Учёба требует жертв

      В воздухе витает тошнотворный запах перегара и сигарет, а разбросанная повсюду одежда и бутылки только усугубляют вид, некогда чистой и опрятной, квартирки. Вчера прошла долгожданная вечеринка по поводу получения стипендии одного из друзей Чонгука, поэтому он с успехом забил на учебу и отправился на вписку. Кому нужны эти задачи и алгоритмы? Пф, точно не Гуку.       Но только тишину прерывает входящий звонок айфона, который Чон вчера забыл поставить на беззвучный режим. Прохрипев из-за болей в голове и сухости во рту он, кое-как, нащупал телефон под кроватью и разлепил глаза, чтобы скинуть вызов, но как только он увидел, кто ему звонит — сонливость и похмелье как рукой сняло.       — Мм, малыш. — Рядом слышится такой же недовольный гундёж, а дальше рука, что так собственнически обвила голый торс младшего. — Ты вчера был так горяч, так извивался и просил ещё, так что можем повторить эту ночку? — Парень уже тянется к Чонгуку за поцелуем, но брюнет только отпихивает любовника, забирая у него одеяло и накидывая его себе на плечи.       — Завались, мне отец звонит. — Шикает на него студент, нажимая на зеленую кнопку ответа абонента. — Да, па? — Чон вплетает пальцы в волосы и сжимает их, когда слышит крик отца о том, что ему звонили из университета и грозятся отчислить его сына. Да всё равно Чонгуку на этот университет, папа платит за него, а значит — выгнать его просто не имеют права. — Да у меня всё под контролем, не переживай.       — Если ты хоть ещё раз опоздаешь на пару или, не дай Бог, — тебя отчислят, то я заблокирую все твои счета и будешь подрабатывать каким-нибудь официантом за жалкие несколько вон в месяц, понял меня?! — Уже не скрывая своего гнева, орёт Старший Чон и сбрасывает звонок, оставляя после себя только жалкие гудки.       — Твою мать! — Вопит Чонгук, когда замечает настенные часы и понимает, что на первую пару он уже проспал.

***

      — И сегодня у нас отсутствует…– Практикант обводит взглядом аудиторию, натыкается на старосту и испытующе смотрит на него, ожидая ответа. Паренёк быстро что-то листает в своём блокноте и, откашлявшись, произносит: «Чон Чонгук и Ли СуМин»       — Опять Чонгук, значит… — Тяжело вздыхает Ким, снимая очки и потирая переносицу. Скоро сдача сессии, а у этого придурка из оценок только четыре двойки и тройка просто за то, что тот соизволил явиться на пару. Впервые за полгода. Если Чон в ближайшее время не появится в кабинете Кима, то его просто не допустят до сессии, а значит — отчислят из университета.       — Хорошо, открываем тетради и записываем новую тему. — Тэхен встает с кресла и оборачивается к доске, белым мелом царапая по поверхности название параграфа.       Ким Тэхен — практикант в Сеульском Национальном Университете. Только в прошлом году он закончил «Институт Экономики и Предпринимательства», а уже сегодня он преподает «экономику и начальный математический анализ» у первокурсников. Ему всего 26 лет, он хорош собой, привлекателен, умён и довольно сексуален. Многие студентки пытаются обратить на себя его внимание, но Тэ абсолютно холодно смотрит на них, всякий раз выказывая себе под нос недовольство по поводу высоты их юбок. Единственное, что его действительно волнует — это Чон Чонгук, довольно проблемный ученик, который попал на попечение Кима. Тот систематически не посещает пары, грубит и дерзит преподавателям, заваливает тесты и контрольные. Тэхену уже порядком надоело спасать задницу Чонгука перед ректоратом всякий раз, когда его хотели исключить. Он бы понял, если бы Чон хоть немного был благодарен, но он только цедит сквозь зубы о том, что справился бы сам.       — На сегодня вы можете быть свободны. — Басом оповещает Ким присутствующих, откашливая неприятный ком в горле после полуторачасовой лекции. Уже собирая тетради, Тэхен замечает в дверях фигуру своего непутевого ученика. Гукк спускается торопливо по лестнице, уверенно направляясь к столу препода. Останавливается, чтобы перевести дыхание, опираясь руками на колени, так как бежал несколько рекреаций до кабинета куратора.       — Мистер Ким, почему Вы подписали заявление о моём исключении?! — Выкрикивает Чон, бросая документ на дубовый стол. — Вы ведь всегда были за меня, а сейчас что?!       Тэхен вздёргивает бровь от такой наглости, но берет длинными пальцами помятый лист и пробегается взглядом по написанному через линзы своих очков, отдавая документ обратно.       — А ты думал, мой дорогой Чонгук, что тебе все твои прогулы сойдут с рук? Что твоя успеваемость пройдет мимо глаз ректората? Тебе уже двадцать лет, пора бы самому отвечать за свои поступки, а не ждать, когда тебе всё на блюдечке поднесут. — Грубо говорит мужчина, смотря на покрасневшего младшего снизу вверх. Облизывает пухлые губы, рассматривая телосложение своего подопечного: как из-за бега выступил пот на лбу и шее младшего, как белая футболка облепила подтянутую фигуру, как тяжело вздымается юношеская грудь.       — Но я могу поговорить с ректором за одно одолжение. — Блеснув очками, Тэ укладывает локти на стол, пряча за ладонями ухмылку. — Какое?! Я сделаю всё, что угодно! Меня нельзя исключать! — Чонгук сжимает кулаки, уже готовый исполнить всё, что только попросят. Помыть полы? Без проблем! Перебрать книги в библиотеке? Да запросто!       Но следующее заявление хёна заставило Чонгука потупить глаза на преподавателя и отступить на два шага назад.       — Переспи со мной. — Хрипло произносит Тэхен, вставая со своего места и подходя к младшему. — Чему ты удивляешься? Ты такой непокорный, постоянно действуешь наперекор другим, мне такие, как ты — нравятся. — Мужчина тянет Гука за белую футболку к себе, проводит пальцами по вздувшейся вене на шее студента, а тот шарахается от него, словно кипятком ошпаренный. — Я буду жаловаться на вас! — Кричит Гукк и уже разворачивается к двери, но Ким опережает его, закрывая дверь на ключ. — Что вы себе позволяете! Это против правил! — Ну, если ты хочешь, чтобы тебя исключили — иди, с завтрашнего дня ты здесь уже не обучаешься. — Пожимает плечами Тэхен, возвращаясь к своему рабочему столу. А сам улыбку давит, потому что Чонгук точно сделает всё, чтобы не вылететь отсюда.       В миг из строптивого парня Чонгук превращается в маленького мальчика, который хлюпает носом и губу нижнюю кусает, потому что и правда выхода другого больше нет. Он почти исключен, а если переспит с Тэхеном, то ещё минимум на год он будет числиться в студентах университета, а значит не лишится всех своих карточек.       — Я… согласен… — Слишком тяжело вздыхает Чон, несмелыми шагами подходя к старшему. — Что мне делать? — Стыдливо прикрывает глаза отросшей черной челкой. Сейчас он осознанно переспит со своим преподавателем, можно сказать, за деньги! Ещё никогда в жизни он не чувствовал себя настолько грязным, как шлюха.       — На колени и соси. — Тэхен облокачивается на столешницу, указывая кивком на пах. Чонгук унизительно подползает к преподавателю на коленях и расстегивает ширинку, высвобождая полувялый орган из-под материи боксерок. На глазах слёзы собираются, а горло автоматически начинает издавать рвотные позывы. Вобрав за щеку член, Гукк несмело начал посасывать, руками впиваясь в деревянную поверхность стола. Это совершенно не то, когда Чон добровольно отсасывал кому-то в туалете клуба, он, блять, делает это за деньги! Кашляя, давясь собственными слюнями — Чон продолжает своё дело, смотря на лицо Кима, чтобы понять его эмоции. А преподаватель только откидывает голову назад, вплетает пальцы в волосы ученика, направляя его голову и задавая нужный темп.       — Глубже. — Как-то по-блядски выстанывает Ким, нажимая на затылок Чонгука, чтобы тот заглотнул больше. Пенис наливается кровью, начал выделяться предэякулят, а студент уже совсем задыхается, всякий раз выплевывая орган изо рта, чтобы набрать воздуха в легкие. Спустя несколько минут он уже начинает входить во вкус, сам берет инициативу в свои руки (рот), глубоко заглатывая детородный орган по самые гланды. Как оказалось, делать минет своему куратору, зная, что за дверью ходят ученики и другие преподаватели — очень заводит и заставляет в кровь вбрасываться адреналин. А член у Тэхена красивый: толстый, увитый синими сплетениями вен, с грибовидной головкой, что так приятно проскальзывает по глотке студента. Наверняка, завтра он охрипнет.       Почувствовав скорую разрядку, мужчина отстраняет от себя парня. Тот недовольно куксится, уже тянется обратно, но Тэхен резко хватает его под локоть и животом укладывает на стол, стаскивая узкие джинсы с его накаченной задницы. Чонгук хмыкает, оттопыривает попку ещё больше и призывно виляет ею. Собственный орган уже просит хоть каких-нибудь ласк, поэтому он начинает стимулировать его, ожидая, когда толстый член преподавателя войдет в него.       — Я столько ждал этого момента, ты даже не представляешь. — Тэхен опускается перед Чоном на корточки, смазывает пальцы собственной слюной, дабы разработать анус ученика. Кажется, этого и делать не нужно, потому что дырочка слишком растрахана, видимо, у этого паренька была бурная ночка.       — Ты постарайся не кричать, нас могут услышать. — Уткнувшись в шею Чонгука, Тэ направляет орган в анус парня, вырывая из его легких тяжелый стон, смешанный с тихим вскриком. Чон пытается найти точку, при которой было бы не больно чувствовать в себе чужой член, но это плохо получается, потому что у прошлого любовника размер был намного меньше. Гукк оборачивается к преподавателю, видит грязь и похоть в его глазах, и это ему так нравится, что он не выдерживает и целует своими искусанными губами губы своего учителя. Рычит, ноет, просит большего, растекается по столу безвольной тряпочкой, захлебывается в своих стонах. А Тэхену охуеть, как хорошо. Внутри младшего так горячо, так приятно двигаться, Киму хочется отодрать этого парня, заставить стонать собственное имя, но понимает, что, действуй он немного грубее — весь университет услышит то, чем они занимаются.       Кончают одновременно, сливаясь в поцелуе, который заглушает тихий скулеж младшего и довольный выдох старшего. Приведя себя в порядок, Ким ждёт, пока оттраханный Чонгук соберется, а потом просто рвёт на его глазах заявление об отчислении. Студент вне себя от счастья, уже запрыгать готов от восторга, если бы не жжение в заднем проходе, а потом глаза его на лоб лезут и желание убить Кима превышает желание зацеловать.       — Это фиктивное заявление, подделка. Не мог же я упустить единственный шанс затащить тебя в постель? Мм, почти в постель. — В какой раз усмехается мужчина, беря в руку кожаную сумку с непроверенными тетрадями. — Ах, и ещё… Если хочешь сдать следующую сессию, то тебе придется хорошенько постараться, скажем… у меня дома? — Отправив напоследок воздушный поцелуй, Ким удаляется из кабинета, оставляя ученика в полном одиночестве.       И Чон понимает, что стараться он будет усиленнее, чем когда–либо.