Другой.

Настали наконец каникулы. Братья Агрест, Маринетт, и молодая семья Ляйф, все вместе решили поехать на пляж. Эту идею предложил старший из них- Феликс, планировавший это ещё сто лет назад, и все согласились. Всё было бы идеально, вот только как только приехали, Маринетт стало плохо. Ее даже стошнтло. — Как ты? Это нехорошо, может вернуться? — беспокойно спросил Феликс. — Нет, не надо, — успокоила его брюнетка — я наверное просто вчера съела что-то не то… Я просто посижу в стороне, не беспокойся. — Нет, так нельзя, — в тон блондину, произнесла шатенка — У тебя болел живот? — Нет, просто тошнить стало… Знаешь, вы идите, я подремлю здесь, в тени, и все пройдет. — Ты уверена, Мари? — поинтересовался Агрест- младший. — Ну ребят, успокойтесь, мне восемнадцать, а не восемь. — Ну как скажешь, принцесса… Несмотря на все заявления, лучше ей особо не стало: тошнота осталась, только прибавилось небольшое головокружение. Все, кроме голубоглазой, продолжавшей уверять, что всё хорошо, решили вернуться. Перед тем, как идти домой, девушка заглянула в Аптеку. Когда она назвала симптомы, не зная, что именно брать, девушка за кассой протянула ей… Тест на беременность. Мари удивлённо посмотрела на нее, а та лишь кивнула. Дюпен-Чен расплатилась и ушла. Тест оказался положительным. Брюнетка не знала, как быть. Она решила пока никому и ничего не говорить, а тест, сама не зная, почему, не выбросила, а просто убрала в ящик. Теперь было понятно, что ее плохому самочувствию причина таксикоз, к счастью не очень сильный. К сожалению, или к счастью, родители Мари уехали на месяц в Китай к родителям Сабины, и состояния девушки не видели. Феликс, заглядываешь к ней каждый день, заявил, что если пока Маринетт не выздоровет (он был уверен, что это просто отравление или ротовирус), Ледибаг запрещено выходить в патруль: «Если я увижу тебя на крыше, сам отнесу домой и заварю выходы на улицу». Чен лишь вздохнула, понимая, что если так, героиню люди увидят ещё не скоро. Дня через четыре после неудачной поездки, парень в очередной раз заглянул проведать любимую после патруля и застал ее за уборкой. — Тебе помочь, принцесса? — спросил он, запрыгнув в ее комнату и отменив трансформацию. — Ой, буду не против. — И что мне делать? — Таак… Видишь те ткани? Их нужно сложить в стопку на подоконник — сказала она, и продолжила разбираться на полке. — А куда коробку с нитками? — Какую? А, эту? В верхний ящик стола. Брюнетка подошла к шкафу и протянула руку, чтобы открыть его, но ее резко завернули и несильно прижали к стене. — Ты чего? — Почему ты не сказала? — Не сказала что? Феликс показал ей тест. Только сейчас она вспомнила, что положила его в верхний ящик стола. Мари отвела взгляд. — Я… Я не знаю… Испугалась, наверно… — Испугалась? Чего? Того, что я тебя брошу? — Не знаю, м-может… — Вот какого ты обо мне мнения? — горько усмехнулся парень, и вдруг прижал любимую к себе. — Я не брошу тебя, и не отдам никому, слышишь? Что бы ни случилось. — он почувствовал, как дрогнула спина девушки, видимо от слёз. Она вспомнила, что говорила ей Бриджит о преданности Феликса. — Я люблю тебя, Мари. Она обняла Агреста, но тот вдруг отстранился. Он встал на колено и взял девушку за руку. — У меня нет сейчас кольца, только камень чудес, но всё же… Маринетт, ты выйдешь за меня? Девушка взглянула в его голубые глаза. Ее слезы на секунду остановились, но лишь для того, чтобы пойти с новой силой, но на ее лице уже сияла улыбка. — Феликс, ты точно идиот. — Это можно сочетать как «да»? — Да.