Blood

***

      Я — Ремилия Александра Селвин, я не считаю себя какой-то особенной, но меня дико раздражает, что все вокруг считают меня чокнутой. Да, когда-то я, чтобы выделится, придумала себе ещё одно имя — Александра, — но в моем свидетельстве совершенно другое имя, данное мне при рождении родителями. Я никому его не говорила и, наверное, так никогда и не скажу. Даже мой брат не знал, пока любопытство не съело его и он не подсмотрел в моих личных бумагах.       Мне очень обидно, что все вокруг считают, что я воспитывалась не только родителями, но и каким-то тварями, вроде собак. Строгие «мадам» из Шармбатона очень часто пытались меня перевоспитать, но когда они понимали, что всё без толку, то шло в мою персону море нравоучений, к сожалению, это только смешило меня. Плохие слова на французском всегда забавно звучат, особенно когда я играю на скрипке. Моя подруга Шерли Элизабет Холмс меня научила, она замечательно играет на этом изысканном инструменте. К сожалению, все мои друзья из Шармбатона, которые выделялись из общей массы, были «изгнаны» из этой святой школы из-за каких-то проступков.

***

Брюнетка шагала по коридору в поисках своего братца. Он, как всегда, пропал до того, как они успели пообедать. Ремилия не очень любила еду, что раз за разом появлялась за большим столом Гриффиндора. Она ковыряла этот злосчастный салат, перебирала листья и прочие овощи, но всё же не могла употреблять данную пищу. Это было выше её сил. Даже если магия сотворила эту еду, Селвин не могла ни грамма положить к себе в рот. Ей приходилось вставать рано утром и готовить, причем не только на себя, но и на брата. Не то чтобы и он был привередлив, просто ему нравилось видеть счастливое лицо сестры, когда та вручает ему обед. И вот, когда глаза Ремилии всё же нашли Яна, она тут же подошла к нему. Возле парня была толпа девчонок, что не странно для его внешности и умении в любой ситуации оставаться незаменимым лидером-красавцем, кажется, что именно этот Селвин претендует на звание Марти Сью. — И так, мой друг, конечно, кретин полный, — он улыбнулся, — Залез на дерево и… упал с него, когда пытался достать яблоко! Ох, уж эти сквибы! Ян стал создавать наигранный смех, будто бы рассказывая, он вспоминал этот момент. Студентки подхватили его волну усмешки, и так же начали смеяться. Ремилия так же была заражена смехом от истории своего братца. — Ха-ха-ха…! еге-еге… — смех плавно перелился в схлипы и слёзы, — Е-ему же был-ло больно-о-о! — выглядело это очень странно и даже пугающе, некоторые персоны тут же отошли от Селвин. Эмиль тут же взял сестру за руку и оттащил в сторону, резко дергая её. Ремилии было больно, но слёзы остановить девушка не могла. — Ты перестала принимать таблетки, Мелия? — воскликнул брат, стараясь держать тихий тон, но его голос выдавал то, что парень явно был зол. — Я… — она стала утирать слёзы, — Я… да… просто… понимаешь, Ян… — Нет, не понимаю! — повысил тон брат, чем заставил сестру содрогнуться. — Я хочу быть нормальной! — более резко и без всхлипов произнесла Ремилия, — Эти таблетки делают из меня одну из дам Шармбатона: спокойную и тихую, я же не такая! — Лучше бы ты была такой, ты стала более эмоциональной и тебя устраивает твоя позиция? — выкрикнул Ян, дергая Ремилию за плечи, — У тебя даже нет друзей из-за твоего странного поведения! — А они мне нужны? — она посмотрела ему в глаза с вызовом, — Я и одна могу справиться, и если тебя смущает моя компания, то я больше не потревожу тебя, дорогой братец, — девушка всучила ему лоток с обедом, — Приятного аппетита.

***

После разговора с братом Ремилия дня 3 с ним не общалась, она была обидчивой девушкой, но когда даже брат тыкает её носом в характер, причуды и даже проблемы — для неё это было что-то вроде переломного события. Драко в точности просчитал подходящий момент, чтобы подойти к ней и познакомится. Малфой ожидал, что девушка не только буйная и странная, но ещё и влюбчивая. Было бы неплохо, если бы сестра одного из самых популярных парней (Ян успел уже обзавестись что-то вроде фан-клуба) стала бегать за ним. А если эта самая сестренка ещё и безумная, если верить слухам, то это же вообще чудесно, ведь безумная любовь нынче в моде. А, если уж не говорить сарказмом, то слизеринский принц действительно был удивлён, узнав, что Ремилия его видела, но не слыхала о нём ничего. Тот, убрав всю скромность, поведал девушке о своей семье и прочих привилегиях, которые ему даны. Он никак не ожидал, что Селвин отреагирует так мрачно и, одновременно с этим, так чувствительно: — Это, наверное, грустно, когда люди постоянно видят не тебя, а твое положение в обществе. Ни настоящих друзей, только семья… — Ч-что? — Драко расширил зрачки, — Что ты несешь, Селвин? Есть у меня друзья, много, очень-очень много! А поклонниц… просто море! — кажется, что Малфой задумался над словами Ремилии, но всё же продолжал нести то, что думал ранее. — Я не понимаю, почему ты подошел ко мне? — Э-э-э… слухи распространяются быстро, говорили, будто бы ты… влюблена в меня. — Что? — теперь уже пришло время удивляться Селвин, но её лицо быстро сменилось на обычное состояние, даже не олицетворяя эмоцию, — Пусть говорят себе, тебе-то что? Я никогда никого не любила. Она развернулась, чтобы уйти, как вдруг слова парня на секунды остановили действия Ремилии. — А вот это действительно грустно. Жить без любви к кому-то. — Ты не представляешь насколько прав. Малфой изогнул бровь, смотря на отдаляющуюся девушку. Вопреки всем ожиданиям, в разговоре она показала себя с намного лучшей стороны, чем о ней сплетничали. Грамотна, образована, умеет излагать свои мысли и составлять предложения — некоторые ученики Хогвартса даже букв не знают, то как можно судить психологическое и интеллектуальное состояние Селвин? Драко был сражен и удивлен, он не знал, что повествовать позже друзьям, если они спросят, беседовал ли тот с «чокнутой»… Стоп… друзья? Парень задумался над словами Ремилии, они и правда засели в его голове. Хоть он и был везде и постоянно лидером, его напрягало, что все слушали только его, и если вдруг Драко что-то попросит, то они выполнят это не как дружескую просьбу, а как приказ. У него была мания величия, несомненно, но это так же было и в тягость. Осознание того, что твои так называемые друзья обращаются к тебе не как к другу, а как к какому-то божеству. Вывод напрашивается сам. — У меня нет друзей.

***

«Мама, у меня всё хорошо. Не волнуйся. Я уже нашла себе друзей, главное, не переживай по пустякам. Если верить слухам, то Ян уже и девушку себе нашел. Я, в последнее время, с ним не общаюсь, у него своя жизнь должна быть, а не обуза в моем лице. Скучаю по вам с отцом, надеюсь, что приеду к вам на каникулах»

А я уже больше недели не готовлю ему ничего, да и себе я перестала готовить…

***

Ян сидел за столом Гриффиндора, наблюдая, как его сестра портит очередное блюдо, ведь только ковыряет его, но никак не ест. Он уже больше недели не видел, как Ремилия употребляет пищу. — А она вообще что-то ест? — спросил парень вслух, на что ему последовал ответ со стороны нового друга. — Да нет, Гермиона говорит, что Ремилия очень исхудала и стала бледнее обычного, — вмешался Рон, перебивая мысли Селвина. — Тебе стоило бы помирится с сестрой, — уже начал Поттер, — Ты посмотри, я в жизни не видел настолько бледного человека. А профессора Снейпа я вижу каждый день, даже он не такой бледный. — Да дело даже не в бледности! — воскликнула Грейнджер, — Она не шутит, не дерется ни с кем, на её лице больше не играют те сотни других эмоций, что раньше! Какие же вы слепые… — она опечалено вздохнула, — Ян, если ты этого не понимаешь, я скажу — ты для неё не просто брат, ты её лучший друг. И, если верить твоим рассказам, ты задел её за самое больное. Она не покажет, что ей было ужасно больно слышать те слова о том, что у неё нет друзей. Её друг — это ты! — Это было ясно, мы ведь с рождения вместе… — Селвин опустил взгляд вниз, видимо он поменялся с Ремилией местами, ведь теперь он ковырялся в еде, — Ладно, вы правы, я должен проявить благосклонное отношение к Милли. — Боже, Милли, Ремми, Ремилия, Мелия — какое из этих имён принадлежит твоей сестре? — спросил Рон, пытаясь вспомнить ещё парочку имён, которыми Ян называл свою сестренку. — Вообще, хоть я и выдел её свидетельство о рождении, это мне ничего не дало, кроме того, что её второе имя точно не Александра. Она сама его себе взяла. Дело в том, что я не помню вторые имена своей сестры… а так… она Ремилия Селвин. — Рон, ты иногда такой глупый, просто Ян обращается к сестре по-нежному… — она улыбнулась, — Вот таким образом и помирись с ней.