что их редкого вмешательства было достаточно, но всё это время Армия Света не стояла на одном месте. Копя силы, ресурсы и информацию, Лотраксион и Лит’ва стремились к обретению независимости от наару. Те не прогадали, взяв на себя роль монолитов возрождения. Оба бывших офицера Пылающего Легиона заметили ряд моментов, вызывающих вопросы. Ответы в свою очередь вызвали сомнения. А появление Экспедиции Альянса в Круговерти Пустоты стало последним гвоздём в крышке гроба с верностью наару. — Я вернулся.       Лотраксион появился в их штабе так, как будто и не исчезал на некоторое время в неизвестности. — Наконец-то! Вернулся. У меня для тебя такие новости!       На лице шиварры выражение неописуемой шалости. Похоже произошло нечто из ряда вон. Хотя у натрезима тоже есть, что выложить из загашника. — У меня тоже…       Им приходится предпринять некоторые меры предосторожности, прежде чем начать разговор. Но вот после, целые сутки они обсуждают невероятное вдвоём. Наару точно можно назвать если не врагом, то точно союзником, с которым врагов не надо. Причём наару, в силу их загадочности и неизвестности конечных целей, являются угрозой с наивысшим приоритетом.       Хитрые наару могут очистить любое существо от Скверны. Дают бессмертие и силу на халяву. А вот расплата наступает потом, когда очередной воин Армии Света погибает. Наару — единственный шанс возродиться. Но помимо этого поводка, с каждым разом любой разумный превращается всё больше в безмозглого фанатика наару. Практически никто ещё не заходил дальше десяти воскрешений, но Лотраксион и Лит’ва подозревают, что одним ментальным воздействием дело не ограничивается. Вероятно, и тела также с каждым разом подвергаются изменениям. Доказательств только нет. Причины тому вполне объективные: лидеры и их помощники не хотят экспериментов, чтобы вдруг не спровоцировать наару. Лотраксион единственный, кто перешагнул одиннадцатое воскрешение. Теперь приходится изображать каменную морду перед наару. Натрезиму пришлось приложить огромные усилия, чтобы вернуть себе потерянные эмоции. Опыт повторять нет желания. Тем более часть его маловажных воспоминаний поблекла и/или поменяла эмоциональный фон. Страшно представить, что будет после сотого воскрешения.       Понятно, что озарённые демоны такой подставы от наару не ждали. С другой стороны это было очень иронично, наступить на те же грабли, что и с Пылающим Легионом. Саргерас-то, по сути, тоже с натрезимами не церемонился, вылепив из них то, что ему было необходимо: инструмент для разведки, диверсий и террора. Шиваррам и сайядам тоже досталось от падшего титана. Одни были хранительницами мира, вторые — идеальными жёнами. — У меня так гадко на душе. — Не у тебя одной…       Мерзко и гадостно чувствовать себя использованным. Натрезимам в этом плане особенно не повезло. Лотраксион в силу своего уникального опыта понимает, что всё, с ним произошедшее - это результат его безграмотности и наивности, усугублённый Скверной. — Они нас очищают только для того, чтобы пользоваться нашей классовой безграмотностью, превращая постепенно, исподволь в тупых фундаменталистов. — Что ты хочешь этим сказать?       Шиварра ещё не понимает, что натрезим ей пытается сказать. Её от эмоциональных качелей колотит, подавляя разумный настрой. Этот минус шиварр даже озарение Светом не смыло. Именно из-за этого они в Легионе всегда были на вторых ролях. Им нужен ведущий, именно чтобы придерживать, когда от накала страстей у них крышу срывает. — Только то, что наару, как и всякий эксплуататор, стремятся создать себе тех, чьими руками будут достигаться их цели и создаваться материальный базис для этого. Только из-за Скверны они вынуждены сперва приводить любого в нормальное состояние, чтобы потом уже пользуясь нашим чувством благодарности, внушать нам идеи, которые выгодны им. Только из-за того, что сейчас они находятся на стадии накопления первичного базиса для своих целей, они такие добрые и великодушные. Как только хоть один мир будет ими приведён к Озарению, всё их напускное благородство закончится. — В таком случае это имеет смысл. Получается, что им не хватает сил, чтобы сделать это самим, отсюда такое отношение к нам. И пока мы ведём свою борьбу с Легионом, они исподволь меняют нас, чтобы однажды мы делали эту работу за них. Причём под видом борьбы с Пылающим Легионом. Но как же Свет? Как они могут им пользоваться? — Потому что Свет и Скверна это всего лишь часть от общей магической материи. Сови со своим прагматичным подходом пользуются и тем и другим, ещё и Революцию недавно открыли. И самое смешное, что этот процесс у них был предсказан научно, когда они ещё с магией знакомы не были.       Теперь Лит’ва понимает степень возбуждения Лотраксиона из-за сови. Они своим примером дали им последний недостающий кусок мозаики, чтобы картина мира сложилась в единое целое, показав истинное положение дел. — Главное теперь на волне благодарности к сови не наломать дров, наступив в ту же ловушку. — Для этого надо быть рядом с сови, сохраняя дистанцию, чтобы не попасть под горячую руку. Так мы сохраним свои достижения.       Натрезим усмехается из-за такой формулировки, но шиварра прекрасно понимает между строк. Быть рядом, оказывать помощь, но пристально наблюдать. Если сови справляются, то надо прикрывать им спину. Если где-то не дотягивают, направить. Дистанцию только стоит соблюдать, чтобы если вдруг какая катастрофа, не погибнуть всем вместе. Армия Света, для начала, должна обрести полную самостоятельность и свободу. Без поводка наару сделать это будет проще.       А до того чудесного момента Лотраксион и Лит’ва будут осуществлять планомерное распространение нужных идей в среде своих товарищей.       Где тьма невежества поглощает души, Свет позволяет нам ударить мечом истины. Где Скверна развращает души, Свет защитит наш разум от заразы сомнений. Где предательство зреет, мы ударим всей своей силой. Пусть наша борьба воссияет Светом надежды. Новый Владивосток. Порт.       Следственная группа «Интернационал» не сидит сложа руки, так как оперативная обстановка в республике далека от спокойствия. С Плетью они уже разобрались, а теперь вот этот новый культ. Наги, марголы, ктулхи, мутанты-рыболюды: чертовщины в этом деле хватает. Под это дело им не даром выписали в качестве пополнения двух паладинов Революции: Кирену Турдион и Ѣрша Святорыбия. Обоих назначили по должности инквизиторами.       Как в шутку и на доляшку шишечки когда-то предрёк Жирков, инквизицию таки создали, чтобы разбираться со всякой чертовщиной. И на взгляд капитана как бы не пришлось потом их в отдельную контору организовывать, но видимо руководство не хочет этого делать по каким-то причинам. Факт в том, что по линии КГБ товарищ Дятлов передал несколько явок и паролей потенциальных связных культистов.       Но дело сейчас не в культистах, вернее, не только в них. Пришёл вызов из порта. Ещё и не абы от кого, а Дятлов позвонил. Моторизованная шхуна капитана Хуйморжовского подверглась нападению нагов на подходе к архипелагу, но довольно далеко от берега. Однако изюминкой этого дела являются мутанты-культисты, являющееся пассажирами данной шхуны, которые пытались помочь нагам и были обезврежены экипажем. — Да вашу мать! Когда уже этот ужас закончится? — Не нерфничайте, таваришч капитан. Я сама баятца устала.       Мельком взглянув на вполне серьёзную напарницу, Дмитрий не выдерживает и прыскает со смеху. Капитан Железная Клешня вдруг понимает, что не он один уже устал от чертовщины. — Это я так, Телия. К слову пришлось.       Телия Мельборн смотрит в ответ на старшего напарника и пытается понять, что у него на душе. Капитан же смотрит в окно, подмечая солнечную погоду. — У нас город портовый, на пересечении торговых путей. А значит, покой нам только снится.       Дмитрий наставительно подымает палец вверх, заставляя Телию размышлять, чтобы это значило. Правда, совсем без приключений оказывается скучно ехать. Стоило только прибыть до места назначения, как бобик сдох, закашляв двигателем. — Чёрт побери!       Служебный водитель начинает ругаться, вылезая наружу и поднимая крышку двигателя. Алексей Сердюк, всю дорогу молчавший к удивлению Дмитрия и Телии, выбирается из машины вторым и идёт к причалу, где уже видно оцепление особистов. Не сбавляя шагу он только интересуется, нужно ли вызывать механиков в помощь? — Зробiш движок швiдко? Допомога треба? — Да чёрт его знает, товарищ полковник. Сейчас посмотрю.       Пока полковник Сердюк направляется к товарищам, руководящим оцеплением и осмотром шхуны, Интернационал выгружается в полном составе. Тот факт, что с ними отправили Шутника, говорит о серьёзности всей ситуации. А пока второй водитель, управляющий миниавтобусом, подходит к своему коллеге и они уже вдвоём работают над заглохшим бобиком. — А вот, похоже, и ответочка от змеев.       Мерч в своём репертуаре комментирует ситуацию, рассматривая шхуну у причала. — С чего такие мысли?       Жирков уже не раз успел убедиться, что брат Телии знает о практически любой ситуации в республике нечто большее, чем официальные источники. — Товарищ капитан, если судить из представленных данных, то поймать их могли на Южной Дуге. Там цепь скал приметная и течения не очень сильные около них. Можно без спешки курс проложить для плавания.       Дмитрий мотает на ус слова бывшего корсара. В портовом городе есть свои особенности. Клан Мельборн о них в курсе. — Тем более, что Южная Дуга находится за пределами акватории, где наши оборзевшим нагам показали большую уху. Но достаточно близко к архипелагу. — Вот всё это в рапорте и напишешь потом. Это уже не наша зона ответственности, но вот пусть товарищи из КГБ и передают кому надо это всё. Пускай наши моряки проверят.       Мерч кивает с серьёзным лицом на слова Дмитрия. Железная Клешня не такой, каким его представляют жители города. Лезть к нему с душевными разговорами, конечно не стоит, но в целом он не жестокий и бездушный железяка, а обычный человек, который потерял семью и ожесточился, замкнувшись на работе, которую он выполняет со всем жаром горячего сердца. О таком командире можно только мечтать. — Не сомневайтесь, товарищ капитан, обязательно напишу. Это торговая шхуна может отбиться в одиночку. Но там же рядом рыбные банки, одинокому рыболову может так не повезти.       Дмитрий, в свою очередь, приглядывается к Ловеласу. Брат Телии почти что его ровесник. Разгильдяй, кутила и бабник, но есть в нём стержень, который не видно за внешней маской. Мимо человека в беде не пройдёт. И, видимо, это нападение на шхуну что-то в нём затронуло. Хотя если задуматься, то клан Мельборн, судя по рассказам Телии, морем живёт испокон веков. — Главное, чтобы польза людям была. — Да. Теперь и польза есть и помощь прибудет вовремя. А не когда только и остаётся, что в бессилии молиться, ожидая чуда.       Мерч отворачивает лицо, но Дмитрий замечает, как рука оперативника сжимается в кулак. Личное. Понимание приходит к Жиркову. Не у него одного есть потери в этом мире. Значит не стоит тревожить старые раны.

* * *

      Осмотр шхуны, опрос выжившего экипажа, осмотр тел взбесившихся пассажиров: времени до самой ночи потребовалось. И всё это происходило вместе с коллегами из КГБ. Уже почти ближе к полуночи следственная группа смогла собраться в каюте капитана, чтобы сделать выводы. — Итак, кто-нибудь желает высказаться первым?       Во главе стола сидит товарищ Дятлов, что не удивительно. Учитывая, что Интернационал играл весь день главную роль в следственных действиях на корабле, выводы очевидны. Похоже, КГБ позволяет милиции сделать свою работу, но руку на пульсе держит. — Я хочу сказать. Я знаю, кто стоит за нападением.       Мерч Мальборн вдруг подымается из-за стола. — Кар’джин, можешь дать фотографии сохранившихся татуировок взбесившихся пассажиров? — Держи.       Фаракаси передаёт пухлую пачку фотографий, сделанных им по просьбе Мерча. Ловелас в этот раз всю опергруппу удивил тем, что весь день помогал Кар’джину. Обычно он по своей инициативе к судебно-медицинской экспертизе не лезет. А тут вдруг весь день как волчок заведённый проработал. И сейчас, похоже, пришло время для раскрытия интриги. — Татуировки на телах пассажиров, которые сохранились после мутации, принадлежат сектантам Детей Моря. — Мать Кракена восемь раз! А я ещё думал, что мне показалось.       Капитан шхуны Стэнли Хуйморжовский присутствует на совещании, потому что в процессе следственных действий не одному капитану Жиркову пришла на ум мысль о защите свидетелей. Госбезопасности же пришла в головы мысль - ловли на живца. — Вам есть, что сказать на предположение следователя?       У капитана есть, что сказать. Стэнли, понимая, что вляпался с этим фрахтом в какую-то разборку с врагами государства, охотно идёт на сотрудничество с милицией и госбезопасностью. — Один из этих всю дорогу в столицу со мной разговаривал. Мы в молодости в одном деле участвовали несколько лет. Караваны из Штормвинда на север водили.       Капитан начинает мяться, но Дмитрию стоит перебрать пальцами механической руки, а Дятлову бросить тяжёлый взгляд, как товарищ Хуйморжовский ломается. — Контрабанду он короче предложил. Как тогда, в буйной молодости. Много и регулярно. И платят мол хорошо. И риск минимальный. А я же не дурак. Жопой чую, что не договаривает этот рыболюб мне чего-то. Если много и регулярно, значит это политика. А если политика и нет корочек КГБ, то значит сомнительно это всё. В петле на рее за госизмену висеть плохо. Или того хуже, что кто-то дыру нашёл где-то и как крыса гребёт всё что можно, пока есть возможность. Риск большой, в том смысле, что получить чёрную метку за сомнительные дела или откровенную уголовщину — утони они в пучине, с такими предложениями!       Позиция старого морского волка понятна. Зачем заниматься каким-то сомнительным делом, если есть гарантии сытой и спокойной старости, занимаясь мелкой контрабандой или спецзаказами для КГБ. Типичный моряк, одним словом. Подозрительно было бы, если бы он стал убеждать всех, какой он святой. Святой капитан корабля? А нимб потрогать можно?       Стэнли молится про себя всем богам, что решил пойти на сотрудничество. Дети Моря — себе на уме. Но переходить дорогу этим сектантам желания нет совсем. И если ввязался в чертовщину, где они замешаны, то только на полное сотрудничество надо идти. К гадалке не ходи, Дети Моря перешли дорогу КГБ. А значит скоро их пустят на корм рыбам. Стэнли быстро понимает куда ветер дует. Колхоз Красный Банан. — Экспериментаторы хреновы! Расстреляю к чёртовой матери! Такую кашу заварили. Как я теперь в лицо партийному руководству смотреть буду? Засужу негодяев!       Председатель колхоза Виктор Геннадьевич Попугайло орёт уже час и набирает воздуха в грудь для нового захода. — Во имя Революции, прости Владимир Ильич, заголить вам тылы, да хворостинами мокрыми, солёными, да как ать-два за вредительство! Так бы и всыпал сотню палок!       Ситуация из разряда смех и грех. Причём сами по себе звёзды сошлись для такого итога. Прислали в колхоз второй отряд для помощи из штрафников. Не каких-нибудь отпетых уголовников, нет, все за незначительные проступки. Добровольно в штрафники пошли. Работать все умеют. Таких в бой кидать только в крайнем случае, ибо по хозяйству с них выход полезного действия больше. Вот и отправили такой штрафбат в столицу, в колхоз на помощь.       Нюанс оказался в том, что в составе штрафбата оказались маги-штрафники мирных направлений. Бытовики, алхимики, животноводы и агрономы. Косяк особистов, чей-то недосмотр или провидение судьбы, но эти сказочные персонажи попали на работу в колхоз. И их, естественно, попытались пристроить к делу по рабочим специальностям, так сказать. Может быть, магов к ним списали и по причине слабых сил, но начудить эти сказочники успели на все сто процентов или пудов.       Гнев председателя они вызывали тем, что результаты их труда прошлись по нему со всей безжалостностью. От копны кучерявых волос осталась лысина, сверкающая днём. А ягодицы болят от укусов так, что сидеть больно. Хотя не только ягодицам досталось. От мысли, что эти сказочники до крупного рогатого скота не успели добраться, становится легче. — Товарищ председатель, давайте не будем горячиться.       Лидер инквизиторского отряда Дитрих и его брат близнец Фредвар пытаются успокоить взъерошенного председателя колхоза. Когда их за удачную операцию по противодействию пиратам перевели в столицу, они не думали, что до такого дойдёт. Но, с другой стороны, какая богатая на события практика им выпала. Всем бы так. То ли дело пиратов, крыс Эшвейнов и контрабандистов по архипелагу гонять. А то животноводы начудили, многоголовых гусей вывели. — Да как тут не горячиться? Вы на меня посмотрите! Живого места нету. Повыводят тут мутантов всякие еретики-животноводы! Колдуны, вашу дивизию! Диссиденты-рукоблуды!       Семён Пирожков не выдерживает этой филиппики. Невозможно не заржать после того, как председатель колхоза после очередного сабантуя по поводу успешного сбора урожая решил проинспектировать экспериментальный загон, где горе-животноводы пытались вывести куроножек, а получились гусидры. Причём если обычный гусь это та ещё собака, то гусидра, как следует из названия - многоглавая хрень. — А с тобой, Семён, мы отдельно поговорим. Это ты должен был следить, чтобы на твоём участке бардака не было. Где, вашу мать, табличка висит, что это экспериментальная агрессивная птица? Не было её!       Виктор Геннадьевич в сердцах подхватывает технические регламенты и бьёт ими по столу. Главный животновод виновато чешет репу. Репу, потому что головой эту держалку для ушей, Попугайло назвать от избытка чувств не может. Естественно, ни о каком закрытии загона речи не было, когда председатель получил на орехи. — У нас сроки третьей посевной горят! График работы сорван. Вместо этого мы всем колхозом гусидр гоняем из угла в угол. Семён, готовь грудную клетку к занесению.       В этот момент в кабинете появляется новое действующее лицо — алхимик инквизиторского отряда. Вместе с ним идёт и колхозный алхимик из штрафников. — Товарищ председатель, у нас чудесная новость. Готовьтесь получать медали за выведение столь полезного животного.       Естественно, что в процессе переполоха часть агрессивных тварей попала под горячую руку. Их тушки были переданы на исследование. И вот совокупный результат исследований выходит обнадёживающим. Теперь хотя бы есть чем задницу прикрыть от партийного разноса. Председатель думает об открытии алхимиков. Надо срочно всё это оформить. — Значит так, товарищи…       Виктор Геннадьевич Попугайло начинает действовать, как только в голове укладывается план мероприятий по спасению положения. Надо только всё правильно подать. Благо, многочисленные запросы о помощи председатель оформил как полагается. Отряд инквизиции тоже можно привлечь, главное акценты расставить и всё правильно оформить. Ущелье Хавад-Кварн. Советские позиции. — Держимся, братцы! Абдуллаев, почему пулемёт замолчал? — С энергоячейками беда, товарищ комиссар.       Близкий взрыв заглушил матерный загиб комиссара. Медсестра унесла на спине одного из раненых по окопам. — Так сделайте, чтобы беды не было. Или ваш революционный пыл недостаточно силён? — Сделаем.       Комиссар кидается в тыл, где одновременно с культистами Чёрной Горы в атаку пошли кровавые тролли. Фанатики безумного лоа рвутся в ближний бой. Только на пути у них встают звено мехаводов и отделение пограничников с собаками и боевыми медведями. О культистах можно не переживать. За спиной комиссар слышит, как импульсный пулемёт застрочил снова. — Смерть врагам народа!       ПК Тесла хватает своей клешнёй подбежавшего тролля на голову и подымает над землёй, чтобы в следующую секунду расчленить его жутким подобием гибрида меча и бензопилы. Верхняя половина тролля падает под ноги ПК Тесла, покуда мехавод поджаривает молнией следующих врагов. Железная нога меха безжалостно давит череп упавшего.       Комиссар бы и сам хотел вот так этой штукой пластовать противника, но и клинка с плазмой с головой. Он перерубает примитивные копья и топоры с лёгкостью горячего ножа, плавящего масло. Тем более новая тактическая броня не даст так просто убить советского солдата. — Да что за твари. Сдохните!       Подбежать на подмогу, полоснуть одного противника, подставившего спину. Второму противнику отрубить руку. Солдаты не теряются, а тролли падают убитыми. — Граната!       Троллям непривычно сражаться в тесноте окопов, а вот сови давят их, благо тактика есть на эту ситуацию. Зажигательные пули, разрывные гранаты, плазменные клинки, разрядники, огнемёты и кислота являются достойным ответом на кровавую ярость и жуткую регенерацию. Да и тактика против троллей давно есть. Штык-нож вонзить в шею или грудь и стрелять зажигательным, чтобы разворотить голову, прострелить шею с позвоночником или лёгкие с сердцем. Пневмокинжалы себя отлично показывают. Правда уход за ними нужен строгий, но разрывы тканей они делают жуткие. Иногда и выстрел не нужен, если в шею ударить. Голову противника только так отрывает. — Барук хазад!       В рёве двигателей со стороны речушки появляются чёрные танки дварфов Тёмного Железа. Чернокожие бородачи с пылающими как угли глазами кидаются на кровавых троллей, ударяя по обитателям джунглей в их левый фланг. — За Хаз-Модан!       Из-за северной гряды вылетает гвардия всадников на грифонах. Они атакуют культистов и отродий Чёрной Горы, обращая ублюдков в паническое бегство. — Дайте связь с цитаделью! Ущелье взято. Мы удержали его.       Комиссар Данила Козлов осматривает в бинокль северные и южные позиции. Враг разбит и бежит. Обманный манёвр грифонов Бронзобородов и танков Тёмного Железа на территорию Черногорья позволил отвлечь противника и осуществить доступными силами авиации заброску в ущелье ограниченных сил Красной Армии. Тем временем наступление на позиции кровавых троллей начали силы гурубаши. Результаты этого сейчас видны в бинокль. — Комиссар Козлов?       Рядом с командиром ограниченных сил останавливается танк, откуда вылезает бывший король Тёмного Железа, а рядом садится грифон с королём Хаз-Модана Магни Бронзобородом. Так уж получилось, что они не успели на этапе подготовки к операции познакомиться. — Да, он самый. — Догран I, глава клана Тёмного Железа. А это мой тесть король Магни, глава Бронзобородов. Предлагаю не откладывать в долгий ящик и приступить к строительству крепости, что перекроет ущелье намертво.       Из-за чёрного дыма вырывается силуэт ВСЦ «Краб». Всяко лучше, чем ничего. И Догран доволен, как мамонт. Поставленную задачу он выполнил на отлично, имеющимися у него силами. Мойра всё же права. Если проявить себя на военном направлении, он сможет обеспечить себе достойную жизнь, не хуже чем раньше. Да и переговоры с королём Магни оказались не такими, как он себе представлял. И заслуга в этом прежде всего его непосредственной командирши Анны Казаковой. И Догран этой услуги не забудет, ведь человеческая женщина обставила всё так, что никакого урона чести дварфов не было. На редкость деликатная и дипломатичная особа. Не удивительно, что его Мойра с ней быстро нашла общий язык. — Я думаю, что мы можем помочь не только воздушным прикрытием. Наши сапёры помогут обустроить наблюдательные пункты в скалах.       Магни по договорённости с дочерью и зятем тоже предлагает свою помощь Советам. Это уже было оговорено с комендантом цитадели Долав, так что все знают, что это формальность.       Король Хаз-Модана итогами поездки доволен, хоть и не так себе это представлял. Однако, не желая терять контакты с Советским Союзом, прислушался к словам Анны Казаковой. И её оценка ситуации оказалась очень дипломатичной. Его Мойра действительно выросла в настоящую королеву. И вертит кланом Тёмного Железа как хочет. Представив на секунду дочь в Хаз-Модане, глава Бронзобородов вздрогнул. Как бы он не любил дочь, но как король… Да уж, такая манипуляторша и интриганка выросла, страшно представить, что с королевством будет. Вот уж действительно, лучше доплатить Дограну сверху, чтобы закрыть вопрос.       А ведь есть ещё внук. Догран II взял лучшее от обоих родителей. И по глазам видно, что шороху он наведёт ещё больше, чем его родители. Именем Прародителей, Магни за прошедшие дни понял, что ему проще найти общий язык с зятем, чем с выросшей дочерью и внуком. Но это всё дела грядущего. — Предлагаю отметить нашу победу кружечкой пива сегодня вечером, как только развернём начальные укрепления.       Догран с уважением смотрит на тестя, похлопывающего походный бочоночек. Наверное стоило всё потерять, чтобы найти в лице Магни Бронзоборода достойного собеседника и собутыльника. Всё таки два короля дварфов могут понять друг друга, когда улаживают свои разногласия миром. Нордскол. Лагерь дварфов и гномов.       Развернув лагерь около шахты Синий Камень, силы Альянса смогли перегруппироваться и атаковать лагерь нежити, перегородивший путь к Бельтану. Впрочем, увидев сигналы Мурадина, Бельтан тоже перешёл в атаку. В итоге лагерь живых мертвецов разнесли буквально за полчаса. Осталось только уничтожить архилича, которого Утер и остальные герои Альянса прижали к скале. — Вот ты и попалась, нежить! — Погоди-ка, Бельтан. Пока с него не спадёт действие щита, можешь не тратить свои силы.       Утер выходит вперёд, положа руку на наплечник дварфа. Лидер дварфов Громового Молота прислушивается к человеку. Утер — опытный воитель, который не раз и не два противостоял нежити. Появление паладина заставляет нежить склониться в поклоне. — Приятно познакомиться, паладин-доно. Только вы ошиблись, я Леди Смертный Шёпот. Но я рада с вами поговорить.       Утер обескуражен, как и остальные герои. Но архиличиха только тихо смеётся. — Наслышана о вас, Утер-доно. Я рада, что вы нашли время, чтобы посетить наши земли. Надеюсь, вы сможете добраться до своей цели. — Не сомневайтесь, леди, я доберусь. — Уж будьте любезны. Но берегитесь, мерзавец Малганис-бака опасный противник. Так что желаю вам удачи, Утер-доно.       Это что-то новенькое, чтобы нежить желала живым удачи. Герои сильно удивлены таким поведением. — Почему вы желаете нам удачи? — Потому что мы не по собственной воле напали на Лордерон. Малганис-бака контролирует нас, но у его сил есть предел. Слушайте меня внимательно. С каждым убитым, силы каждой конкретной нежити растут. И чем больше наши силы, тем сложнее ему нас контролировать. Но вас слишком мало, чтобы мы, победив вас, смогли вырваться самостоятельно из-под его контроля. Но есть одна вещь, которая может помочь вам одержать победу. Эта вещь — рунный клинок Фростморн. В подземельях крепости Дрейкарон есть стена с картой, показывающей путь к этому оружию.       По мере рассказа архиличихи лица героев Альянса вытягиваются. Им непонятно, какая польза нежити от того, что они узнают где находится меч? — И где здесь подвох? Наверняка это проклятый клинок.       Леди Смертный Шёпот смеётся. — Разумеется, Утер-доно, что клинок проклятый. Вот только такой святой воитель как вы, может совладать с этой мощью и уничтожить Малганиса-баку. К сожалению моих сил пока недостаточно, чтобы долго сопротивляться зову. Вынуждена вас покинуть. Мы ещё встретимся, паладин-доно.       Архиличиха достаёт из-под брони амулет телепортации. Только вспышка и пустое место достаются героям Альянса. — Похоже наша встреча ненадолго откладывается. Она всё продумала. — Как думаете, лорд Утер, она сказала правду?       Элис с интересом смотрит на своего благодетеля, ожидая команды к действиям. — Как можно верить нежити? Похоже на ловушку.       Мурадин и Бельтан кивают на слова цверга, но Феранор замечает, что оба дварфа размышляют о чём-то. И бомбардир готов спорить на бочонок пива, что оба думают о клинке. — Не уверен, Феранор, она не врала. Вот это сложно обмануть. Совместная разработка церкви и магов Даларана.       Верховный паладин достаёт из запазухи амулет правды, объясняя свои слова. — Правда она могла не всё сказать нам. Это ограничивает применение амулета правды. Однако, информация интересная. Стоит проверить её. Если есть шанс покончить со всем этим, просто уничтожив демона… Это стоит обдумать. — Но нам всё равно нужна передышка. Люди, дварфы, цверги, гномы и эльфы выбились из сил, отстраивая базу и делая марш-бросок.       Мурадин прав, как не крути. Тем более, что дварф сам вкалывал как пчела, наряду с Утером и остальными, помогая ускорить все процессы, чтобы быстрее освободить своих сородичей. Элис и Феранор возглавили охотничьи партии, добывая дичь для пропитания экспедиционных войск.       К слову сказать, Элис непосредственно к готовке решили не подпускать. После того, как охотница поучаствовала в варке похлёбки, солдаты единогласно решили идти в атаку первыми на перегонки, только больше не есть это адское варево. Ну просто мясо вендиго — это прямо совсем на любителя. Однако, в текущих условиях выбора особого нет. Лорд Утер приказал питаться подножным кормом, сохраняя припасы, покуда есть такая возможность. Перевал Ветров. Крепость Орды.       Дом Найтхавен в полном составе решились на изменение своей расы, желая покончить с зависимостью от магических источников. Лучше принять в свои жилы тот коктейль из крови и переработанной Скверны, чем остаться в опасной зависимости от магических амулетов. Ещё не факт, что их удастся добыть через гоблинов контрабандой.       Громмаш Адский Крик привлёк для этого дела клановых шаманов, а Элира — целителей дома, при поддержке отца. Совместными усилиями они смогли рассчитать ритуал, который можно будет провести для того, чтобы превратить дом Найтхавен в эльфов крови. И сейчас вожди собрались на совещание, пытаясь найти выход из ситуации. А причина простая: редкие ингредиенты, место силы и сложная схема ритуала. Буквально каждая деталь требует внимания, денег и времени. — Если судить по последнему пересчёту, то у нас выходит сумма…       От названной князем суммы офигевают все присутствующие. — Вождь, как нам столько денег добыть? — Ты у меня спрашиваешь, Могрин?       Гром зыркает на своего первого лейтенанта, пытаясь понять, почему это происходит. — Самим надо добыть. Я не хочу с этим обращаться к Траллу. Это сугубо наша проблема: клана Песни Войны и дома Найтхавен.       Но не тут-то было. Элира дёргает Грома за локоть. Кошачий взгляд с вопросом сложно описать словами. — Привлечь его частным порядком нельзя? По-братски. — Признаться в том, что я тот, кто есть? Как я рискую? — А то он не знает, думаешь? То что он к тебе в душу не лезет, так потому что твой брат и ждёт, когда ты сам с ним поговоришь.       Дальше Гром и Элира одними глазами общаются без слов. Вождю и его наложнице слова не нужны, чтобы понимать друг-друга. — Ты уже наломал дров. Ничему тебя жизнь не учит. Дочку сиротой оставишь, меня вдовой. Задира, пора взять на себя ответственность. — Хорошо. Но если дело дойдёт до того, что кто-то получит способности как у меня, то всех слетевших с катушек ты лично будешь убивать, вместе со мной! Будет тебе ответственность. Я сказал.       Гром встаёт из-за стола и уходит. Отец и братья Элиры выдыхают, когда вождь орков покидает комнату. Злить орка больше, чем он из-за своей женщины разозлился — ищи идиотов. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Элира. — Решаю проблему. Не хочу, чтобы однажды, Могрин, ты принёс его ко мне на щите, убитым собственными сородичами или другими ордынцами. И если надо будет убить кого-то, как он сказал, то убью. Я знаю, что такое удар милосердия.       Элира выходит прочь, гордо подняв голову. Могрин качает головой, смотря ей вслед. Гром боится ей и дочери навредить, а Элира боится его потерять из-за его особенностей. Обоих можно понять. — Не маленькие, разберутся.       Внезапно сказанные слова от князя эльфов лейтенант Могрин и сам готов сказать. — Это точно. Война войной, но и о мире надо думать. Иногда хотя бы…       Могрин тоже уходит из комнаты, оставляя Янвэ с сыновьями наедине. Лейтенанту есть чем заняться. Дел в крепости много. А эльфы переглядываются. Близнецы чешут головы, не их ума дело. А старшие братья не тревожат отца вопросами. Князь же свою позицию невмешательства выдал и пояснений не будет.

* * *

      Тралл Гоэл Молот Рока явился в крепость буквально через неделю. Громмаш лично отправился на ковёр в Оргриммар, чтобы привлечь боевого брата частным порядком, а не в качестве Верховного вождя и кагана. И явно без насилия не обошлось, потому что вождь Боевой Песни выглядит побитым. — Ну показывайте, что вы тут наворотили втихаря.       Тралл внимательно слушает объяснения и смотрит все схемы, что навертели эльфы Ночного Неба и орки Боевой Песни, пытаясь найти решение проблемы с жаждой магии. Янвэ Даркиэль понимает, что верховный правитель Новой Орды сменил гнев на милость, но видимо только потому, что его боевой брат лично отправился в столицу Орды с извинениями и объяснениями. — Вот здесь и здесь нужны ещё контуры безопасности. А здесь не хватает рунных блоков. И нам нужны шаманы Огненных Клинков, варлоки Призрачной Луны и чернокнижники Зловещего Тотема.       Князь дома Ночного Неба с сыновьями и вожди клана Боевой Песни выслушивают рекомендации верховного вождя и шамана, потому что опыт и понимание духовных манипуляций и магии у него одни из самых сильных на планете. — Ещё я взял с собой Мими-Лоли. Она потомок и ученица Джу-Джуна. Да-да, Гром, того самого, из клана Кровавой Елды.       Громмаш и его орки шумно сглатывают комок в горле. Новая Орда располагает своими потомками этого клана огров, пускай и в качестве почётных заложников клана Снежных Волков. — Слушай, Тралл, может не надо вот так с плеча рубить? — Надо, Гром, ещё как надо. И это целиком и полностью твоя вина. Уж лучше эльфы после обряда оргию устроят, чем кровавую бойню друг другу. В следующий раз будешь думать, как скрывать от меня своё состояние!       Рука Тралла сжимает молот в явном желании его метнуть в боевого брата. Эльфы в шоке, но князь пытается прояснить ситуацию. — Верховный вождь, но почему вы считаете, что обряд должен окончиться свальным блудом? — Всё дело в том, князь, что даже я не могу разобраться окончательно, как этот обалдуй, который мой брат, выжил вообще. Самые сильные и умелые шаманы клана Боевой Песни остались за Тёмным Порталом. Надо ли объяснять, что те, что у него есть сейчас — слабосилки и неучи, которых я сам и обучал. Ещё нам может помочь клан Красного Знамени — советский клан людей, орков и огров, который не только наследники Кровавой Елды, но ещё и гулдановских прихвостней. Один из их вождей — это Васи’лай, сын Гул’дана. Возможно он знает, что за хрень была наложена на Грома. Но сами понимаете, что это пригласить сови в наши научные исследования Скверны. Новая Орда на такой шаг ещё не готова пойти.       Дальше Тралл начинает делать полный разбор ритуала превращения в син’дорай с пояснениями доступным языком, что и как будет происходить. — И таким образом, мы можем использовать ритуальный секс для закрепления новых признаков и соблюдения безопасности, чтобы избежать негативных последствий для психики. Общая продолжительность ритуала таким образом займёт почти что целые сутки, позволит нам всем обойтись гораздо более простыми и дешёвыми ингредиентами и условиями попроще.       После корректировки ритуала для эльфов, план действий теперь выглядит куда более продуманным и реальным для исполнения. Гром поражён таким вариантом, и не из-за того, что его новый расклад для ритуала смущает, а тем, что это предложение исходит от Тралла, который до недавнего времени тот ещё смущака был. — Удивлён, что такое предложил ты, братишка. — Гром, братишка, у тебя над головой сапоги не летали?       Голос Тралла не предвещает ничего хорошего. Гром это понимает, но даже будучи ещё в Оргримаре профилактически отоварен целым баркасом пиздюлей от брата, решает расставить всё по местам. — Нет.       Тралл наклоняется под стол. — Всё когда-то бывает в первый раз.       Гром успевает увернуться от летящего в него сапога, но не от последствий. Сапог сбивает позади на стене голову трофейную с оленем. Та падает вниз прямо вождю Боевой Песни на макушку, отчего рога отлетают в сторону. — Ничего странного в моей свите не замечаешь? Идиот! Это из-за тебя, я теперь только тем и занимаюсь, что создаю новый клан. Денно, а особенно ночно! Старые пердуны придумали мне гарем наложниц собрать, вдохновившись твоим примером. Только у тебя одна она единственная, а мне видите ли неуместно, будучи верховным вождём иметь только одну наложницу! А ты ещё имеешь совесть, брат, подкалывать меня этим.       Гром вовремя предпринимает тактическое отступление, покуда второй сапог врезается в закрывающуюся за ним дверь. — Куда?! А ну не сметь убегать, когда я тебя буду мудохать для профилактики! Я тебе покажу, где я свою стеснительность оставил.       Тралл подхватывает сапоги телекинезом, надевает их и бежит вслед за боевым братом. — Что это сейчас было? — Обычное дело, когда Верховный с частным визитом появляется у нас в клане. Сейчас они бока друг другу намнут на тренировочной площадке, потом будут пиво или кумыс весь вечер пить. Рядовой визит по личным делам к брату.       Лейтенант Могрин поясняет для любопытного Александра Найтхавена тонкости орочьей культуры. Этот остроухий с резанными ушами больше всего вызывает симпатии у орков клана Боевой Песни. Тренируется вместе со всеми остальными воинами крепости, ест с общего котла, на службу не жалуется.       Впрочем, это касается всех воинов дома и работников тоже. Именно эти эльфы чаще всего контактируют с орками и остальными ордынцами. Амани на конфликты не идут, но Могрин знает, что втихаря тролли племени Сломанного Клыка угорают над эльфами, что вступили в Новую Орду. Для них это повод посмеяться над превратностями судьбы. Штормвинд. Окрестности столицы.       Гарик Абордаев не думал, что его пошлют в командировку за границу аж в самый Альянс. Здесь в окрестностях столицы королевства Штормвинд ему и его бригаде выпала честь строить укрепления для армии Альянса, лагеря для беженцев и вообще делиться опытом с местными гильдиями масонов, плотников и кузнецов.       Каменщики в основном заинтересованы в особенностях работы с цементным раствором. Но у них есть свои фишки, например, создание акведуков, виадуков и огромных канализаций, которые представляют собой целые подземные лабиринты. Некоторые моменты можно использовать, да и секреты строительства древности просто любопытно узнать. — Гляди, как шевелятся. За стройбат могут сойти. Здесь чем-то на Новый Кронштадт похоже, только суета вокруг. Много суеты. — Не забывай, Муунтал, это тебе не твои степи, где вам можно было из говна и палок лепить свои шатры. Здесь регулярно война была. От их скорости и умения зачастую зависит их жизнь. И жизнь их женщин, детей и даже воинов.       Хотя воины в Штормвинде это уже не средневековье. Здесь всё для войны заточено. Доспехи, щиты, оружие: всё подряд забито рунами. Со стороны это не сильно видно, но Гарик очень внимательный к деталям. Местная амуниция даже для ополчения на голову превосходит те образцы, которые выставлялись в честь победы над Куль-Тирасом в советских городах. — Что это такое? Интересно, а в других странах Альянса в курсе, что здесь всё оружие имеет рунные цепочки и эргономику?       Разумеется, вслух свои мысли Гарик даже не думает выражать. Тем более, что здесь регулярно проводят учебные тревоги. Они уже знают, что те самые работяги, которые сейчас пашут как пчёлки, при звуке набата бегут организованно на него, где есть для них арсенал. Кожаная броня, кожаный шлем с накладками, копьё и щит. Построение "ёж" — круг из щитов, копий и иногда арбалетов. Это в чистом поле. В городе то же самое, только в виде фаланги, перекрывающей улицу. И там даже знаки условные есть, так что все знают, где и как строиться.       Надо полагать, что у армии ещё более суровая подготовка. Хотя Гарик ещё не был свидетелем того, как действует армия Штормвинда. Но патрули Альянса по лагерю ходят. У каждого пехотинца Штормвинда есть своё оружие, в смысле огнестрел. И там рунные цепочки куда больше чем на любом ином снаряжении. В голове стоит вопрос, а следует ли ему будучи уверенным, что до него не доберутся винди, накатать свои мысли в связный доклад и подать его куда следует?       А пока что даже вида нельзя подать, что что-то понял, ну чисто на всякий случай. Сосредоточься на работе и делай загадочное лицо всякий раз, когда дело касается чего-то другого кроме стройки. Хотя моменты, связанные с военной подготовкой солдат и мирняка понятны: Штормвинд на протяжении всей своей истории, начиная с бытия провинцией империи Аратор, был неспокойным местом. Гурубаши, гноллы, тёмные дварфы, дракари, орки, демоны, нежить, даже гарпии залётные бывали.       Внезапно зазвонил колокол. Работники сорвались на звон тревоги как заведённые. Гарик и Муунтал переглядываются. — Это не учебная тревога. — Держись, начальника.       Муунтал подхватывает Гарика на руки и несётся галопом до их вагончика. Прапорщик уже раздаёт автоматы работникам. Гарик тоже хватает автомат в числе таких же принесённых на руках кентаврами. Сами четвероногие хватают энерголуки. — Товарищ капитан, что происходит? — Тревога, Абордаев, нихрена не учебная. Больше ни хуя не знаю. Не задавай больше вопросов. Сам не больше тебя знаю.       В теории они не должны столкнуться с чудовищами Чёрной Горы, но это гладко на бумаге. По факту всё что угодно может быть. Благо, кентавры и люди получили приказ ходить парами, если уходят на дальние участки, чтобы в случае тревоги вот как сейчас прибыть вовремя. — Что дальше делать? — Тихо. Слышите?       До них долетают звуки выстрелов. Это явно патрули на Голиафах строчат из своих новых зенитных орудий, переведённых в наземный режим. Страшно представить, что творится там. Кентавры топают копытами в ожидании приказа. — Глядите, "осы" летят.       Подъезжает машина связи Спутник. Но это явно не для развёртывания в аванпост. Это для связи с зондами. Следом за ними прибывают Колобки. Синтетики щёлкают своими жвалами, готовясь сорваться в ближний бой, спасая человеческие жизни. — Занять третий квадрат.       Третий квадрат — это один из шести укреплённых бункеров, стоящих вокруг центра лагеря. Гарик в качестве командира своей роты строителей бежит впереди колонны, вспоминая армейские будни. Пора вспомнить, с какого конца за автомат держаться. Краем глаза Гарик успевает заметить как кентавры обегают их справа, готовя выстрел. Муунтал тоже впереди, как старший у кентавров. Лица сосредоточены. По связи в шлемах явно ловят параметры выстрела. — Кентавры, залп!       Слитное движение четвероногих, и в сторону звуков боя уноситься сверкающий плазмой залп советских технолуков. "Осы" над головой разлетаются в стороны, строя порядок сканирования округи. Гарик понимает, что сейчас они разделятся, кричит Муунталу, пока кентавр рядом. — Удачи, друг!       Нет времени проверить, услышал его кентавр или нет. Гарик только думает сейчас, чтобы всё обошлось. Сам не заметил, как четвероногие стали для его бригады хорошими товарищами.       Кентавры убегают в сторону, чтобы не путаться под ногами. Их задача состоит в том, чтобы бегать вокруг и отвлекать внимание врага рейдовыми наскоками. Муунтал и его сородичи волнуются. Связь отличная. Первый залп покосил чудовищ. Враг в замешательстве. Но хватит ли им времени, чтобы удержать позиции, пока советский контингент помогает винди окружить нападающих? Беспокойство за советских товарищей сидит иглой в сердце, заставляя испытывать ранее незнакомые эмоции. Вроде бы он слышал голос Гарика, но времени нет совсем оставаться на одном месте. — Кентавры, вы дали клятву. Время выполнить её! Революция в опасности.       Муунтал гонит стадо на позиции, что передают по связи. Хоть они и строители, но их руки способны натянуть луки и выпустить стрелы во врагов.        — Выстрел!       Второй залп уходит в сторону врага. Попадание. С той стороны слышны визги тварей из бездны. В наушниках голос советского офицера задаёт новые координаты и параметры для очередного залпа.

* * *

      Тёмная Орда использует рейдовую тактику. Телепортация на случайную точку лишь приблизительно рядом с нужным местом. А потом рядовые культисты просто гонят толпу тварей в нужную сторону. В этот раз повезло советскому миротворческому контингенту. Опорный пункт, построенный сови наполовину, смог выдержать натиск демонических мутантов.       Советские роты строителей и охранения успели закрепиться в третьем квадрате. Бункер и укрепления вокруг него выдержали адский натиск. Тем более к ним на помощь пришёл отряд ополчения. Заняв второй уровень бункера, народная милиция винди смогла выбить многих отродий, пользуясь преимуществом высоты. Ежовый строй и шквальный огонь из амбразур на первом уровне позволили им уцелеть. — Гарик, живой?       Муунтал хватает начальника и хорошего товарища в свои могучие объятья от избытка чувств. — Ты сам как, Муунтал?       Абордаев тоже рад видеть товарища и его сородичей целыми и невредимыми. — На отлично отработали. — И у нас только раненые. Правда, троих тяжело покоцали, но жить будут.       Рядом стоящие кентавры начинают скандировать радостные возгласы. — Главное, все живы! — Победа! — Ура!       Люди тоже разделяют эту радость, хоть и устали. Кентавры правы. Надо радоваться жизни. И тому, что товарищи все живые. А черногорская сволота получила своё. — Накуканили буркала! — Союз — чемпион!       Капитан роты охранения не одёргивает строителей. Врага ведь действительно накуканили. И даже без потерь двухсотыми, как по связи передают. Причём и у сови, и у винди. А раненных в строй вернуть можно. Своевременное оповещение и правильная организация караулов делают своё дело. Нортренд. Крепость Дрейкарон.       Нежить держит осаду насмерть. Но против первого паладина это не имеет смысла. Утер в священной ярости проводит одну атаку за другой. Нежить на стенах разлетается прахом, когда Светоносный проводит массовый экзорцизм. — По воротам огонь!       Новые боевые машины Альянса разносят крепость по камешками. Вернее, бьют точно, куда надо, различными боеприпасами. Когда-то человеческая крепость, Дрейкарон превратилась в цитадель нежити. Феранор, как самый лучший бомбардир, командует техникой. — Не прекращать обстрел.       Элис командует лучниками. Стрелы света пронзают ядовитые миазмы и клубы дыма. Девушка со всей яростью стреляет во врага. Скелеты и зомби падают от ударов её стрел. Месть за замученных и убитых родственников ведёт её вперёд. И только очередная нежить рассыпающаяся в прах, может ненадолго утолить её душевную боль. — За Хаз-Модан! — За Заоблачный Пик!       Молот бурь страшен тем, что наносит дробящий урон, самый смертельный для нежити. Одно попадание молота, метаемого силой заклинания, разваливает нежить. Скелеты любого вида рассыпаются, получая запредельно огромное количество кинетической энергии. Даже костяные всадники уничтожаются вместе с лошадьми.       И нет, экспедиционный корпус не сошёл с ума. Просто вперёд выдвинуты осадные машины, стрелки и герои. Паровые танки с ракетами во вторых рядах уже пощёлкали горгулий. Вертушки гномов ждут в готовности, когда противник введёт в бой свои летучие корабли. Если их нет, то вертушки понадобятся для штурма в целях поддержки и координации пехоты. Главная задача сейчас - это выманивание противника на открытую местность. Новейшие заклинания Альянса не оставят врагам ни единого шанса. — Ворота пали. Лорд Утер, они даже не попытались завалить их. — Продолжать обстрел, сэр Хумель. Кто сунется на штурм без приказа, причащу наоборот на сухую.       Разумеется ветераны очищения Лордерона в курсе, какую опасность представляет собой нежить в городском бою. Но в экспедиции участвует много новичков в деле борьбы с нежитью. Освобождение лагеря гномов дало им ложную уверенность в своих силах. Благо, Утер не теряет осторожности, понимая как легко устроить ловушки. — Мерзкие отродья! Давайте же!       Подобный штурм в некотором роде риск. Только не всё так просто. Подготовка к интенсивной магии на этом этапе сопровождалась выдачей камней Маны, трубок волшебника, амулетов повышения запасов, проведение ритуалов Вихря Маны и Волшебного Потока. Архимаг эльфов, приписанный к их корпусу, сейчас при поддержке гидромантов и волшебниц разгоняет и передаёт им на передовую из тыла по маяку магическую энергию. По факту получается бесконечный источник энергии. Но для корпуса выделили только малую звезду архимагов. Один ритуалы крутит, а остальные вчетвером готовят Алтарь Света для удара по нежити. Риск на самом деле огромен, но без подпитки не имеет смысла разбрасываться заклинаниями в таком количестве, чтобы выманить нежить.       Пользуясь своим доступом к сокровищнице ордена, Утер изъял для похода немало ценных артефактов. Некоторые из них он лично зачаровывал когда-то давно, во времена осады Лордерон-сити. Но тогда они противостояли живым оркам. Их бешеная ярость не сравниться с холодным напором и безжалостностью нежити. Тогда было достаточно уничтожить рыцаря смерти или некролита, чтобы целая толпа мертвецов, покинувших свои могилы, превратилась в прах. Здесь же уничтожение погонщика не обрывает проклятое существование нежити. Единицы падают замертво, но остальные продолжают свои действия как ни в чём не бывало.       Тот факт, что Плеть является организованной силой, имеет свой стиль, культуру и магические особенности, наводит на мысль о том, что чего-то Альянс не учёл. Мир куда больше, чем раньше в Альянсе думали. Всё время после войны надо было развиваться и основывать новые колонии на других материках. Вместо этого Альянс топтался на ровном месте, когда мог стремительно развиваться.       Мысли об упущенном множестве возможностей снедают как ржавчина. Утер уже не раз мысленно ругал себя за нерешительность. У него были после окончания войны все ресурсы для того, чтобы настоять на своём и уговорить короля Теренаса и архиепископа Алонсия на рискованные мероприятия. Выгода. О, Теренас бы предоставил бы ему много больше, чем есть сейчас. А Даэлин Праудмур, а Болвар Фордрагон, а тот же Троллебой. Ведь у него после войны было огромное влияние. А Тирион… Как они могли отвернуться от него? Тирион не смог поступить по другому. Он всегда был и остаётся предельно честным и благородным.       Недовольство собой питает стремление Утера исправить ошибки. Внутри первого паладина такой вихрь чувств бушует, что имей они материальную силу, давно камня на камне не оставили бы от крепости Дрейкарон. Любая твердыня падёт от такого напора. Собраться, успокоить бурю внутри, воззвать к Свету. — Свет даёт мне силы. Солнечное Копьё!       Не копьё, а целое сверкающее бревно, натуральный таран Света прилетает по угловой башне крепости, обрушивая её чуть ли не в половину. Это становится последней каплей для нежити. Окончательно повалив обломки створок, в поле выбегает просто несметная толпа нежити. — Стрелки, залп.       Все имеющиеся мушкетёры, лучники и арбалетчики дают последний залп не целясь. Малая часть нежити падает. — Щиты во фронт! Стрелки в тыл! Стену сложить!       Команды Утера лужёные глотки младшего комсостава разносят по полю боя. Все действуют чётко. Стена щитов вырастает перед наступающей волной нежити. Всё сделано, чтобы твари попались в ловушку. Над полем боя раздаётся свист в суете перестроения. Над армией Альянса взлетают снаряды. Мортирные команды из задних рядов с подготовленных позиций мечут между передними рядами щитов и наступающими мертвяками свои гранаты. Разрывные, ртутная начинка с серебряными кусками внутри. Все элементы освящены по всем правилам. Вой проклятых разносится над полем боя. — А вот и лидеры этого сброда. Пора.       Впереди наступающей нежити появляется повелитель ужаса, но не Малганис, какое-то отродье на немёртвом коне и что-то подобное мелкому дракончику вздымается в небо. Пара барж зомби, кстати, тоже подымается из-за стен. — Свет испепелит вас!       Утер замкнул ещё до начала штурма ритуал на себя. И осталось только подать сигнал и начать ритуал. Пришлось извернуться, чтобы начать его удалённо. Сигнал боевого рога стал знаком для архимагов. Такого сюрприза нежить не ожидала. Ярчайшая вспышка разгоняет хмурые тучи. Столб Света бьёт с неба в землю, испаряя любую нежить или нечисть в зоне поражения. Войска Альянса же получают дозу исцеления, даже старые травмы на нет сходят. А главное - боевой дух повышается до небес. Войска Альянса Света готовы голыми руками порвать любого, но врагов больше не существует в природе.       И они ещё не знают, насколько жутко эффективное оружие изобрели. Один из младших натрезимов на службе у Малганиса попросту был уничтожен совсем, без остатка. Не отправлен на перерождение, а именно уничтожен. Душа демона попросту сгорела в потоке Света начисто. Но вот Властелин Смерти почувствовал это очень чётко. Один из аватаров Нер’зула наблюдает за всем происходящим, собирая информацию. — Такого я не ожидал. Как же сови испугали Альянс, что они создали такую магию? Но тем лучше нам. Леди Смертный Шёпот, снова ваш выход.       Его прислужница слышит его зов в недрах крепости. Она уцелела после такого светопреставления. И это несмотря на пять зачищеннных подземных уровней крепости. Леди Смертный Шёпот ждёт гостей на шестом подземном этаже.

* * *

      Подземелья крепости лорд Утер отправился исследовать лично. Его подмывает любопытство: правду ли ему сообщила нежить. Элис, Феранор, Мурадин и Бельтан отправились вместе с ним. Они тоже хотят узнать тайну. Подземелья крепости оказались непредсказуемо огромными. Но везде они находят только прах и грязь. — Здесь повсюду остатки нежити. — А ещё эти подземелья точно не были созданы людьми. — Странная кладка в этих мрачных подземельях. — Мне здесь не нравится. Как будто попал в чью-то паутину.       Этаж за этажом они проходят через череду залов, комнат и туннелей. Воистину это место хранит древние тайны. А вот с четвёртого этажа подземелье изменилось. Паучий стиль неруба сменился чем-то непонятным. Дварфы и цверг не могут понять, кто построил это место. — Растительный орнамент. Животные тоже встречаются. Интересная техника резьбы по камню! — Господин дварф, нам это сейчас совсем не помогает. Та нежить говорила что-то о карте.       Элис спускает Мурадина с небес на землю, а то он уже хотел начать копаться в руинах. Всё же средний из братьев Бронзобородов тоже член Лиги Исследователей. И чем дальше в мрачные подземелья, тем больше подробностей всплывает. Неизвестная цивилизация как будто перешла от простых узоров к картинам. Барельефы и горильефы, вернее, их смешение. Невероятной красоты пейзажи и натюрморты. Не хватает только цветовой палитры, вокруг серость и бурость голого камня. — Здесь всё такое обманчиво красивое. Не кирками нашего народа проложены эти туннели.       Бельтан не понимает того очарования, которое испытывает сородич из Хаз-Модана. Совсем со своей Лигой Исследователей умом тронулись. А ведь королевской крови, должен понимать, что у его старшего брата детей, кроме пропавшей дочери, больше нет. Не то, чтобы судьба Бронзобородов его волнует, но ведь у него мать из их клана. Что будет с родственниками с той стороны, если с королём и его братьями что-то случится? Один раз уже у их расы был династический кризис: закончилось всё Войной Трёх Кланов.       Взгляд на цверга настроения Бельтану не добавляет. Полукровки активно перенимают всё полезное даже у гоблинов. С ними приходят новые идеи, но осторожности в них порой ещё меньше, чем у гоблинов. Феранора он знает шапочно. По мнению общих знакомых он едва ли не единственный цверг, у которого с осторожностью порядок. Хоть один надёжный соратник в текущей ситуации.       Элис — молодая человеческая девушка, горячая, яростная и, судя по мнению солдат, красивая, но вот ожесточённая до безумия. Опять же, по рассказам ветеранов Очищения Лордерона становится понятно откуда это. В деле настоящая машина войны. На отдыхе греет койку лорду Утеру. Слегка поехала крыша от жертв войны.       Утера все хвалят. Да и Бельтан бывал с ним в деле во времена Второй Войны. Первый паладин. Герой войны. На него можно положиться. Кремень-мужик. Говорят, что он больше вложил сил в воспитание кронпринца Лордерона, чем родной отец. И это видно по новостям. Дай-то Свет в будущем всё будет хорошо, и на престол Лордерона взойдёт король, который будет лучше, чем его хитрожопый отец. — Лорд Утер, чувствуете? — Да-да, Элис, здесь пахнет нежитью.       Пока горный тан Громовых Молотов размышлять изволил, они спустились на шестой подземный уровень. И здесь явно заклинание Света не достало. — У меня от этого места кровь стынет в жилах. — Это не удивительно. Мы же в гробнице.       Шестой этаж оказывается огромным подземным кладбищем. Анфилады подземных залов, коридоры, ниши в стенах, словно огромные полки. И всюду огромные саркофаги необычные. Странные, по своему красивые, эстетичные и монументальные. И главное - вокруг полно некроэнергии, которую не достало заклинание, а тела внутри даже не шевелятся. Утер, будучи паладином, имеет на вооружении ауру, позволяющую сканировать пространство вокруг себя. — Странное кладбище. Некроэнергии море, а местные жители даже не рыпаются по жилищам.       Аура паладина подсвечивает гробницу в объёме. Впечатляющее зрелище со стороны. Светоносный ступает уверенно вперёд, высвечивая всё окружающее пространство. Дварфы спокойно пользуются магическими шахтерскими фонариками. Видимость отличная. — А это что? — Клянусь бородой всеотца! — Карта. И весьма подробная.       Очередной полукруглый зал их встречает не гробами-саркофагами, а шикарной картой мира на прямой стене. — А вот и карта.       Бельтан подходит прямо к стене, но к большому удивлению всех присутствующих ничего знакомого на этой карте нет. Отметки каких-то городов, крепости, посёлки, пункты наблюдения. Никаких знакомых отметок. — И очень старая, Бельтан. — Это не та карта, которая вам нужна.       Герои Альянса даже не вздрагивают, когда позади подлетает к ним Леди Смертный Шёпот. Архиличиха даже не утруждает себя неуязвимостью, хотя потенциально перед ней находятся враги. — Ах, Утер-доно, вы всё-таки пришли сюда. Прямо как герой романов про приключения. Это так романтично!       Нежить в умилительном месте складывает руки на груди. Огонь в глазницах часто вспыхивает и гаснет, как будто немёртвая волшебница хлопает кокетливо глазками. Вынос мозга продолжается, когда архиличиха складывает руки на уровень солнечного сплетения. — Я обещала вам показать карту, Утер-доно. Вы такой мужественный человек. — Убери свои кости от него, немёртвая шлёндра!       Элис внезапно встаёт между Леди Смертный Шёпот и лордом Утером. Нежить кокетливо (!) смеётся и плавно поворачивается в сторону. У дварфов и цверга челюсти готовы упасть от этого демарша. — Какая бойкая цундере. Прямо как я в молодости. Следуйте за мной.       Не говоря больше ни слова, нежить летит в один из коридоров. Ей не надо чувствовать живых, чтобы знать, что любопытство ведёт героев за ней. — Было бы интересно послушать вашу историю. Как вы дошли до жизни такой?       Утер не ждёт ответа на этот провокационный вопрос, но нежить явно настроена на разговор. Даже на пофлиртовать, судя по поведению. Высшая нежить с живыми привычками… — Всё просто, Утер-доно. Виной всему моё любопытство.       Всё же Леди Смертный Шёпот нежить, а у нежити немного иная логика. Она честная. И пусть никто не скажет потом, что она не предупреждала.